Екатерина Азарова 
Дом странных снов

«Дом странных снов »: АСТ; Москва; 2016
ISBN 978-5-17-095418-6 
Аннотация

В поисках вдохновения, я нашла дом, который снился мне вот уже десять лет. Желая найти разгадку своим видениям, я оказалась втянула в историю с проклятием и невольно сама стала участницей событий. Теперь я знаю точно, прошлое не может измениться, но за будущее я готова бороться. Тем более, что это будущее пока не определено, а принятые решения могут как привести меня к смерти, так и помочь найти истинную любовь.

Екатерина Азарова
Дом наших снов

Сколько я себя помню, мне всегда снился один и тот же сон. Точнее, события были разные, но одно оставалось неизменным. Место, где все происходило. Огромный белокаменный особняк не только обосновался в моих снах, но и прочно завладел мыслями. Я помнила расположение комнат, мебель, все статуэтки и картины, что украшали интерьер, знала, что за домом находится путаный лабиринт из тиса, а в огромном саду прячется озеро, где так чарующе цветут лотосы. Я помнила все, но одно оставалось для меня тайной. Найти дом из моих снов мне так и не удавалось, несмотря на многочасовые поиски в сети и архивах. Но я верила, что однажды это произойдет, и я смогу выяснить, почему вижу его…

Глава 1

Нежный летний ветерок попадал внутрь машины через открытое окно, обдувал лицо и играл с прядями волос. А я, словно завороженная, смотрела на дом и нервно трогала пальцами любимый кулон на груди, пытаясь немного успокоиться. Сначала мне показалось, что произошла ошибка, и я попала не туда, но карта и навигатор не могли врать одновременно. Да и сухие строчки с адресом в договоре на аренду подтверждали правильность конечного пункта назначения. Вот только я ожидала увидеть нечто иное. Риэлтор обещала мне «небольшой двухэтажный домик в деревенском стиле, окруженный фруктовым садом и великолепным пейзажем». Пейзаж в наличии имелся, а вот все остальное отличалось разительно.
Я отчетливо знала, что никогда не бывала в здешних краях, но этот особняк я уже видела. Вот только — не наяву. Этот проклятый дом так часто снился мне, а увидев его в реальности, не сразу поняла, что к чему. Да, я не узнала его сразу, потому что в моих видениях он был ухоженный, с прекрасным садом, множеством цветов и фонтаном, из которого выбивались хрустальные струи воды. В реальности же камень стен потемнел, сад зарос, огромный дом выглядел немного заброшенным, а на гравийных дорожках валялось множество мусора и сухих листьев. В надежде, что наваждение развеется, я прикрыла глаза, но нет. Сон, который я видела на протяжении последних десяти лет, обрел воплощение.
Я вышла из машины и подняла голову вверх. Небо. Такое кристально чистое и голубое, что дух захватило от его красоты. Окружающая местность была поистине невероятной. Огромные просторы, сады, поля, покрытые нежной зеленью и разделенные посадками стройных деревьев, устремленных ввысь. Но взгляд приковывало совершенно другое.
Старинный двухэтажный особняк из светлого камня с высоким цоколем и мансардой. Стены были частично заплетены изумрудного цвета плющом, который наползал и на окна, что в первую очередь свидетельствовало об отсутствии садовника, а на черепичной крыше виднелись кирпичная кладка труб. Я медленно подошла к изящной, но крепкой чугунной ограде, взялась за прутья и прижалась к ним лбом. Сердце вдруг остановилось, а потом помчалось с бешеной скоростью, стоило присмотреться к дому внимательнее. Еще раз посмотрев на особняк, вернулась к машине, достала телефон из сумочки и набрала номер.
— Кара, привет, — бодро поздоровалась я, когда подруга ответила. — Что делаешь?
— Сплю, — мрачно пояснила она, довольно громко зевнув, и ворчливо пояснила. — Слушай, я вернулась в шесть утра, сегодня суббота, так что имею законное право свободной женщины валяться в кровати хоть до вечера. У тебя все в порядке? — немного обеспокоено добавила она.
— Не совсем, — призналась я. — Скажи, что за дом ты мне сдала?
— Небольшой домик в деревенском стиле, — Кара снова зевнула. — Деревня, поля, сады, и никого поблизости. Все, как ты и просила.
— Тогда объясни мне кое-что. Сейчас пришлю картинку. Как говорится, найдите десять отличий, — я быстро сфотографировала особняк, отправила подруге и затаила дыхание.
— Ничего не понимаю, — пробормотала она через минуту. — Ты же подписывала договор на другой дом!
— Точно.
— Лиэн, а кто оформлял твой договор? — неожиданно жестко спросила она, и мне стало понятно, проштрафившегося менеджера не ждет ничего хорошего.
— Тео, — немного запнувшись, ответила Каре.
Подруга молчала около минуты, я слышала стук пальцев по клавиатуре компьютера, и, наконец, раздалось короткое ругательство.
— Лиэн, прости, — наконец сказала она мне. — Моя вина, признаю. Мы перепутали файлы. Этот дом выставлен на продажу уже давно, и я совершенно не понимаю, как он попал в базу по аренде. А мой помощник, — тут я немного убрала телефон от уха, когда Кара снова выругалась, — думаю, все же уволю его. Второй косяк за последнюю неделю. О чем он только думает?
Невольно я улыбнулась. Я вполне понимала, о чем думал Тео, когда составлял для меня договор. О своей начальнице, знойной красавице с шикарной фигурой и гривой смоляных кудрей до пояса. Но Кару не интересовал худощавый парень, тем более что он был ее подчиненным, так что все его мечты навсегда останутся мечтами, а в скором времени, он еще и окажется без работы. Почему-то стало его жаль, хотя не было сомнений, это из-за его невнимательности проблемы оказались у меня.
— Ты что молчишь? — спросила Кара. — Давай сделаем так. Ты сейчас отправляйся в город, сними себе номер, естественно, все расходы за мой счет, а к завтрашнему дню я решу проблему. Только не забудь папку с документами, там ключи…
Я снова покосилась на особняк, посмотрела на поистине потрясающий пейзаж, в который с каждой минутой влюблялась все сильнее, вспомнила сны, на которые получила редкую возможность найти ответы, и решила совершить один из тех импульсивных поступков, из-за чего у меня уж бывали проблемы в прошлом.
— Кара, а я могу снять его? — сказала и затаила дыхание.
— Честно, не знаю, — ответила она. — Дом в полном порядке. Свет, вода есть. Место шикарное, насколько я помню. Когда приезжала осматривать его, то просто влюбилась в этот район, а еще там совершенно невероятный лабиринт позади. Но надо связаться с хозяином. Особняк ему не нужен, дом давно выставлен на продажу, но он заломил за него такую цену, что я уже больше года не могу его продать.
— Могу я в нем хотя бы переночевать? — спросила я и пояснила. — Не хочется ехать в город и искать гостиницу. Я устала. Всю ночь в самолете, так что так и не сомкнула глаз, и полдня за рулем…
— Думаю, что можешь, — немного подумав, согласилась подруга. — Только не поломай там ничего, а позже я перезвоню тебе и скажу о возможности аренды. И если все нормально, то подготовлю документы и отправлю. Идет?
— Было бы здорово, — выдохнула я с непонятным облегчением. — Мои финансовые возможности ты знаешь, но мне бы очень хотелось провести здесь хотя бы месяц.
— Я слышу азарт в твоем голосе? — усмехнулась подруга. — Ладно, сделаю все, что могу. Жди звонка.
— Ты чудо, — искренне сказала ей, попрощалась и отключила телефон, засунула его в карман джинсов, и снова подошла к ограде. Дом манил к себе с такой силой, что это несколько пугало. Но я чувствовала, рано или поздно должна была оказаться здесь, увидеть его или окончательно сойти с ума. С тех пор, как он в первый раз приснился мне, я не находила себе места. Перерыла весь интернет, но так и не нашла ничего похожего. Разочарованная, прекратила поиски, оставив особняк в своих воспоминаниях, где он потихоньку бледнел, но так и не исчез полностью. Через несколько недель вновь увидела дом во сне. С того дня, это повторялось с пугающей регулярностью, и я снова начала поиски, на этот раз используя различные архивы. Чтобы не сойти с ума от наваждения, я, словно безумная, меняла работу за работой, город за городом, архив за архивом, но так и не могла остановиться. Наоборот, видения становились все сильнее и интенсивнее и порой настигали меня даже во время бодрствования. Врачи разводили руками, прописывали различные препараты, но в один из дней я отказывалась жить по рецепту, к тому же, мне подсказали другой способ, как избавиться от картинок в голове. Я стала придумывать истории и записывать их. Это немного отодвинуло странный особняк на второй план, а позже превратилось в дополнительный источник дохода. Я заставила себя научиться разграничивать сны и реальность, немного успокоилась и думала, что это поможет.
Но сейчас, разглядывая дом из моих снов, я чувствовала, как накатывают прежние видения. А еще пришло осознание новой проблемы. Столько лет я стремилась не оставаться на одном месте, но сегодня, увидев особняк, ощутила, что хочу здесь жить. Увы, раз Кара сказала о высокой цене, то о покупке речи не шло. Хотя, кто его знает. Сначала следовало осмотреться, а потом уже делать выводы и строить планы.
Глубоко вздохнув, я забрала ключи из папки с документами, отворила тяжелые ворота, вернулась в машину и въехала во двор.

* * *

Медленно поднявшись по ступеням, я остановилась перед дверью. Массивная дубовая, украшенная резьбой и с тяжелой колотушкой, судя по всему из бронзы. Все было так, как я видела во сне… Подчиняясь непонятно импульсу, несколько раз постучала. Нервно хихикнула, когда мне никто не ответил, и достала ключ. Судя по тому, с какой легкостью открылся замок, несмотря на запущенный внешний вид, дом содержался в порядке. Даже ступени, и те не скрипнули ни одной половицей, а значит шанс, что внутри вполне сносные условия для проживания, увеличивался с каждой секундой. Набрав побольше воздуха в легкие, я повернула ручку и открыла дверь. Неловко провела ладонью по косяку, погладила неожиданно теплое дерево, снова сжав пальцами медальон на груди, решительно шагнула внутрь и застыла от удивления.
Все было так, как и представлялось мне. Огромный холл обшит деревянными панелями, украшенными резьбой, полы из наборного паркета, а высокие окна, прикрытые тяжелыми шторами, не пропускали солнечный свет. Дом был обставлен, хотя и выглядел совершенно нежилым из-за зачехленной мебели. И потом, обычно в комнатах находится множество памятных и дорогих сердцу мелочей, которые и вдыхают душу в помещения, а тут… Я внимательно осмотрелась и не заметила ни фотографий, ни статуэток. Ничего. Пусто. Отчего-то стало грустно. Пройдя вперед, я медленно стянула чехол с дивана, а затем и с двух кресел, стоявших рядом. Диван оказался весьма большим и на первый взгляд удобным. Поступила похожим образом и обнажила низкий столик на кованых ножках. Чихнула от пыли и замерла, когда звук гулко отразился эхом в стенах дома и затих.
И тут мое внимание привлек еще один предмет. Не в силах поверить собственным глазам, чувствуя себя ненормальной из-за стольких совпадений, я все же подошла к камину, провела пальцами по полке, снова подняв облачко пыли, коснулась бронзовых подсвечников и погладила изящные часы. Стрелки остановились на без трех минут восемь. Изящное кружево бронзы в сочетании с потемневшим от времени деревом, хрусталь стекла и золото мелких элементов, инкрустация полудрагоценными камнями. Я знала каждую деталь на них, как и застывшее на циферблате время.
Множество раз я наблюдала во сне, как их заводили. Не видела лица, зато запомнила руки. Мужские руки. Крепкие, загорелые, с широким неровным шрамом около большого пальца и печаткой на безымянном. Руки, несмотря на их размер, аккуратно открывали стекло, брали ключ и делали несколько оборотов. Иногда стрелки поправляли, чтобы они показывали верное время, а затем стекло снова закрывали. Проведя пальцем по карнизу, сам ключ я не обнаружила. Да и не уверена, что найди его, смогла бы запустить механизм.
Мне вообще было страшно чего-то касаться в этом доме, не говоря уже про еще одно неожиданное и огромное желание — разжечь камин. Хотя и это я видела… Но надо быть безумцем, чтобы осмелиться на подобное, учитывая, сколько здесь дерева. Скорее всего, тот, кто раньше жил в этом доме, частенько сидел на диване, наслаждаясь игрой пламени, потягивал виски или бренди, судя по еле заметным следам на поверхности столика. Я прикрыла глаза и воочию увидела это.
Невероятно, что я оказалась здесь. Может получится разгадать тайну, которая не давала мне покоя уже десять лет? Хорошо бы. И все-таки, надо воспользоваться случаем и хорошенько все осмотреть и разузнать.
С правой стороны от холла обнаружилась столовая. Воровато оглянувшись, принялась и здесь снимать чехлы с мебели. Огромный стол, инкрустированный перламутром, посередине комнаты, за которым поместилось бы не меньше тридцати человек. Стулья с высокими спинками, обитые парчой, несколько резных шкафов вдоль стен, сейчас пустых, и еще один камин с похожими на те, что были в холле, часами. Снова несколько подсвечников. Хотя на потолке, прямо над столом, висела большая хрустальная люстра. Окна так же прикрывали шторы, и поэтому в комнате царил полумрак. Нашла выключатель и щелкнула кнопкой, и через некоторое время столовая ярко осветилась. Этому я удивилась еще сильнее, ведь обычно, когда дом долгое время стоит пустым, его обесточивают полностью. Но и следов каких-либо слуг не наблюдалось, если судить по пыли. Странно все. Ощущение несправедливости, оттого, что такой шикарный особняк заброшен, накатило с новой силой, и несколько расстроенная, я прошла дальше и нашла кухню. Тот же изысканный стиль: стилизованная под старину мебель и некоторое запустение, правда, техника была достаточно современной, хотя и прикрыта антикварными панелями. Я так думаю, что на этом настояла Кара, чтобы дом выглядел более привлекательно в глазах будущих покупателей. Открыв еще одну небольшую дверь, я увидела небольшой чулан. Он был пустой и пыльный. Чихнув, быстренько закрыла ее и вернулась через столовую в холл.
Все было так, как я видела во снах, разве что в моих видениях, дом был наполнен жизнью, раскрашен красками, в каждой комнате в каминах играл огонь, наполняя его теплом. Тогда особняк буквально дышал полной грудью, в то время как сейчас, выглядел спящим.
Немного постояла около широкой лестницы, погладила перила и начала медленно подниматься наверх. Мне надо было убедиться в том, что наверху все так же, как мне и грезилось. Как ни странно, но ступени не скрипели, хотя я видела, что дерево старое, да и привычного стука не было. На какой-то миг мне показалось, что в доме вообще отсутствуют звуки, но подпрыгнуть и проверить, я не осмелилась. Вместо этого, решила продолжить экскурсию.
На втором этаже обнаружилось множество комнат. Увы, многие из них были или заперты, или в них напрочь отсутствовала мебель. Но была одна, зайдя в которую, я застряла надолго. Просторная спальня с просто неприлично огромной кроватью. Я подошла ближе, осторожно присела на краешек кровати, коснулась рукой столбика для балдахина, а потом и вовсе растянулась. Матрас был той идеальной мягкости, которая позволяет не только выспаться, но и не расхолаживает тело, помогая подняться, а не валяться еще несколько часов на мягких подушках, пока не заболит голова. А в остальном… кушетка, два кресла, столик, высокий массивный комод и шкаф.
Напротив кровати находился камин, а на нем стояли часы, идентичные тем, что были в холле. Я взглянула на них, отметила то же самое время, как и на тех, что остались на первом этаже, нахмурилась, поднялась и подошла ближе. Пытаясь понять, зачем и кому понадобилось ставить одинаковые часы в каждой комнате, погладила их пальцем, но искать ключ, чтобы завести их, так и не решилась. Вдруг испорчу что-нибудь? Судя по обстановке в доме, я никогда не смогу расплатиться. Да, проблема Кары стала понятной. Крайне непривлекательный на первый взгляд дом в глуши с такой обстановкой, что страшно прикасаться.
Отшатнувшись, я поймала себя на мысли, что дом вызывает необъяснимый ропот. Эдакий музей, в котором хочется потрогать каждый экспонат, но постоянно оглядываешься, как бы тебя не застали за этим делом смотрители. На мое счастье, особняк был пуст, поэтому с чистой совестью я решила воспользоваться выпавшим шансом. Вернувшись к кровати, я подумала немного и однозначно для себя решила, что спать здесь не буду. Это спальня хозяина дома, а никак не незваной гостьи! Для себя я подберу что-нибудь попроще, в крайнем случае, устроюсь на диване внизу. Хотя, представив, что заявится владелец дома и тут же наткнется на меня… Нет! Нужна комната на втором этаже.
Я вышла из спальни и заглянула в соседнюю комнату. Она была меньше, но, на мое счастье, здесь стояла кровать, а в шкафу обнаружилось постельное белье. Прекрасно.
Немного подумав, я решила сходить за вещами, прежде чем устраиваться. Одно было понятно. Мне нравится этот дом, несмотря на его некоторую заброшенность, и я хочу остаться здесь как можно дольше. Вытащила телефон, но сети не было, поэтому спустилась вниз, вышла наружу, с улыбкой поняла, что сигнал все же есть, а значит, мне не грозит остаться без связи так далеко от цивилизации.

* * *

К тому моменту, как наступил вечер, я успела сделать немного. Связалась с Карой и узнала — до владельца она пока не дозвонилась Подруга напомнила об осторожности и чтобы я ничего не ломала, а на прощание подтвердила, я могу спокойно задержаться в доме еще на день. Обрадованная известием, что как минимум одну ночь могу провести в доме моих снов, я решила отложить осмотр остальной части дома на завтра, перенесла часть вещей из машины в дом, застелила постель и успела принять душ.
С чувством выполненного долга, я перекусила бутербродами. Потом сварила себе кофе, расположилась на диване в холле и достала ноут. Сеть в доме все также не желала работать, но сейчас меня это не волновало. Главное, что с электричеством все было исправно, а значит — у меня меньше времени, чтобы лазить по сети, и больше для работы. Срок сдачи романа был через пару месяцев, а с учетом того, что я даже не приступила к работе, мне нельзя было терять ни минуты.
Я пыталась. Честно пыталась работать в городе, пока не поняла, что тупо смотрю на открытый файл, но проходят дни, а те строчки, что там появляются, тут же решительно стираются. Тогда мне в голову и пришла гениальная идея отправиться туда, где я смогу набраться вдохновения. Кара, моя подруга и риэлтор по совместительству, предложила мне шикарный вариант небольшого домика, и я решила вновь прибегнуть к привычному варианту: не оглядываться назад и идти вперед. Отказалась от аренды квартиры, собрала вещи, договорилась с Карой, оплатила наем и купила билет на самолет. Но в итоге все получилось так, как получилось.
Сидя на диване и испытывая полузабытый азарт, в котором всегда рождается очередная история, я понимала, все, что ни происходит — всегда к лучшему. Открыв совершенно новый файл, я размяла пальцы и прикрыла глаза в ожидании искры, которая ворвется в сознание, затуманит мозг новыми образами, закрутит приключениями, приправит тайнами и загадками и настолько овладеет разумом, когда ничего не останется, кроме как выплеснуть все это на бумагу, в моем случае в файл ноутбука. Я ждала, и она медленно разгоралась, но до того, как мне удалось ухватить суть, услышала мелодичный звон. Дернулась, едва не сбив компьютер на пол, и испуганно посмотрела по сторонам. В доме было тихо, часы на ноуте показывали одиннадцать вечера… Ничего себе! Получается, я просидела в своеобразном трансе несколько часов. Впрочем, это было не удивительно. Вполне допуская, что могла и задремать, все же столько времени за рулем, перелет и все волнения сегодняшнего дня. Я просто устала. Вот сейчас пойду спать, а завтра утром встану и с новыми силами примусь за работу. С сожалением покосилась на компьютер, решительно выключила его и, предусмотрительно проверив закрыта ли дверь, поднялась наверх.

* * *

Проснувшись ночью от громкого звона, я сначала никак не могла понять, где нахожусь, и что происходит. Натянув одеяло до подбородка, испуганно уставилась на окно, которое странным образом оказалось отрыто, хотя я была уверена, что не делала этого. Только сейчас осознала, где и в каком положении нахожусь. Слишком далеко от ближайшего города, одна, и может произойти все, что угодно. Непосредственно у меня, брать нечего, но мебель в доме, по крайней мере в тех комнатах, куда я заходила, явно ценная, и кто знает, что в этом доме есть еще.
Замерев и прислушавшись, я только собралась порадоваться, что не слышу никаких звуков, как вспомнила, еще днем обратила внимание на эту особенность дома. И вот тут, испугалась по-настоящему. Отчаянно пожалев, что у меня нет даже собаки для компании, я медленно встала с кровати, осторожно положила одеяло на матрас и подкралась к двери. Приложила ухо к поверхности, но выйти не решилась. Вместо этого, я поступила так, как делала в детстве, когда чего-нибудь пугалась — забралась под одеяло, подтянула ноги к груди и зажмурилась…

* * *

… Рис Марсден спустился по лестнице вниз, обвел придирчивым взглядом холл и удовлетворенно качнул головой. Подготовка к приему была на завершающей стадии. Особняк сверкал чистотой, а свечи ярко освещали все комнаты. С кухни доносились вкусные запахи, стол уже был сервирован, в охотничьей комнате подготовлено виски, а также вина и сигары, чтобы, когда ужин закончится, все мужчины могли перейти туда, дабы насладиться вкусом напитков двадцатилетней выдержки, ароматным дымом, заодно обсудить то, что считалась исключительно мужскими вопросами и делами.
Нельзя сказать, что Рис получал особое удовольствие от подобных сборищ, но положение обязывало, да и представители общества, в котором приходилось вести дела, не поняли бы иного. Так что, было на то желание лорда Марсдена или нет, но минимум дважды в месяц, его особняк открывал свои двери для гостей. Только полезные люди, аристократы, деловые партнеры и самые прекрасные девы высшего света. Каждый раз все происходило по одному сценарию. Аристократы показывали свою высокомерность и хвастались последними достижениями в самых разных жизненных сферах, дамы — глупость, красоту и драгоценности, а повара, как и всегда, демонстрировали прекрасную кухню и изысканность блюд. Ну а про винный погреб Риса, его коллекцию сигар и охотничьих трофеев, говорить и вовсе не приходилось. Никто из тех, кому посчастливилось получить приглашение на один из приемов хозяина Марсден-Холла, не могли похвастаться подобным.
Этот вечер обещал быть похожим на предыдущие. Рис быстро взглянул на каминную полку, быстро пересек холл, взял небольшой ключик, осторожно открыл дверцу, завел часы и поправил стрелки, сверившись с часами на цепочке.
— Далтон, — недовольно окликнул он дворецкого. — Ты возил часы к мастеру Кросту?
— Нет, милорд, — с достоинством склонился невысокий пожилой человек, темноволосый, хотя его виски уже щедро посеребрила седина. — Он в отъезде, а довериться его ученику или другому я не осмелился. Если вы распорядитесь, я найду другого мастера…
— Не надо, — гораздо мягче прервал его Рис. — Дождемся Кроста.
— Да, милорд.
Рис махнул рукой, отпуская дворецкого, сел на диван и взял стакан с бренди, предусмотрительно поданный одной из служанок. Марсден улыбнулся зардевшейся хорошенькой русоволосой девушке, вытянул руку, любуясь игрой огня через стекло, отпил глоток, с наслаждением перекатив виски во рту, проглотил и поставил бокал на стол. Мужчина откинул голову назад, наслаждаясь вкусом, а затем прикрыл глаза и снова подумал, как ошибся отец, когда выгнал его из дома. Последними словами высокомерного лорда Марсдена было напутствие, что щенок подохнет от голода максимум через пару месяцев, но он не примет его обратно, пока Рис не одумается. Но молодой Марсден одумываться не соизволил. Наоборот, он плюнул в ответ, развернулся и ушел в никуда. Денег не было, зато в наличии имелась физическая сила, упрямство и дурость, что так свойственны любому семнадцатилетнему парню. Рис направился в ближайший портовый город, несколько месяцев перебивался заработками в доках, а позже познакомился с капитаном одного из кораблей. Добросовестно выполнил одно не совсем законное задание, после чего чего, его наняли матросом на этот корабль. Крепко сдружившись с капитаном и помотавшись с ним по морям несколько лет, Рис унаследовал корабль после его смерти. Некоторый авторитет среди команды уже имелся, а недовольных Рис быстро заткнул. Понадобилось еще несколько лет, прежде чем Марсден решил вернуться обратно. Причиной стала смерть отца, у которого не осталось больше никаких наследников, кроме того, кого он самолично выгнал более десяти лет назад. Однако родная кровь значила для старого Марсдена все, а значит и титул, и наследство отошли Рису. С тех пор, он изменил свой образ жизни, вступил в наследство и поселился в родовом доме, продолжая руководить флотилией, сидя на берегу и изображая типичного аристократа. Но только глупец мог бы купиться на безупречный костюм, идеальную прическу и ленивый прищур глаз. Под всей этой шелухой до сих пор скрывался пират, который без раздумий мог прирезать человека, был готов рисковать ради увеличения благосостояния, имел свои представления о чести и законах, жизненные принципы, закаленные в слишком большом количестве крови, пота и соленой воды, а человеческие страсти и слабости использовал в свою пользу. Рис принял правила аристократического общества. Стал жить так, как и все его «новые друзья», но в последнее время часто злился, понимая, что постоянное притворство, лицемерие, высокомерие и пренебрежение теми, кто ниже по статусу, постепенно приносит свои плоды. Гнилые плоды. И Рис все чаще задавался вопросом о том, кого из толпы хорошеньких, но завистливых дур, выбрать на роль жены и матери наследника, ибо возраст давно пересек пограничную черту. Он последний представитель рода. Несмотря на то, что его отец был отъявленным мерзавцем, в одном он все же был прав — обеспечить продолжение рода столь же важная задача, как сохранение и преумножение богатства. Со вторым проблем не было, а вот с первым… У Риса челюсть сводило ото всех, кого прочили ему в невесты. Когда он был юн и романтичен, то желал жениться исключительно по любви, теперь же он хотел найти ту, кто хотя бы не будет его раздражать. Оставалась одна девушка подходящего происхождения из их округа, с кем он еще не познакомился лично. Как раз сегодня она должна была появиться в его доме. И Рис не хотел думать, что и она окажется очередной глупой куклой.
Чуткий слух уловил цоканье копыт лошадей, скрип колес экипажа и шорох гравия. Рис поднялся с дивана, мельком взглянул на себя в зеркало и стряхнул невидимую соринку с костюма. Отражение вернуло ему безупречный облик аристократа. Светлые волосы тщательно уложены и перетянуты бархатной лентой, лицо чисто выбрито, а белоснежный шейный платок оттенял по-прежнему загорелую кожу. Ярко-голубые глаза, на которые так велись женщины и поначалу не принимали всерьез мужчины, смотрели открыто и радушно. Улыбка демонстрировала белые зубы и только закрепляла образ представителя высшего общества. А вот крепкое тело, покрытое шрамами, закаленное в морях, проверенное в драках и битвах, удачно скрывал костюм. Рис никогда не афишировал, чем он занимался те четырнадцать лет, когда не был дома. Отговаривался, что учился и налаживал деловые контакты на другом конце света, что отчасти подтверждала его торговая деятельность, а в остальном просто отмалчивался. Скелеты были в шкафу у каждого, о размолвке отца и сына Марсденов знали многие, как и то, что сын вернулся после смерти первого, чтобы вступить в наследство и не дать угаснуть древнему роду. Правда, с последним пока были трудности. Учитывая варианты, Рис пока предпочитал свободную жизнь холостяка. Но принимать решение надо было и, желательно, как можно скорее. Рис знал, ему достаточно только намекнуть, и любой отец будет рад отдать за него свою дочь. Неважно, кто это будет. Деньги во все времена решали все, ситуация не изменилась и теперь, но у Риса были свои планы на этот счет.
… Прием не успел начаться, а лорд Марсден уже скучал. Перемещался от одного приглашенного к другому, добросовестно исполняя обязанности хозяина дома, когда стук в дверь возвестил о прибытии очередных гостей. Запоздавших, но, тем не менее, долгожданных. Марсден обернулся, наблюдая, как дворецкий принимает и передает слугам пальто крепкого седого мужчины. Ларган Веспар был лордом, но находился в довольно стесненном положении, как и многие люди его круга, которые к титулу не получили способности грамотно вести дела, зато с легкостью растрачивали накопленное предками. В случае Веспара дело осложнялось его склонностью к азартным играм. Но в руках Ларгана было то, что Рису очень хотелось заполучить, а именно патент, которым старик явно не знал, как правильно распорядиться.
Так что Рису не пришлось думать особо долго, прежде чем он понял, какое надо сделать старику предложение, чтобы он не мог отказаться. У Веспара имелась дочь, вступившая в брачный возраст, жениться Рис планировал, так отчего не совместить приятное с полезным. Репутация у девушки была безупречной, в отличие от ее папаши, который даже на прием к Марсдену притащил свою любовницу. Так что, правильно составленный договор, Рис откупится единовременной выплатой, возьмет в жены подходящую девушку и получит бессрочный патент на торговлю специями. Как ни крути, но Рис уже давно задумывался о том, чтобы окончательно распрощаться с незаконной деятельностью. Время пришло, а надежда, что дочь Веспара окажется не такой, как остальные, вновь подняла голову.
Веспар успел раздеться и теперь недовольно постукивал тростью о пол, ожидая, когда то же самое сделают его спутницы. Одну из женщин Рис узнал, причем знакомство было весьма близким. Леди Ада Сор. Это была светлокожая блондинка с пышными формами, а еще весьма честолюбивая, охотливая до развлечений и не смогла в свое время устоять перед голубыми глазами Риса. Но сейчас Марсден пристально рассматривал девушку, сопровождающую Веспара. Еще совсем юная, стройная как тростинка, с блестящими каштановыми волосами и синими глазами. Бедняжка… И это в то время, как мода диктовала быть исключительно блондинками с кожей «подобно снегу», лицом в форме сердечка, на котором должны были находиться небесно-голубые глаза.
Элена Веспар выбивалась из всех канонов. Сейчас, когда девушка, наконец, сняла плащ, Марсден мог лучше рассмотреть ее. Бальное платье нежного голубого цвета облегало стройную фигуру и подчеркивало грудь. Шею украшала тонкая цепочка с округлым цветным кулоном, волосы были уложены в высокую прическу, а изящные пальцы с анатомической точностью подчеркивали белоснежные перчатки. Лишенное загара лицо, на котором выделялись глаза цвета моря, в обрамлении пушистых черных ресниц. Мягкий изгиб чувственных губ, аккуратный нос, ямочки на щеках, когда рот трогала улыбка, и упрямый подбородок. Элена была немного смущена, хотя отчаянно не показывала вида. Неожиданно Рис понял, что если у нее имеются хотя бы зачатки мозгов, она не помешана на балах и сплетнях, то юная леди Веспар вполне устроит его в качестве жены и, возможно, они смогут даже найти общий язык. Уже сейчас Марсден осознавал, что с удовольствием бы стащил с нее тонкий шелк платья и попробовал на ощупь, так ли нежна ее кожа, как он представляет…

* * *

Отставил ноутбук на столик, я откинулась на спинку дивана. Прикрыла глаза, все еще находясь под действием волшебства.
Никогда раньше не представляла историю настолько реально. Даже сейчас мне казалось, что я сижу в том холле, где во сне проходил прием. Снова видела шикарные ковры, свет свечей, отражающийся в хрустале люстр, множество цветов, картин. В гостиной был накрытый белоснежной скатертью стол, на котором стояло множество приборов и блюд с едой, а в шкафах находилось огромное количество мелочей. Гости перемещались из комнаты в комнату, разговаривали, танцевали. Боже, все было таким реальным, что вовсе не казалось сном.
Я вспомнила, как проснулась утром, тело затекло от неудобной позы, но, не обращая внимания на боль в мышцах и, забыв про то, чего так испугалась ночью, как была, в футболке и пижамных штанах, бросилась вниз и включила компьютер. Очнулась только сейчас, когда записала все, что успела запомнить. Стоило только убрать ноут, как поняла, что не только желудок угрожающе рычит на меня, но и во рту пересохло. Потерла глаза, нажала на сохранение и удивленно посмотрела в файл. История получалась интересной и захватывающей, а значит, я сделала правильный выбор и, мое вдохновение все же вернулось ко мне после почти трехмесячного отсутствия.
Потянувшись, с довольным видом закрыла крышку ноута и вновь поднялась наверх. Продолжая думать о том, что видела, приняла душ, переоделась и даже заправила кровать. Остановилась около зеркала, с удивлением отмечая, каким предвкушением блестят глаза, и на мгновение представила, что вместо меня в нем отражается Элена. Не знаю, сколько времени я всматривалась в зеркало, пока мне не показалось, что поверхность затуманилась, а черты лица смазались. Когда отражение обрело резкость, то голубые глаза стали синими, волна растрепанных волнистых каштановых волос превратилась в изысканную прическу, украшенную жемчужной заколкой, а с лица пропал загар. Но стоило мне моргнуть, как все вернулось на свои места. В отражении на меня смотрела я сама, а девушка из сна пропала. Хотя, было то, что осталось неизменным. По прихоти судьбы, мой медальон и кулон Элены были очень похожи. Круглые, с растительным узором по краю и цветком в центре. Жаль, что мой был совсем обычным, в то время как ее — цветным. Растительная вязь — зеленой, лепестки цветка такие синие, как и глаза девушки, сердцевина — в виде крупной жемчужины, и все это на перламутровом фоне. Красивое украшение, одновременно яркое и изящное. Привычно погладив свой кулон, я улыбнулась отражению и спустилась вниз.
На кухне я сварила себе кофе и сделала несколько бутербродов. Задумчиво поев и, подсознательно отметив, что чувствую себя здесь, как дома, поняла, что просто обязана осмотреть не только особняк, но и территорию вокруг. Нашла папку, которую мне передал Тео при заключении договора, открыла и начала читать.
По всему выходило, что дому около трехсот лет. Несмотря на то, что многие землевладельцы отказались от лишних земель, владельцы Марсден-Холл оставили свое поместье в неизменном состоянии. Теперь становились понятно, почему ближайший городок находится так далеко. Получается, что последний час, как ехала сюда, я передвигалась по частной территории. Даже боюсь представить, сколько наследники хотят получить за все это, раз Кара так и не нашла покупателей. Впрочем, это не мое дело. Моя удача уже в том, что попала сюда. А учитывая, что я тут на птичьих правах, надо не терять время попусту.

* * *

Стоя у камина, я задумчиво обводила пальцем каждый завиток узора на часах. Мне до сих пор отчаянно не хватало информации.
После того, как закончила с едой, отправилась на улицу, зашла в сеть и начала искать все, что касалось Марсден-Холла и его владельцев. Информации относительно того времени было немного. Скупые сведения и даты, хотя я понимала, счастье найти и их. Подтвердилось, что Рис Марсден проживал в этом доме, был женат на некой Мэгги Вудворт и умер в 1866 году, оставив после себя сына. О потомках Риса данных особо не было. Опять же, даты и имена, но не более. Из чего я сделала вывод, они ничем особо не прославились, в отличие от предка, про которого говорилось, что он являлся крупнейшим судовладельцем и чуть ли не основателем торговой империи, если говорить современным языком. А дальше сведения обрывались. Было несколько ссылок, что более подробная информация находится в архиве Харфорда, небольшого города неподалеку от поместья. А значит, я обязательно наведаюсь туда завтра.
Немного загрустив, что так мало удалось найти, я решила потратить остаток дня на осмотр дома. Смогла обнаружить еще около десяти закрытых комнат, запертую мансарду и полуподвальный этаж, где царил полный разгром. Зато там нашлась часть мебели, а еще боксы с книгами, бумаги, упакованные столовые приборы, кухонная утварь, коробки со старой одеждой, в том числе столетней давности, разные мелочи и всякий мусор. Чтобы разобраться там, потребовался бы по меньшей мере месяц, которого у меня нет, так что я сосредоточилась именно на бумагах. Спустя пару часов, покрытая пылью, с грязными руками и жутко уставшая, я не продвинулась слишком далеко в своих исследованиях. Найденные счета, расчетные книги и переписка подтверждали лишь факт того, что Марсдены и ныне владеют этим поместьем. Увы, никаких откровений в виде дневников я не нашла.
Ближе к вечеру, я уже поняла, что все окажется сложнее, чем мне представлялось вначале, а значит, мой путь лежал в архив. Больше в этом сомнений не осталось. Думая, во сколько завтра лучше выехать и к кому обратиться, я снова провела пальцем по часам, нащупала небольшой выступ и задумчиво нажала на него. Раздался щелчок, в основании часов появилась щель. Затаив дыхание, я выдвинула небольшой ящичек и на красной бархатной подкладке и обнаружила ключ. Сама не понимая, зачем это делаю, и как решилась на подобное, вставила ключ в замок, сделала несколько оборотов, заводя часы. Стрелки дрогнули, а затем я услышала тиканье. Отшатнувшись, с размаху села на диван и с удивлением уставилась на карниз камина. Что-то изменилось вокруг. Меня словно овеяло легким ветерком. Неожиданно, я почувствовала запахи, хотя отчетливо понимала, что им неоткуда взяться, а наверху послышался скрип половиц… Сильно испугавшись, поднялась, попятилась к двери, выскочила на улицу и резко остановилась на пороге. Солнце село. Снаружи было темно. Я бросила панический взгляд обратно на особняк. Потом снова во тьму ночи, где не виднелось ни единого фонаря. И вернулась обратно в дом, закрыв за собой дверь на ключ. Лучше снова спрячусь где-нибудь, чем поеду на ночь глядя. Завтра будет новый день, тогда и решу, как поступить дальше.

* * *

… Элена не хотела ехать на прием, который устраивал самый желанный холостяк Харфорда. Но отец не интересовался ее мнением. Ларган Веспар вообще думал и вспоминал о дочери только в свете выгодного замужества, что позволило бы ему решить его финансовые проблемы. Элена не винила его. Когда она подросла, то стала слишком похожа на мать, а значит, являлась живым напоминанием для отца. Не очень приятным, раз Ларган усиленно старался не замечать дочь и вдобавок отправил ее в закрытый пансион, забирая домой лишь изредка. Так продолжалось последние лет пять, но две недели назад все изменилось. Отец вернул ее домой, стал чрезвычайно любезен, настаивал, чтобы она выходила в свет, и озаботился обновлением гардероба. Нельзя сказать, что Элена отнеслась к этому настороженно. Наоборот, ее радовало такое проявление участия, хотя девушка и понимала, вызвано это лишь тем, что она вступила в брачный возраст. Впрочем, замужество ждало ее так или иначе и было всего лишь вопросом времени. Пока же Элена наслаждалась неожиданным чувством семьи, тепла и заботы. Единственное, что омрачало ее жизнь, так это то, что отец повсюду таскал свою любовницу, леди Аду Сор, а это вызывало сплетни и шепотки за спиной…
Элена с любопытством рассматривала особняк Марсден-Холла. Дом был великолепен, сад ухожен, сквозь ярко освещенные окна виднелись гости, и доносилась музыка. Девушка вздохнула, поднялась по ступеням и радушно улыбнулась привратнику, распахнувшему тяжелую дубовую дверь. В лицо ударила смесь ароматов из духов и свежих цветов, а смех, музыка и разговоры стали гораздо громче. Дождавшись, пока в обход этикету сначала разденется отец, потом его любовница, Элена передала плащ дворецкому. Поправила непослушный локон и обвела взглядом холл. Девушка не понимала, отчего у нее чувство, будто она стоит обнаженной среди огромного количества народа. Невольно вздрогнув, она обнаружила виновника этогочувства. Элена посмотрела в сторону лестницы и встретилась взглядом с тем, кого машинально окрестила дикарем. Идеальный костюм не скрывал тренированного тела, сильные пальцы слишком крепко сжали перила лестницы, а в голубых глазах царило мрачное торжество и предвкушение. Да и вообще, мужчина был так не похож на тех, кто последнюю пару недель встречался девушке на приемах. Элена безошибочно определила хозяина дома, но, вопреки правилам хорошего тона, ей захотелось спрятаться, оказаться как можно дальше от обладателя этого цепкого взгляда, бежать сломя голову. Она понимала, что никогда не сделает этого. Наоборот, Элена склонилась в реверансе, и когда Рис Марсден приблизился к ней, протянула руку для поцелуя. Твердые губы обожгли неожиданно похолодевшую кожу. Девушка задрожала, а при новом взгляде на хозяина Марсден-Холла, мужчина показался ей самым прекрасным из всех виденных ранее мужчин. Элена запаниковала, когда Рис любезно предложил ей руку и попросил стать хозяйкой дома на сегодняшний вечер. Но, встретившись взглядом с отцом, не решилась ослушаться молчаливого приказа. Девушка улыбнулась лорду Марсдену, вложила ладонь в его, стараясь не обращать внимания, как большой палец нежно погладил ее руку, и последовала за мужчиной…

Глава 2

* * *

Мне пришлось немного поплутать по городу, прежде чем я нашла городской архив. Потом, поболтать полчаса с работницей, которая несколько удивилась моему интересу, но затем развила бурную деятельность и принесла столько книг и подшивок, что я оторопела. Причину столь сильного рвения я, поначалу, списала на скуку, но вскоре убедилась, что ошиблась.
Спустя еще час я робко попросила помочь мне, в полной мере оценив энтузиазм и знания Лиз, симпатичной женщины с лучистыми голубыми глазами. Если бы не она, я могла бы тут поселиться, но не факт, что нашла бы необходимое. А после того, как она напоила меня совершенно потрясающим холодным чаем, я и вовсе решила, что Лиз — ангел.
Откинувшись на спинку стула, я заложила руки за голову и взглянула на исчерканный записями блокнот. Стало понятно, Марсден был примечательным человеком во всех смыслах этого слова, но я все равно удивилась, когда вскрылись некоторые подробности его жизни. Он был удачлив, богат, предприимчив и пользовался авторитетом.
— Еще одна партия, — радостно объявила Лиз, входя в комнату с новыми папками. — Прости, но про Веспаров почти ничего нет. Последнее упоминание относится к 1853 году, потом тишина.
— Интересно, — пробормотала я. — Куда же они могли деться?
— Смотри, — Лиз открыла передо мной одну из книг, куда были подшиты газеты того времени. — Здесь говорится о продаже особняка, и его покупке лордом Марсденом.
— Дом сохранился? — нервно спросила я.
— Да, но сейчас он принадлежит городу, и там находится школа.
Я прикрыла глаза, немного подумала, решила, что необходимо передохнуть, и улыбнулась Лиз.
— Предлагаю прерваться, прогуляться и поесть. Согласна?
— Лиэн…
— Я никого здесь не знаю, и мне необходим совет даже в выборе кафе, — прищурилась и снова улыбнулась. — И потом, у меня корыстный интерес. Хочу тебя арендовать на ближайшие дни, денег ты у меня не берешь, так что разреши мне хотя бы угостить…
— Вот ты лиса, — усмехнулась Лиз. — Тебе повезло наткнуться на меня. Я и сама интересуюсь историей того периода, а вот про Элену Веспар ты меня удивила. Никогда не слышала, что она собиралась замуж за лорда Марсдена. Да и вообще, о ней есть всего пара упоминаний.
Я промолчала, естественно, не решаясь признаваться в том, откуда у меня появились такие сведения. Вполне могло оказаться, что все это воспаленный бред разума. Я прекрасно помнила, как чувствовала во сне: Рис хотел жениться на девушке, а она сразу влюбилась в него. И я могла поклясться чем угодно, что дело должно было принять именно тот поворот событий, который приведет к свадьбе. Утром, когда проснулась, у меня возникло ощущение, будто я сама была одновременно и Рисом, и Эленой, настолько чувствовала их, понимала их мысли, и знала об их жизни слишком многое. Еще в Марсден-Холле я перерыла все доступные ссылки, что выдала сеть, но Элена Веспар, как сквозь землю провалилась. А просмотрев документы, принесенные Лиз, надежда, что найду ответы на свои вопросы в архиве, развеялась как дым.
— Лиэн, у тебя телефон трезвонит.
Я недоуменно посмотрела на Лиз, перевела взгляд на сумку, где действительно разрывался сотовый, и быстро достала его.
— Кара?
— Ты чего не отвечаешь? — не здороваясь, рявкнула на меня подруга. — Я тебе весь вечер названивала…
— Прости. В доме связи нет, а я постоянно забываю об этом.
— Ладно, проехали, — уже более спокойно сказала она. — В общем, расклад такой. Мистер Марсден не против, чтобы ты пожила в доме.
— Сколько? — перебила я ее, едва сдерживаясь, чтобы не закричать от радости.
— Научись слушать до конца, — ворчливо протянула Кара. — Он странный мужик. Сначала сказал, что деньги ему не нужны, заявил, чтобы ты убиралась, и тогда я попробовала его уговорить изменить решение. Сказала, что ты писательница, и хочешь написать историю, а в качестве декораций видишь только его дом и ничего больше…
— Что ты сказала? — ахнула я.
— Знаю, — виновато ответила Кара. — Здесь я дала маху. В общем, он не против, но хочет, чтобы ты согласовала роман с ним…
— Что?!
— Прости…
— Я даже редактору не позволяю влезать! Непонятный мужик будет диктовать мне условия?! Мне проще уехать и все! Пошел твой Марсден куда подальше со своими развалинами! Так ему и передай.
Я отключилась, швырнула телефон на стол и поймала недоуменный взгляд Лиз.
— Все в порядке? — спросила она.
— Нет, но все образуется, — криво улыбнулась я, машинально поглаживая свой любимый медальон и успокаиваясь. — Пойдем есть.
— И ты мне все расскажешь, — потребовала она.
— Идет…

* * *

— Чудеса да и только, — протянула Лиз, когда я вкратце рассказала ей историю моего появления в Харфорде.
Понятно, что о своих снах я умолчала, сказала лишь, что случайно прочитала о Рисе Марсдене, заинтересовалась его биографией и решила расследовать все на месте. Пришлось признаться и в том, что я писатель, и получить в ответ радостный возглас той, кто являлась моей читательницей и поклонницей, а еще обещание, что она обязательно мне поможет выяснить всю подноготную владельцев Марсден-Холла.
Я попробовала притормозить энтузиазм Лиз, с сожалением признавшись, что вынуждена покинуть особняк из-за разногласий с его хозяином. На что получила приглашение пожить у нее, лишь бы еще немного задержалась в городе. Я отказалась, попросила не обижаться, и мы сошлись на варианте с гостиницей, и уже через пять минут и короткого звонка Лиз своей подруге, владелице этой самой гостиницы, получила огромную скидку на проживание и бронь лучшего номера. Настроение уверенно поднялось вверх. Правда, я откровенно сожалела о невозможности остаться в особняке, хотя он и пугал меня порой до дрожи.
— Никак не могу поверить, что ты та самая Лиэн Андер, — вновь и вновь повторяла Лиз, пока я не попросила ее говорить тише и не раскрывать мое инкогнито.
Я улыбнулась, отпила кофе и посмотрела в окно. Скоро начнет темнеть, а значит мне следовало выдвигаться в особняк, чтобы собрать вещи, последний раз пройтись по комнатам, подышать воздухом и покинуть дом окончательно. Как ни манил меня Марсден-Холл, но я не могла оставаться в нем на условиях, выдвинутых его владельцем. Хотелось только надеяться, что история, которую я уже начала писать не останется незавершенной, и я смогу закончить ее, оставаясь в городе.
— Я поеду, — сказала я, расплачиваясь за обед. — Завтра вернусь, заселюсь и заеду к тебе. Спасибо за все, Лиз. Не знаю, чтобы я делала без тебя.
— Ты мой кумир! — восторженно заявила она.
— Меня больше устроит определение подруга, — мягко поправила я ее. — Если ты не против.
— Буду счастлива.
Мы попрощались, я села в машину и медленно поехала обратно.

* * *

Дом встретил меня неприветливо. И дело было вовсе не в темных окнах, и некой запущенности сада. Я словно кожей почувствовала, что он обижен на меня. Мнительная и мистическая часть моей натуры мгновенно провела параллель с нежеланием здесь оставаться. Но, с другой стороны, что мне оставалось делать? Представив на мгновение, вот появится чужой человек и начнет указывать, как мне делать мою работу, внутри все бастовало, и появлялась неимоверная злость. Ни одна история не стоила того. Я никогда не считала себя конфликтным человеком, но свое право на творчество была готова отстаивать не только с пеной у рта, но и с топором в руках. Слишком тяжело и долго я к нему шла. Через непонимание со стороны родителей, психологические и денежные проблемы, насмешки знакомых, ревность мужчин, и еще множество не сильно приятных моментов. А теперь, спустя десять лет, заслужив имя, пусть и фальшивое, я просто не позволю сделать что-либо подобное вообще никому.
Я подошла к двери, осторожно погладила дерево, коснулась колотушки и извинилась перед домом. Знала, что поступаю глупо, но ничего не могла с собой поделать. На мгновение представив, как должен чувствовать себя тот, кто много лет звал в гости, радушно принял, а в ответ получил предательский побег, мне только и оставалось, что просить прощения. Этим я и занималась, не решаясь войти, пока не почувствовала, что напряжение немного спало. Я поблагодарила старый особняк, вошла внутрь и аккуратно прикрыла дверь.
Дом все равно казался пустым. Я зажгла свет, но ощущение обреченности никуда не пропало. Было тихо, если не считать мерного тиканья часов на камине. Они-то и притянули мой взгляд. Я заметила, что уже почти восемь, и словно завороженная принялась наблюдать, как стрелки совершают круг, чтобы начать новый. Когда до этого момента оставалось три минуты, часы снова остановились, и в доме наступила оглушающая тишина. Это было так неправильно, что первым моим порывом было завести их. Я медленно подошла к камину, вновь отмечая, как дом поглощает все звуки, взяла ключ и отшатнулась, когда в стекле часов промелькнуло чье-то отражение. Нервно сглотнув, я все же вставила ключ в паз и несколько раз провернула его.
И снова произошло то же самое, что и вчера. Лицо овеял ветерок, со стороны кухни донеслись вкусные ароматы, но сегодня еще и моргнул свет. Мне стало страшно. Но мерное тиканье успокаивало, так что, устроившись на диване и взяв компьютер, я быстро накидала варианты развития событий. Конечно, планом романа это и не пахло, но я сделала так, как подсказывала мне интуиция. Затем быстро собрала вещи, чтобы не тратить на это время с утра, и с чистой совестью отправилась спать.
Но здесь крылось второе неприятное открытие. Сон не шел. Я проворочалась несколько часов, пока не осознала, что не могу заснуть. Легче было встать и еще немного поработать, но, представив на мгновение, насколько разбитой я буду с утра, лишь сильнее зажмурилась. Никаких изменений, не считая того, что я теперь думала о кровати в хозяйской спальне и ее матрасе, который так впечатлил меня еще в первый день. Через час я уже видела в нем единственное решение возникшей проблемы. Нервно поворочавшись еще немного, все же решительно поднялась, захватила с собой подушку с одеялом и направилась в соседнюю комнату.
Для того, чтобы заправить постель потребовалось совсем немного времени. Я довольно осмотрела получившееся… ложе, иначе и не скажешь, скинула шлепанцы и вытянулась на кровати, блаженно прищурившись. Это было именно то, что надо. Быстро спрыгнув на пол, я прошлепала босыми ногами к центральному выключателю, и резко остановилась.
В первый день, когда я только осматривала дом, то прекрасно помнила, что часы на камине не работали. Сейчас же звук их хода отчетливо звучал в комнате. Я нервно оглянулась, помотала головой, но все осталось так же. Медленно подошла ближе, еле ощутимо коснулась их пальцами и отдернула руку, когда стрелки дрогнули, на мгновение остановились и снова продолжили свой ход. Нет, я правильно делаю, что переезжаю в город. В ином случае, дом Марсденов сведет меня с ума. Выключив свет, я забралась в кровать и еще долго смотрела на часы, пока веки не стали тяжелыми…

* * *

… Тело дрожало, кожа была чувствительной до безумия, а глаза совершенно не хотелось открывать. Я жадно ловила ртом воздух, одновременно отвечала на поцелуи, цеплялась за широкие плечи, царапала их и сжимала… Сходила с ума от желания, чувства наполненности и приближающего пика… Несколько секунд и мир вокруг взорвался яркими красками, тело выгнулось, затем я потеряла способность соображать, бездумно и бессильно упав на простыни…
Невольно я начала учащенно дышать, тело ломило в сладкой истоме, а голова запрокинулась назад. Ощутив на шее горячее дыхание, а следом и поцелуй, с губ сорвался прерывистый стон. Я сходила с ума от прикосновений, таких жарких, страстных и жадных, что хотелось только одного — продолжения. Еще больше поцелуев, объятий и ласк. Я облизала горячие припухшие губы, вытянула руки вперед, обняла любимого за шею и жадно притянула к себе, чтобы поцеловать…
Осознание того, что я чувствую и делаю, пришло одновременно с пробуждением. Резко вскочив с кровати, прислонилась спиной к стене и, кутаясь в простыню, прижала ладонь к груди, пытаясь унять суматошно бьющееся сердце. Сон был таким реальным, что я до сих пор чувствовала прикосновение мужских рук и губ к своему телу. Невероятное возбуждение никуда не уходило, несмотря на все попытки привести себя в порядок. Понимая, что единственным подручным средством остается душ, но до него еще надо было добраться. А ноги дрожали так, что я боялась сделать даже шаг.
Прикрыв глаза, я несколько раз глубоко вздохнула, нервно качнула головой, довольно ощутимо приложившись затылком об стену, и бессильно сползла на пол, спрятав пылающее лицо в ладонях.
Не знаю, сколько времени я вот так сидела, но мелодичный женский голос раздался настолько неожиданно, что я замерла и забыла, как надо дышать. А к нему почти сразу присоединился хриплый мужской… Непонятно откуда взявшийся ветерок донес до меня аромат тонких женских духов, немного агрессивных мужских, а еще… запах страсти и любви.
Все еще дыша через раз, я медленно приоткрыла глаза и захотела еще сильнее вжаться в стену. Я сидела по-прежнему на полу, кутаясь в простыню, и успокаивая бешено бьющееся сердце, да и комната была той же. И кровать… на которой я заснула вечером… Но сейчас на ней находилось двое. Мужчина и женщина. Я могла видеть только широкую мужскую спину… Ее владелец, опираясь на вытянутые руки, почти полностью закрывал женщину, которая лежала под ним. Сползшая простыня прикрывала крепкие бедра, но мне и этого невинного зрелища хватило, чтобы сердце снова начало биться с сумасшедшей скоростью. Светлые волосы, немного спутанные и в беспорядке лежащие на плечах, испарина на коже, мышцы, что перекатывались под ней, ритмичные сильные движения…
Горящие свечи еще сильнее подчеркивали эффект, бросая отблески на загорелое тело, и это окончательно сводило меня с ума.
Судя по всему, его любовница была не в меньшем восторге от мужчины. Хотя с того места, где я находилась, я могла различить только белокурые кудри, разметавшиеся по подушке, согнутую в колене ногу, тонкую лодыжку и изящные руки, что ласкали мужскую спину.
И вот блондин нагнулся еще сильнее, я услышала звук поцелуя, женский стон, а затем, пальцы любовницы оставили на мужской спине заметные красные полосы…
— Ты дикая кошка, Алиса, — рассмеялся он. — Твоими стараниями, я буду похож на тигра.
— Ты и есть мой тигр, — мурлыкнула женщина и недовольно запротестовала, когда мужчина откатился в сторону и сел на кровати, спустив ноги на пол. — Сильный, страстный, опасный…
Женщина лениво потянулась, привстала, обняла любовника со спины, прижалась губами к одной из кровавых царапин, поймала выступившую капельку крови… Мужчина повернул голову, и я невольно ахнула. На кровати сидел уже знакомый мне по предыдущим снам Рис Марсден.
Я нервно сглотнула, тут же прикрыла рот и только сейчас осознала, что на мой вскрик никто не обратил внимания. Сначала я подумала, что меня не заметили, но вот, Рис снова развернулся, обнимая любовницу, и в какой-то момент посмотрел в ту сторону, где сидела я… и ничего не сказал.
Меня никто не видит… Это просто сон! Мне нечего бояться, и я вовсе не сошла с ума. Сложно сказать, успокоило это или обрадовало.
А между тем объятия становились жарче, поцелуи страстнее… Никогда не думала, что буду вот так жадно наблюдать за тем, как пара занимается любовью, но я не могла отвести взгляда, забыв про стеснительность.
Это было так красиво, естественно, горячо и умело, причем со стороны обоих любовников… Когда они снова разомкнули объятия, я испытала чувство острого сожаления, что все закончилось. Но мастерство в любви владельца Марсден-холла однозначно вызвало уважение, зависть к его партнерше и осознание того, что мне подобного испытать не довелось.
— Как бы я хотела, чтобы на земле наступила вечная ночь, чтобы мы могли любить друг друга, не оглядываясь на рассвет, — с сожалением вздохнула Алиса. — А еще, чтобы ты позволил мне остаться здесь навсегда.
— Это невозможно, — заметил Рис.
— Так это правда? — женщина отстранилась, прислонилась к спинке кровати, прикрылась простыней и сложила руки на груди. — То, что говорят в свете? Ты решил жениться на этой монашке?
— Не понимаю, о чем ты, — равнодушно обронил Рис, поднялся с кровати и надел брюки.
— Элена Веспар, — немного визгливо заметила блондинка. — Говорят, что ты ведешь переговоры о браке.
— А если и так? — приподнял бровь Марсден. — Алиса, милая, я не понимаю, в чем проблема? Мне нужна девушка из хорошей семьи с безупречной репутацией и наследник. Если ты забыла, то хочу напомнить — наши отношения не могут быть другими. К тому же, ты сама замужем.
— Мой муж немощный старик, который вот-вот покинет этот мир.
— И ты думала, что после его смерти, станешь моей женой? — усмехнулся Рис. — Алиса, я не настолько наивен. Ты мне нравишься, но не настолько, чтобы связать с тобой жизнь. Буду откровенен, меня немного нервируют твои способности. Говорят, что каждая теща — ведьма, но когда ею является жена — напрягает и сильно.
— Моя магия никогда не причинит тебе вреда, — заметила Алиса. — И ты это знаешь. Та клятва, что была мною произнесена, дана не просто так и никогда не потеряет своей силы.
— Порой меня пугает твой дар, — повторил он. — Но я ценю твою преданность и дружбу.
— Вся моя сила, жизнь и любовь принадлежат только тебе. Но вернемся к более насущным вещам. Зачем ты позвал меня сегодня? — прищурилась женщина.
— Собирался сказать, что отныне нам не следует видеться наедине, — сообщил Марсден.
— Хочешь заделаться монахом?
— Намерен быть достойным своей невесты, — парировал Рис. — Она чистая, невинная девушка. Идеальная будущая жена и мать наследника.
— А я, значит, гожусь только на то, чтобы спать со мной и скрывать наши отношения?
— Алиса, мы знакомы уже столько лет. Когда ты была еще просто Алисой, простолюдинкой, уличной гадалкой и мошенницей, а о браке с аристократом могла только мечтать. Ты высоко поднялась, не без моей помощи, ну и, конечно, своей невероятной красоты и магии. Потерять все из-за прихоти… Это непохоже на тебя, дорогая. Так что я забочусь о твоей репутации, милая, — улыбнулся Рис. — Ты так долго хотела попасть в высшее общество, и теперь хочешь позволить слухам испортить все, к чему так долго шла?
— Почему ты говоришь мне об этом сейчас? После того, как затащил меня в постель? — процедила женщина.
— Начнем с того, что соблазнила меня ты, как и в нашу первую встречу лет восемь назад. И да, ты всегда знала, что рано или поздно это должно было случиться, и наши отношения закончатся.
— Рис, — блондинка вздохнула. — Женись, раз тебе приспичило, но мы все равно можем удовлетворять страсть друг друга. Пусть реже, чем сейчас, но ни один другой мужчина не дарил мне столько любви и ласки. Я не хочу потерять тебя.
— Нет, — покачал головой Марсден. — Я и так поддался искушению, но больше этого не повторится. Мы будем общаться, я по-прежнему окажу тебе всю необходимую поддержку. Деньги тоже не проблема, хотя не думаю, что ты в них нуждаешься.
— Рис, ты прав. Как ни грустно мне от того, что сегодняшняя ночь последняя, я принимаю твое решение, — улыбнулась Алиса. — Знаешь, я завидую твоей невесте и никогда не забуду, что между нами было. Со своей стороны, ты можешь во всем рассчитывать на меня…
— Что ты задумала, Алиса? — прищурился Рис. — Столь быстрое согласие наводит на подозрения.
— Я люблю тебя, Рис. И всегда буду любить. Если хочешь наследника от Элены Веспар, я не стану мешать и становиться на пути твоих желаний. А взамен, позволь мне оставаться твоим другом, быть так близко, насколько это возможно и надеяться, что прошлое вернется. В твоей жизни было много женщин, но ты всегда возвращался ко мне…
— Этого не произойдет. И я не хочу давать тебе напрасных надежд, — уже мягче сказал Марсден, присев на край кровати и взяв любовницу за руку. — Элена милая хорошая девушка. Я не желаю делать ей больно.
— Грозный тигр думает о чувствах своей добычи? Непривычно слышать подобное. Ты любишь ее, Рис?
— Я выбрал ее, — коротко ответил Марсден.
— Что ж, это достойный выбор, — улыбнулась Алиса. — Надеюсь, ты станешь счастливым с ней. А если нет, знай, я всегда буду ждать тебя…
Я честно старалась не шевелиться, но тело уже настолько затекло от неудобной и неподвижной позы, что я самым элементарным образом завалилась на пол. Тут же вскочила на ноги, но… я снова была в полупустой комнате, почему-то рядом с кроватью, а вовсе не в углу, где думала, нахожусь. И, в полном непонимании от случившегося. Было ли это сном, видением или я каким-то образом оказалась в прошлом? Сплошные вопросы и стойкое ощущение, что я медленно схожу с ума…

* * *

Спать хотелось до безумия, но моя нервная система была не способна выдержать еще одно эротическое переживание. Поэтому, выудив в сумке таблетку успокоительного, я вернулась в ту комнату, где спала в самый первый день и уставилась на потолок.
Мне не давала покоя подсмотренная или приснившаяся сцена в спальне. Помимо того, что она была ну очень горячая, и я до сих пор так и не успокоилась толком, особенно, стоило припомнить обнаженное тело Риса Марсдена и его… умения. Одно было несомненно. Пусть блондин и жил пару веков назад, и мне стоило воспринимать его не иначе, чем бред воспаленного разума, в какой-то момент я осознала, что хотела бы находиться на месте Алисы. Уверена, я бы тоже пошла на все, чтобы не упустить такого мужчину.
Алиса… Красивая она. И опасная. Не совсем понятно, про какую магию они говорили, очевидно, и Рис, и его любовница в свое время не избежали увлечений занятиями спиритизмом и подобной ерундой, но я ни на секунду не поверила, что женщина отступилась. Нет, в бирюзовых глазах отчетливо виделась решимость и упрямство. Такие девушки просто так никогда не сдаются, в каком бы веке они ни жили. Вопрос в том, что задумала блондинка, потому как, несмотря на все ее уверения, благословлять Риса на счастливую семейную жизнь она была не намерена.
— Что же здесь произошло? — пробормотала я, чувствуя, что таблетка начинает действовать, и глаза сами закрываются.

* * *

… Элена спускалась по лестнице, легко касаясь перил, стараясь не споткнуться о пушистый ворс ковра и ловя отражение в зеркале. Девушка по-прежнему осознавала, что не дотягивает до канона принятой красоты, но ей было совершенно наплевать на это, потому что она была любима, любила сама, и сегодня Рис должен был объявить об их помолвке, а значит, они станут еще на шаг ближе друг к другу.
Светильники горели десятками свечей, а пальцы подрагивали и одновременно отстукивали мелодию. Элене так хотелось напеть ее, но присутствие гостей останавливало. Вместо этого она поправила прическу, чуть сильнее приподняла подол платья, справедливо решив, что лучше нога покажется на сантиметр выше допустимого приличиями, чем она споткнется и упадет на глазах у нескольких десятков человек. Тем более, ее появление уже заметили и теперь не сводили с нее глаз. Еле заметно улыбнувшись, Элена проделала последние шаги и оказалась в окружении приглашенных. Но взгляд искал только одного, того, кто четыре дня назад приходил к ее отцу и просил руки девушки. Когда Ларган позвал дочь к себе и сообщил о своем решении, она еле сдержалась от радостного вскрика. Вместо этого Элена лишь поклонилась и смиренно сказала, что с благодарностью примет любой выбор. Отец остался доволен ответом и пообещал, о помолвке объявят на предстоящем приеме, а дочь может заняться выбором платья.
Рис стоял рядом с камином, задумчиво трогая часы, но, словно почувствовав взгляд невесты, обернулся, подарил еле заметную улыбку и тут же отвернулся в сторону, наградив комплиментом леди Сор и что-то сказав леди Харгарес. Рис не показывал свои чувства, как и просила невеста. Он не понимал, почему она боится, а Элена не решалась рассказать.
Если бы ей хватило уверенности открыться, обнажить свои страхи и довериться любимому, то Рис обязательно выяснил, что Ларган Веспар получил еще одно предложение на руку дочери, и лорд Даер, и Рис имели равные шансы заполучить девушку. И если первый был кредитором Веспара, то второй подкупил его выгодным предложением. Оба пообещали примерно одинаковые суммы, и Ларгар Веспар еще не принял окончательного решения. Все должно было решиться сегодня и стать вердиктом в отношениях Элены и Риса. Во власти отца было в любой момент как не заключать, так и разорвать помолвку и отдать, а точнее продать собственную дочь возможному третьему желающему, если его предложение окажется более интересным. Увы, Рис этого не знал, иначе повысил бы сумму, чтобы старик не думал о других вариантах. Но, по непонятной причине, невеста молчала, а Марсден воспринимал это как очередное проявление робости, скромности и нежелания беспокоить его по пустякам.
А в голове у Элены бродили совершенно другие мысли. Она опасалась, что если отец узнает про ее чувства к жениху, то из-за непонятной злости не даст ей быть счастливой и отменит помолвку. Именно это утверждала ее подруга, и Элена была склонна верить ей. Несмотря на то, что Мегги и сама только вышла из стен пансиона, она лучше разбиралась во всех этих тонкостях. Поэтому, по ее совету, Элена попросила жениха притвориться, что они не только равнодушны, но и даже не выносят друг друга, чтобы после того, как священник благословит и обвенчает их, уехать из проклятого отчего дома к мужу и стать счастливой.
— Элена, — позвал девушку отец, и она поспешила к нему, продолжая смотреть на Риса, который вышел в середину холла, поднял свой бокал и попросил минуту внимания. — Стой рядом, — приказал он, взяв напиток с подноса у проходящего мимо слуги.
Музыка стихла, гости обступили хозяина Марсден-Холла полукругом, и приготовились слушать.
— Дамы и господа, благодарю вас всех за то, что пришли сегодня в мой дом, — Рис взял паузу и посмотрел на Элену. — Хочу поделиться с вами радостью и объявить, что совсем скоро я распрощаюсь с холостяцкой жизнью. Я сделал предложение и заручился согласием лорда Ларгана Веспара, который пообещал мне руку своей дочери, Элены.
Взгляды присутствующих обратились на девушку, которая опустила сверкающие от счастья и слез радости глаза, покраснела, а затем и вовсе резко перехватила бокал с шампанским, что часть напитка выплеснулась на пышный ковер, вызвав новую порцию смущения Элены.
— Моя невеста так застенчива, что ей сложно оставаться спокойной, — Рис невольно улыбнулся, мельком отмечая, какой яростью блестят глаза парочки его последних любовниц, как спокойна Алиса, хотя и улыбается вместе с большинством гостей, но отмахнулся от этого, как от нечто несущественного. — И я рад, что самая достойная и прелестная девушка в Харфорде согласилась стать моей женой. Элена, подойдите ближе. Место невесты рядом с ее будущим мужем.
Рис наблюдал, как старательно Элена обходит людей, приближается к нему и робко вкладывает свою руку в его. Он не удержался, с удовольствие прижался губами к девичьим пальцам, отметил, как она затрепетала, подняла на него восхищенный взгляд, и окончательно решил для себя. Патент патентом, но было и кое-что еще. Рис Марсден успел влюбиться в девушку, причем сам не заметил, как, и теперь отчаянно ждал дня свадьбы, чтобы сделать Элену своей. Но пока пришлось ограничиться лишь тем, что он надел на тонкий палец семейное кольцо, полюбовался, как оно сверкает, хотя его блеск не мог сравниться с сиянием глаз девушки, и еще раз жадно припал к ее руке губами.
— А теперь вернемся к танцам, — радостно провозгласил он, чтобы на законных основаниях обнять девушку во время танца, почувствовать, как изгибается ее стан под тяжестью его руки, ощутить, как вздымается от учащенного дыхания девичья грудь, ресницы трепещут, а на щеках появляется румянец.
Танец был чудесен, и Элена восторженно следовала за женихом. Девушке безумно хотелось побыть с Рисом наедине, но она понимала, пройдет еще пара месяцев, прежде чем у них появится такая возможность. До того, как состоится свадьба, оставаться вдвоем с мужчиной было невозможным, пусть он и являлся ее женихом. В любом случае это нанесет урон ее репутации, но Элене до безумия хотелось ощутить, как Рис сожмет ее в объятиях, поцелует не пальцы, а губы, которые горели уже от одной мысли об этом.
— Я бы так хотела, чтобы все они ушли, — шепнула она мужчине и затаила дыхание, когда руки сжали ее талию так, что на мгновение стало больно.
Элена подняла на жениха взгляд, наткнулась на потемневший мужской, странно блестевший и полный ожидания, и нервно облизала губы. Только что ей владела смелость, и вот она снова готова потупиться и бежать подальше. Элену пугали собственные чувства, она не знала, что и как надо делать, чтобы понравиться Рису еще сильнее, но была готова практически на все. Предложи он ей сбежать на край земли, и она согласится не раздумывая. Но особенно радовало девушку то, что их чувства были истинными, а не внушенными или наносными.
— Ты сможешь выйти через полчаса наружу? Я буду ждать тебя в центре лабиринта, — прошептал он, одновременно целуя руку, когда танец закончился.
Элена лишь качнула головой, соглашаясь выполнить его просьбу, и тут же вся подобралась, когда к ней подошел отец, подал руку и пригласил на следующий танец.
— Спасибо вам, — поблагодарила его за доброту.
— Я забочусь о тебе дорогая, как и обещал твоей матери, — довольно громко, гораздо громче, чем того требовали приличия, сказал он Элене и улыбнулся.
На мгновение, девушке показалось, что он недоволен, но она отогнала от себя эту мыль, уносясь в своих мечтах обратно к Рису и стараясь не думать о том, как ей неприятно видеть его, обнимающего других дам. А если добавить к этому то, что после отца ее повел в танце лорд Даер, то настроение и вовсе испортилось. Элена знала, что он делал предложение ее отцу, и в очередной раз порадовалась, что лорд Веспар отдал предпочтение Рису. На мгновение представив, что она стала бы женой этого невысокого и неприятного мужчины в возрасте, с бегающими глазами и потными руками, девушку бросало в дрожь. А вот несостоявшийся жених пользовался моментом и сильно прижимал к себе Элену. Она не выдержала и судорожно оглянулась, ища взглядом Риса и надеясь, чтобы он не видел этого. Увы. По одному его взгляду Элена поняла, это не осталось незамеченным, хотя он продолжил танцевать, лишь на мгновение сбившись с ритма. Девушка осознала, что приличия не позволят ни ему, ни ей поступить иначе. И хотя она чувствовала холодные пальцы лорда Даера, отчаянно хотела вырваться и убежать, была вынуждена ждать, пока не закончится мелодия. Только после этого, Элена смогла покинуть танцевальный зал, сославшись на усталость и волнение сегодняшнего вечера, одновременно замечая, как Рис быстро посмотрел на нее и пошел в соседнюю комнату. Незаметный взгляд на часы, и Элена поняла, что назначенные тридцать минут почти истекли. Попросив разрешения у отца немного передохнуть в одной из комнат, дабы прийти в себя, девушка выскользнула в сад, воспользовавшись входом для слуг, и поспешила скрыться в лабиринте. Рис обещал ждать ее там, и сердце Элены колотилось от ожидания чего-то невероятного, запретного и волшебного. Она смело ринулась вперед, не думая ни о чем. Она целиком и полностью была уверена, что Рис не обидит ее, не сделает ничего такого, о чем ей придется сожалеть в дальнейшем. Да и вообще, они уже практически муж и жена, а девушке так хотелось попробовать свой первый поцелуй…

* * *

— Они все же были помолвлены! — это было первым, что я едва ли не крикнула, после того, как проснулась и резко села на кровати.
— Рад это слышать, хотя не понимаю, о чем идет речь, — вдруг сказал мужской голос.
Я застыла от неожиданности, а затем медленно повернула голову и громко ахнула. В кресле у окна сидел крепкий светловолосый мужчина, вытянув ноги, сложив руки на груди, и пристально разглядывал меня.
В голове пронесся целый ураган мыслей, но, прежде чем я резко заорала на незнакомца, чтобы выяснить, что за посторонний мужик так по-хозяйски расположился у меня в спальне, еще раз взглянула на него и застыла.
Светлые волнистые волосы, загорелое лицо, голубые глаза, такие пронзительные и лучистые, правда, смотрящие на меня с насмешкой и каким-то непонятным торжеством. Но весь ужас ситуации заключался в том, что передо мной находился двойник Риса Марсдена, если сделать некоторую скидку на современность. Волосы были короче и не уложены в гладкую прическу, а свободно лежали на плечах, вместо изысканного камзола, широкую грудь и накаченные плечи обтягивала белая футболка, а дорогие туфли заменили кроссовки. Но фамильное сходство было настолько ошеломляющим, хотя я и видела Риса только во сне, что у меня перехватило дыхание.
— Марсден, — прошептала я.
— Собственной персоной. А вы, я так понимаю, Лиэн Андер? — усмехнулся он, а когда я кивнула, продолжил. — Итак, мисс Андер, у нас возникли некоторые проблемы.
— Какие? — выдохнула я.
— Мне нужно знать, как вы попали в дом…
— Я съеду сегодня, — перебила я его.
— Да оставайся сколько угодно, — поморщился он, переходя на ты. — Но мне надо прояснить некоторые моменты.
— Кара сказала, что условием моего проживания здесь станет контроль над тем, чем я занимаюсь, — процедила, снова заводясь, и тут же замолчала, когда поняла, что просто глупо теряю время. — Этого я позволить не могу.
Для меня стало уже привычным, просыпаясь, нестись к компьютеру, чтобы не упустить ни мельчайшей детали того, что возникло в голове. А сейчас я тратила драгоценные мгновения на болтовню, в то время как картинка произошедшего с Рисом и Эленой начала подергиваться туманом.
— Марсден, ты можешь подождать с разборками? — быстро спросила я, откидывая одеяло и спрыгивая с кровати.
— Ты куда? — донеслось мне в след удивленное.
— Просто не трогай меня пару часов, — крикнула в ответ, перепрыгивая через ступеньки.
В холле я сразу же уселась на диван, включила компьютер и пропала для всего мира. Марсден что-то говорил, спрашивал, но я лишь отмахивалась от него, как от надоедливой мухи. Пальцы порхали над клавиатурой, я отвлекалась лишь на доли секунды, чтобы убрать волосы, что лезли в лицо, да тронуть кончик носа, когда не сразу могла понять, как лучше сформулировать предложение. Несколько нервировало чужое присутствие, все же работать я привыкла в тишине и одиночестве, но даже этот тревожащий фактор не заставил меня прерваться, пока я не поставила точку.
Привычное сохранение, я поставила ноутбук на стол, откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза, все еще переживая события, которые только что описывала.
— Лена?
— Лиэн, — недовольно и машинально поправила я, тут же опомнилась, резко села и уставилась на мужчину, который стоял у камина и задумчиво касался рукой часов.
— Да мне без разницы, — сообщил он, повернулся, а затем вовсе прошел к дивану и сел рядом со мной на него.
— Тогда зачем называть меня именем, которого больше не существует? — нахмурилась я.
— Может быть потому, что это твое настоящее имя? — улыбнулся блондин.
На мгновение я вновь стала маленькой девочкой Леной Смирновой, которая думала, что сходит с ума, не понимая, откуда в ее голове появляются видения. Но, совершенно иное имя, отказ от родного дома, другой язык и новое занятие сделали свое дело. Я начала жизнь с чистого листа и не собиралась возвращаться к прошлому. Быстро прикрыв глаза и сделав глубокий вдох, я решила не обращать на все это внимания. Не то, чтобы я делала секрет из своего прошлого, но и не сильно афишировала его. Марсден вполне мог навести справки и выяснить, что к чему. А сейчас надо узнать кое-что другое.
— Марсден, — выдохнула я. — Как ты здесь оказался?
— Лиэн, у меня такое чувство, что ты меня не слушала или, точнее, не в себе, — мужчина задумчиво на меня посмотрел, резко протянул руку и приложил ладонь ко лбу. — Жара вроде нет.
Его ладонь была горячей, немного шершавой и твердой. Я нервно сглотнула, уставилась на Марсдена и зависла, когда заглянула ему в глаза. Невероятное сочетание. В первый момент казалось, что это взгляд ребенка, настолько лучистым и добрым он был, но стоило присмотреться внимательнее, как становилась заметна серая окантовка черного зрачка. И этот цвет нес в себе опасность. И чем дольше я смотрела, тем сильнее он заполнял радужку.
— С тобой все в порядке? — взволнованно спросил мужчина.
Я дернулась, отвела взгляд и вскочила с дивана.
— Пойду, соберу вещи, — пробормотала я.
— Остановись! — Марсден оказался рядом со мной, схватил меня за плечи и хорошенько встряхнул, а затем заставил сесть обратно. — Как ты попала в дом?! — резко спросил он и впился в меня взглядом.
— Послушай, Марсден, — попыталась улыбнуться я. — Произошло недоразумение. Я сняла у Кары совершенно другой коттедж, чтобы поработать, но в агентстве произошла путаница, и меня направили не туда. Я приехала, позвонила риэлтору и спросила разрешения задержаться на денек. Я так устала в тот день, — немного приврала я для убедительности, заодно оправдываясь. — Ехать куда-то еще, было выше моих сил. Я попросила ее связаться с тобой на предмет возможности аренды. Ответа пришлось ждать пару дней. После того, как ты мне в этом отказал, я забронировала номер в гостинице, но слишком поздно вернулась из города, чтобы собрать вещи, поэтому и осталась еще на одну ночь… Просто скажи, сколько я тебе должна за эти три дня, и мы расстанемся довольные друг другом.
— Это все я уже слышал, хотя и в несколько другой подаче, — заметил мужчина. — Но ты не ответила на вопрос. Как ты попала в дом?
— Прости, я не совсем понимаю, — сначала мне показалось, что он надо мной издевается, поэтому решила пояснить, как для не особо умного. — Я приехала, открыла ворота, а затем дверь, и вошла.
— Как ты открыла двери? — резко спросил мужчина.
— Марсден, мне кажется, жар у тебя, — заметила я. — Ключом открыла. Тем самым, который мне дали в агентстве.
— Это невозможно, — заметил он.
Я посмотрела на мужчину и окончательно для себя решила, что он псих, или у него не все дома. Но тут в голову пришла мысль, что все намного хуже. Марсден вполне мог оказаться маньяком, и не факт, что он это он. И если я его так назвала, а он подтвердил, все равно это могло оказаться неправдой. А дальше… все стало походить на дешевый фильм ужасов. Я в старом доме, до Харфорда не менее двадцати километров, поэтому кричи не кричи, меня никто не услышит. Засада!
Осторожно отодвинулась от мужчины, еще медленнее поднялась, а затем схватила самое ценное, что у меня было — компьютер, и рванула к выходу. Прижав ноутбук к груди одной рукой, второй схватилась за ручку и подергала ее. Дверь не открывалась. Я испуганно обернулась, прижалась к ней спиной и уставилась на Марсдена, который с непонятной улыбкой наблюдал за моими действиями.
— Дверь открой! — рявкнула я, пытаясь не показывать свой испуг.
— А я ее не закрывал, — пояснил мужчина, поднялся с дивана и подошел ко мне.
В доказательство своих слов, он нажал на ручку и распахнул дверь.
Отпихнув мужчину в сторону, хотя скорее он отошел сам, ведь сдвинуть эту глыбу мышц против его желания было бы проблематично, я бросилась к машине. Не обращая внимания, как гравий впивается в ступни, я лишь радовалась тому, что не вытаскивала документы из бардачка, а ключи из замка зажигания, и отчаянно думала, как одновременно умудриться открыть кованые ворота.
— Лиэн, постой, — окликнул он меня. — Я все объясню.
— Иди ты, — буркнула я, дрожащими пальцами поворачивая ключ и понимая, что машина не заводится.
В полной панике, я долбанула руками об руль, отчего сработал сигнал, и снова начала пытаться завести машину.
— Пока не успокоишься, ты не уедешь, — спокойно сказал Марсден, открыл водительскую дверь, нагнулся и вытащил ключ из замка зажигания. — Пойдем в дом, я все тебе объясню.
— Никуда я с тобой не пойду.
Я старалась оставаться спокойной, но меня колотило, как никогда раньше. Я никогда не боялась разных загадочных мест, научилась не пугаться собственных снов, а когда увидела наяву то, что так долго снилось мне, приняла это относительно нормально. Даже особняк, несмотря на его тайну, я воспринимала просто декорациями для той истории, что в нем произошла, если согласиться, что мои сны были реальностью прошлого, и в чем я себя убедила. А сейчас… Сейчас я жутко напугалась. И я не понимала, чего больше. Мужчину, который говорил странные вещи или самого дома…
В памяти возникли множество фильмов, что я видела. Но одно дело видеть, а совсем иное — столкнуться с этим лицом к лицу.
— Пойдем, — Марсден взял меня за руку, настойчиво потянул на себя и заставил выйти из машины. — Дом все равно не отпустит…
Не знаю, почему я позволила себя увести. Но, когда мы оказались внутри, я сразу же успокоилась. Хватило одного взгляда на часы и мерное тиканье заворожило меня, заставило растерять всю злость и позабыть про испуг и страх.
Марсден проводил меня к дивану, усадил на него и устроился рядом, так и не выпустив мою руку из своей. Я опасливо покосилась на него, потом осмотрела себя и попыталась окончательно успокоиться тем, что не похожа на широко разрекламированную по всем фильмам ужасов типичную жертву насилия. Я не блондинка в короткой юбке и топе, да еще и на каблуках. Про то, как это происходило на самом деле, я старалась не думать, чтобы окончательно не растерять уверенность в себе.
В самом деле, не польститься же Марсден на растрепанную босоногую девчонку в пижамных брюках и майке, к тому же брюнетку. И да, в то, что Марсден это Марсден, я окончательно поверила. И дело не только в том, что он знал про Кару и ситуацию с домом, я никак не могла избавиться от мысли, что это, мать его, реинкарнация того Риса Марсдена, которого я видела во сне.
— А теперь мне бы хотелось услышать объяснения происходящему, — жалобно попросила я.

Глава 3

* * *

— Не уверен, что ты готова услышать правду, — усмехнулся Марсден. — Но хочу еще раз спросить, как ты открыла дом? И не держи меня за психа, — добавил он, когда открыла рот, чтобы именно это и озвучить. — Это и правда очень важно.
Я сделала глубокий вдох, посмотрела на мужчину, который казался взволнованным не на шутку, и спокойно рассказала все, что произошло в то утро. Марсден слушал меня внимательно, не перебивал, а когда я закончила, задал несколько уточняющих вопросов. Особенно его интересовали часы, и делала ли я что-нибудь с ними. Сначала я молчала, не желая признаваться в том, что вообще трогала их, но под цепким взглядом голубых глаз сдалась.
— Где ты взяла ключ? — напряженно спросил мужчина.
Я вздохнула, встала с дивана и открыла небольшой ящик в подставке часов, нажав на уже знакомую мне пружинку. Достала оттуда ключ, который вернула на место накануне вечером и протянула его Марсдену.
— А раньше его там не было, — задумчиво отметил он, крутя ключ между пальцами.
Я пожала плечами, но на диван не вернулась, оставшись стоять у камина.

И только дом — свидетель тех событий,
Он видел их, и кто принес беду.
Но прошлое не может измениться,

— Что это? — поинтересовалась я, когда Марсден резко замолчал.
— Так стишок, — ушел он от ответа.
Повисла напряженная пауза, во время которой я еще раз оценила внешние данные мужчины, с грустью вспомнила, во что я сама одета и поняла, что мне жизненно необходимо не только посетить ванную комнату, но и переодеться. Хм… непоследовательность и нелогичность собственных мыслей выводила из себя. Только что я готова была бежать от него быстрее ветра, и вот уже размышляю о том, что недостаточно привлекательно и свежо выгляжу. Надо срочно прояснить некоторые детали, не говоря уже про все остальное. И вообще, что это значит, «дом не отпустит»?
— Марсден, — тихо позвала я. — Я могу идти?
— Куда? — рассеянно спросил он.
— В Харфорд. У меня там бронь в гостинице…
— Оставайся здесь и живи, сколько тебе понадобиться, — неожиданно сказал он.
— Но…
— Никаких условий я тебе ставить не стану. Кара не совсем правильно меня поняла, — он поморщился. — Я вовсе не пытаюсь давить на тебя и указывать, что и как писать, просто… Я бы хотел знать, о чем ты пишешь.
— Мужской интерес к книгам, которые пишет женщина и которые априори считаются «розовыми соплями»…, — с сомнением протянула я и многозначительно замолчала.
— Ты такого низкого мнения о собственной работе? — Марсден приподнял бровь.
Я в ответ едва не зарычала от злости. Ну да! Мальчики разных возрастов, но с одинаковым коэффициентом IQ читают исключительно вестники городской брехаловки, а в «редкие» минуты отдыха — суровую мужскую прозу, где главный герой нагибает всех и каждого, а если кто не падает ниц перед ним от одного только запаха тестостерона, то однозначно признается дефектным. И ведь никого из них не переубедишь, что если на обложке стоит женское имя, то под ней не обязательно любовный роман. Просто от авторов-женщин ждут именно их, а любые попытки отойти от шаблона мягко и не только пресекаются.
— Лиэн? — позвал меня Марсден.
— Слушай, а у тебя имя есть? — я вдруг осознала, что знаю только его фамилию.
— Тайрис, — немного помолчав, ответил он. — Друзья зовут Рис.
— Не смешно.
— Не понял, — нахмурился Марсден.
— Слишком большое скопление Рисов на один конкретно взятый дом.
— Ладно, оставим мое имя. Можешь звать по фамилии, я не против.
Я снова замолчала. Последние полчаса наше общение напоминало разговор двоих, которые по неизвестной причине старательно остаются в одной комнате, хотя стремятся уйти.
— Ты расскажешь мне, что не так с этим домом? — спросила я. — Я не сумасшедшая, но не могу не признаться, некоторые вещи, что я увидела или услышала в нем, немного напрягают.
— Сначала ответь, не снился ли тебе этот дом во сне? — напряженно спросил Марсден.
Я промолчала и опустила голову, разглядывая пол.
— И давно? — с непонятной горечью усмехнулся блондин.
— Точно не скажу, но уже долгие годы, — тихо призналась я и с надеждой посмотрела на мужчину. — Ты не знаешь, почему?
— Дом живой, — ошарашил меня Марсден, и я уставилась на него как на ненормального, хотя и сама подозревала нечто подобное.
— И в чем это проявляется? — демонстративно усмехнулась я, хотя внутри выдохнула с облегчением.
Признать тот факт, что дело не в том, что я сошла с ума, а в том, что в моих видениях оказался виноват кто-то другой, пусть это и… дом, было проще всего.
— Например, он порой может заупрямиться и не разрешает покинуть его, а последние годы не пускает сюда никого, кто пришел незваным и не в моем сопровождении. В этом ты убедилась совсем недавно. Иногда посылает странные сны или подбрасывает подарки. В качестве примера можно привести ключ от часов.
И снова я промолчала про то, что слова Марсдена подтвердились, и в плане видений.
— Я прожил здесь около года, — продолжил Марсден. — хотел привести в порядок и осесть, но все что я смог сделать, это решил вопрос с водой и светом, да отремонтировал кухню. Во всем остальном, мои действия нагло саботировались, — он задрал голову лицом вверх и почти выкрикнул. — Так? Я все правильно говорю?
Я старалась не замечать, как, словно в ответ на его слова, по коже скользнул легкий ветерок и послышался скрип наверху. Нервно сглотнув, я уставилась на Марсдена, размышляя, он серьезно говорит или придуривается.
— Но даже мне он не показал, где лежал ключ, чтобы завести часы, — продолжил Марсден и усмехнулся.
— Да что не так с этими часами?! — едва не плача, спросила я, чувствуя, что совершила нечто и это принесет мне очередные проблемы.
— Лиэн, ты меня совершенно не слушаешь, — покачал головой Марсден. — Но начнем по порядку. Ты веришь, что существуют силы, которые недоступны нашему пониманию?
От того, как он посмотрел на меня, стало жутко. Взгляд требовал ответа и был настолько цепким, что я поняла, если совру, Марсден тут же это поймет. Ничего не оставалось, как кивнуть и затаить дыхание в ожидании ответов, которые мне так были необходимы. Вот только я почему-то вовсе не была уверена, что он станет изливать мне душу.
— Я не верил, — тихо сказал он. — Скажу больше. Я даже не знал, что во владении моей семьи есть эта недвижимость. Но после смерти отца мне начали сниться сны. Я только отметил свое восемнадцатилетие, — зачем-то пояснил блондин и продолжил. — Сны, в которых я попадал в личность другого человека. В первый раз это показалось довольно интригующе, и мне даже понравилось, настолько реальным это все оказалось, а позже начало пугать. Прошло время, и я привык, хотя сны меня не радовали, да и нашел объяснение, что к чему, я тоже далеко не сразу. И вот уже шестнадцать лет, как я с редким постоянством продолжаю их видеть. Я даже попытался избавиться от дома, но, раз ты сейчас здесь, становится понятно, мне это не удалось.
— Почему ты мне все это говоришь? — спросила я и добавила язвительно. — Не боишься, что тисну статейку в какой-нибудь журнальчик желтой направленности?
— Нет, — улыбнулся он.
— Что так?
— Ты сделала выбор, когда приехала сюда, — спокойно сообщил мне Марсден, запутав еще сильнее. — Теперь, хочешь ты того или нет, но за каждым твоим действием будет наблюдать дом…
— Марсден, ты псих?! — перебила я его. — Ты бы себя со стороны послушал.
— Хочешь кофе? — предложил он. — А пока я буду его готовить, можешь пока сходить в ванную и привести себя в порядок.
Я поморщилась, припомнив о том, как выгляжу, но почему-то кивнула мужчине. Подозрительно покосилась на часы, что тихо и спокойно тикали на камине, вздохнула и медленно побрела наверх.

* * *

Еще спускаясь по лестнице, нос уловил самый невероятный аромат в мире — свежесваренного кофе. После душа чувствовала я себя свежо, гораздо увереннее, чем полчаса назад, да и решительнее.
Пока я стояла под упругими струями, у меня было время подумать, успокоиться и привести мысли в порядок. Сама того не замечая, я все для себя решила. Если Марсден не выгоняет меня из дома и не собирается вмешиваться в творчество, то я вполне могу задержаться в особняке, пока все не выясню. Конечно, вся ситуация довольно странная, но лишь подтверждает собственные мысли. Да и вроде не похож Марсден на психа или маньяка, хотя если он вдруг решит тоже жить в доме, то дверь в спальню на ночь я буду закрывать на ключ, а лучше и стулом подпирать.
Я погладила перила рукой, в очередной раз поразилась тому, насколько они теплые, спустилась в холл, но никого там не обнаружила. Ориентируясь на запах, я прошла на кухню и увидела Марсдена, который уже разливал кофе по чашкам и инспектировал ту нехитрую снедь, что была в доме.
— Не густо, — заметил он.
— Мне нормально, — пожала я плечами и села за стол.
Ну да, пара пачек с печеньем, колбаса, хлеб и кофе. Что еще нужно, когда порой невозможно оторваться от компьютера?
Марсден хмыкнул, взял кофе, поставил передо мной чашку, а сам сел напротив со своей. Обхватил ее ладонями, отчего она почти потерялась в его руках, внимательно посмотрел на меня и слегка скривился. Я быстро окинула себя взглядом и несколько завелась. И чего это он нос воротит? Полчаса назад, к этому действительно были основания, но вот прямо сейчас я благоухала ароматом арганового масла, спортивные брюки и майка были чистыми, а еле влажные волосы я собрала в хвост, чтобы не мешались. Не светская дама, но и не замарашка какая!
— И…, — напомнила я о собственном присутствии, когда тишина стала нетерпимой. — Так и будем молчать?
— Не знаю, с чего начать…
— С начала, — любезно подсказала я.
— Я и сам не всего знаю, — Марсден задумчиво посмотрел на меня. — Надеялся, что ты прольешь свет на некоторые детали.
— Смешно, — не удержалась от комментария я.
— А мне вот совсем не смешно, — разозлился Марсден и повысил голос. — Как ты думаешь, каково это несколько лет считать, что у тебя поехала крыша, а потом ждать «знака»? Я взрослый мужик, вынужден верить в сказки, да еще и тебя убеждать в том, во что до сих пор толком не верю и сам.
— Не ори на меня, — осадила я его.
— Ладно, — махнул он рукой, успокаиваясь и опустошив за раз половину чашки. — Более ста пятидесяти лет назад, в этом доме проживал Рис Марсден, судовладелец, аристократ и…
— Пират, — буркнула я.
— И это тоже, — подтвердил Марсден. — Мой прапра…
— Прадед, — предложила я. — Так будет короче. Согласен?
— Хорошо, — коротко взглянув на меня, согласился блондин, но не стал на этом останавливаться и продолжил. — Там очень мутная история получилась. Я перерыл все, что смог найти, но так и не выяснил обстоятельства того, что привело к проклятию моего рода.
— Что? — переспросила я и нахмурилась.
Нет, я уже почти поверила в то, что дом живой, предметы появляются и исчезают странным образом, но проклятие… Быстрый взгляд на Марсдена, чтобы понять, блондин вовсе и не шутит. Сидя напротив мужчины, я усиленно пыталась понять, кто из нас больший псих. Я, которую преследуют видения, или он. А может, мы оба того?
— Не веришь? — усмехнулся Марсден и подвинул мне чашку с кофе, что сиротливо остывал рядом. — Пей. Это весьма бодрит.
Я послушно кивнула, отпила глоток и сделала новое открытие. Невероятный аромат, чуть горьковатый привкус, одновременно острый и пряный.
Блондин варил кофе так, что мне захотелось его расцеловать. Но вместо этого я насладилась вкусом и запахом напитка, вернула чашку на стол, сложила руки на груди и пристально посмотрела на Марсдена.
— Так что там с проклятием?
— Рис Марсден, — усмехнулся блондин, все это время не сводящий с меня взгляда, — был весьма удачлив. О нескольких годах его жизни нет сведений, но когда он вернулся…
Марсден методично рассказывал мне все то, что я уже знала. Но, я все равно внимательно слушала, в надежде узнать что-то новенькое. Увы. Хотя, когда он подошел к факту его женитьбы, я тут же встрепенулась. И снова потухла, когда Марсден выдал сухой перечень сведений. Про Элену Веспар, о которой я отдельно спросила, хозяин особняка не слышал, а меня больше всего волновала именно эта часть жизни того Риса.
— Почему ты спрашиваешь о ней? — прищурился он.
Дилемма. Могу ли я признаться, что и сама страдаю галлюцинациями? Хотя я уже в них призналась. Возможно, откровенность с моей стороны поможет быстрее все выяснить.
Набрав в легкие больше воздуха, я изложила краткую версию того, что успела узнать. Марсден слушал настолько внимательно, что это приободрило, и только я начала говорить о своих предположениях, как блондин вдруг перебил меня и предложил:
— Пойдем, — Марсден резко поднялся и схватил меня за руку.
— Но…, — попробовала я протестовать, но блондин меня не слышал и потащил за собой.
Я старалась не обращать внимания, что снова чувствую ветер, слышу скрип половиц, но не могла не отметить, что когда мы оказались снаружи особняка, все это стихло. Резко выдернув руку, я шагнула назад.
— Ты уже видела лабиринт? — Как ни в чем не бывало, спросил Марсден, а когда я покачала головой, улыбнулся и протянул мне руку. — Пойдем.

* * *

— Не думай, что я псих, — заявил блондин, когда мы остановились перед входом в тисовый лабиринт. — Но мне показалось очень важным отвести тебя сюда.
Марсден еще что-то говорил, а я как завороженная смотрела на вход. Высокая арка из тиса, мраморный барельеф с изображением Ариадны с клубком ниток, надпись на латыни, которую я не могла прочитать и два входа… В центр лабиринта, там, где находился фонтан, если припомнить сон, вели две тропинки, словно сама Ариадна предлагала выбрать дорогу и попытать удачи. Но я отчего-то знала, что одна дорожка заканчивается тупиком, поэтому решительно шагнула направо. Первый поворот, второй… Я прекрасно знала, куда надо двигаться, чтобы не упереться в глухую стену и идти обратно. А позже я сделала еще одну глупость — закрыла глаза. И, несмотря на все это, я отчетливо осознавала, сколько шагов до очередного поворота, куда надо свернуть… Я снова открыла глаза и резко выдохнула, понимая, что на реальность постепенно накладывается другая картинка. Тот лабиринт был ниже, но более ухоженный. Сквозь гущу ветвей невозможно было различить другую тропинку, хотя я знала, она находится всего лишь в полуметре. Прямо, направо, потом два раза налево… Не отдавая себе отчета в собственных действиях, я вновь закрыла глаза и шагнула вперед.
Сердце колотилось, как сумасшедшее, в голове был туман, но я продолжала идти вперед. Пока не поняла, что дошла… Было страшно. Я боялась увидеть то, что подсказывало непонятное ощущение внутри. Интуицией это нельзя было назвать, потому что я никогда не была в этом месте, но… я точно знала, что предстанет моему взгляду…

* * *

… Как хорошо, что Рис не только успел показать ей лабиринт за домом несколькими днями раньше, но и рассказал секрет, как не заблудится в нем. В ином случае у Элены бы возникли большие проблемы. А так, практически прикрыв глаза, девушка едва не бежала вперед, подобрав юбки гораздо выше, чем того дозволяли приличия, не обращая внимания на сбившееся дыхание и заполошно колотившееся сердце.
Путанные дорожки безошибочно привели ее в центр. Ровно подстриженные тисы выглядели практически черными в ночной мгле, звезды и луна освещали белый гравий на дорожках, а прохладный весенний ветерок обдувал разгоряченное лицо и тело. Девушка миновала полуобнаженную статую богини, удостоверилась, что идет верно, прошла дальше и, наконец, вышла к небольшому круглому фонтану.
Элена нервно оглянулась, но Риса не было видно. Тогда девушка опустилась на мраморную скамью и принялась ждать.
Марсден появился почти сразу за невестой. Если быть совсем честным, то он следовал за ней от дома. Любовался волнением, которое читалось на ее лице, когда Элена оборачивалась, чтобы убедиться, что ее никто не преследует. Девушка будоражила кровь Риса, он удивлялся невероятному сочетанию застенчивости и смелости ее характера, поражался красоте и благодарил судьбу, что она дала ему возможность встретить ее.
Та, кто поначалу рассматривалась просто как один из возможных вариантов на роль жены, незаметно стала для него всем. Он отчаянно хотел большего, чем просто целовать ее руки и касаться во время танцев. Рис страстно желал сжать ее в объятиях, жадно поцеловать. Да что там… Рису хотелось слишком многого. Возможно, сказывался добровольно наложенный целибат, но впервые в жизни, Марсден даже смотреть не хотел на других женщин. Он хотел только одну девушку… Практически сходил с ума, представляя, как медленно распустит шнуровку корсета Элены, спустит платье с плеч, припадет губами к шее, спустится ниже и ниже, обнажая желанное тело. А потом положит девушку на шелк покрывала, избавит ее от остатков одежды, полюбуется, как отблески огня от камина играют на ее коже. Он покроет поцелуями каждый сантиметр ее тела, будет ласкать до тех пор, пока Элена не забудет себя от страсти, что зажжет ее кровь, а затем осторожно накроет девушку телом и сделает своей. Она будет только его, такая нежная, красивая, смелая, застенчивая. Он научит ее искусству любви, заставит пылко отвечать ему и выкрикивать его имя в момент удовольствия, и проведет по всем волнам страсти…
— Рис, — испуганно прошептала Элена, и Марсден понял, что стоит, как ненормальный, забыв про все на свете, и жадно раздевает девушку глазами, но так и не удосужился оповестить о своем приходе, а она недоуменно и робко смотрит на жениха.
— Элена, — Рис в два шага оказался рядом, протянул руку и, когда она вложила свою ладонь в его, настойчиво потянул на себя.
Он отчетливо почувствовал, как девушка задрожала, но от этой дрожи все внутри него ликовало. Для Риса не было секретом то, что для Элены пока казалось непонятным. Юная невеста и сама отчаянно желала его, хотя и не отдавала себе в этом отчета. Но Рис безошибочно читал язык тела и теперь еще сильнее ждал того дня, когда сможет рассказать и показать Элене, насколько упоительна и прекрасна бывает страсть, особенно когда ее питает не похоть, а любовь. А еще Рис осуществит немыслимое для их общества — женится по любви.
Элену трясло как в ознобе. Близость того, кого она безумно любила, вызывала такое волнение, что у нее подкашивались ноги. Она практически повисла на руках жениха, который с легкостью удерживал ее, сжимая сильнее с каждой минутой. Девушка запрокинула голову, теряясь в голубых глазах, что блестели при свете луны, затаила дыхание, понимая, что сейчас произойдет что-то невероятное и, поражаясь собственной смелости, нашла в себе силы, приподнялась на носочки и обвила шею Риса руками.
Мужчина застонал, сильнее сжал талию девушки, приподнимая невесту так, что их лица оказались на одном уровне, и коснулся ее губ своими. Сквозь тонкую ткань платья он ощущал, как бешено колотится сердце любимой. Впрочем, его билось еще сильнее. Рис сам не заметил, как забыл обо всем, углубил поцелуй, который перестал быть невинным. Он ласкал приоткрытые и покорные губы, властно сжимал тело, накрывал ладонью грудь и осторожно поглаживал ее, чувствуя, с каким пылом реагирует на его действия Элена.
Марсдена сжигало желание, охватившее тело, но, когда он обнаружил себя сидящем на скамье, в то время как девушка устроилась на его коленях, а подол платья пополз вверх, обнажив стройные ноги до колен, то заставил себя отстраниться. Элена уже совершенно не понимала, что происходит, полностью отдавшись своим ощущением, лишь негромко шептала имя Риса и зарывалась пальцами в светлые волосы, с которых куда-то подевалась шелковая лента. И как ни хотелось Рису продолжить начавшееся, он заставил себя думать не только о собственных желаниях, но и о репутации и чувствах Элены. Он догадывался, какой стыд она испытает, уже после того, что они делали, не говоря о том, если Марсден доведет дело до конца. Впервые в жизни Рис хотел, чтобы все было правильным. Элена не та девушка, которая заслуживает своего первого раза вот так вот, на лавке, в то время как дом полон гостей. Она не та, кто под маской невинности и скромности прячет грязь помыслов и, поломавшись для приличий, сама поднимает юбки, одновременно притягивая Риса ближе. Марсден сам не простит себе, если воспользуется неопытностью девушки… Нет, он вполне способен подождать еще немного и дать Элене все, что она заслуживает.
— Рис, — недовольно пробормотала девушка, по-прежнему не открывая глаз, и потянулась за новым поцелуем.
— Элена, каждый день без тебя похож на вечность, — хрипло прошептал он, прижимая невесту к себе, осторожно снимая с колен и поправляя одежду. — Не знаю, как я сдерживаюсь…
— Боже мой, — как и думал Рис, девушка смутилась, дернулась в сторону и отвернулась, опустив голову вниз и лихорадочно приводя себя в порядок.
— Я люблю тебя больше жизни, — горячо сказал Рис, снова прижимая к себе невесту и целуя руки, особенно тот палец, на котором сверкало семейное кольцо Марсденов. — Прости меня за настойчивость. Знаю, мы должны немного подождать, но мне сложно не пытаться коснуться тебя. Я никогда не прощу себе, если в твоих глазах появятся слезы или стыд. А это обязательно произойдет, если мы не остановимся прямо сейчас. Хотя больше всего на свете, я хочу схватить тебя, прижать к себе и отнести в спальню, — неожиданно горячо и искренне признался он.
— Рис, — Элена вдруг повернулась, внимательно посмотрела на жениха и неожиданно протянула руку и погладила его лицо. — Прошу, не считай меня бесстыдной, но я и сама хочу того же. И спасибо тебе за то, что ты остановился и остановил меня.
— Я люблю тебя, — повторил Рис, мягко захватывая руку и целуя ее.
— И я тебя люблю, — призналась девушка, поражаясь с какой легкостью слова слетают с губ. Это было так естественно и просто, признаваться в собственных чувствах любимому мужчине и знать, что он испытывает к тебе то же самое.
— Ты самое великое и долгожданное чудо, что мне могли подарить боги, — прошептал Рис. — Я сделаю все, чтобы наша свадьба состоялась как можно скорее, и я с гордостью и радостью назову тебя леди Эленой Марсден. А теперь пора возвращаться, пока наше отсутствие не стало слишком очевидным.
Рис протянул руку, помог девушке подняться, придирчиво осмотрел и поправил одежду и прическу. То же самое проделал и с собой, затем еще раз привлек Элену к себе, запечатлев на ее губах легкий поцелуй.
— Помни, я всегда буду любить тебя и не позволю никому встать между нами, — горячо пообещал он.
— Я верю тебе, — отозвалась Элена…

* * *

Картинка происходящего снова смазалась, я заморгала и с изумлением обнаружила, что небо раскрасили закатные краски, а мы с Марсденом сидим на скамье. Точнее, на ней находился блондин, а я устроилась у него на коленях, обнимала мужчину за шею и с пылом отвечала на поцелуи. Надо сказать, чувствовала я себя весьма комфортно. Происходящее казалось таким правильным и естественным, но… Я сидела на коленях у совершенно постороннего мужчины, с которым познакомилась только этим утром, обнимала его, запускала пальцы в его шевелюру, прижималась всем телом, да еще и изгибалась подобно кошке. Для полного комплекта не хватало только замурлыкать от удовольствия, ведь поцелуи Марсдена были такими сладкими. Я снова прикрыла глаза, отдавшись нахлынувшим эмоциям, что туманили разум сильнее, чем любое другое средство.
Пока я соображала, что происходит и как мне поступить, блондин недовольно нахмурился, так и не открывая глаза, собственническим жестом снова притянул меня к себе и впился в губы новым поцелуем. Я ахнула от ощущений, поерзала у него на коленях, нервно сглотнув от того, что все тело пылало как в огне. Отчетливо почувствовав, что сейчас может произойти, я попробовала снова отстраниться, но мне этого не позволили. Наоборот, Марсден чуть наклонился назад, так, что я почти распласталась у него на груди, и снова поцеловал. И все, голова вновь отказалась соображать.
Очнулась я снова лишь тогда, когда почувствовала, как мужские руки отклонили меня немного назад. Марсден нашел через ткань грудь, и я задохнулась от пока еще невинной ласки, вцепилась ему в волосы и притянула голову еще ближе. Блондин довольно рыкнул, уверенно потянул за край футболки, намереваясь избавить меня от этой детали одежды, и хрипло выдохнул:
— Элена…
И отрезвило меня именно это. Вцепившись в футболку, я попыталась вернуть ее на законное место и, заодно, разомкнуть слишком тесный контакт тел. Марсдена такой поворот событий не устроил. Несколько мгновений мы играли в перетягивание «каната», пока несчастная ткань жалобно не затрещала и не порвалась на несколько частей.
— Твою мать, Марсден, — крикнула я.
Блондин вздрогнул, замер и открыл глаза. Растерянно посмотрел на меня, быстро отпустил, но тут же снова подхватил потому как я едва не упала.
— Черт, прости Лиэн, — он осторожно перехватил меня, приподнял и посадил на лавку.
Придерживая на груди футболку, я мрачно смотрела на мужчину и молчала.
Возбуждение переполняло тело. Оно до безумия хотело продолжения, но разум отчаянно кричал, что пора заканчивать, пока не стало слишком поздно. И хотя я была с ним согласна… Черт, лучше бы Марсден промолчал!
— Я не понимаю, что со мной такое, — блондин вскочил с лавки и сжал голову руками. — Чертовщина какая-то! Прости! Я был уверен, что это просто очередной сон, а значит можно насладиться им без каких-либо последствий.
— И часто тебя снятся такие сны? — хмуро уточнила я, понимая, что он солгал мне про Элену.
Марсден промолчал и отвернулся в сторону. Потом снова взглянул на меня, стащил с себя футболку и протянул, продолжая смотреть куда угодно, но только не на меня.
— Прости, — обронил он.
Я подумала несколько секунд, забрала у него любезно предлагаемый предмет одежды и натянула на себя. Конечно, можно было сделать из моей футболки подобие топика или купальника, но и на это понадобится время, а сидеть топлесс не хотелось совершенно. Поэтому… прогоняем скромность и брезгливость и шикнем на гордость, тем более что в одежде Марсдена было тепло, приятно и уютно, хотя размер оказался слишком большим. Неожиданно для себя, я прикрыла глаза, поймав себя на мысли, что мне очень нравится находиться в этой футболке. От нее исходил еле уловимый запах мужского тела, куда примешивалась нотка совершенно потрясающего парфюма. Что-то мне говорит, что сегодня ночью я заснуть не смогу…
Быстрый взгляд на Марсдена, и я поперхнулась. Блондин продолжал стоять ко мне спиной, так что можно было насладиться зрелищем, без страха попасться. А посмотреть было на что. В голову вновь полезли картинки, причем они наложились на те, что я видела в ту ночь, когда Рис и Алиса… прощались.
С губ сорвался прерывистый вздох. Марсден резко обернулся… лучше бы он этого не делал. От его вида спереди, у меня в горле запершило, я начала нервно комкать футболку, а сама не могла отвести взгляда. В закатных лучах солнца, на фоне зеленых тисов, Марсден походил на варвара из средних веков.
— Все в порядке? — поинтересовался он.
Ага, в порядке… Он что? Издевается? Черт! Я сейчас напоминала себе сумасшедшую, потому что прямо сейчас видела Марсдена не в небольшом тайном садике в лабиринте с неработающим фонтаном позади. Блондин раскинулся на простынях полностью обнаженный и порочно улыбался. Интересно, это что-то вроде нимфомании в отношении одного конкретного мужчины или у меня просто очередной глюк? Хорошо бы второе…
Я закашлялась, вскочила с лавки и рванула к выходу. На счастье, схема тропинок лабиринта из моей головы никуда не делась. Видимо и Марсден хорошо знал дорогу, потому как догнал меня, когда мы оба еще были внутри. К барельефу с Ариадной, мы дошли вместе, молча, стараясь держаться друг от друга на приличном расстоянии. Проблема в том, что ширина тропы между зелеными стенами была менее метра, так что я имела возможность не просто постоянно натыкаться взглядом на полуобнаженного мужчину, но и чувствовала аромат парфюма и даже тепло тела.

* * *

В дом мы вошли молча. Марсден приостановился на пороге, пропуская меня вперед, а когда вошел сам, дверь захлопнулась с оглушающим грохотом. Я вздрогнула, посмотрела на мужчину, но он лишь усмехнулся, с какой-то непонятной грустью и злостью.
— Марсден…
Я снова взглянула на блондина и замолчала. Черт! Нервы совершенно не успокоились за время прогулки, и я все также реагировала на мужчину. Ни слова не говоря, я поднялась на второй этаж, достала из сумки чистую майку, переоделась и вернулась обратно. Протянула футболку Марсдену, стараясь не думать, насколько мне не хочется отдавать ее.
Он приподнял бровь, скривился, но не стал одеваться, а просто бросил одежду на диван. От этого, столь обычного движения, мышцы на руках мужчины напряглись, я снова нервно сглотнула и… сбежала на кухню.
— Что происходит, Лиэн? — хмуро спросил Марсден. Одетый Марсден!
Я было выдохнула, но в следующую секунду поймала себя на мысли, что мне совершенно все равно, одет он или нет. Ощущения слабее не стали. Наоборот, захотелось снова стащить с блондина его чертову футболку.
— Мне надо выпить, — жалобно простонала я, блондин удивленно посмотрел на меня, покинул кухню, но вернулся спустя минут пять, с бутылкой из темного стекла, покрытой пылью.
— Марсдены коллекционировали вина, — пояснил он.
Открыл бутылку, разлил напиток по бокалам и протянул один мне. Вино имело невероятный тонкий аромат, благородный вкус… Пара глотков, а вот от третьего я воздержалась. Но и предыдущих хватило, чтобы напряжение чуть-чуть ушло, и я готова был задать первый вопрос.
— Зачем ты врал мне, что не знаешь, кто такая Элена Веспар? Ты назвал меня ее именем, — с обидой добавила я.
— Прости, — вновь повторил блондин, единым махом выпил свое вино и начал сбивчиво и торопливо говорить, словно боясь, что я перебью его или не стану слушать. — Я не знал фамилию той девушки, которую видел во сне. Как я говорил, уже долгие годы попадаю во сне в личность Риса Марсдена, моего предка. В большинстве своем, — Марсден быстро глянул на меня. — Эти самые сны были… весьма горячие. И не могу сказать, чтобы я возражал против этого. Наоборот, это придавало отношениям с реальными женщинами особую… остроту. Как оказалось, прадед был тот еще ходок. Живи он в наше время, его донжуанский список вызвал бы зависть у любого нормального мужчины. В общем, меня все устраивало. И так продолжалось долгое время, но, примерно год назад, когда я принял решение продать особняк, я начал видеть во снах девушку, которая настолько отличалась от всего остального сонма девиц, что, поначалу, это мне не понравилось. Понимаешь, я привык, ложиться спать и видеть… фильмы для взрослых, но Элена… Все видения с ней были исключительно… целомудренные и нежные какие-то. Сначала я не понимал в чем дело, но потом осознал. Мой прадед любил эту девушку до умопомрачения. Любил так сильно, что я сам влюбился в нее. Но опять же, меня это не особо волновало, наоборот дало возможность пережить новые ощущения. Тем более что никто в нашей семье не мог похвастаться ни счастливым браком, ни крепкими семейными узами, а вся любовь заканчивалась, по большому счету, вместе с произнесением клятв верности, оставляя после себя бытовой ад. А эта девушка… Кстати, ты в курсе, что похожа на нее? — я покачала головой, забрала бутылку со стола и плеснула Марсдену в бокал.
— Не отвлекайся, — попросила блондина.
— Так вот, очень долгое время я жил двумя жизнями. Днем — работал и занимался обычными делами, а ложась в кровать ночью — чувствовал себя мальчишкой, который впервые влюбился. Не держи меня за психа, — быстро добавил он.
— Я и не думала, — пробормотала я.
Ага, еще непонятно, кто из нас больший псих. Марсден хоть личную жизнь реализовывал на полную катушку, а я просто тихо сходила с ума, гуляя по комнатам старинного особняка, который, как я была уверена, и вовсе не существовал в природе. А сейчас и вовсе у меня куча личностей в голове. Такими темпами крыша поедет гораздо быстрее, чем у блондина за все эти годы.
— Пойми меня правильно. Я никогда не накидываюсь на девушек, — блондин резко перешел к произошедшему в лабиринте. — И действительно был уверен, что сплю. Просто, как бы лучше объяснить…, — Марсден смутился. — Представь, что ты год влюблена в того, кого можешь лишь мимолетно коснуться, и вдруг, отношения, внезапно, переходят на новый уровень. Я просто ошалел от счастья, когда понял, что… Элена, то есть, ты — не против. И твой крик, осознание происходящего… Черт! Лиэн, я сегодня извинился больше раз, чем за прошедший год.
— Я тебя прощаю. Расслабься, — быстро сказала я. — И что дальше? Я сейчас не про случившееся в лабиринте. Почему решил продать дом?
— А дальше ничего, — усмехнулся мужчина. — Как я уже сказал, год назад я подумал, что мне не нужна эта недвижимость и выставил ее на продажу. И начались странности. Точнее, я и раньше замечал, что не могу найти какую-то вещь, а потом вижу ее в том месте, которое только что осматривал. Еще проблемы во время ремонта, когда при попытке сделать перепланировку дома внутри, то электрика вырубалась, то рабочие разбегались под разными предлогами. Под конец мне это надоело, и я переехал в город. Сначала желающих купить дом было много, но… Я не просто так спрашивал, как ты вошла в дом. Дело в том, что в мое отсутствие сюда никто не мог войти, и даже в моей компании — через раз. Все покупатели, которые могли позволить себе приобрести дом — отсеивались им, а тех, кого он пускал… У них не было денег. Если не веришь, спроси Кару. Так что думаю, мое удивление вполне объяснимо, когда Кара позвонила и сообщила, что в доме нелегальный жилец. Я все бросил и рванул сюда.
— Странно все это.
— Ты еще не все знаешь. Однажды я разозлился и решил передать дом для благотворительных целей. В тот же день я попал в аварию, и в больнице имел «счастье» посмотреть очередной сон, в котором, мой предок собственной персоной заявил, что особняк всегда должен принадлежать Марсденам, а я продолжатель рода. А еще сказал, что я обязан снять проклятие с нашей семьи.
— Что за проклятие? — прошептала я.
— Если бы я знал, — вздохнул блондин. — Увы, но кроме того, что все представители рода несчастны в браке, ничего не приходит в голову. Про это говорил предок или нет, я не знаю. Но Каре все же сказал, чтобы она не сильно пыталась продать дом. Мы с ней договорились, что пусть все идет так, как идет. Найдется покупатель, который сможет купить дом — хорошо. Нет? Ну, что ж поделать.
— А почему именно ты обязан разбираться с проклятием? — уточнила я.
Конечно, это было сложно. Пытаться осмыслить услышанное, веря в рассказ, и стараться не думать, что дом-то, оказывается, тот еще гад, раз может запросто подстроить аварию. Черт! У меня очередное обострение шизофрении, раз я на полном серьезе думаю, что дом живой и творит бог весть что. Понятно одно, просто так это все не закончится, и мы с Марсденом по чьей-то воле оказались в особняке одновременно. И как выяснить, что это за проклятье? Не говоря уже про снятие…
— Не знаю, — равнодушно пожал плечами Марсден. — Наверное потому, что я последний представитель рода.
— Я тоже, — зачем-то призналась я и вздохнула. — Я одного не могу понять. То, что ты ловишь глюки из интимной жизни своего прадеда — можно объяснить. Но я-то здесь причем?
— Думаю, что раз у нас такое совместное подключение к космосу, то ты, скорее всего, правнучка Элены, — улыбнулся блондин.
— Очень смешно, — буркнула я. — Марсден, сам подумай. Моя бабка не имеет никакого отношения к этому региону. Я вообще из другой страны и, насколько мне известно, все мои предки жили в России.
— Но точно ты этого не знаешь, — прищурился блондин.
— Дьявол, Марсден, я Лена Смирнова, а не Лиэн Андер!
— Кто-то недавно уверял меня в обратном, — улыбнулся он.
— Так все, не могу больше. Если ты меня не выгоняешь, я отправляюсь спать. Надеюсь, за ночь я переварю всю полученную информацию, и утром меня осенит.
Я решительно встала, машинально отметив, что на такой винно-кофейно-бутербродной диете долго не протяну. Утром надо окончательно для себя решить, бежать ли мне из особняка или отправиться в Харфорд, прикупить провизии и сообщить Лиз, что я буду жить здесь. Естественно, с разрешения владельца.

Глава 4

* * *

Мы с Марсденом сидели в машине и направлялись в Харфорд. Я откровенно зевала и постоянно прикладывалась к термосу с кофе, хотя, по всем признакам, пора было уже заканчивать с допингом. Решительно закрутив крышку, я засунула термос в дверь машины и посмотрела в окно. Местность здесь прекрасная — надо было это признать. Легкий вздох невольно сорвался с губ. В это утро, я как никогда отчетливо осознала, что вполне могла бы остановиться в своей гонке и жить здесь. Быстрый взгляд на невозмутимого Марсдена, расслаблено ведущего машину, и я снова отвернулась.
Блондин действовал на меня слишком сильно. Конечно, можно было списывать это на его похожесть с тем Рисом, последствия небольшого недоразумения в лабиринте и все остальное. Но находиться вот так рядом, в одной машине — слишком близкое соседство. Лучше бы между нами было большее расстояние, чем сейчас. Тогда и голова работала бы как надо, а не просто как предмет для восприятия запахов и ощущений, сводя меня с ума.
— О чем задумалась? — спросил Марсден, и я вынуждена была вновь посмотреть на него.
— Красиво здесь, — отговорилась я и снова уставилась на дорогу.
— Не выспалась? — опять влез Марсден.
— Веди машину, — огрызнулась я.
Судя по всему, Марсден понял, что не стоит лезть мне в душу, и вновь сосредоточился на дороге. А я привычно уставилась в окно и снова зевнула.
— Ты сегодня очень нервная, — заметил блондин.
На это я ничего говорить не стала, а лишь покосилась на термос, потом пощупала свой пульс, потому что сердце немного заходилось от переизбытка кофе, или не только…, и вздохнула. Почему все так сложно?
В отличие от довольного жизнью и спокойного Марсдена, мне поспать этой ночью не удалось. Но дело было не в том, что сны вновь преследовали меня. Наоборот, напуганная перспективой в очередной раз оказаться во власти галлюцинаций и надеясь, что повторения глюков наяву не будет, я выбрала кофе и компьютер. Много кофе, гарантированную бессонницу и заодно возможность компенсировать потерянное время и поработать.
Хотя надо отдать Марсдену должное. Он любезно предложил мне хозяйскую спальню, но при виде огромной кровати в голову вновь полезли не совсем пристойные мысли. Я упрямо помотала головой, а затем еще и минут пятнадцать уверяла мужчину, что в другой комнате мне будет комфортнее. Марсден пожал плечами, сообщил, что стоит мне сказать, и он готов будет поменяться. Я подозрительно уставилась на него, но невинный взгляд цвета неба вовсе не предлагал мне присоединиться. И все равно было очевидно, с Марсденом надо держать ухо востро, независимо от того, чего хочу я.
Тогда мы оба снова немного зависли, и блондин, нарушив тишину, предложил утром съездить в город, чтобы купить провизию и все остальное, а потом все же выяснить, что случилось в этом доме. Возражать я не стала. Мне и самой хотелось как можно скорее и поставить точку в этой истории, и утихомирить собственную шизофрению.
Так что всю ночь я заливала в себя кофе, бодро стучала по клавиатуре и постоянно прислушивалась к звукам из большой спальни. Как ни странно, но ни храпа, ни чего-либо еще не услышала. Это настолько меня заинтриговало, что, признаюсь честно, несколько раз я аккуратно отставляла компьютер, выходила из спальни и подходила вплотную к комнате, где спал блондин. Прислушивалась, и даже дважды осторожно заглянула внутрь. Выяснила, что Марсден предпочитает спать, раскинув руки в сторону и не удосужившись ни одеться, ни прикрыться. Поймав себя на мысли, что мне до безумия хочется войти в спальню и как следует… рассмотреть его, я сжала зубы, прокляла свою фантазию и направилась в кухню за очередной порцией кофе.
Но был во всем этом и положительный момент. Книга росла как на дрожжах, а глюки видно решили дать мне выходной. Настроение с каждой минутой улучшалось, так что даже покрасневшие глаза, уставшие настолько, что пришлось прибегнуть к каплям, сухость во рту и затекшее тело не могли испортить настрой.
Контрастный душ, чистая одежда, а к тому моменту, как я спустилась вниз, меня ждал завтрак. Стараясь не выдать своего удивления, ведь до сих пор, после того, как я покинула родительский дом, меня подобным никто не баловал, я села за стол и решила до конца насладиться процессом. Марсден хмыкнул, когда я посмотрела на него, стараясь улыбаться милой улыбкой, а не кровожадной, но поставил передо мной чашку с кофе и тарелку с бутербродами. А потом внимательно взглянул на меня, покачал головой, достал термос и налил в него напиток.
В город мы отправились на его машине, никаких проблем с покиданием особняка не испытали, да и вообще дом вел себя на редкость тихо. С того момента мы катили по проселочной дороге, наслаждались пейзажами, а я боролась со сном и желанием прижаться к Марсдену, провести кончиками пальцев по его телу, прижаться к груди и вдохнуть запах, который сводил меня с ума. Что испытывал Марсден? А кто его знает? Вел он себя до безобразия прилично и вежливо.
В Харфорд мы попали уже ближе к полудню. Первым же делом блондин потащил меня на небольшой рынок, где купил различных овощей и фруктов. Платить он мне не позволил, сообщив, что раз отныне я гостья Марсден-Холла, то подобное оскорбляет его владельца. Спорить с мужчиной не стала. Но, когда ситуация повторилась и в ресторане, куда мы пришли пообедать, нахмурилась.
— Марсден, я в состоянии заплатить за себя, — заметила я, когда нам подали кофе и десерт, и блондин отдал карточку официанту.
— Даже не сомневаюсь, — улыбнулся он, но снова стал серьезным и пристально посмотрел на меня. — Может быть, я пытаюсь хоть немного искупить свою вину за вчерашнее?
— Не стоит, — вздохнула я. — Вчера мы оба оказались под властью глюков. Я и сама не совсем поняла, что происходит. Никогда раньше, меня так не накрывало во время бодрствования. Марсден, понимаешь, я и сама привыкла к странным снам, но то, что было вчера… Я даже не поняла, в какой момент явь сменилась видением. Просто пришла в себя у тебя на коленях, — кажется, я покраснела, схватила очки и нацепила их, в надежде, что это поможет не покраснеть снова. Судя по пылающим щекам, неудачно. Но я продолжила, когда, вспомнив вчерашний разговор, у меня появилось несколько новых вопросов. — Марсден, ты говорил, что во сне попадал в личность своего предка. Что конкретно имел в виду?
— Ну, о некоторых аспектах его жизни я упомянул. Эти сны занимали большую часть видений, но были и такие, где он вел переговоры, устраивал балы, раздавал указания слугам… Повседневная жизнь. Я просто был им, понимаешь?
— Подожди, — нахмурилась я. — Получается, ты видел все его глазами и никак иначе?
— Верно. Лишь однажды, в больнице, он говорил со мной. А что видишь ты?
— Не знаю, как сказать, — запнулась я. — Они разные. Я не то, чтобы вижу, скорее, чувствую, что испытывают разные люди. Как уже говорила, раньше я видела особняк и некоторые моменты жизни его обитателей, но, когда я оказалась здесь, добавилось новое. Я уже оказывалась на месте Элены, несколько раз была и Марсденом. А в ту ночь, перед твоим приездом, я и вовсе была вроде как наблюдателем одной сцены, и, в какой-то момент, чувствовала, что испытывают ее участники.
Признаться Марсдену в том, что, как и он, вижу кино для взрослых, я не решилась, лишь усердно начала есть десерт.
— А что Элена? — уточнила я спустя несколько минут, когда поняла, что Марсден терпеливо ждет продолжения моей речи.
— Я знал только ее имя, — терпеливо пояснил блондин. — Но мне и в голову не приходило выяснять, кто она такая. Понимаешь, еще два дня назад, я старательно уверял себя в том, что все происходящее со мной…
— Бред воспаленного разума, — закончила я фразу, задумалась и спросила. — Марсден, что будем делать дальше?
— Выясним, что произошло сто пятьдесят лет назад, — усмехнулся Марсден. — И очень надеюсь, что видения прекратятся, а дом успокоится. Потом вернемся к нормальной жизни.
— Ты уверен, что у нас получится? — усмехнулась я.
— А что нам мешает попробовать? — Марсден перегнулся через стол и салфеткой коснулся моих губ.
Я застыла, не понимая, что он делает, а блондин тем временем улыбнулся. Хотя мне показалось, это выглядело как-то порочно, несмотря на невинный взгляд.
— Ты что творишь? — охрипшим голосом уточнила я.
— У тебя крем на губах, — пояснил он.
— И что? — с вызовом уточнила я.
— Я его вытер. Или надо было припасть к тебе в страстном поцелуе и слизнуть? — поинтересовался он.
Черт! Да именно этого мне и хотелось, неожиданно осознала я. Я словно наяву представила, как Марсден целует меня и слизывает крем с губ… Боже, да что со мной происходит?!
Схватив свою салфетку, я начала тереть рот, старательно пряча смущение. Собственный голос я не узнавала, реакция тела поражали своей остротой… Черт! Я же не наивная девочка, которая мужчину в глаза не видела. У меня были отношения, разной степени продолжительности. Почему тогда я так реагирую на конкретно этого мужчину? Найти причину в том, что я не выспалась, объяснив все именно этим? Кого я пытаюсь обмануть? Марсден мне понравился еще заочно, когда я увидела во сне его прадеда. А все сцены с Рисом накрутили настолько, что удивительно, почему я не накинулась на его потомка, как только увидела. А ведь раньше подобной реакции я в себе не замечала. Но после лабиринта все грани разумного окончательно стерлись. Не знаю как Марсден, но я искрила даже от его присутствия рядом. Я реально похожа на обезумевшую от желания дуру в отношении отдельно взятого мужчины. Но и нимфоманкой назвать себя все же не могу! Нет, я просто схожу с ума, вот и весь ответ… Сегодня же куплю себе успокоительного!
— Лена, — окликнул меня блондин, и я бросила несчастную салфетку на стол. — Все в порядке?
— Абсолютно, — подтвердила я. — Какие дальнейшие планы?
— Сначала давай договоримся, что будем делиться всей информацией, которую знаем. А еще не держим друг друга за психов, потому как мы оба понимаем, это не так. Если что-то нужно, просто скажи, ну и понятное дело, обо всех предположениях, я тоже хочу знать. Так мы быстрее придем к разгадке. И сразу скажу и попрошу понять меня правильно, но я нанял агентство проследить твою родословную на предмет того, могла ли Элена быть твоей прабабкой. Конечно, будет неплохо, если ты расскажешь мне о себе. Это намного ускорит процесс.
Хорошо, — подумав, кивнула я. — Никаких секретов, откровенность и доверие, а в качестве бонуса — составления генеалогического древа. Мне подходит. Но это все в перспективе, а что делаем прямо сейчас?
— С учетом того, что почти год дом стоял пустым, то нужно все, — задумчиво заметил Марсден. — Едем дальше по магазинам. И, предупреждая дальнейшие попытки показать твою самостоятельность, говорю сразу — можешь не напрягаться с ней. За все плачу я.
— У богатых свои причуды, — пожала я плечами. — Развлекайся.
Удивленный взгляд Марсдена стал мне наградой. Я хмыкнула про себя, мимолетно порадовавшись, что сумела его удивить. Впрочем, у меня не было сил спорить. Охота ему тратиться, ради бога.

* * *

Поход по магазинам стал испытанием. Для меня. Марсден скупал все по максимуму, начиная от полотенец и постельного белья, заканчивая подушками, всякими хозяйственными мелочами и теми продуктами, каких не было на рынке. Сначала я решила, что в первый раз в жизни вижу такого предусмотрительного мужчину, ведь тот единственный парень, с которым у меня по молодости и глупости были длительные отношения, при походе в магазин усиленно забывал про все, кроме пива, колбасы, хлеба и чипсов. А тут… Но блондином я восхищалась до той секунды, пока меня не осенило, что Марсден элементарно и планомерно идет от одной полки к следующей, и просто берет все, лишь выбирая из ассортимента. Блондин неоднократно уточнял, что требуется лично мне, но я лишь качала головой и усиленно боролась с зевотой. Самое главное я уже купила — пачку успокоительного. Причем провизор гарантировала мне, что никакие видения меня не должны посещать. Но это я оставила на вечер. А сейчас… бессонная ночь давала о себе знать. Я с тоской припоминала термос в машине, где по моим прикидкам кофе оставался где-то на половину, уныло брела следом за Марсденом и отчаянно желала где-нибудь прикорнуть. На мое счастье загрузка четырех больших тележек закончилась всего лишь за два часа, и мы направились к кассам.
Традиционно, там была небольшая очередь, поэтому я немного облокотилась о тележку. Перед глазами так и стояло мягкое сиденье машины, рядом Марсден и его плечо, что так манило меня всю дорогу сюда, а еще легкая прохлада от кондиционера и спокойная негромкая музыка. А потом в кровать… И вовсе не для секса, а просто выспаться. А вот потом… Но сначала — машина и сон. Мечта. И совсем скоро она исполнится.
— Лиэн?
Я повернула голову и увидела Лиз, которая радостно махала мне рукой. Разогнувшись и слегка потянувшись, я улыбнулась новой знакомой, припомнив, что так и не позвонила ни ей, ни в гостиницу, чтобы отменить бронь. А значит, пришла пора извиняться. Но, прежде чем я открыла рот, Лиз поменялась в лице и уставилась на кого-то позади меня.
— Господин Марсден, — пролепетала она, и я быстро оглянулась.
Блондин вроде не производил впечатление монстра, совсем наоборот, о своих глюках, я уверена, он не сильно распространялся.
— Лиз, если я не ошибаюсь, — кивнул он.
— Вы знакомы? — уточнила я, с любопытством наблюдая за обменом взглядами.
— Все в Харфорде знают Риса Марсдена, — смущенно уточнила Лиз.
— Понятно, — качнула я головой и, потеряв к этому вопросу интерес, снова улыбнулась ей. — Лиз, прости, я не позвонила тебе раньше. Совсем потеряла счет времени. В общем, мне больше не нужна гостиница. Господин Марсден предложил мне остановиться у него.
— А как же ваши разногласия? — растерянно спросила она.
— Никаких разногласий нет и быть не может, Лиз, — неожиданно ответил за меня мужчина. — Лиэн — моя гостья, и я буду рад выполнить любой ее каприз.
— Да ладно! — удивилась я и хмыкнула. — Вот прямо любой? Марсден, смотри, поймаю на слове.
— Хочешь проверить? — парировал блондин.
— Теперь вижу, что вы пришли к компромиссу, — заметила Лиз, вымученно улыбнувшись. — Господин Марсден, простите, я была вынужденным свидетелем вашего телефонного разговора с Лиэн. Поэтому, увидев вас вместе, удивилась и начала волноваться.
— Все в порядке, — спокойно сообщил он, вот только во взгляде появился лед.
Как ни странно, но я даже окончательно проснулась, наблюдая за всей этой сценой. Захотелось спасти Лиз от блондина, потому как я не знала, чем может закончиться этот разговор.
— Лиз, ты не против, если мы на днях встретимся и поболтаем. Наедине.
— Конечно, — с облегчением выдохнула она. — Буду ждать твоего звонка. Пока, Лиэн. Господин Марсден, прощайте.
Лиз развернулась и скрылась между стеллажами. Я задумчиво посмотрела ей вслед и повернулась к блондину.
— Марсден, ты зачем людей пугаешь?
— Вовсе нет, — пожал он плечами.
И все. Ни объяснений, ни оправданий. Он просто толкнул тележки и начал постепенно все выгружать на ленту. Такого явного свидетельства нежелания продолжать разговор, я еще от него не видела. Так что, вздохнув, присоединилась к выгрузке покупок. Чем скорее мы закончим, тем быстрее я вернусь в машину.

* * *

Как говорится, хочешь насмешить бога, расскажи ему о своих планах…
Перед тем, как ехать обратно, Марсден решил показать мне город. Отказываться было невежливо, и я согласилась, но все комментарии о том или ином доме, слушала невнимательно. И дело было не в том, что, как рассказчик, Марсден был неинтересен, да и историю я очень любила. Но, оказавшись в машине, на удобном кожаном сиденье, желание поспать овладело мною с новой силой. Устроившись удобнее, повернув голову в сторону и надев очки, чтобы блондин не видел, что большую часть времени сижу с закрытыми глазами, я делала вид, что вся — внимание.
Приятный голос убаюкивал, как и плавное движение машины и тихая музыка. И я почти заснула, когда меня словно кто-то толкнул, заставляя пробудиться. Дернулась, подскочила на сиденье и ударилась ногой о панель.
— Что случилось? — спросил Марсден, притормаживая у обочины.
А я… смотрела через стекло на дом, что находился на другой стороне улицы. Никогда раньше не видела этот дом, но по непонятной причине знала, там находится что-то очень важное.
— Лена?
— Что это за дом? — севшим голосом спросила я.
Марсден чуть подался вперед и прищурился. Затем снова откинулся на сиденье и посмотрел на меня.
— Если я не ошибаюсь, ему больше двухсот лет. Когда-то он принадлежал моей семье, но отец подарил его городу, и сейчас там школа. А что такое?
— Это дом, где жила Элена Веспар, — тихо сказала я. — Лиз смогла найти упоминание об этом.
— Но откуда ты знаешь? — начал мужчина и тут же усмехнулся. — Глупый вопрос.
— Я не видела его во сне, если ты про это. Но что-то мне говорит, мне надо туда.
— Так чего мы ждем? — улыбнулся Марсден и заглушил мотор. — Сейчас лето, занятий и детей нет, а со сторожем всегда можно договориться.

* * *

Как же я хотела, чтобы очередное видение накрыло меня прямо сейчас. Увы, контролировать собственные глюки мне было не под силу. С тех пор, как мы с Марсденом вышли из машины, пересекли улицу и оказались на территории школы, я напоминала себе слепого котенка. Несмотря на отсутствие преподавателей и учеников, в здании находился сторож и несколько служащих. Вопрос с проникновением на закрытую территорию решился быстро. Хотя пускать нас не очень-то и хотели. Марсдену хватило нескольких минут наедине со сторожем, и нам дали связку ключей. А вот пожелание удачи показалось издевательством.
Дом был старым, и это чувствовалось, когда мы только подошли к нему. Два этажа, высокий цоколь. Серый камень стен и кованые решетки въездных ворот. Шикарный парадный вход с большой полукруглой площадкой, вымощенной брусчаткой и обрамленной раскидистыми деревьями. Хотя облик времен Риса Марсдена сохранился только снаружи и то частично. Внутри же был не только сделан ремонт, но и проведена перепланировка. Об этом мне сообщил Марсден, который, как оказалось, прекрасно знал историю здания.
— Я смотрю, ты хорошо знаешь историю своей семьи и ее имущества, — заметила я.
— За это можно сказать «спасибо» прадеду, — немного помолчал, признался Марсден. — Когда приходится соседствовать с ним в одной голове долгие годы, то невольно заинтересуешься его судьбой и постараешься узнать недостающие фрагменты. Но про Элену я знал далеко не все, — добавил он тихо.
— А они были помолвлены, — вновь сказала, остановившись посередине коридора.
— Сон?
— Я видела вечер их помолвки, — вздохнула, не понимая, почему мне так не хочется идти дальше. — Никогда в жизни не думала, что можно любить с такой силой, как они. Марсден, я не понимаю, что могло произойти. Рис женился на другой, Элена исчезла. Не могу поверить, что он вот так просто взял и отпустил ее. Я знаю его хуже, чем ты, ответь — он мог так поступить? Ты же на собственной шкуре почувствовал силу его чувств.
Марсден приблизился вплотную, провел рукой по моему плечу, затем взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него. Я задрожала от такого невинного жеста, вцепилась пальцами в джинсы, чтобы не прикоснуться к блондину в ответ и снова зависла, стоило заглянуть в голубые глаза.
— Если бы я любил так, как он, то не только бы не отпустил, я бы весь мир перевернул, чтобы найти ее. Почему Рис так не сделал, понятия не имею. Лена, я видел многих его женщин, знал отношение к ним. А Элена… он хотел ее до судорог и умопомрачения, но любовался издали, не решаясь приблизиться и довольствуясь редкими касаниями во время танца или приветствия. Нравы того времени не позволяли проявлять эмоции и обязывали мужчин быть джентльменами, но Рис следовал правилам только в отношении Элены. Не представляю, чего ему стоило подобное терпение. Знаешь, я бы хотел испытать подобное, но только, чтобы это были мои чувства, а не то, что транслируется во снах.
Я слушала Марсдена, млела от его прикосновения и думала, что не только он желает испытать такое. Это была и моя мечта. А еще я не хотела признаваться в этом даже себе, но мне хотелось, чтобы он снова поцеловал меня. Прямо здесь, в пустом холле старинного особняка, где когда-то проживала Элена. Хотела настолько сильно, что, как завороженная, смотрела на его губы. Но сделать первый шаг, учитывая странность наших взаимоотношений, я не могла. А Марсден, словно издеваясь надо мной, лишь нежно ласкал пальцами мое лицо, улыбался и ничего не предпринимал.
Ладони вспотели, руки начали болеть от того, с какой силой я сжимала джинсовую ткань, дыхание сбилось, а сердце заходилось, словно я пробежала несколько километров, не останавливаясь.
Не помню, кто первым сделал движение вперед, но, когда Марсден коснулся моих губ своими, я напоминала себе оголенный провод, а поцелуй блондина стал той каплей, что вызвал электрическую дугу. В следующую секунду я уже обнимала его сама, целовала и прижималась всем телом. То, как Марсден подхватил меня за бедра, восприняла отстраненно, лишь порадовалась, что теперь не надо тянуться к нему и можно не бояться упасть, ведь ноги почти отказывались держать. Еще сильнее обняла мужчину, ощущая крепость мышц и пребывая от этого в полном восторге. Никогда не думала, что способна на такое проявление эмоций, но если можно сойти с ума от мужчины, то с Марсденом я впервые в жизни прочувствовала это на себе.
То, что блондин меня куда-то несет, я не сразу поняла, а вот когда почувствовала спиной стену, то лишь на мгновение оторвалась от Марсдена, затуманенным взглядом посмотрела на него и нетерпеливо попыталась вытащить футболку из его брюк. Это удалось не сразу, ведь блондин продолжал удерживать меня на весу, но, когда раздражающая тряпка покинула его тело и улетела куда-то назад, я с невероятным восторгом положила руки ему на грудь, ощутила, что у Марсдена сердце бьется, как ненормальное, и с наслаждением выдохнула. Почти сразу, почувствовала, как мои руки перехватили, подняли вверх, а затем по ним поползла вверх моя майка. Сразу стало прохладно, особенно спине, но ладони Марсдена, что он просунул между мной и стеной, заставили немного выгнуться и в тоже время согрели.
На несколько мгновений мы оба застыли. Я с удивлением слушала оглушающее биение сердец, чувствовала, как подрагивают его руки, ощущала прерывистое горячее дыхание. Такой тесный контакт между нашими телами сделал мою кожу невероятно чувствительной. Не совсем понимая, зачем мне это, я потерлась о блондина, ощутила, что сердце и вовсе начало сходить с ума, а кровь превратилась в густую патоку, в которую впрыснули огромную дозу афродизиака. Глубокий вздох и голова закружилась еще сильнее. Я погладила шею блондина, нашла его губы, запустила пальцы в волосы. Поцелуй был сладким, дурманящим, долгим. А затем я откинула голову, губы Марсдена переместились мне на шею, а ладони накрыли и чуть сжали грудь. Не в силах ничего с собой поделать, я нетерпеливо заерзала у него на бедрах. Блондин пробормотал что-то неразборчивое, и от этой невольной дополнительной вибрации у меня окончательно помутился разум. Схватив его за волосы и не обращая внимания на недовольный рык, я заставила его поднять голову и поцеловала снова. Машинально отметив, что это вовсе не помешало Марсдену пытаться расстегнуть мои джинсы, потянулась руками к его ремню. Запуталась в нем, недовольно выругалась, в ответ блондин решительно отвел мои руки и завел себе на шею, рванул ремень сам, следом за ним джинсы, а потом, все также крепко удерживая меня на себе, снова куда-то понес.
Я не протестовала, просто ждала. Почувствовав, как меня опускают на что-то мягкое, лишь довольно мурлыкнула и продолжила то, что мне так нравилось — целовать Марсдена везде, где могла дотянуться, гладить и слегка царапать его тело, пытаться сделать так, чтобы наши объятия стали еще сильнее и, заодно, наконец-то избавиться от мешающейся одежды…
— Элена, ты не можешь так просто уйти от ответа! — послышался возмущенный женский голос, и я замерла.
Судя по тому, что остановился и Марсден, он тоже это услышал. Слегка привстав и чуть ослабив объятия, он не только позволил увидеть его растерянное лицо, но и открыл обзор того помещения, где мы находились.
Я боялась пошевелиться. Даже если принять во внимание то, что я не рассмотрела ту комнату, куда Марсден меня принес, отчетливо понимала, это явно не школьное помещение. Стены, обтянутые дорогой тканью, шикарный камин, в котором весело горел огонь, пушистый ковер, красивая мебель… Вся комната была светлой, солнечной, обставленной с большим вкусом, а мы с Марсденом находились непосредственно на одном из диванов.
Как ни странно, но блондин оставался в джинсах, тогда как у меня в наличии имелась только половина комплекта белья. Стало неуютно и прохладно. Хотелось наплевать на то, что мы снова словили глюки и продолжить то, на чем остановились, но, судя по всему, Марсден был другого мнения. И это удивляло… Обычно, мужика сложно остановить на подобном этапе.
— Что за ерунда? — прошептал он.
— А у нас походу попадание в прошлое, — нервно простонала я. — Или глюки, что в принципе одно и то же.
— У меня такого никогда не было.
— А ты без резких движений, — пошутила я и снова затихла, когда послышались голоса.
— Элена, постой, — прозвучал возмущенный возглас уже совсем близко.
Я нервно покрутила головой по сторонам, но в комнате никого не было. Послышался скрип двери, и она начала… открываться. Я и пискнуть не успела, как Марсден схватил меня в охапку и в одно движение оказался за спинкой дивана. Прижал меня к себе, обняв со спины, и приложил палец к губам, призывая помалкивать. Как будто я планировала кричать и возмущаться.
Хотя у Марсдена не было такого опыта, как у меня, когда я наблюдала за общением его предка с Алисой, он решил проявить предосторожность. И правильно, она совсем не повредит. Достаточно было вспомнить, как я чуть с ума не сошла, когда пыталась понять, видят меня Рис и Алиса или нет.
Я почти была уверена, что нас никто не видит, но все равно мы сидели тише воды, ниже травы.
— Элена!
В комнату вошли две девушки в старинных платьях, и, кажется, Марсден и вовсе перестал дышать. Я бы тоже так хотела, но рука блондина, лежащая на моей груди и, видно, машинально поглаживающая ее, вносила сумятицу в мысли. Я попыталась было убрать мужскую ладонь, но он лишь еще сильнее стиснул меня и прижал к себе. Еще и шикнул на меня! Гад! Ладно, это все потом, а пока следовало кое-что проверить…
Я покрутила головой, нашла на полу кроссовок Марсдена, который видно слетел с ноги во время прыжка, потянулась, взяла его и бросила в сторону девушек. Как я и ожидала, они никак не отреагировали, хотя Марсден меня чуть не придушил.
— Расслабься, — уже громче сказала я. — Они нас не слышат и не видят.
— Это Элена! — начал было он, но замолчал, видимо, признав мою правоту, а потом выглянул из-за угла и добавил. — И вторая мне знакома…
— Помолчи, — буркнула я. — Мы не просто так все это видим…
Марсден заткнулся, чему я порадовалась, но меня не отпустил, продолжая удерживать так же крепко. Впрочем, как раз против этого я ничего не имела. Наоборот, еще сильнее прижалась к нему, чувствую, что для крепости здоровья обоих, лучше бы этого видения не было, и нас не прерывали. Интересно, кто из нас будет больше болеть после того, как все закончится? И все равно захотелось одеться. Я чувствовала себя совершенно незащищенной, а еще мне было просто невероятно стыдно. Понимая, что все бесполезно, пока я не решу эту проблему, я вновь оглянулась, нашла футболку Марсдена, на мою удачу обнаружившуюся на спинке дивана, и натянула ее на себя. Стало легче… И снова сложно, когда блондин притянул меня к себе. Но пора было последовать собственному совету. Я больно ущипнула себя за руку, чтобы вернуть ясность в мысли и прислушалась к разговору девушек.
— Кто он, признавайся, — понизив голос, вновь спросила вторая девушка и потянула Элену за руку, предлагая ей присесть на диван, стоящий у окна.
Теперь нам с Марсденом было их отчетливо видно, но, как я и рассчитывала, мы для них оставались невидимыми.
Элена была так же юна, изящна и прекрасна, как я ее запомнила. Синее платье с белыми кружевами подчеркивало хрупкость и невероятные глаза юной леди Веспар, а каштановые волосы были уложены в довольно скромную прическу. Такой домашний вариант. А вот вторая… Эта девушка отличалась более броским нарядом с вышивкой, но не обладала красотой Элены. Миловидная, хорошенькая, но не более. И все же было видно, девушек связывает дружба…
— Он, — мечтательно начала Элена. — Я не встречала никого лучше, красивее, сильнее, благороднее. И если его намерения серьезны, я стану самой счастливой на свете. Я люблю его, — серьезно добавила она.
— Так имя скажешь? — усмехнулась вторая.
— Рис Марсден, — выдохнула Элена.
— А он? — медленно уточнила девушка. — Любит тебя?
— Он так смотрит на меня, что я теряю голову, а когда касается, я схожу с ума, — опустив голову, призналась Элена. — Он сказал, что будет просить у отца моей руки…
— Как давно вы знакомы? — перебила ее девушка.
— Мегги, — простонала Элена. — Неприлично мало. Всего несколько недель, но я чувствую, он тот, с кем я хочу провести всю жизнь.
— Мегги, — пробормотал Марсден мне на ухо.
— Тише, — шикнула на него я.
— Элена, — вкрадчиво спросила ее подруга. — За тобой же не дают большого приданого. Почему такой богатый лорд, как Марсден, решил на тебе жениться? Признавайся, ты все же приворожила его.
— Нет! — воскликнула Элена. — И, Мегги, не стоит распространяться об этом. Все осталось в прошлом, и эта часть моей жизни забыта навсегда. Я клянусь, что не применяла ничего из того, чем мы занимались. И не собираюсь впредь! Все же это грешно, Мег!
— Удивительно, — пробормотала девушка. — Тогда остается за тебя только порадоваться.
— Никому не говори, — горячо попросила Элена. — Ты была права, пока не объявят о помолвке на сегодняшнем приеме, а в идеале — нас не обвенчают, отец не должен знать о моих чувствах.
— Как скажешь, — качнула головой Мэгги. — Я буду молчать. Кстати, могу посоветовать и тебе не так сильно показывать свою радость. Ты же знаешь, твой отец может воспрепятствовать этому браку, если поймет, что ты жаждешь его.
— Я знаю, — понурилась Элена. — Спасибо, что напомнила. И еще, — Элена замялась. — Забери книгу. Не хочу, чтобы ее нашли.
Элена встала с дивана, подошла к камину, нажала сбоку на одну из досок и осторожно вытащила ее, открыв тайник. Девушка достала оттуда книгу и протянула подруге.
— Оставь пока у себя, — отказалась брать книгу Мэгги. — Я ее потом заберу. Сейчас мне некуда ее спрятать.
— Хорошо…
Картинка смазалась, девушки исчезли, а богато обставленный салон превратился в довольно современную комнату. Стены были просто покрашены, а ковер с пола исчез. Тот диван, за которым мы с Марсденом сидели, видоизменился и стал обычным офисным вариантом. Картины пропали, на их местах висели простые репродукции, доски для записей, еще добавились стеллажи, где стояли книги, журналы и все остальное в том же духе.
— Где мы? — тихо уточнила я. — Думаю, учительская, — подумав, заметил Марсден и развернул меня к себе. — Ты можешь мне объяснить, что все это значит?
— Нет, — вздохнула я. — Пока понятно только одно. Это все произошло в тот же день, когда была объявлена помолвка между Рисом и Эленой. Я рассказывала тебе о том приеме. Не знаю, почему мы видели все это. И кстати, ты говорил, что можешь видеть все только глазами Риса, как ты присоединился к моему глюку?
— Понятия не имею, — заметил блондин, продолжая задумчиво смотреть туда, где только что сидели девушки.
— Марсден, не зависай, — потребовала я. — И вообще, где моя одежда?
Быстро осмотрев комнату, я обнаружила, что верхние части моего туалета висят на шкафу, а джинсы валяются на диване. И, как ни хотелось мне покидать уютные объятия блондина, я понимала, момент упущен, да и вообще, наверное, не стоило сходить с ума на территории школы. Я попыталась встать, но тут запротестовал Марсден, не проявляя желания меня отпускать.
— И что все это значит? — улыбнулась я, ощущая некоторыми частями тела, что увиденное вовсе не подействовало на Марсдена подобно холодному душу. Хотя если быть откровенной, то и на меня тоже. Такое близкое соседство, вкупе с обнаженным торсом, действовало… весьма волнующе.
Ситуация была как в комедийном фильме. И я бы посмеялась, вот только сама была его участницей. Одно понятно, надо было поскорее одеться и слинять из здания, пока я еще взбудоражена и не вспомнила про стыд.
— Мы снова наедине, — пробормотал Марсден, и прижался губами к моей шее. — И никого нет, кто может помешать…
— Ты маньяк, — обвинила я его и снова попыталась встать. — Хорошо, что нас прервали глюки, а если сюда забредет кто-нибудь из живых? Прости, Марсден, но к подобному экстриму я пока не готова.
— Обнадеживающее слово «пока», — многозначительно заметил он.
— Марсден, — я снова повернулась в его руках так, что практически оседлала блондина. — Притормози. Я вовсе не против ролевых игр и экспериментов, но тебе не кажется, что нами просто манипулируют с непонятными целями?
Сказала и неожиданно сама поняла, что озвучила то, о чем до сих пор и не думала. Действительно, картинки, что показывал дом, были весьма горячими. А если учитывать, что я всю ночь не спала, напилась кофе…
— Марсден, что тебе сегодня снилось? — потребовала я ответа.
По тому, как блондин отвел взгляд, поняла, мои подозрения не беспочвенны.
— Может мне стоит перебраться в гостиницу? — протянула я.
— Ты думаешь, я не могу держать себя в руках? — прищурился Марсден. — Расслабься, Лена.
Чувствуя, что наш разговор заходит куда-то не туда, я все же слезла с блондина, нашла свою одежду и быстро оделась. Отдавая Марсдену его футболку, которую на этот раз он надел, я подумала, что надо все же как-нибудь реквизировать одну для личного пользования. Не знаю почему, но мне в них было тепло и уютно.
С грустью посмотрев на комнату, я решительно подошла к камину, где у Элены был тайник, и открыла его. То, что там нашлась книга, меня вовсе не удивило. Достав ее и вернув доску на место, я повернулась к Марсдену, виновато улыбнулась и вздохнула.
— Думаю, что мы должны забрать ее. Иначе мы бы не увидели то, что нам показали. Пошли, изучим ее в более спокойной обстановке.
Возражать Марсден не стал. Он вдруг стал странно отстраненным и невозмутимым. Хотя о вежливости вовсе не забыл и, когда я выходила, даже любезно придержал мне дверь. Тогда почему мне от этого всего было так тоскливо и грустно?

Глава 5

* * *

Несмотря на то, что мы приехали в Харфорд около полудня, а покупки, обед и визит в бывший особняк Элены Веспар не заняли много времени, из города выехали уже вечером. В сумерках читать было проблематично, да и если быть откровенной, глаза у меня закрывались от желания поспать. Кофе давно был допит, сон накатывал все сильнее и сильнее, но книгу Элены я так и не выпустила из рук, хотя блондин явно намеревался у меня ее реквизировать. Обойдется! Сначала с книгой ознакомлюсь я. И вообще, я все еще зла на него. Точнее, мое тело на него злилось, а вот разум настойчиво подсказывал, что я Марсдена благодарить должна. За его выдержку, терпение и… отходчивость. Так что мужчина вел машину, я посматривала на него, при этом мы оба молчали, а потом… я заснула. На плече у Марсдена. Это обнаружилось, когда машина наехала на кочку, и я на мгновение проснулась. Но, поняв, что меня не только не прогоняют, но Марсден даже чуть поменял позу, чтобы мне было комфортно, я довольно устроилась поудобнее, сползя чуть вниз. А почувствовав напоследок, как блондин обнял меня, с чистой совестью заснула. Все же, коробка-автомат наше все.
В следующий раз я проснулась только, когда машина остановилась. Ощутила, как Марсден осторожно передвинул меня на сиденье, но решила не просыпаться. И дело не в том, что я действительно не выспалась, просто стало интересно, как блондин себя поведет и что предпримет. И когда он сделал именно то, что мне подсознательно хотелось, я едва не выдала себя довольным всхлипом.
Марсден занес меня в дом, осторожно положил на диван и даже прикрыл одеялом. Пока я размышляла, откуда он его достал, почувствовала, как блондин аккуратно вытащил у меня книгу Элены. Тут я оказалась перед дилеммой. Проснуться и тем самым показать, что разыгрываю спектакль или продолжать «спать»? Немного подумав, я выбрала второе. А Марсден, несколько минут посидев рядом, ушел в другую комнату, взяв с собой книгу. Какое-то время я ждала его возвращения, но со стороны кухни послышался звук открывающихся шкафов, из чего я сделала вывод, что Марсден разгружает и убирает покупки. Стало обидно, что он предпочел их мне, но потом я плюнула на все, повернулась на бок и заснула уже по-настоящему.
Проснувшись снова, почувствовала, что на этот раз я действительно отдохнула и выспалась. Безумно довольная от того, что мне ничего не приснилось, с наслаждением потянулась и открыла глаза. Увидев Марсдена, невольно улыбнулась и завела руки за голову. Но потом… поняла, за окном уже брезжит рассвет, книга Элены открыта ближе к концу, и стало ясно, Марсден ночь всю читал. И, несмотря на то, что блондин находился рядом, мои ноги лежали у него на коленях, и мужчина при этом умудрялся их поглаживать, что было очень приятно, я разозлилась снова.
— Доброе утро, — объявила о своем пробуждении.
— Привет, — кивнул он и снова углубился в чтение.
Стараясь не выдавать, что меня задело такое поведение, молча поднялась и направилась к лестнице. Шла медленно, шумела и посматривала назад, но Марсден даже не повернул голову. Вот ведь…
Душ я принимала очень долго, еще дольше выбирала одежду, а вниз спустилась лишь через час. Вся такая красивая, в коротком белом сарафане из легкой ткани, серебристых босоножках на каблуке, в облаке тонкого аромата любимого арганового масла и с едва заметным макияжем. Обнаружив, что Марсден даже не поменял позу, я убрала одеяло с дивана, села на то же самое место, где спала ночью, и начала гипнотизировать владельца особняка взглядом.
— И как оно? — поинтересовалась через полчаса, когда поняла, что книга для него гораздо интереснее, чем я.
— Познавательно, — уточнил Марсден, наконец-то отвлекся от чтения и посмотрел на меня. — Ты в курсе, что Элена Веспар увлекалась магией?
Знала. Естественно в машине я немного просмотрела книгу, но потом сон пересилил. Да, там были всякие магические вещи. Ну и что? И вот такой наезд на Элену мне не понравился.
— Если я правильно помню, это книга второй девушки, — заметила я. — Кстати, ты сказал, что ее лицо тебе знакомо. Откуда?
— Пойдем, — Марсден поднялся и протянул мне руку.
Заинтригованная, я последовала за ним. Марсден выглядел немного рассеянно, но если он на самом деле всю ночь провел за чтением, то это меня совершенно не удивляло. Вчера я и сама была похожа на вытащенную на берег рыбу, если не брать во внимание один горячий эпизод.
А тем временем мы остановились перед дверью, которая, как я помнила, вела в подвал.
— Когда я планировал перебраться в «родовое гнездо» и делал ремонт, то все вещи отнесли сюда, — пояснил он, когда мы спустились.
Отпустив мою руку, Марсден подошел к одному из стеллажей, немного подумал и достал коробку. Перенес ее на стол, открыл, немного поискал и достал большой альбом. Посмотрел на меня и поманил к себе. Я приблизилась, за неимением стульев, прислонилась к краю стола и приготовилась внимать.
Марсден раскрыл фотоальбом, осторожно переворачивая страницы, пока не остановился примерно на середине и показал мне. Сначала я не совсем поняла, на кого надо смотреть, но когда блондин указал, рассмотрела на одной из фотографий ту девушку, что была вчера с Эленой. Также на фотографии был Рис Марсден, Алиса и еще один незнакомый мужчина.
— Кто это? — поинтересовалась я.
— Рис Марсден, его жена и их лучшие друзья — Алиса и Колин Харгаресы, — пояснил блондин. — Если судить по дате, фотография сделана сразу после свадьбы.
— Твою мать, — только и смогла сказать я, а когда перевела дух, добавила. — Так эта Мэгги, которая была с Эленой — твоя прабабка?!
— Маргарет Вудворт, — подтвердил Марсден.
— Очаровательно, — пробормотала я. — Мэгги стала женой мужчины, за которого собиралась замуж ее подруга, а любовница ее супруга — отныне ее лучшая подружка. Интересно, а что думал муж Алисы по этому поводу? Или это нормально для того времени?
— О чем ты? — нахмурился Марсден.
— То, что слышал, — огрызнулась я. — Я видела, как твой прадед и вот эта красотка проводили время в постели. Кстати, если ты в курсе похождений Риса, то должен был видеть и ее. Не я кино для взрослых по ночам смотрю.
— Но не видел, — процедил Марсден, забрал альбом и отложил его в сторону, а меня приподнял и посадил на край стола.
Прежде чем я успела запротестовать, он встал напротив, оперся руками по обе стороны и приблизил свое лицо к моему.
— Что ты знаешь? — потребовал он ответа.
— Ничего, — пискнула я, резко занервничав от такого близкого соседства, прокашлялась и добавила уже спокойнее. — Ничего, кроме того, что только сказала. Рис Марсден и Алиса были любовниками. Точнее, в тот день, когда я видела их во сне, они вроде как прощались. Не знаю, сохранили ли они близкие отношения после свадьбы Риса или нет, но посмотри, — я немного прогнулась в спине, потянулась и снова взяла альбом, показывая блондину. — Алиса смотрит на твоего прадеда, как кошка на сметану. Уверена, они в то время оставались любовниками.
— После смерти Риса, по его завещанию, Алиса была в перечне наследников, — задумчиво сказал блондин.
— Явно не по доброте душевной, — съязвила я.
Марсден поморщился, о чем-то на мгновение задумался, а потом как-то в одно движение оказался совсем близко ко мне и вкрадчиво спросил:
— Почему ты пытаешься выглядеть грубиянкой и упражняешься в сарказме, Лена?
— Вовсе нет, — нервно парировала я.
— Я так не думаю, — улыбнулся Марсден. — У меня складывается ощущение, что ты усиленно пытаешься меня спровоцировать.
— Я?
— Ну не я же, — от порочной улыбки блондина меня бросило в жар, а то, что его ладони перекочевали на колени и слегка задрали край сарафана, заставило сердце биться быстрее. — Если меня не обманывает память, именно ты льнула ко мне в машине, потом усиленно притворялась спящей, а твой выход после душа… С момента моего приезда, я успел понять — ты предпочитаешь джинсы и футболки, так что вот эту тряпочку, — ладони Марсдена скользнули выше, а я задышала еще учащеннее, — расцениваю как попытку меня соблазнить.
— Хочешь сказать, — хрипло уточнила я, — Девушке надо одеваться как-то особенно, чтобы ты… соблазнился? А я всегда считала, что достаточно, наоборот, раздеться.
— Сразу сказывается отсутствие опыта, — улыбнулся Марсден и чуть нагнулся вперед, вынуждая меня отклониться. — Но понятен ход твоих мыслей при выборе одежды.
— А кто из вас круче, ты или прадедушка? — пытаясь придать голосу раскованность, чтобы скрыть растерянность, выпалила я, отчаянно борясь с желанием обнять блондина. — Его я видела в деле, хоть и во сне. А вот ты… не уверена, что хочу проверять.
— Предлагаешь доказать? — поинтересовался он, касаясь моих губ своими.
— Марсден, — я уже отклонилась назад так сильно, что практически лежала на столе. — Ты заметил, что у тебя странные наклонности? То в школе, то в пыльной кладовке… Любитель экстрима или в спокойной обстановке и на кровати просто не получается?
Наверное, последнее предложение было явно лишним. Лицо Марсдена окаменело и на какой-то момент мне показалось, что сейчас он меня прибьет, но… блондин снова улыбнулся, будто я рассказала ему анекдот, а потом поцеловал так, что я в единый миг потеряла способность соображать. Даже тогда, в лабиринте, он был более нежен. В этот раз Марсден от всей души наказывал меня за все те грубости, что я умудрилась высказать. И я не смогла противостоять напору. Признала его главенство, запуталась пальцами в волосах, притягивая к себе еще ближе, обняла ногами, выгнулась, застонала в ответ.
— Ведьма, — прохрипел Марсден, рванул лямки сарафана, от чего ткань жалобно затрещала и порвалась.
В ответ я прикусила кожу ему на плече. Марсден рыкнул, смахнул все, что лежало на столе, схватил меня за руки и завел за голову. Продолжая удерживать их одной, второй, с непонятным садизмом, невероятно медленно, потянул ткань вниз, обнажая тело.
— Решила обойтись в этот раз без белья? — уточнил он, когда верх сарафана оказался у меня на талии.
— Не нашла то, что подходило бы по цвету к сарафану, — невинно сообщила я.
— Прекрасное решение, — пробормотал Марсден, накрывая ладонью грудь, в то время, как губы нашли другую.
— Я тоже так подумала, — простонала я, выгибаясь еще сильнее.
Мои руки уже никто не удерживал, но я и не думала возвращать их на место. Наоборот, еще сильнее вытянула их, нащупала край стола и судорожно схватилась за дерево. Бедра сами чуть приподнялись, пытаясь усилить соприкосновение тел, но Марсден продолжал издеваться, видимо, мстя за все, что я успела наговорить. Сарафан все также болтался на талии тряпочкой, одна босоножка улетела куда-то вдаль, а вторая держалась на честном слове. Парадокс заключался в том, что блондин не торопился раздеваться сам, удовлетворившись снятой футболкой и расстегнутым ремнем на джинсах. А когда я потянулась, чтобы ускорить процесс, недовольно рыкнул на меня, снова заставил схватиться за край стола, а сам спустился ниже, продолжая целовать.
Начал с коленки, перешел на внутреннюю часть бедер, стянул с тела тот лоскут ткани, который оставался последней преградой… В этот момент, я не выдержала и вскрикнула в полный голос. Волна удовольствия пронзила тело, заставляя не только выгибаться и поджимать пальцы на ногах, но и судорожно ловить ртом воздух, чтобы затем резко выдохнуть и кусать собственные губы, сдерживая крик. Сердце стучало как ненормальное, пальцы болели от того, с какой силой я сжимала край стола, а бедра поддавались вперед. Протяжный стон сорвался с губ, тело забилось в конвульсиях удовольствия, напряглось и обмякло. Я пыталась восстановить дыхание, когда почувствовала, что губы Марсдена целуют живот, постепенно подбираясь к груди.
Чуть приподнялась, схватилась за мужские плечи, все еще дрожа от удовольствия, которое продолжало накатывать волнами, и когда блондин поднял голову, нашла его губы и снова потеряла дыхание в поцелуе.
— Элена, — слишком хрипло выдохнул Марсден. — Не верю…
Я резко открыла глаза, замерла, пытаясь осмыслить то, что меня снова назвали не моим именем, а когда, среди нашего с блондином тяжелого дыхания послышался звук раскрывающейся молнии на его джинсах, очнулась и разозлилась. Уставилась на Марсдена и осознала, что он опять находится во власти его личных глюков. И да, мне стало обидно. Понимая, что я сама себя накажу тем, что пришло в голову, я все же чуть приподнялась, схватила Марсдена за плечи, не отказав себе в удовольствии впиться в кожу ногтями, и патетично выдохнула:
— Колин, ты великолепен! Ты самый замечательный любовник на свете!
Конечно, припоминать мужа Алисы было несколько странно, но все разумные мысли покинули голову и пока не вернулись, и припомнить я могла только это имя.
Как и надеялась, моя проникновенная речь произвела на Марсдена впечатление. Он очнулся, нахмурился и отстранился. Продолжая злиться, а, следовательно, желая сделать ему больно за собственную обиду, я томно потянулась к нему с объятиями, продолжая называть блондина «Колин».
— Лена, я не понял. Что здесь происходит?! — рявкнул он.
— Сам подумай, — парировала я, приподнимаясь, прикрывая грудь тканью и опуская подол. — И вообще, что за привычка рвать одежду?
— Ты сейчас назвала меня именем другого мужика и волнуешься о тряпке? — разозлился Марсден.
— Беру с тебя пример, — сообщила я, собираясь слезть со стола, но блондин все еще стоял слишком близко, а оказаться снова в его руках не входило в мои планы, и было слишком опасно для внутреннего равновесия.
— О чем ты? Или это такая шутка? Назвать меня чужим именем!
И в этот момент я окончательно разозлилась. Попыталась оттолкнуть блондина, но он перехватил мою руку и дернул на себя. Слетев со стола, я оказалась прижатой к мужскому телу. Дыхание уже привычно перехватило, сердце забилось, а с губ почти сорвался стон, но я заставила взять себя в руки и процедила.
— Нет, не шутка. Можешь считать, что это моя маленькая месть.
— Да в чем я виноват? — снова рявкнул Марсден.
— А я хотела, чтобы ты на своей шкуре ощутил, насколько неприятно, когда тебя называют чужим именем.
— Что? — растерянно уставился на меня блондин.
— Да, Марсден, представь себе, — стараясь из всех сил оставаться спокойной, пояснила я. — Это дико неприятно и обидно, когда в момент наивысшего наслаждения в твоей жизни, тот, в кого ты готова влюбиться по уши, называет тебя по имени тетки, что умерла более ста лет назад. Ах, да, еще за день до этого, тот же самый мужчина признался, что влюблен в эту девушку. Не знаю, может тебя и устраивает жить жизнью Риса Марсдена, но меня нисколько. Если я занимаюсь любовью, то именно с тем, кого хочу, а не ищу заменитель, не в силах заполучить настоящий объект.
— Лена! Но я вовсе не хотел…
— Хотел, Марсден, — перебила я его. — Но не меня, как выяснилось. И мне чертовски обидно от всей этой ситуации.
Ощутив, что меня больше никто не удерживает, я направилась к выходу из подвала. Чувствовала я себя настолько мерзко, что нельзя было передать словами. Нет, рыдать или предаваться унынию я не собиралась. Уже все случилось, и обратно это не переиграешь.
И, тем не менее, стоило довести начатое дело до конца. Не думаю, что блондин проглотит подобный кульбит с моей стороны. Так что походу мне не жить в этом особняке, да и с Марсденом у нас ничего не получится. А жаль… он мне очень нравится, и я не лукавила, когда призналась, что почти влюбилась в него. Отныне, забыть про чувства и то невероятное желание, что он у меня вызывает. Только дело и ничего кроме него. Но, по крайней мере, если у нас все выйдет, и мы сможем разгадать тайну особняка и проклятия, я начну новую жизнь. Без видений, без Марсдена и его проклятого дома. Буду заниматься любимым делом, а дальше… будет видно.
И все равно, поднявшись на первый этаж, я не удержалась и обернулась. Но Марсден не поднимался следом. В подвале вообще царила тишина, словно там никого не было. Но возвращаться, чтобы выяснить, в чем дело, я не собиралась. Вместо этого, я забрала книгу Элены, или, точнее, Мегги, поднялась во временно оккупированную комнату и приступила к чтению.

* * *

Закрыв книгу, я лежала на кровати, рассматривала потолок и размышляла о прочитанном. И не только. Писать не хотелось, муза слиняла в неведомые дали и из-за отсутствия новых сведений, и потому что моя голова была заполнена совершенно другим. И в этом другом было под два метра ростом роста, а еще он обладал потрясающим телом, небесно-голубыми глазами, светлыми волосами и способностью в две секунды превратить меня в одержимую им.
Вообще, у меня было время подумать и соотнести все то, что случилось за последние дни. Выводы не радовали, но пришлось подчиниться их логике. Судя по тому, что я сумела разобрать, Мэгги Вудворт возомнила себя ведьмой. Или являлась ею, как и Алиса, или сама Элена, если правильно понимать их признания и оговорки.
По крайней мере, та книга, что мы забрали в бывшем доме Элены, говорила именно об этом. Чего там только не было. Огромные разделы, посвященные любовной магии, защитной, но было еще немного про наведение порчи, проклятия, составление пентаграмм, изготовление амулетов и прочее. Я не совсем понимала, как воспринимать данную книгу. Как краткий конспект для уже подготовленных адептов или как то, что публикуется в настоящее время? И если представить, что магия все же существует, и данные рецепты имеют право на жизнь, учитывая наши с Марсденом глюки, то я склонялась к первому варианту. К тому же и сама книга выглядела весьма внушительно. Кожаная обложка с золотым тиснением, особое качество листов, рукописный текст, красивые рисунки и схемы. Конечно, я не разбиралась в старинных изданиях и не могла определить ценность этой книги, но выглядела она весьма впечатляюще и сомнений в ее уникальности не вызывала.
Хотя больше меня беспокоило другое. Магия, волшебство… это все относилось к той сфере, во что можно или верить, или нет. Гораздо сильнее я нервничала от того обилия эротических видений, что просто преследовали меня, с тех пор как я приехала сюда. Судя по всему, накрутка Марсдена оказалась еще сильнее. И то, что произошло в подвале, да и в школе, стало закономерным развитием событий. Это и пугало. Если верить Марсдену, что дом живой, то получается, он всеми правдами и неправдами бросал нас в объятия друг друга. Причем не только в стенах Марсден-Холла, но и в городе. И теперь я была вовсе не уверена, что в школе нас притянуло по собственной воле.
Зачем это нужно дому? То ли от того, что мы оба потомки Риса и Элены и должны снять проклятие или по какой другой причине. Ясно было одно, я хотела Марсдена до одури, и сопротивляться подобному влечению было невозможно. Стоило мне оказаться рядом с блондином, как я напоминала себе одержимую. Что происходило в его голове — не понятно. Уже три раза мы были на грани и, только благодаря случайным помехам, еще не дошли до конца. Но дойдем…, — мрачно осознала я. Это всего лишь вопрос времени. Конечно, можно попробовать сбежать, но в памяти еще свежо безуспешное открывание входной двери, как и сломанная машина. С другой стороны, когда мы уезжали в город вчера, то дом выпустил нас, но у меня и мысли не возникало об отъезде. Я твердо была намерена вернуться… Уж не в этом ли крылась причина такой покладистости особняка? Надо будет прояснить этот момент. И при этом стараться держаться от Марсдена подальше. Заниматься любовью и чувствовать себя лишь заменой — я не собиралась ни при каком раскладе…
— Войдите, — стук в дверь раздался настолько неожиданно, что я машинально ответила, а когда до меня дошло, кто именно стоит за дверью, то не успела опровергнуть собственные слова, как блондин оказался внутри и заполнил собой все пространство. Нервно выдохнув, я села на кровати и сцепила руки в замок.
— Лена, — Марсден подошел вплотную, но рядом не сел. — Я бы хотел прояснить некоторые моменты.
— Все в порядке, — улыбнулась я, понимая, что внутри нет даже кусочка показного безразличия. — Ты словил глюк, принял меня за другую и не растерялся. Нормальный поступок для современного мужчины с периодическими приступами шизофрении.
— Да с чего ты вообще это взяла?
— Что у тебя шиза? Так она и у меня присутствует, так что все в порядке. А если ты хочешь снова завести волынку по поводу того, что случилось в подвале, то тем более, все в порядке. Я большая девочка, ты взрослый мужчина. С учетом того, что последнее время нам транслируют фильмы для взрослых во сне и наяву, то подобное развитие событий было вполне логичным. И если бы ты еще и промолчал, то дошло бы до закономерного завершения. Но, знаешь, я не собираюсь извиняться, что получила удовольствие, а ты нет…
— Да подожди ты! — поморщился Марсден. — Я вообще не понимаю, что на тебя нашло, ты подорвалась как ненормальная и сбежала. Заметь, во время… процесса.
— Я ушла полная достоинства и гордости, — парировала, и только потом осознала, что ляпнула.
— Может объяснишь, что за глюк ты словила? — спокойно уточнил блондин, процитировав мои слова.
— Как интересно, — протянула я. — Получается, ты несколько часов искал себе оправдание, но смог додуматься только до одного — я ничего не помню, не при делах и все такое, а виновата женщина?
— Дело в том, что я знаю — бесполезно что-либо объяснять женщине, которая находится на грани истерики, — усмехнувшись, пояснил Марсден. — Поэтому я дал тебе время успокоиться и прийти в себя, но сейчас вижу — немного поторопился. Если ты готова разговаривать нормально и без попыток поддеть меня, то продолжим. Если нет — я пойду.
— Я готова нормально общаться, — тихо сказала я, немного подумав.
То, что происходит между нами, мы решим позже. Сейчас главное — выяснить, чего от нас добивается этот проклятый дом.
— Предлагаю начать за ужином, — Марсден протянул руку, но я не приняла ее и, стараясь держаться на безопасном расстоянии, вышла из комнаты.

* * *

Итак, пока все было очень плохо. Помимо того, что меня тянуло к Марсдену со сверхъестественной силой, оказалось, он еще и прекрасно готовит.
Оказавшись за столом, я наслаждалась не подгоревшей яичницей с бутербродами, а запеченным в специях мясом, острым таким, невероятно нежным и вкусным. А еще был салат! Кулинарный шедевр из свежих овощей, с несколькими видами салата, всяких разных трав и с невероятной заправкой! И если первое я еще была готова увидеть, то второе… Это выбило меня из колеи, а с таким трудом приобретенное спокойствие, разбилось на мелкие осколки. Старательно не показывая восхищения талантами мужчины, я от всей души наслаждалась ужином и с каждым кусочком все сильнее влюблялась в Марсдена.
Мы молчали, лишь изредка обменивались короткими репликами, да пару раз коснулись бокалами. Вино было тоже невероятным. Впрочем, как сообщил блондин в самый первый день, винную коллекцию Марсдены собрали отменную, и я с удовольствием пробовала очередное чудо.
Для полного погружения в расслабленное состояние и романтику не хватало только свечей и нормальной одежды. После случившегося, я с мрачной решимостью влезла в любимые брюки и очередную майку, а волосы собрала в хвост. И да, меня вовсе не задевало, что блондин снова вел себя до отвратительного прилично. Меня это вполне устраивало в свете последних принятых решений. Вот только еда такая вкусная, Марсден похож на ходячий афродизиак…, а у меня совсем нет гордости, и я одержима блондином, мрачно призналась самой себе.
Чтобы нарушить тишину, которая прерывалась только звуком приборов, и, понимая, несмотря на самое вкусное мясо в моей жизни, я не смогу впихнуть в себя больше ни кусочка, я решила начать разговор с наиболее безопасной темы.
— Ты что-нибудь понял из книги Элены?
Марсден кивнул и налил себе еще немного вина. Взглянул на меня и обновил мой бокал. Дыхание вновь перехватило. Я быстро сделала пару глотков, стараясь избавиться от комка в горле.
— И что? — нетерпеливо уточнила я.
— Она была ведьмой, — пожал плечами блондин.
— Кто?
— Обе.
— Ты надо мной издеваешься? — мрачно спросила я, делая еще глоток.
— У меня было время подумать, — задумчиво признался Марсден, наливая мне вина. — А увиденное вчера добавило новых фактов. Если соединить то, что мы знаем, то мой прадед собирался жениться на Элене. Мэгги была ее подружкой, которая появилась, насколько я понял, в день их помолвки. Ты говорила, что они все же были помолвлены, а подняв семейные документы, я выяснил, что на Мэгги он женился примерно через три месяца после того, как она вернулась в Харфорд. Очень странно, что мужчина, любящий до безумия свою невесту, а мой прадед именно так любил Элену, вдруг женится на другой. При этом заметь, необходимости в этом не было, учитывая, что Рис был богат и влиятелен. Даже если они разругались с Эленой, он мог найти себе избранницу с огромным приданным и семейными связями в случае расчета. Вудворты были бедны и жили в долг, — пояснил он, взглянув на меня. — Мэгги, единственная дочь, которую родители пытались выгодно выдать замуж, чтобы поправить свое состояние. Но Маргарет не отличалась красотой. Элена была прекрасна, а ее подруга — просто миловидной, ты сама это видела. Не думаю, что Элена приворожила Риса, слишком искренние и чистые у них были отношения, а вот Мэгги вполне могла сделать это. Как говорится, у нее были и мотив, и повод.
— Не забывай про Алису, — задумчиво напомнила я. — В том видении, где они… близко общались с Рисом, он сам называл ее ведьмой и благодарил за помощь. А еще она принесла клятву, что не будет ничего замышлять против него. Но он обидел ее, предпочтя Элену, а обиженная женщина способна на многое. Фантазия у нас весьма щедра на самую изощренную месть.
— Как и у тебя? — неожиданно перебил меня Марсден.
— Я тоже женщина, — спокойно подтвердила я.
— И я обидел тебя? — снова вернулся к неприятной для меня теме блондин. — Лена, я хочу знать, что произошло. Твой вариант всего происходящего. А потом я расскажу свой.
Набравшись терпения и сделав еще пару глотков, я изложила Марсдену все то, о чем толковала дважды. Я была само спокойствие и рассудительность, припечатала его фактами, не отводя взгляда и пристально отслеживая реакцию. Я ждала, что блондин начнет оправдываться, но он лишь внимательно меня выслушал, а затем сообщил:
— В лабиринте я действительно перепутал тебя с Эленой, не в силах поверить, что сон стал явью, но я не глупец, чтобы наступать на одни и те же грабли несколько раз. Сегодня и вчера, я целовал и хотел именно тебя, а не… «тетку, что умерла более ста лет назад»? — снова процитировал он мои же слова. — Элена и Лена — звучат очень похоже. В порыве страсти контролировать себя сложно. Я вообще не помню, чтобы озвучивал твое имя. Предполагаю, что сегодня ты могла просто ослышаться, но доказывать свою правоту не стану. И да, ты права, женщины мстят изощренно, когда чувствуют себя обиженными. Недавно я убедился в этом.
— Марсден, — протянула я, понимая, что в его словах есть резон. — Я…
— Как тебе вино? — кивнул он на бокал, и я обнаружила, что он уже пустой, а в голове появился шум.
— Замечательное. Спасибо. И ужин чудесный, я никогда не ела такой вкуснотищи, — поторопилась добавить я, чувствуя начало приступа вины.
— Я рад.
Марсден поднялся из-за стола, обошел меня и направился в гостиную. Я еще некоторое время сидела и думала обо всем, потом окинула взглядом гору грязной посуды и, подавив в себе желание убраться, решила присоединиться к блондину. Если я и правда ослышалась, то нужно как-то наладить отношения. Он мне нравится… Очень сильно! И я хочу с ним общаться и даже готова извиниться, вот только… прежде чем переходить к желанной стадии взаимоотношений, надо убедиться, что он не соврал.

* * *

В гостиной пылал камин, и был выключен свет. Я остановилась на пороге, как завороженная, уставившись на Марсдена. Он сидел на диване, спиной ко мне и не шевелился. На светлых волосах играли отблески огня, кожа казалась темнее, чем на самом деле… Бог ты мой! Как же мне хотелось подойти и прижаться к нему. Но я лишь медленно приблизилась, обошла по дуге диван и остановилась между ним и камином. Черт! Блондин спал! Безмятежно и позабыв обо всем, сложив руки на груди, откинув голову на спинку и слегка расставив ноги. Дыхание было ровным и глубоким, мощная грудь вздымалась и опускалась в такт, а мышцы на руках напряглись. Лицо казалось уставшим, а под глазами я заметила тени… Показалось мне это или нет, я не понимала, но то, что Марсден не спал всю ночь, читая книгу, в то время как мои ноги лежали у него на коленях, вспомнила отчетливо. Мне снова захотелось лечь на этот диван, чтобы при пробуждении увидеть Марсдена, его улыбку, почувствовать, как он гладит мои ноги… Нет, еще сильнее хотелось ощутить вкус его поцелуя, почувствовать как руки сильно сжимают талию, а ладонь нахально накрывает грудь… Но нельзя! Хотя он ведь спит. У него была возможность изучать меня не только ночью, но и в машине. Что мне мешает сделать то же самое? Ничего!
Выпитое вино придало смелости, хотя Марсден пьянил похлеще любого алкоголя. А еще оно отключило тормоза и впрыснуло в кровь адреналин, чувство азарта и вседозволенности. Я приблизилась к блондину, остановившись практически вплотную, и протянула руку. До лица Марсдена оставалось всего несколько сантиметров. Я чувствовала тепло кожи, дыхание и вовсе обжигало руку, но не осмеливалась прикоснуться. Боялась, что он проснется и воспримет мое поведение неправильно, решит, я вешаюсь ему на шею, после того, как еще днем устроила скандал. Черт!
Когда я все же осмелилась на прикосновение, обнаружила на щеке Марсдена щетину. Ее не было видно днем, и она не бросалась в глаза вечером. Вот она хитрость быть светловолосым. Пальцы чуть-чуть покалывало, но я с наслаждением продолжала исследовать лицо блондина, пристально следя, чтобы он не проснулся. Кожа оказалась немного грубоватой, губы твердыми, а на подбородке виднелся небольшой шрам. Ресницы были такими длинными, что позавидовала бы любая девушка, но мне до умопомрачения хотелось увидеть глаза. Небесно-голубые глаза, в которых я успела утонуть… Увы.
Внимание привлек небольшой шрам на виске. До этого, я не замечала его из-за волос. Не выдержав, я наклонилась ближе. Настолько близко, что до его губ оставался сантиметр, не более. Позабыв про шрам, я на миг прикрыла глаза, наслаждаясь ароматом парфюма, отчаянно мечтала поцеловать мужчину, но боялась, что тогда он точно проснется. Отвернувшись в сторону, я нервно выдохнула и решила, что хорошего понемножку. Сейчас я вернусь к себе в комнату, открою ноутбук и буду работать, отчаянно стараясь выкинуть все мысли из головы.
— Я думал, ты смелее, — голос прозвучал настолько громко, что я подпрыгнула от неожиданности.
А в следующую секунду почувствовала, как сильные руки коснулись бедер, провели по ногам ниже, а затем Марсден единым рывком приподнял меня и усадил себе на колени. От неожиданности я качнулась назад и тут же ощутила, как рука блондина подхватила меня сзади и чуть надавила, заставляя практически упасть ему на грудь.
— Ну же, — Марсден взял меня за руку и прижал ладонь к своему лицу. — Ты же этого хотела? Или этого? — блондин впился мне в губы поцелуем.
Щетина слегка царапала кожу, руки Марсдена до боли сжимали талию, не хватало дыхания, но я была в восторге!
Боже, я не только одержимая, но видимо и мазохистка! Но мне до умопомрачения нравилось, как Марсден сжимает мое тело, хотя, судя по хватке, потом останутся синяки, что его губы подчиняют, завоевывают, терзают и ставят знак принадлежности. Все вокруг перестало существовать. Он наказывал меня, заставляя ощутить совершенно безумное по своей силе желание. Я забыла про все на свете, лишь жадно целовала в ответ, пыталась раздеть блондина, но он перехватил мои руки и положил себе за шею. Я послушно обняла его, с наслаждением запустив пальцы в волосы, потянула, заставляя его немного откинуть голову назад, пытаясь хоть немного перехватить инициативу. Сначала Марсден подчинился. Позволил себя целовать, запустить руки ему под футболку и потянуть ее вверх, но, когда я попыталась расстегнуть джинсы, снова перехватил руки. В тот же миг я оказалась на спине, а блондин навис сверху, продолжая удерживать мои запястья.
— Ты осознаешь, что играешь с огнем, Лена? — усмехнулся он, выделив мое имя.
— Да, — выдохнула я.
Тело ломало от пробудившегося желания, требовало дать ему удовлетворение, сердце отчаянно билось в груди, я тянулась к мужчине, стремясь поцеловать его, но Марсден… Он наблюдал за моими мучениями с едва заметной улыбкой и ничего не предпринимал. В этот миг я ненавидела его, но была готова выпрашивать, чтобы он продолжал.
— Мстишь? — прохрипела я, продолжая извиваться на диване, но, не имея возможности уйти с него, все еще прижатая к нему руками Марсдена.
— Нет, Лена, всего лишь показываю, настолько хреново чувствовал себя я.
— Ты для этого меня напоил? — прошептала я.
— И в мыслях не было. Но я рад, что ты стала более раскованной.
— Марсден, ты гад, — простонала я.
— Знаю, — улыбнулся он.
А потом наклонился и снова поцеловал. Но в этот раз настолько нежно и осторожно, словно это был первый в его жизни поцелуй, и он опасался сделать что-либо не так. Правда для этого он был слишком умелым и воспламеняющим, но я все равно растерялась. На мгновение мелькнула мысль, что именно так Рис целовал Элену. Желая показать, какая страсть сжигает его, но при этом не испугать, медленно распалить костер желания, заставить хотеть большего. Словно в руки огромного варвара попала хрупкая статуэтка, но на удивление, он обращался с ней более умело, чем ювелир. С такой любовью, заботой, нежностью, которая и не снилась мастеру. Сумев достучаться до самых потаенных уголков души, раскрасив само понятие «страсть» совершенно новыми красками, сотворив из многоцветья осени яркость и нежность весны. И мне впервые за все время нашего знакомства захотелось назвать его не по фамилии.
— Рис, — прошептала я.
— Черт, Лена! — неожиданно громко рявкнул блондин. — Это такой прикол?
— О чем ты? — я, как цветок за солнцем, потянулась за ним, когда Марсден отпустил мои руки и сел на диван рядом.
— Решила не повторяться? Вместо Колина теперь зовешь меня, как прадеда? — зло спросил блондин. — Ты с самого начала окрестила меня Марсденом и никак иначе. Не могу сказать, что мне это не нравилось, хотя иногда и бесило.
— Вовсе нет! — запротестовала я, и запнулась, осознав, как это выглядело со стороны. Черт, — прошептала я и схватила руку блондина. — Марсден, я вовсе ничего такого не имела в виду! Просто хотелось показать, как ты мне нравишься, а фамилия как-то не особо к этому располагает.
— Один-один, — мрачно выдал Марсден, помолчав с минуту. — Можешь считать, что я прочувствовал все на своей шкуре.
— Прости, — прошептала я. — Я и подумать не могла, что можно вот так оговориться.
— Принято, — блондин привлек меня к себе, я выдохнула с облегчением, а Марсден вкрадчиво добавил, снова опрокидывая меня на диван. — Продолжим?
А я просто поцеловала его вместо ответа. И когда я, наконец, добралась до его футболки, то услышала мужские голоса. Чувствуя, как напрягся Марсден, я и сама застыла в его объятиях.
— Это просто издевательство какое-то, — простонал он, стискивая меня еще сильнее.
— Да, продолжать в комнате, полной глюков, сложно, — всхлипнула я, заметив, как вокруг нас воздух сгустился и пошел рябью. — Я так точно не могу…
— Ладно, мы еще свое наверстаем, — порочно пообещал Марсден.
Я с ним была полностью согласна, проклинала дом и его обитателей, но, когда Марсден выпрямился и одернул на мне майку, послушно села рядом, не выпуская его руку. Но мысль, что на этот раз дом выбрал неправильное время, чтобы подкинуть очередной глюк, так и билась в голове.
Надеюсь, блондин видел то же самое, что и я. Возникло ощущение, что прошлое накладывалось на настоящее. На картинку реальности добавлялись новые элементы и пропадали старые.
В камине горел огонь, появились ковры, картины. Стены сменили тон, как поменялся и сам диван, на котором мы сидели, а потом, словно грибы после дождя начали проявляться столики, этажерки, различные статуэтки и фотографии на каминной полке. Неизменными остались только часы.
Я в первый раз видела все от начала и до конца. До этого я или спала, или не совсем могла понять, когда прошлое настигало меня. Но не в этот раз. Оно накатывало волнами все сильнее и сильнее, показывая и самого Риса Марсдена, и того, кто был его собеседником.
— Отойдем в сторону, — прошептала я, и блондин помог мне встать.

* * *

… Рис Марсден чувствовал себя уставшим и раздраженным. Две бессонные ночи давали о себе знать, и больше всего на свете он хотел подняться к себе в комнату и завалиться спать. Поэтому непривычное упрямство дворецкого выводило его из себя. Будь кто другой на месте Далтона, Рис давно бы сорвался, послал зарвавшегося слугу к черту и уволил, но Далтон… он был единственным, кто поддерживал Риса всегда и во всем. Если говорить проще, то именно он стал ему отцом, тогда как настоящий оказался самым натуральным козлом и просто-напросто выгнал сына из дома, когда Рис отказался вести себя так, как требовал лорд Марсден и не проявлял должного уважения к нему самому и его друзьям. Но что поделать, если все эти представители аристократии казались юному Рису напыщенными индюками, закостенелыми в своем высокомерии.
А старый слуга всегда был в доме, неизменно вежливый, со строгими принципами и понятиями о чести, которые привил и Рису.
Сейчас Рис мог честно признаться себе, что сгинул бы в первые же недели, если бы не усилия того, кто до сих пор упрямо выполнял обязанности дворецкого, вместо того, чтобы принять от Риса деньги на достойную жизнь и небольшой домик неподалеку. Несмотря на всех нанятых учителей, именно Далтон объяснил, что нельзя оценивать человека только за его состояние и положение в обществе, учил заглядывать в суть вещей, отличать истинное от наносного. Увы, в тот день, когда Рис поругался с отцом и покинул дом, Далтон находился в отъезде. Сложись все иначе, может он предостерег бы наследника, сумел не дать скандалу завершиться известным финалом. Но вышло все, как вышло. Рис в бешенстве и проклинаемый отцом покинул дом и встретился со старым слугой только спустя много лет. Но его уроки сильно помогли Рису. К советам дворецкого он прислушивался и после возвращения. И сегодня, когда этот всегда вежливый, полный достоинства мужчина попросил Риса о беседе, Марсден не смог ему отказать, как бы ни хотелось ему иного.
— Что случилось? — как можно мягче спросил Рис, присаживаясь на диван.
— Милорд, позвольте мне быть откровенным, но я хотел бы знать, ваши отношения с леди Алисой… Они продолжаются или нет?
— Далтон, это не совсем твое дело, — улыбнулся Рис. — К чему такой интерес?
— Леди Алиса не относится к числу добропорядочных христианок, — немного помолчав, осторожно сказал дворецкий.
Невольно, Рис улыбнулся. Именно Далтон впервые рассказал ему о том, что есть иные силы, кроме общепринятых в обществе церковных догматов. Да что там, Рис сам был свидетелем, как дворецкий иногда лечит людей, а незадолго перед его отъездом, Далтон рассказал ему, что все представители его рода обладают даром, который иногда позволяет совершать то, что называют чудесами. Это и возможность иногда заглянуть в будущее, и заставить человека прислушаться к себе, и отвести от дома зло. Но силой нельзя пользоваться необдуманно и не стоит вмешиваться в события без особой нужды. Рис порой считал Далтона сказочником, хотя познакомившись с Алисой, молодой лорд Марсден осознал, что нельзя отмахнуться от этой стороны жизни, а порчи и проклятия — вовсе не выдумки деревенских необразованных жителей. В этом плане они с Алисой стали идеальной парой. Она обеспечивала ему магическую защиту и помогала в делах по первой просьбе, а Рис помог ей войти в высшее общество. Но гораздо раньше они стали любовниками. Подобный расклад устраивал Риса до последнего времени. Алиса знала, что он никогда не женится на ведьме, и не претендовала на большее, чем совместные ночи, полностью довольная своим статусом. Когда у Риса появилась Элена, которую он полюбил до умопомрачения и хотел защитить от всего мира, они с Алисой пересмотрели свои взаимоотношения, и новый вариант устроил обоих. Так о чем пытается ему сказать Далтон?
— Я знаю, что она — ведьма, — сказал Марсден, немного помолчав. — Но Алиса связана клятвой, что не навредит мне, у тебя нет поводов для беспокойства.
— Вам она не навредит, это верно, — качнул головой Далтон. — Но леди Элена… Она беззащитна перед темными силами.
— Алиса знает, что я убью ее, если она навредит леди Веспар.
— Дай-то боги, — вздохнул мужчина и поклонился. — Спасибо, милорд. Это я и хотел узнать. Мне нравится леди Элена, но она такая невинная и доверчивая, что ей и в голову не взбредет, что кто-то может причинить ей вред. Поскорее бы вы поженились!
— Наша свадьба через две недели. И я не допущу, что бы она страдала. И знаешь, я безгранично счастлив, что назову ее леди Марсден. Я люблю ее, Далтон, — неожиданно искренне сказал Рис. — И она меня. Никакого расчета, просто двое любящих людей, решивших быть вместе. Она именно та, о ком я мечтал. Не думал, что мое затаенное желание о женитьбе на любимой девушке исполнится. Всегда предполагал, что это все же будет брак по расчету, но видно бог благоволит мне.
— Такая любовь живет и после смерти, — улыбнулся дворецкий и помрачнел. — Но она вызывает в людях зависть. И чем темнее душа, тем сильнее она желает разрушить счастье других. Просто потому, что понимает, ей никогда не испытать подобного.
— Далтон, ты снова говоришь загадками, — заметил Рис. — Как и тогда, в детстве.
— Простите, милорд, — вновь склонился дворецкий. — Я сейчас буду откровенен. Я знаю, что леди Алиса оказывает вам определенные услуги, и это не только визиты в вашу спальню, но те силы, что она дарит — темные. Будьте осторожнее и не позвольте разлучить вас со светом.
— Далтон?
— Простите, милорд. Я могу идти?
Рис внимательно посмотрел на старого слугу, но, понимая, что больше тот ничего не скажет, кивнул головой, отпуская его. Далтон ушел, а Рис налил себе вина, задумчиво покрутил в руке бокал и сделал первый глоток. Аллегории дворецкого он понял без труда. Элена действительно была его светом, рядом с ней хотелось быть лучше, а вот Алиса… ее сила была темной, но, учитывая, что и сам Марсден никогда не пытался казаться пушистым и ласковым котенком, они подходили друг другу. Страсть на грани, отношения на надрыве, безусловная верность, несмотря на измены, и полное взаимопонимание. Решив, что именно Элена станет его женой, Рис решил ограничить общение с Алисой, желая стать достойным своей избранницы. А еще, Марсден боялся напугать свою будущую жену, добропорядочную христианку, которая, как он был уверен, даже представления не имеет о темных силах.
Алиса дала клятву, что не причинит ему вреда, а Элена часть его души. Его бывшая любовница не осмелится навредить ей, но, чтобы успокоиться, он немедленно потребует у Алисы таких гарантий. Увы, но от темных сил Рису не под силу защитить свою невесту. Это не обычные люди, здесь потребуется кое-что серьезнее. А Рис не знал никого другого, кто был бы более сведущь в этих вещах, чем леди Харгарес. Парадокс, но защищать невесту будет именно та, кто, по словам Далтона, желает ей зла. А Рис пристально проследит, какие клятвы принесет Алиса…
— Далтон, — крикнул он. — Прикажи заложить экипаж.

Глава 6

* * *

Мы сидели в столовой и обедали. Марсден снова выступил в роли повара. Еда была выше всяческих похвал. Мое либидо сходило с ума, но я пыталась оставаться спокойной, ибо Марсден именно так себя и вел. Чтобы окончательно не прослыть ненормальной, я старательно пыталась казаться милой, вежливой и вообще — хорошей девочкой. Получалось плохо, потому что одно присутствие блондина в доме действовало, как катализатор возбуждающих реакций в моем теле. Работать было невозможно, заснуть вечером удалось после убойной дозы успокоительного, а холодный душ стал моим лучшим другом. Не знаю, что испытывал Марсден, так как по его взгляду ничего нельзя было прочитать, но мне бы хоть немного его невозмутимости!
А Марсден, мать его, наслаждался обедом и совсем не обращал на меня внимания.
После того, как вчера видение закончилось, понятно, о продолжении начатого речи не шло. Точнее, Марсден попытался, но мне показалось, что он делает это по энерции, а вот думает совсем о другом. Несмотря на то, что по-прежнему его хотела, я решительно воспротивилась, когда почувствовала поцелуй в шею. Да и мысли в голове крутились совершенно иные. Меня с новой силой интересовала разгадка тайны особняка. Причем, настолько, что все остальное отошло на второй план.
Несколько минут мы смотрели друг на друга, а потом, блондин повел себя, словно ничего не произошло, и предложил обсудить случившееся.
Увы, ни к чему дельному так и не пришли, поскольку подробностей визита к Алисе не знали. Марсден уверял, что такой человек, как его прадед, не мог оставить предупреждение Далтона без внимания, и заставил Алису поклясться в том, что она не причинит вреда Элене. А я заметила, что не стоит недооценивать женщин. Но на один вопрос ответить не мог никто. Каким образом Рис оказался женатым на Мегги Вудворт?…
— Хочу съездить в Харфорд и покопаться в архивах, — заметил Марсден, взглянув на меня. — Поедешь со мной?
— Когда? — уточнила я, возвращаясь в реальность.
— Сегодня у меня есть дела, но завтра я свободен весь день.
Я кивнула, только сейчас задумавшись, чем таким занимается Марсден, раз может позволить себе подобный отдых и при этом тратить кучу денег. Только сейчас я обратила внимание, что блондин вовсе не игнорировал меня, а все время обеда просидел, занятый планшетом, лежащим на столе. Хотелось узнать о мужчине как можно больше. Увы, хотя вечером я рассказала ему о своей семье все, что помнила, требовать подобной откровенности от Марсдена — не могла. Причин не было, а навязываться — не хотела. Вместо этого, я решила устроить допрос Каре.
— Дела? — только и уточнила я.
— Да, мне надо отъехать, но к вечеру вернусь.
— Хорошо, — я кивнула.
В какой-то момент порадовалась. У меня будет полдня поработать, потому что делать это, когда Марсден дома, только постоянно отвлекаться на него.
— Наелась? — неожиданно спросил он, взглянув на меня.
— Ты потрясающе готовишь, — искренне призналась я и прищурилась, не сумев себя сдержать. — Красив, сексуален… Марсден, признавайся, где ты прячешь своих скелетов?
— Там же где и все, — весело хмыкнул он, встал со своего места, подошел ко мне и склонился. И пока я снова сходила с ума от столь близкого соседства, прошептал, обдавая меня дыханием и вызывая аритмию. — В шкафу.
— Что? — растерянно переспросила я.
— До вечера, любопытная моя.
Я повернула голову и даже хотела что-то сказать, но спустя секунду забыла все, стоило Марсдену поцеловать меня.
— Знаешь, я еще вчера хотела тебе сказать…, — прошептала, когда через какое-то время мы оторвались друг от друга.
— Что именно? — хрипло уточнил блондин, а я поняла, что во время нашего поцелуя успела подняться со стула, и теперь Марсден прижимает меня к себе так сильно, что я доподлинно осознаю, насколько у него напряжены мышцы. Причем, все…
— Тебя что, в детстве в бассейн с виагрой уронили? — простонала я, не в силах заставить себя отстраниться, хотя на самом деле хотела сказать, что он прекрасный повар и вообще, замечательный.
— Ее тогда еще не изобрели, — хмыкнул он. — Так что, все исключительно натуральное.
— Я чувствую, — нервно сглотнула я.
— Знаю, — улыбнулся он, еще раз поцеловал меня, захватил планшет со стола и вышел из комнаты.
Через некоторое время, я услышала, как хлопнула входная дверь и отъехала машина. Только тогда я смогла практически рухнуть обратно на стул, нервно наколола на вилку кусочек мяса и усиленно начала его жевать.

* * *

После того, как я немного успокоилась, изобразила из себя хорошую девочку и помыла посуду, решив внести лепту в ведение совместного хозяйства, пусть и временного. Вспомнив про Кару, позвонила ей. Подруга на меня наорала из-за того, что я так долго не выходила на связь, но, когда спустила пар, потребовала подробного рассказа. И если первые слова давались с трудом, то потом меня было не остановить. Я жаловалась на свое тело, порочные мысли и блондина, который то проявлял чудеса выдержки, при этом являясь ходячим афродизиаком, то изображал сексуального маньяка. Признавалась в появившейся одержимости и предполагала, что скоро не выдержу сама и изнасилую блондина с особой жестокостью. Рассыпалась в восторгах от его кулинарных способностей. А еще я с придыханием поведала, что он при всем этом и не храпит, и я не видела ни одного носка.
— Ты сейчас правду мне говоришь? — подозрительно уточнила Кара. — Лиэн, милая, ты там никаких психотропных препаратов не принимаешь? Просто я видела его, осталась под впечатлением, но послушать тебя, так он просто инопланетянин без каких-либо вредных привычек.
— Он идеален, — с придыханием признала я.
— Вы уже спали? — подозрительно уточнила Кара.
— Почти, — прошептала я и едва не плача, призналась. — Нам постоянно что-то мешает!
— А где он сейчас?
— Уехал по делам, — шмыгнула я носом.
— Так, дорогая моя, — решительно заявила подруга. — Успокаивайся, по крайней мере, пока он не вернется. Устрой себе СПА в домашних условиях, а потом надень сексуальное белье, что-нибудь легко снимающееся сверху и обязательно туфли на каблуках. Свечи, вино, легкий ужин и, наконец, сделайте это, чтобы ты могла снять напряжение.
— Думаешь, это оттого…
— Вот и выяснишь.
Я промолчала и задумалась. В принципе, Кара была права. Но с другой стороны, торопить события не хотелось и, прежде всего, я бы предпочла проявить инициативу в процессе, а не до его начала. Ладно, пусть все идет, как идет. А пока надо уточнить кое-что другое.
— Расскажи все, что ты о нем знаешь, — попросила я, и подруга, словно ожидавшая моего вопроса, с удовольствием начала говорить.
Из доклада Кары, который она предусмотрительно подготовила, выяснилось, что блондин не женат, богат и в данный момент не состоит ни с кем в серьезных отношениях. После этого последовал перечень, как именно он зарабатывает деньги на жизнь, его хобби и список женщин, если судить по светской хронике. На этой информации я немного зависла, и Кара поторопилась дополнить, что последние несколько лет он уже не занимается коллекционированием трофеев женского пола, переключившись на экстремальные виды спорта. Перечень имущества и активов блондина я уже практически не слушала, потому что самое главное Кара сказала еще в самом начале. Марсден был свободен…
— Ты еще долго собираешься там пробыть? — уточнила подруга.
— Пока не выгонят, — усмехнулась я, но тут телефон запищал, предупреждая о разрядке.
— Не глупи и бери быка за рога, — посоветовала мне подруга, прежде чем телефон вырубился. — И не забудь мне, потом все рассказать.
— Обязательно, — буркнула я, и мы с Карой быстро попрощались, договорившись созвониться через пару дней.
В дом идти не хотелось. Я помнила, что собиралась работать, но сейчас мне было необходимо немного погулять, упорядочить полученную информацию, а главное, успокоиться.
В лабиринт я не рискнула заглянуть, но за домом был прекрасный парк, сейчас заросший, зато его состояние как нельзя лучше соответствовало моему настроению.
Гуляя по тропинкам сада, с грустью наблюдала запустение. Я постоянно вызывала в памяти видение того, каким он был раньше. Безошибочно находила знакомые до боли гроты, потемневшие статуи. Отмечала, как продолжают пропадать усилия садовников, вложенные полторы сотни лет назад. Как хорошо было бы восстановить все в прежнем виде, но я понимала, Марсден не избавился от особняка и земли только потому, что к нему во сне явился предок и приказал снять проклятье.
Но дом был старый, сад казался несовременным и предугадать, как с этим всем поступит новый владелец, было сложно. А мне так здесь нравилось. Что там! Это все было исключительно моим местом. И дом, и сад, и лабиринт. Я полюбила поместье еще по снам, а увидев воочию, поняла, что когда придет время, и я покину Марсден-Холл, то навсегда сохраню его в своей памяти.
Так и бродила, пока не наткнулась на странное дерево. Сначала я подумала, что это дуб, вот только листва у него была странная. Кончики листьев были словно тронуты серебром, а сам ствол — опутан серебристой паутиной. Я остановилась перед ним и зависла, потому что не помнила этого дерева в то время, когда парк был расчищен и ухожен.
Нахмурившись, подошла к нему и прислонила ладонь к стволу. Странное ощущение. Я отчетливо чувствовала, как под толстой корой движутся соки, мне казалось, что ветер не просто играет с листьями, они будто что-то шепчут мне.
Не знаю, сколько времени вот так простояла, пытаясь понять хоть что-то, а потом, мне словно кто-то приказал уходить, и, одновременно, накатила странная апатия. Я развернулась и направилась обратно в особняк.

* * *

На экране грустно мигал курсор, но мои мысли были далеко. Дом без Марсдена казался пустым и неуютным. И как бы я ни хотела думать о другом, перед глазами стояло лицо блондина, ну и… все остальные части его тела. Поняв, что работник из меня сегодня никакой, решила последовать совету Кары.
Водные процедуры, как и дальнейшая подготовка не заняли много времени. Хотя с выбором наряда я немного задумалась. То, что подруга подразумевала под определением сексуальной одежды… Марсден порвал вчера. И, если у меня с собой было еще кое-что, подходящее, то с каблуками — засада. Единственные босоножки остались в подвале…
Улыбнувшись от предвкушения вечернего «свидания», я направилась вниз.
Осторожно спустившись по лестнице, я включила свет и нервно выдохнула. Бумаги, что мы скинули со стола, все так же валялись на полу, там же находился и фотоальбом. При воспоминаниях о том, что здесь произошло не так давно, меня бросило в жар. Я подошла к столу, прислонилась к его краю. Потом прикрыла глаза и словно воочию увидела, как сильные руки Марсдена приподняли меня и усадили на поверхность…
Резко открыв глаза, я вспомнила, что у меня еще есть полпачки успокоительного. Но, принимать его сейчас не время, у меня другие заботы.
Туфли на каблуках! Быстрый взгляд по сторонам и я обнаружила босоножки. Но, когда нагнулась, чтобы поднять их с пола, то взгляд снова упал на фотоальбом. Словно во сне, я взяла его, положила на стол и, пристроив обувь рядом, начала листать.
В этом альбоме были запечатлены представители семьи Марсден, если судить по надписям. Мужчины, женщины, дети… Лица разные, однако, сколько я ни приглядывалась, не могла увидеть счастья на них. Гордость, достоинство, высокомерие, довольство собой, но не счастье. Любовью тоже и не пахло, даже на свадебных снимках. И как здесь было не вспомнить слова Марсдена, что никто в их семье не был счастлив. Несколько поколений несчастных людей.
Я задумалась и попыталась представить, каково это жить в подобной атмосфере. Впрочем, если так подумать, то и мои родители тоже не олицетворяли собой счастливую пару. А сейчас и вовсе развелись и жили отдельно. «Любовь давно прошла, нас держал вместе только жилищный вопрос и ты. С тех пор как ты выросла и стала самостоятельной, то необходимость изображать семью исчезла». Именно это сказала мне мама, когда я спросила у нее, что произошло. Впрочем, по раздельности они были гораздо счастливее, чем вместе, поэтому я относительно спокойно восприняла новость о разводе.
Снова посмотрев на фотографию, где были изображены Рис, Мэгги и Алиса с Колином, я решительно захлопнула альбом и тут… Мое внимание привлек странный ящик, стоявший в одном из шкафов. Почему он? Понятия не имею. Может оттого, что в отличие от современных картонных боксов он был деревянный, или по другой причине, но, словно завороженная, я повернулась, положила и альбом, и обувь на стол, подошла к шкафу и достала ящик. Он оказался тяжелым, и я едва не уронила его, пока шла к столу, а когда взгромоздила на поверхность, отодвинув в сторону туфли и альбом, и открыла крышку, то обнаружила внутри несколько книг, тетрадей, деревянную доску необычной формы, а еще штук десять полотняных мешочков. Открыв один, я обнаружила там травы, а полистав наугад выбранную книгу, с удивлением поняла, что это очередной трактат по магии.
Разбирать содержимое в подвале было не совсем удобно, поэтому я решительно сложила все в ящик, в том числе альбом и босоножки, ругнулась, но умудрилась его снова поднять и потащила наверх.

* * *

Оставив ящик и туфли у дивана, я задумалась. Марсден обещал вернуться к вечеру, а значит, у меня еще было около часа времени. Я порылась в холодильнике, но после готовки блондина, засомневалась, что мои кулинарные «шедевры» произведут на него впечатление. И вообще, на ночь много есть вредно, особенно если планируются интенсивные нагрузки. Быстро сообразив три вида канапе и художественно собрав фрукты в вазу, я все это отнесла в гостиную к камину. Сервировала столик и огляделась. Мне немного не хватало романтики в обстановке, а вспомнив, как потрясающе выглядел живой огонь в камине, я решила воспроизвести вчерашний вариант. Решительно взяв несколько поленьев, припомнила, как это делается, я засунула их в топку. Нашла на полке камина спички и, притащив целую стопку старых газет из подвала, смяла парочку, и с их помощью разожгла огонь. Насладившись зрелищем, решила добавить еще немного романтики. Припомнив, что я видела на кухне свечи, нашла их, вернулась обратно в гостиную и расставила на столике и каминной полке. И когда заметила, что во дворе стемнело, а значит, Марсден должен был вот-вот вернуться, выключила везде свет, зажгла свечи и подкинула поленьев в камин. На часы старалась не смотреть. Не знаю почему, но сегодня они меня раздражали особенно сильно. Они снова не ходили, но я не стала их заводить. Вообще, надо собрать их из всех комнат и куда-нибудь убрать… Я решительно взяла часы и спрятала в один из шкафов. Сразу почувствовав себя намного лучше, поставила на их место самую большую свечу.
Окинув взглядом обстановку, довольно улыбнулась и устроилась на диване. Но, минут через двадцать я отчетливо поняла, что долго находиться в соблазнительной позе, выше моих сил, тем более, блондин пока не вернулся. Съев пару канапе, налив себе вина, придвинула поближе к дивану ящик, принесенный из подвала, и достала первую книгу. А через полчаса, я уже забыла про Марсдена, погрузившись в содержимое. Как и в прежней книге, я не все понимала, но суть уловила.
В подвале я обнаружила настоящий клад по магии. Если книга Элены была конспектом, то здесь мне попался полный вариант лекции. Те травы, что находились в коробке, подходили для нескольких ритуалов, вроде вызова духа. Для этих же целей служила и спиритическая доска. Понятное дело, к практике я переходить не собиралась, но как интересно все это было изучать хотя бы в теории. Мне открылся совершенно новый мир, о наличии которого я, только подозревала еще неделю назад, а сейчас окончательно убедилась в его существовании. Я больше не боялась снов, наоборот, ждала их, чтобы выяснить, что же здесь произошло. Увы, управлять видениями я не могла.
Спустя два полена, подкинутых в камин, и бокала вина, я сбросила босоножки, удобнее устроилась на диване и решила, что раз блондин решил задержаться, то это его проблемы. Видит бог, у меня на эту ночь были грандиозные планы, и не моя вина, что они поменялись.
Когда пришел Марсден, я даже не заметила, лежа на животе, болтая ногами и читая очередную книгу. Так что, на его покашливание отреагировала лишь поворотом головы, быстрым взмахом руки и моментальной потерей интереса. Нет, мое либидо попыталось встрепенуться, но я хозяйским произволом приказала ему заткнуться, а мозг получил установку — насыщаться знаниями.
— Ты приготовила ужин? — уточнил Марсден, садясь рядом на диван и положив мои ноги себе на колени.
— Закуску, — мотнула я головой, ненадолго отвлекшись от книги. — Но думаю, что можно смело все выкинуть. Канапе едят свежими.
— Так и вино пьют охлажденным, — заметил блондин, пробуя закуски.
— А мне нравится теплое, — с вызовом заявила ему, пытаясь встать, но сразу ощутила, как меня осторожно, но уверенно удерживают за лодыжки.
Интерес к новым знаниям пропал моментально, а когда я почувствовала, как рука Марсдена отправилась выше, то и вовсе задержала дыхание. А еще через несколько секунд выяснилось, что у меня под коленками дико чувствительная кожа, пальцы и губы Марсдена заставляют забыть обо всем, а не так давно принятое решение приобщиться к знаниям сгорает в пожаре, что пылает в теле.
— Я читаю, — хрипло заметила я.
Отвечать Марсден не стал, зато его руки отправились выше, погладили ноги и, слишком медленно приподнимая подол платья, переместились на ягодицы.
— Марсден, — срывающимся голосом попыталась я хоть что-то сказать, но была остановлена вкрадчивым. — Тш-ш-ш. Не двигайся.
Я замолчала, замерла, но, когда почувствовала, что губы сменили пальцы, невольно прогнулась в спине, вытянулась на диване и прислонилась щекой к подушке. С губ сорвался легкий стон, книжка улетела куда-то на пол, а все тело напряглось и превратилось в один обнаженный нерв, ожидая дальнейших действий Марсдена.
Платье ползло вверх, потихоньку обнажая поясницу и спину. Ставшую сверхчувствительной кожу покрывали поцелуи, но мне по-прежнему не давали двигаться. Вытянув руки вперед, я судорожно хваталась за диванные подушки и тяжело дышала. Как выяснилось, спина была еще одной большой эрогенной зоной, Марсден уверенно взял первое место по качеству поцелуев, а когда он дошел до шеи, я чувствовала себя на грани взрыва. И даже не поняла, когда именно он заставил меня приподняться, чтобы стянуть платье через голову. Мгновение, и я оказалась стоящей на коленях, прижата спиной к мужчине, а ладони Марсдена по-хозяйски сжали мою грудь. Не выдержав напряжения, я повернула голову, чтобы найти губы блондина. Когда поцелуй закончился, умудрилась развернуться, чтобы оказаться к нему лицом.
— Лена, — прошептал он.
Вместо ответа я начала раздевать его. Так же томительно медленно, как и он меня, возвращая ему подаренную страсть, целуя и лаская, с удовольствием находя на его теле чувствительные места. Марсден не сопротивлялся, позволяя мне исследовать и изучать его тело, но, когда я добралась до брюк, нервно выдохнул. Я на мгновение остановилась, однако блондин молчал, а его тело напряглось еще сильнее. Понимая, что мне дали карт-бланш, я еще раз поцеловала Марсдена, одновременно найдя рукой молнию на джинсах.
По тому, как изменился поцелуй, поняла, что я на верном пути. Слегка прикусив блондина за нижнюю губу, набралась смелости и просунула ладонь в джинсы. Наткнулась на, внушительного размера, орган и замерла.
Марсден все так же молчал, прожигал меня потемневшим взглядом, а я неожиданно оробела. Знала, что блондин крупный мужчина, но подобного все равно не ожидала. Я нервно выдохнула, нерешительно продолжила движение рукой, с непонятным ожиданием продолжая смотреть Марсдену в лицо. А когда он нетерпеливо качнул бедрами и впился в мои губы жадным поцелуем, прикрыла глаза и попробовала как можно скорее избавить его от одежды, чтобы увидеть целиком. Получалось плохо. Руки дрожали, джинсы оказались странно узкими и грубыми, поэтому в какой-то момент Марсден просто решительно отвел мои руки и снял брюки сам. Тут же вернулся ко мне и с новой силой принялся вновь соблазнять меня.
— Марсден, — прохрипела я. — Я тебя убью.
— Сейчас? — уточнил он.
— Потом, — простонала я.
— Я так и думал, — усмехнулся он, продолжая изводить меня всевозможными ласками.
Помнится, вчера я называла себя мазохисткой. После слов блондина, я решила резко поменять девиацию и стать садисткой!
Уперевшись ладонями в его грудь, заставила блондина отстраниться и привстала. На хмурый взгляд ответила насмешливым, а затем толкнула Марсдена, чтобы на этот раз он оказался в пассивном положении, села на него и провела ногтями по коже, слегка царапая. Едва не задохнувшись от ощущений и заставив себя не закрывать глаза, я наклонилась и поцеловала его. Блондин попытался обнять меня, но я покачала головой, и он покорно откинулся на подушки, предвкушающе облизав губы.
Я балдела от ощущения того, как мои ладони, скользят по мужской груди, наслаждалась вкусом и запахом Марсдена, сходила с ума и понимала, что дальше будет еще круче.
Под руки попалась футболка блондина. Я нетерпеливо отбросила ее в сторону и снова наклонилась, чтобы поцеловать Марсдена. На этот раз его руки обняли мое тело, крепко стиснули и заставили опуститься на спину. Я прикрыла глаза, чувствуя, как Марсден неспешно стал стягивать белье с моего разгоряченного тела, вызвав у меня нетерпеливый стон. Тяжесть тела Марсдена приняла с довольным урчанием, устроилась немного удобнее и ощутила, как его рука скользит по ноге, приподнимая ее…
На то, что он остановился, отреагировала недовольным возгласом. Сначала не осознала, что случилось, но когда закашлялась, а глаза заслезились…
Повернула голову и сразу поняла, что происходит. Вскочили мы одновременно. Я схватила бутылку с вином, намереваясь залить огонь, но она была пустая.
Следующие минут десять прошли за тушением пожара. Точнее, тушил его Марсден, заставив меня отойти подальше от огня. За это время, я успела понять, что виновата в пожаре именно я. Стопка старых газет, при помощи который разжигала камин, футболка, видимо сбившая несколько свечей, когда я отбросила ее… Ожидание, что Марсден меня сейчас убьет, отчетливое понимание, что паркет и столик испорчены, а комната полна едкого дыма.
Чувствуя себя особенно беззащитной и не готовой выслушивать возможную нотацию в том виде, в каком лежала на диване, я быстро натянула на себя платье. Уверенности добавилось, как и чувства вины, но стоило мне сделать шаг по направлению к камину, чтобы помочь Марсдену, он рыкнул на меня и приказал оставаться на месте. Мне ничего не оставалось, лишь нервно кусая губу, наблюдать за ним.
— Открой окно, — рявкнул Марсден, и я поспешила выполнить распоряжение.
Свежая ночная прохлада ворвалась в комнату, и только сейчас я поняла, насколько у меня разболелась голова от запаха дыма, сердце до сих пор колотилось с сумасшедшей скоростью и не думало успокаиваться, да и глаза до сих пор слезятся (слезились, раз сердце колотилось).
— Вот только не надо истерик, — заметил Марсден, взглянув на меня.
— Я не хотела, — тихо сказала я.
— Все в порядке, — резко ответил он и впился в меня взглядом. — Ты как?
— Хорошо. Прости, — снова понурилась я. — Это моя вина.
— Забыли, — перебил он меня, еще раз посмотрел, натянул джинсы и резко бросил. — Я спать, тебе советую последовать моему примеру. Не забывай, завтра утром мы едем в город.
— Я помню.
Марсден развернулся, на мгновение остановился, поднял книгу, что я читала, и направился на второй этаж. А я еще несколько минут раздумывала, пытаясь понять, что вообще происходит в этом проклятом доме.

* * *

Блондин на меня был зол. Это я понимала отчетливо. Впрочем, винить его не могла. Я бы тоже на себя разозлилась, а еще бы наговорила кучу гадостей, выплескивая раздражение, а может и вовсе — устроила грандиозный скандал. Но это если я была бы на его месте. А вот будучи на своем, мне хотелось, чтобы он после всего произошедшего как-то обнял, прижал к груди, успокоил. Скорее всего, я бы расплакалась, потому как все же сильно перепугалась. Возможно, что его резкий тон и быстрый уход — к лучшему. Я смогла сохранить лицо, не выглядела психованной дурой, а мы с блондином не поругались основательно.
И все равно, выдержка Марсдена поражала, а я совершенно не понимала ее причин. Если так подумать, то: в его дом заявилась совершенно посторонняя девица, накинулась с обвинениями, уже несколько раз грубо продинамила, а теперь и вовсе подожгла дом. Что здесь сказать? Я себя выгнала бы вот прямо сейчас, но Марсден вместо этого отправил меня спать и дал понять, что не собирается менять планы, и все остается по-прежнему. Но именно это я и не могла понять! Что от меня нужно блондину, раз он проявляет такое терпение? Это все ненормально! Кто я ему? Никто! Списать все на то, что ему надо снять проклятие? И в качестве бонуса затащить меня в постель? Тогда зачем останавливаться? У Марсдена была куча возможностей продолжить процесс и после того, как нам несколько раз помешало то одно, то другое. Но он этого не делал… Почему-то сейчас это бесило больше всего.
Очень хотелось сейчас пойти к Марсдену и еще раз извиниться за пожар, испорченное имущество и вообще немного прояснить ситуацию, но стоило мне приблизиться к двери своей спальни, как вся уверенность испарилась. Вспомнив свою вчерашнюю истерику и то, как блондин благоразумно дал мне время остыть, я понимала — лучше всего поступить так же. Вот только… тело скручивало от неутоленного желания. Я поражалась самой себе, но ради того, чтобы получить удовлетворение готова была даже рискнуть быть выставленной… Черт! Я как кошка в мартовский месяц… Это ненормально! Решительно выйдя из комнаты, я направилась не к Марсдену в спальню, а в ванную.
Душ не принес особого облегчения. Тело все так же требовало своего, зато в голове прояснилось. Стоя под упругими струями, до меня неожиданно дошло — что за все время Марсден не соизволил даже сказать, что я ему нравлюсь. Его поступки порой напоминали поведение человека, который, придя домой и увидев там девушку, решил просто ее попользовать. Я знала, о чем говорю. Мои отношения с бывшим закончились именно по этой причине. Несколько месяцев я изображала домработницу, потом ждала, пока на меня обратят «высочайшее» внимание и подарят несколько минут без особой прелюдии и удовлетворения. Но несмотря на услужливость и покладистость, я все равно была ленивой и психованной жирной коровой… Насколько мой бывший был козлом, я поняла, только когда с трудом разорвала эти отношения. Позднее я поняла, что оказывается, он еще и полный ноль в постели. Но тогда… я была совсем юной, думала, что надо терпеть и сносить оскорбления, верила, что моя доброта и хозяйственность пересилит необъяснимую агрессию, а роль женщины в принципе заключается в служении мужчине.
А потом был бунт. Против всего мира. И я осознала — нет ничего ужасного в том, чтобы заниматься любимым делом, пусть оно и несколько необычное. Не надо терпеть отношения, которые ведут в тупик. Себя надо уважать, а не тратить время на непонятное нечто в штанах, руководствуясь принципом, что на безрыбье и рак — щука.
Но Марсден… С ним все выбивалось из известного мне сценария. Если не считать того, что он воспламенял меня уже одним своим присутствием, то во всем остальном поражал. Он готовил! Сам! Он не устроил мне скандал, что я не помыла посуду, забил на мои порой плоские шутки и прочее, и самое главное — не тащил меня в кровать только потому, что ему того хотелось…
Выйдя из ванной, я тихо прошла мимо спальни Марсдена, в которой до сих пор горел свет, задержавшись на мгновение под дверью, но войти так и не решилась. Мы все выясним завтра, если это еще будет нужно нам обоим. В любом случае — от того, что я не стану снова извиняться, мне будет легче. Точнее, моему самолюбию.
Вернувшись к себе, я забралась под одеяло и закрыла глаза. Спать! Все остальное — потом.

* * *

— Доброе утро, — осторожно сказала я, стоя в дверях кухни, наблюдая, как Марсден пьет кофе и читает что-то на планшете.
— Привет, — кивнул он мне и улыбнулся. — Не знал, что ты проснулась.
Вообще, я встала еще на рассвете. Неожиданно хорошо отдохнувшая всего за несколько часов и со смутным ощущением, что мне приснился интересный сон, но я его не запомнила. И я не понимала, радоваться мне столь долгому отсутствию глюков или грустить. Но в доме было тихо, поэтому я с чистой совестью открыла компьютер и занялась делом. Как только в коридоре послышались шаги, сохранилась и еще с полчаса прислушивалась. Судя по всему, Марсден заглянул в ванную, а затем, почти сразу, направился вниз, откуда совсем скоро донесся аромат кофе. Продолжать прятаться было глупо, и я решила спуститься.
Смущенно потоптавшись в дверях, я все же шагнула внутрь и налила себе кофе. Напиток взбодрил, а вот от завтрака я решила воздержаться. Аппетит отсутствовал от слова «вообще».
— Ты готова? — спросил блондин, когда я поставила пустую чашку на стол.
— А какие у нас планы? — уточнила, пытаясь понять, какое у него настроение.
Пока, по всему выходило, что на меня он больше не злится. Очередная странность! У меня была возможность заново оценить ущерб в гостиной, когда я спустилась вниз и поняла, за такое прибить мало. Паркет испорчен, причем основательно, как и часть панелей. А учитывая, что все это было старинным… Про столик я молчу. Как и про невольное динамо.
— Мы едем в архив, затем пообедаем, съездим еще в одно место и вернемся.
— Прости, — выпалила я, не выдержала и добавила. — Ты злишься на меня?
— Нет.
— Но это я же бросила футболку и сбила свечи…, — начала я, но была остановлена блондином.
— Потому что ты не виновата, — заявил мне Марсден, подходя ближе и притягивая к себе. — Ты сбила свечи, но они сразу же погасли. На футболке следы от воска и копоти, но следов горения нет. Пожар случился не из-за свечей, а от искры из камина.
— Я не закрыла его решеткой? — прошептала, чувствуя, как его руки поглаживают мне спину, начиная сходить с ума от ощущений. — И газеты слишком близко оставила лежать…
— Дело не в этом, — улыбнулся Марсден. — Даже если искра попала на бумагу, то все равно, так быстро огонь не разгорелся бы. Точнее, может и полыхнуло бы, но вот с такими последствиями… А здесь все было, как после длительного горения. При этом, ни дыма, ни сильного огня. Все произошло в один момент…
— Думаешь это дом? — выдохнула я.
— Уверен, — усмехнулся блондин. — Есть у меня одна теория, но надо ее проверить.
— Расскажешь?
— Обязательно, — Марсден снова улыбнулся мне и еще сильнее прижал к себе.
Вглядываясь в его лицо, я, пыталась угадать, что скрывается в голубых глазах. Предвкушение, нежность, решимость или что-то еще. Почувствовала, как потеплели щеки, сердце учащенно забилось, а по коже пронесся вихрь мелких искорок. Появилось ощущение, что сейчас начнется еще один пожар, только на этот раз сгорю я.
— Что ты хочешь от меня? — хрипло спросила я, помня о вчерашних мыслях и сомнениях.
— Разве непонятно?
— Вполне, — выдохнула я, облизав внезапно пересохшие губы. — Но почему?
— Ты мне нравишься, — заметил блондин. — И я хочу тебя. Сильно. Насколько я понял, ты испытываешь похожие чувства.
— Просто ты никогда не говорил об этом, — прошептала я, отворачиваясь в сторону.
— Что толку озвучивать очевидные вещи? — усмехнулся Марсден, заставил меня снова повернуть голову и посмотреть на него. — Или я не прав?
А я снова зависла и не могла отвести от него взгляда. Да, он прав. Я отчаянно хотела его, но совершенно не могла понять. Ведь я узнала подноготную жизни Марсдена от Кары, а сам он молчал, хотя обо мне постарался все подробно разузнать. Сказал, что это нужно для выяснения истории моей семьи, а как на самом деле — неизвестно. Вот только, чем сильнее я узнавала блондина, довольствуясь тем, что он пожелал показать, тем отчетливее понимала, дело не только в физическом влечении. Я умудрилась влюбиться в него. И это была проблема. Но сейчас, мне хотелось только одного, чтобы он поцеловал меня.
Словно прочитав мысли, Марсден коснулся моих губ. Как и тогда на диване — нежно и осторожно. Его руки продолжали поглаживать спину, обжигая кожу через одежду и заставляя меня дрожать как при ознобе.
С этим мужчиной я не могла молчать и оставаться спокойной. Первый стон сорвался с губ почти сразу. Ноги подгибались и отказывались держать, поэтому то, что меня приподняли и посадили на стол, восприняла с облегчением. Так было гораздо удобнее обнимать, целовать в ответ, хотя контакт тел несколько потерялся. Я сдвинулась на край стола, немного отклонилась, вынуждая Марсдена нагнуться, а когда он сделал это, обняла его ногами.
— Продолжишь в том же духе — в город мы не попадем, — предупредил блондин.
— К черту город, — выдохнула я.
— Лена, я сейчас скажу крамолу, но давай прервемся до возвращения, — хрипло сказал Марсден.
— Нет, — жалобно простонала я.
В глазах появились слезы разочарования, я с обидой взглянула на мужчину. Некстати вспомнилось, как бывший пренебрегал мною ради футбола или пьянок с друзьями. А я ждала… ждала и отчетливо помнила, что не имею права проявлять инициативу. Он мужчина, значит, знает лучше… Хотя, какой он был мужчина? Просто козел, от которого я избавилась! И от своих комплексов тоже! Или нет?…
— Как можно останавливаться в такой момент? — как ни старалась, но все же шмыгнула носом. — Слушай, у тебя что, проблемы? Так ты скажи…
— Проблемы? — переспросил потрясенный блондин.
— Ну да… Каюсь, пару раз я тебя продинамила сама, но вот она я, реально на все готовая, а ты изображаешь из себя монаха, — выпалила я.
— Давай, я объясню тебе все вечером, — улыбнулся Марсден.
— Ты — псих, — грубо заявила я, оттолкнула его и слезла со стола.
В машину я садилась мрачнее тех туч, что начинали собираться на небе. Появление блондина встретила недовольным взглядом и отвернулась к окну. В город — так в город. Увижусь с Лиз и снова договорюсь о гостинице. Находиться в особняке было выше моих сил.

Глава 7

* * *

Небо хмурилось все сильнее, мое настроение верно стремилось в район плинтуса, но блондин был спокоен, как удав. Мы не разговаривали. Просто делали вид, что слушаем тихую музыку. Не знаю, какие мысли бродили в голове у Марсдена, но в моем мозгу была самая настоящая мешанина. Я пыталась заставить себя реагировать на присутствие мужчины спокойнее, но это оказалось выше моих сил. В который раз, прокляв проснувшееся либидо, я пыталась вернуться к тому, что официально соединяло нас с Марсденом, а именно — тайну его особняка.
Когда мы доехали до архива, нас встретила сияющая Лиз. Женщина порадовала информацией о том, что нашла среди подшивок старых газет несколько интересных статей. Мы прошли за ней в один из залов, знакомый мне по прошлому визиту, и Лиз попросила подождать, пока она не принесет газеты. Я присела на край дивана, а Марсден с любопытством прошелся по комнате. У меня снова перехватило дыхание. Боже, это уже не просто влечение, а какая-то непонятная потребность в нем. Учитывая короткую историю наших отношений — более чем странно. Я пристально наблюдала за блондином, но заводить разговор не спешила. Все стало каким-то сложным, а та легкость, что присутствовала при нашем знакомстве, испарилась, словно ее и не было. Марсден будто чувствовал мое настроение и не делал даже попытки приблизиться. А у меня сердце снова сходило с ума, хотелось подойти, обнять…
Прикрыв глаза, я постаралась успокоиться, но вместо этого в голове появился шум, время словно остановилось, если судить по тому, как редко начало стучать сердце. Когда я посмотрела по сторонам, то едва не застонала. О чем я там сожалела в последние дни? Прошлое вновь настигло меня, догнав в том месте, где я совершенного этого не ожидала.

* * *

… Элена немного неуверенно прошла в распахнутые перед ней двери и улыбнулась хозяйке особняка. Некстати вернулось ощущение неловкости перед этой потрясающей леди, красивой настолько, что захватывало дух. Стройная фигура, облаченная в потрясающее платье бежевого цвета, высокая прическа, блеск золота. Леди Харгарес настолько гармонично смотрелась в шикарной обстановке своего особняка, что Элена невольно сравнивала себя с хозяйкой дома, и победа была явно не на стороне девушки. Леди Алиса обладала безупречной репутацией, занималась благотворительностью, умела безукоризненно себя вести в обществе, но что самое главное — она была другом Риса, а к самой Элене относилась очень тепло и душевно. Ее муж, Колин Харгарес, был баснословно богат, и его жена не только подчеркивала высокое положение мужа и была украшением, но и сама занимала далеко не последнее место в обществе. К ее мнению прислушивались, уважали, она была законодательницей моды, тонким знатоком искусства и влиятельной чуть больше, чем позволялось женщине. Если она одаривала вниманием, то это могло стать мостом в высший свет гораздо более крепким, чем происхождение и родственные связи. В ином случае… Элена поежилась и в который раз порадовалась, что леди Алиса относится к ней с участием и нежностью.
— Моя дорогая, — мягко сказала хозяйка дома, встала с дивана и прошла навстречу Элене, разведя руки в стороны, словно намереваясь обнять девушку.
— Леди Алиса, — пробормотала Элена, делая реверанс.
— Просто Алиса, — улыбнулась леди Харгарес. — Я очень надеюсь, что мы станем близкими подругами, тем более, что нас объединяет один потрясающий мужчина. Не так ли?
Элена зарделась, отвела в сторону взгляд и промолчала. С тех пор, как Рис познакомил их, она весьма робела перед этой шикарной леди и ревновала жениха к ней, но любимый заверил, что между ним и леди Алисой не может быть никаких отношений, кроме дружеских. Он упомянул, что леди Харгарес отличается от большинства дам высшего света, умна, проницательна и единственная, кто окажет ей всяческую поддержку и поможет женским советом. Сначала Элена сомневалась, но, привыкнув доверять мнению жениха безоговорочно, решилась на более близкое общение и с той, кого он рекомендовал. Прошло совсем немного времени, и Элена убедилась, насколько Рис прав. Леди Алиса была совершенством. Несмотря на то, что девушка продолжала ревновать жениха к леди Харгарес, она осознала, что именно Алиса может стать примером идеального поведения и владения собой.
Леди Харгарес оказалась просто кладезем неоценимых знаний во всем, что только можно. Подготовка к свадьбе, стоило Алисе включиться в процесс, ускорилась в несколько раз, а сама Элена перестала безумно нервничать и наслаждалась статусом невесты. Даже Мегги, которая изначально и сама была настроена против леди Харгарес, все же признала, что та невероятна.
— Алиса, — старательно улыбнулась Элена. — Я получила ваше письмо, но не совсем понимаю, чем вызвана такая срочность?
— До свадьбы всего ничего, — улыбнулась Алиса и с намеком добавила. — Я подумала, что ты захочешь сделать Рису особый подарок.
Элена вновь покраснела и отвела взгляд в сторону.
— Ну же, не бойся открыть мне свои страхи, — вкрадчиво сказала Алиса. — Впрочем, я понимаю, какие именно мысли возникают в голове при одном упоминании о брачной ночи. Ты этого боишься? Так и я в свое время дрожала от страха и предвкушения. О, как бы я хотела, чтобы в тот день со мной находилась та, которая рассказала бы мне, что бояться нечего, а ночь после венчания откроет мир полный счастья и страсти.
— Я…, — Элена снова смутилась и замолчала.
Она стыдилась, но невозможность поделиться опасениями сводила с ума, а Рис сам сказал, что она может доверять Алисе. Тогда, набравшись смелости, девушка начала сбивчиво говорить.
— Я так люблю его! До дрожи в теле, сумасшествия и готовности на все. И так страшусь не оправдать его ожиданий. Он такой страстный и пылкий, а я…, — выпалила девушка и снова замолчала.
— Говоришь, пылкий и страстный? — усмехнулась Алиса и окинула девушку взглядом.
Юная леди Веспар раскраснелась, смутилась, и Алиса поняла, девушка влюблена в Риса, окончательно и бесповоротно. Леди Харгарес улыбнулась. Когда-то и она была такой, но произошло слишком многое, чтобы она продолжала оставаться наивной и доверчивой дурочкой. Порой ей хотелось снова стать такой, если бы это гарантировало, что Рис Марсден обратит на нее свое внимание. Но бывший любовник, а ныне счастливый жених, держал данное слово. Их отношения с Алисой закончились. Мало того, несколько дней назад он явился к ней и потребовал клятву, что она не навредит Элене. Успел в последний момент, потому как леди Харгарес серьезно подумывала о том, что стоит устранить соперницу. Теперь же, ничего ей сделать напрямую она не могла.
Смотря на Элену, всю такую восторженную и счастливую, Алиса отчаянно желала оказаться на ее месте. Она понимала, что дело даже не в том, что она осмелится нарушить клятву древним силам, просто… Если Рис узнает, ей не жить. Он не простит. Никогда!
Алисе еще не приходилось видеть Марсдена таким счастливым. Но, как же она ревновала! И злилась, потому что обещала Рису помогать Элене во всем. Неожиданно, в голове у Алисы появилась весьма интересная идея…
— Элена, не молчи. Что тебя тревожит? Боишься, что не оправдаешь его ожиданий?
Девушка снова покраснела и потупилась.
— Рис любит решительных девушек, — намекнула Алиса. — Понимаю, ты слишком скромна, чтобы даже слушать мои советы, но… у меня есть несколько книг, из которых ты сможешь получить представление, что происходит между мужчиной и женщиной.
По тому, как снова покраснела Элена, Алиса поняла — ее слова попали в цель. Внутренне усмехнувшись, леди Харгарес с недоумением смотрела на эту монашку с лицом алого цвета и недоумевала, что такого в ней нашел Рис, помимо идеальной репутации и симпатичной мордашки. Такие, как Элена, были способны лишь лежать в постели бревном и читать молитвы во время процесса. А после рождения наследника и вовсе считали, что выполнили свой долг перед семьей и закрывали двери своей спальни для мужа. Дуры, что тут скажешь… Но Алиса знала и Марсдена. Он способен разжечь огонь в этой скромнице, но решил усердно ждать брачной ночи, уважая невесту. Единственный вариант, заставить его хоть немного смотреть на вещи трезво — показать, что невеста вовсе не так уж чиста и порядочна. Клятву Алиса не нарушит, а Рис решит для себя — так ли его невеста невинна и душой и телом, как он считает. Конечно, велик риск, что это не только не отвратит его, а еще сильнее привяжет к девушке, но попытаться стоило. Рис очень не любил, когда его водят за нос, точнее пытаются. Именно поэтому Алиса с самого начала была откровенна с ним. Марсден ценил это, да и продержалась Алиса дольше других его любовниц. Мало того, между их чередой, он всегда возвращался к ней.
— Подожди меня здесь, — вкрадчиво сказала леди Харгарес и поторопилась к себе в спальню.
Надо было не только найти книгу, но и сделать это как можно скорее, пока эта тихоня не потеряла желание узнать кое-что новенькое.
Слава силам природы, девушка дождалась ее, порывисто поднялась с дивана и снова покраснела. Этот признак невинности и неловкости уже порядком надоел Алисе. Монашка или нет, но с каким интересом она открыла книгу! Румянец еще оставался на щеках, но взгляд… Он жадно рассматривал фривольные картинки восточной книги по искусству любви.
Видно, почувствовав, что Алиса смотрит на нее, Элена резко захлопнула книгу и смутилась.
— Это мой подарок тебе, — вкрадчиво сказала Алиса.
— Спасибо, — пробормотала девушка.
— Наверное, тебе не терпится рассмотреть ее.
— С моей стороны будет невежливо сразу уйти, — прошептала Элена, прижимая к себе книгу.
— Вовсе нет, — мягко ответила Алиса…

* * *

— Лена!
Голос Марсдена ворвался сквозь дымку видения, и я нервно замотала головой, чтобы как можно скорее вернуться в реальность. Посмотрела на хмурое и обеспокоенное лицо блондина, и невольно отодвинулась, когда поняла, что он сидит слишком близко, а я чересчур нервная, чтобы нормально к этому относиться. Мой поступок Марсдену не понравился, он прищурился, встал с дивана и снова прошел к окну, повернувшись ко мне спиной.
— Где Лиз? — спросила я.
— Я отправил ее сделать чай, когда понял, что ты зависла, — процедил Марсден.
— Спасибо, — поблагодарила я.
— Ты что-то видела? — уточнил он.
— Да! Но я не понимаю… в школе находился дом Элены, а здесь… Марсден, кто жил в этом доме во времена Риса?
— Лорд Колин Харгарес и его семья, — оповестила Лиз, входя в дверь с подносом, на котором стояли чашки, чайник и вазочка с печеньем. — Простите, я случайно услышала вопрос.
Мы с Марсденом быстро переглянулись, но он покачал головой и коснулся пальцем рта, призывая не распространятся о глюках, а поговорить, когда мы останемся наедине. Я была с ним согласна, вот только следующие полчаса, пока Лиз и Марсден церемонно пили чай и ели печенье, я сидела темнее тучи. Лиз уверяла, что нашла нечто необычное, но, слушая девушку, я не понимала, что такого редкого она отыскала. По большому счету, это все я уже знала после прежнего визита. Гораздо больше меня интересовала история дома, в котором сейчас находился архив. Увы, Лиз знала лишь то, что он был передан в дар городу, как и некоторые другие особняки, где проживала знать в том веке.
— Насколько я знаю, последняя из их рода сейчас находится в доме для престарелых, — пояснила Лиз. — Все имущество к тому моменту было потеряно, оставался только дом. Подозреваю, что старушка продала его городу, чтобы оплатить свое содержание.
— Но Харгаресы были баснословно богаты! — нахмурилась я, вновь обменявшись с Марсденом взглядом. — Как можно потерять все?
— Не знаю, — пожала плечами Лиз. — Многие аристократические семьи не могли удержать состояние, кто-то растратил его в азартных играх, а другие покинули страну в период войны. Почему тебя заинтересовала история Харгаресов? Нужно для книги?
Я кивнула, задумчиво взяла из вазы еще одно печенье и начала усердно жевать, отодвинув в сторону чашку с чаем, к которому даже не притронулась.
Итак, получается следующее. Я вижу тех, кто в свое время был связан с Рисом и Эленой, и их самих. Этому могло быть только одно объяснение. Если верить самому Рису, который явился к правнуку и потребовал снять проклятие, то все, кого я вижу так или иначе или виноваты, или были участниками событий, приведших к нему.
До того, как мы с Марсденом познакомились, он был глазами своего предка и ловил глюки из его жизни, но со мной ситуация стала несколько иной. По неясной причине я видела и других. Боже мой! А ведь и Марсден теперь тоже их видел. Но! Только тогда, когда мы были вместе и после определенный действий… Лабиринт, школа, несколько раз в доме… Я думала, что так теперь будет всегда, и это своеобразное кино из прошлого мы станем смотреть вместе, но не более получаса назад, я вновь словила глюк в одиночестве. Марсден в это время стоял у окна.
Если раньше я видела только особняк и сад, то теперь… Что получается? Расстояние не важно? Кто-то или что-то планомерно показывает мне события того времени, чтобы… чтобы я сделала что? Сняла проклятие? Но я не могу понять, о чем конкретно идет речь! Вряд ли несчастье в браке можно расценивать за него… Конечно, есть способ выяснить это. Мы нашли не только книгу Мегги, но и целую коробку со всякими книгами, тетрадями и даже спиритическую доску. Надо только вернуться обратно в особняк. В книгах, что я читала, точно были нужные заклинания.
Довольная собой, я посмотрела на Марсдена и снова нахмурилась. Все то время, пока я грызла печенье, блондин умудрился полностью забыть про меня, и сейчас они с Лиз мило болтали, словно напряжение при их встрече мне просто показалось. Смотря на них, я почувствовала, как в груди рождается нечто темное. Одновременное ощущение куска льда и яростного огня, которое сжигало и морозило, хотя причин для этого не было. Боже! Я неожиданно осознала, что ревную блондина к Лиз. Но, она не давала повода! Они просто мило разговаривали, делясь информацией по интересующему нас периоду. Но как они это делали!
Мрачно отметив, как Марсден лениво развалился на диване, Лиз сидит совсем рядом с ним, во время разговора то и дело касаясь то руки, то колена… Мне захотелось встать и оттаскать Лиз за волосы, а еще лучше подпортить ей физиономию. Ужаснувшись собственной кровожадности, я так схватила чашку, что она выпала из неловких рук. Хорошо хоть не разбилась…
— Лиэн, с тобой все в порядке? — участливо спросила Лиз.
— Да, — буркнула я и быстро добавила. — Просто вспомнила, что мне надо срочно назад, в особняк. Марсден, мы приехали вместе.
— Ой, как жаль! Но вы же приедете еще? Завтра?
— Обязательно, — пообещал блондин, поднимаясь с дивана.
Лиз проводила нас до дверей, на прощание расцеловалась не только со мной, но и с Марсденом, а я мрачно отметила, что при этом он излишне сильно прижал девушку к себе.
Едва не зарычав от злости, я все же нашла в себе силы не только улыбнуться Лиз, но и помахать ей рукой. А вот когда мы сели в машину, я напоминала себе фурию.
— Ты в порядке? — спросил он, заводя машину.
Я кивнула, продолжая рассматривать приборную панель и пытаясь успокоиться.
— Лена, мы договорились, что будем рассказывать друг другу обо всем, — напомнил блондин.
— Я помню, но это всего лишь теория, которую надо проверить, — уклончиво ответила я.
— Говорить и о предположениях, — улыбнулся Марсден.
Я посмотрела на него, немного подумала, но потом признала правоту и рассказала все, что мне пришло в голову.
— Как ты собралась это проверять? Устроить спиритический сеанс?
— И это тоже.
— Лена, давай сделаем так. Сейчас мы поедем в ресторан и пообедаем, а потом решим, что делать дальше. Думаю, если мы хотим проверить, действительно ли я подключаюсь к тебе, а в одиночку вижу только прадеда, то надо провести эксперимент.
А что я? Согласилась.

* * *

Обед протекал в спокойной обстановке, да и сам ресторан был чудесный. Разговоры решили отложить на потом, потому что я не могла спокойно разговаривать, все еще злясь на блондина и ревнуя его к Лиз. Я понимала, что женщина ни в чем не виновата, но видеть, как она касается Марсдена — оказалось выше моих сил. Никогда не испытывала подобного. Стоило нам покинуть здание архива, как я смогла трезво смотреть на вещи, удивилась собственной реакции и старательно пыталась не сорваться. Впрочем, обстановка в ресторане располагала к спокойствию. Мы сидели в уютном зале, отделанным деревом под старину, в удобных креслах напротив друг друга и наслаждались едой.
Я уже поняла, что Марсден любит мясо, и в этот раз он остался верен себе. Я же ограничилась салатом. Все было вкусно, аппетитно пахло, но вместо того, чтобы есть самой, я наблюдала, как это делает блондин. Как он это делал. Не торопился, наслаждался каждым кусочком… Мне оставалось только пристально наблюдать и нервно прикладываться к стакану с соком. Я уже смирилась с тем, что одержима блондином, но видеть, как он управляется с обедом… Приходилось снова и снова пить сок, чтобы избавиться от комка в горле, глубоко и размеренно дышать и надеяться, что мое смятение не столь заметно. На мой взгляд, судя по недоумению со стороны Марсдена, это вовсе не помогало. Я откинулась на спинку кресла, всячески демонстрируя скуку, а он лишь усмехнулся, попросил подготовить мой заказ на вынос, а затем добавил к нему еще несколько блюд и пару бутылок вина.
— Не хочу сегодня готовить, — пояснил он.
— А мне очень нравится, как ты готовишь, — выпалила я.
— Учту, — улыбнулся Марсден, расплатился, а когда принесли заказ, спросил, готова ли я идти.
Причин для задержки не было, проверить теорию хотелось, поэтому я кивнула и поднялась из-за стола.
Мы вышли на улицу, и я поежилась. Погода портилась, небо хмурилось все сильнее, поднялся ветер, заметно похолодало.
Естественно, взять куртку с собой я не догадалась, так что постаралась как можно скорее сесть в машину.
— Замерзла? — спросил Марсден, а когда я кивнула, отрегулировал температуру внутри.
Теплый воздух обдал обнаженные руки и согрел ступни. Прошло совсем немного времени, я расслабилась и посмотрела на блондина.
— Домой?
— Не знаю, — вздохнула я и призналась. — Знаешь, меня немного нервирует твой особняк. А учитывая новые сведения, возвращаться и не хочется.
— Ты обещала рассказать, что видела, — напомнил Марсден.
Я глубоко вздохнула, а потом быстро обрисовала новое видение и изложила теорию, к выводам которой пришла.
— Значит, ты считаешь, что я в какой-то момент как бы подключаюсь к тебе? — задумчиво спросил Марсден.
— Не совсем, — неожиданно я смутилась. — После того, как мы с тобой… например, целуемся. Мне кажется, что во время… Может, выделяется какая-то энергия, что позволяет нам видеть глюки? Не знаю. Конечно, можно проверить этот опытным путем, но явно не сейчас, — поспешно добавила я и закашлялась, встретив заинтересованный взгляд Марсдена. — Если ты просто рядом, то не видишь того же, что и я. Мне уже понятно, что дальность не имеет значения, потому что если раньше я видела только дом и сад, то сейчас видения настигают в тех местах, которые по какой-то причине твой особняк нам показывает. Значит, нужен контакт. Кстати, у тебя есть мысли, почему дом нам показывает глюки?
— Сначала я думал — это воспоминания Риса, но уже ни в чем не уверен. Я согласен с тобой, но мне непонятно, почему… нас прерывают, — скривился он.
— В любом случае, это не объясняет того, что я вижу целую кучу участников событий, — постаралась перевести тему разговора, а сама мысленно продолжила развивать теорию.
Неужели я права, и дом транслирует те сны, которые подталкивают нас с блондином друг к другу, но по какой-то причине не дает закончить процесс. По большому счету, что такое секс? Как и во время спорта выделяется энергия. Возможно ли, что непроходящее возбуждение, которое остается из-за постоянной неудовлетворенности, помогает дому… Ведь с тех пор, как мы с Марсденом находимся рядом, вместе со всем вытекающими последствиями, сны преследуют нас и ночами, и наяву. Но для чего все это?
— Дом подсказывает, как снять проклятье? — услышала я предположение, и у меня возникло ощущение, что блондин читает мои мысли.
— Марсден, — разозлилась я. — Мы даже не знаем, что там вообще с проклятьем и откуда оно. Мы, как слепые котята тычемся в мех и думаем, что это мама-кошка, но понятия не имеем, с какой целью видим все глюки. Смотри, сейчас мы знаем, что Рис и Элена любили друг друга и собирались пожениться. Мало того, они объявили о помолвке, и подготовка к свадьбе шла полным ходом. Но потом происходит то, чего мы еще не знаем, и твой прадед вдруг женится на подруге Элены, которая приехала в город в день их помолвки. Кстати, на приеме ее не было, поэтому можно предположить, что Рису было откровенно плевать на эту семью. Итак, до свадьбы неделя — резкая перемена планов, но, если дело зашло так далеко, то почему нет никаких упоминаний о помолвке? Я просматривала газеты. Ничего. Опять же — Веспары резко покидают Харфорд, их след теряется, но Рис покупает принадлежавший им дом. Почему? А еще Алиса! Любовница твоего прадеда. Она с таким участием отнеслась к Элене по просьбе Риса, в то же время плела интриги, как вынудить их расстаться. Она не могла навредить Элене лично. Значит, использовала кого-то другого, причем неясно каким образом. И напоследок факт — все три девушки увлекались магией, причем Алиса, как я поняла, была личной ведьмой Риса. Марсден, у нас одни вопросы и нет ответов, — жалобно закончила я. — Мы даже не знаем, почему именно мы видим все это!
— Может, Алиса использовала Мэгги? — задумчиво сказал блондин. — И если ты не ошиблась, то после того, как Рис женился на моей прабабке, они возобновили свои отношения, и злости на Алису у него не было. Значит, она провернула все грамотно и тонко.
— Марсден, — тихо спросила я. — Что должна сделать женщина, чтобы такой мужчина, как Рис, в один день отказался от той, кого безмерно любил?
— Предать, — пожал плечами блондин и пристально посмотрел на меня. — Мужчины могут простить многое, но не предательство. А еще измену. И даже если отношения сохраняются по тем или иным причинам, подобный инцидент никогда не забудется.
— Но Элена не могла предать его, не говоря уже про измену! — воскликнула я. — Она же такая чистая, невинная, нежная!
— И увлекалась магией, — напомнил Марсден.
— Ну да, — вздохнула я. — Насколько я помню, тогда этим многие увлекались, особенно в высшем свете. Скука, мода…
— Девушка, воспитывающаяся в пансионе, нагруженная уроками по этикету и ведению домашнего хозяйства? — скептически уточнил Марсден. — Вспомни, что она сказала Мегги. «Я больше не буду этим заниматься». Получается, что это был не разовый эксперимент.
— А еще, она добавила про грех, — добавила я. — Марсден, в любом случае, мы толком не знаем, был ли от их занятий вообще толк. Может, они просто на женихов гадали?
— А что за книгу Алиса дала Элене? — неожиданно спросил блондин.
— Что-то вроде «Камасутры», — усмехнулась я и, встретив заинтересованный взгляд Марсдена, хихикнула и коснулась блондина рукой. — Еще скажи, что ты никогда в глаза не видел.
— Я промолчу, — хмыкнул он.
— Верное решение…
Как зачарованная, я смотрела на ладонь, что так и осталась на его груди, почувствовала биение сердца, тепло тела и меня бросило в жар. Не хотелось отстраняться, хотя и понимала, что это будет верным решением. Но чем дольше я тянула, тем сильнее мне хотелось поцеловать Марсдена. Ветер бился в окна, небо все так же хмурилось, и я не могла ничего с собой поделать.
— Марсден, — хрипло сказала я, а он приложил палец к губам, обрывая попытки связать хоть пару слов, улыбнулся и покачал головой. А потом просто поцеловал. И прежде, чем я успела в очередной раз сойти с ума, вновь отстранился, обхватив руками руль.
— Поехали? — спросил он через несколько секунд, продолжая смотреть на дорогу.
— Как скажешь, — пробормотала я и отвернулась к окну.

* * *

Не знаю, сколько я просидела, наблюдая, как за стеклом меняются виды города, пока не поняла, что-то не так. Неожиданно с улиц вдруг пропали современные машины, реклама, вывески. Да и сами дома изменились, новостройки исчезли, а фасады старых особняков приобрели, видимо, первоначальный вид. На улице появились пешеходы в старинных нарядах…
— Марсден, — я нервно закашлялась. — Ты это видишь?
— Что именно?
— Останови машину! — потребовала я.
Когда Марсден выполнил мою просьбу, то в качестве эксперимента, я сначала просто коснулась его руки. Результата не было, но и мое видение не исчезло. Современный джип Марсдена находился на улицах Харфорда сто пятидесятилетней давности, но на нас никто не обращал внимания. Проверяя свою теорию, я вздохнула, развернулась к блондину, и потянулась, чтобы поцеловать его со всей той страстью, на которую была способна. Почти сразу почувствовала, как руки блондина обняли меня и потянули на себя. Я снова сходила с ума, как и мое сердце, но когда до стадии полного безумства оставалось совсем ничего, заставила себя прервать поцелуй.
— А сейчас видишь? — прошептала я, одновременно пытаясь прижаться к блондину и смотреть в окно, где все так же был виден старый Харфорд. Сидеть было неудобно, переключатель скоростей впивался в тело, но для меня это не имело никакого значения, потому что блондин обнимал меня, нежно касаясь губами волос, виска, губ…
— О да, — хрипло сказал Марсден. — Еще бы знать, что мы должны увидеть в этот раз!

* * *

… Элена стояла на тротуаре и старательно прикрывала книгу шалью, отчаянно надеясь, что она никому не видна. Подарок леди Алисы оказался слишком большим, чтобы поместиться в сумочке. Девушке казалось, что все прохожие не только видят фривольный подарок леди Алисы, но и знают его содержание. При мысли, что весь Харфорд скоро начнет судачить на этот счет, Элена старательно пыталась оставаться спокойной и думала, как лучше ей поступить: нанять извозчика или пройтись до дома пешком. Расстояние было невелико, но и опасность раскрыть секрет — не маленькая. А если отец встретит ее на пороге? Он дома и обязательно захочет поговорить с ней, едва она войдет в двери… Зачем? Зачем она приняла эту книгу, но и выкинуть ее девушка не решалась. И дело было не только в страхе, что кто-нибудь обязательно увидит это, сколько совсем по другой причине — Элене до безумия хотелось рассмотреть содержание книги не мельком, а внимательно.
— Леди Веспар!
Голос любимого, удивленный и счастливый, прозвучал настолько неожиданно, что Элена едва не подпрыгнула.
— Лорд Марсден, — пролепетала она, протягивая руку для поцелуя.
— Дорогая моя, — улыбнулся Рис и подошел так близко, как позволяли приличия, но чтобы и их разговор не был слышен окружающим, склонился в поклоне и поцеловал дрожащую руку, затянутую в перчатку. — Счастлив от нашей случайной встречи. Что ты делаешь здесь?
— Я была с визитом у леди Харгарес, — прошептала девушка, вся дрожа от мимолетного прикосновения Риса, смущаясь и старательно прикрывая книгу.
— Тебя подвести до дома? — улыбнулся Рис.
— Но…
— Мы помолвлены и наша свадьба через неделю. Твоей репутации ничего не угрожает. Так, домой?
Представив, что дома она увидит отца, Элена невольно покачала головой.
— Элена, могу я пригласить тебя на прогулку? — внезапно повеселев, предложил Рис. — Я буду самым галантным, благородным и вежливым кавалером на свете.
Девушка снова зарделась, тихо прошептала согласие и села в крытый экипаж вместе с женихом…

* * *

— Как думаешь, куда они поехали? — прошептала я, когда экипаж тронулся.
— Попробуем проверить, — хрипло сказал Марсден. — Пока нас не выкинуло обратно, просто поедем следом за ними.
Я отодвинулась, разрывая контакт, чтобы блондину было удобно вести машину и не опасаться попасть в аварию. Но при этом, держалась к нему как можно ближе. Я боялась, видение исчезнет, и мы снова останемся с обрывком информации, а так я могла подсказывать куда ехать, периодически показывая картинку Марсдену. Если наш контакт пропадал, он снова возвращался в реальность.
Но пока все продолжалось в том же духе. В машине было тихо, блондин даже музыку выключил. До безумия хотелось узнать, что сейчас происходит в экипаже, но я была благодарна и тому, что мы до сих пор видим события прошлого.
Мы выехали из города и довольно долго двигались по той дороге, что вела в Марсден-Холл. Я хмурилась, пытаясь понять, зачем они едут в дом Риса. Все же, для приличной девушки того времени это довольно неразумный поступок. Помолвлены они или нет, но еще не женаты. А испортить репутацию — проще простого. Быстрый взгляд на Марсдена и я поняла, он думает так же.
А тем временем, мы вернулись обратно в особняк. Когда мы выходили из машины, нам в очередной раз пришлось разомкнуть контакт, но, как только я поняла, что видение подергивается дымкой, снова схватила Марсдена за руку и поцеловала блондина для закрепления эффекта. Как ни странно, но это помогло. Мы вновь все видели отчетливо, хотя для этого и пришлось прижаться вдруг другу, изображая сиамских близнецов.
Единственное, что совсем не радовало, так это погода. По всем признакам, скоро должна разразиться самая настоящая гроза. Ветер стал настолько сильным и порывистым, что сбивал с ног, с неба то и дело срывались крупные капли дождя, а вдалеке слышался гром. Я поежилась, и машинально еще сильнее прижалась к блондину.
Вообще, я чувствовала себя глупо. Следить за участниками собственного глюка — надо умудриться. Впрочем, я уже давно поняла, что у меня легкая шиза и надо или смириться с этим и жить дальше, или собрать вещи и отправляться в один из дурдомов.
Видимо, Марсден придерживался той же точки зрения, поэтому лишь крепче взял меня за руку, мы переглянулись и решительно шагнули в дом.

* * *

…— Мне немного неловко, — призналась Элена, присаживаясь на край дивана и смущенно комкая в руках платок. — Мы наедине…
— Элена, — Рис опустился рядом и осторожно взял девушку за руку. — Наша свадьба через неделю. А мне так не хватает твоего общества, что я осмелился на подобную хитрость и увез тебя к себе. Здесь никто нас не увидит, не осудит. Мы можем быть сами собой. Помнишь, как тогда, в лабиринте. Прости мне мою настойчивость, но и минута без тебя подобна вечности.
Элена покраснела и отвернулась. С того приема не было ни дня, чтобы она не вспоминала то безумство. Руки Риса были такими сильными, а поцелуи страстными. Девушка настолько потеряла голову и напрочь забыла о том, как должна вести себя порядочная и хорошо воспитанная леди, которая с недопустимым бесстыдством отвечала на страсть Риса. Потом она проклинала себя за это, корила и отчаянно мечтала о повторении. Но шанса побыть наедине им так больше и не представилось. До сегодняшнего дня. Вот только Элена была слишком взбудоражена, чтобы спокойно реагировать на столь близкое соседство любимого мужчины. Сам факт того, что они, вопреки всем правилам приличия, находятся наедине… Элена понимала недопустимость подобного поведения, но не могла отрицать того, что именно об этом она мечтала. А еще, о поцелуе, ощущении сильных рук на своей талии…
— Ваш чай, леди Элена.
Девушка подняла голову, надеясь, что румянец покинул щеки, и улыбнулась дворецкому. Далтон ей очень нравился своим уважительным отношением, и добрым взглядом, с ним было так спокойно, словно этот старый, но полный достоинства мужчина, был олицетворением доброты и защиты. Элена чувствовала, даже сейчас, несмотря на щекотливость ситуации и нахождение девушки без надлежащего сопровождения с мужчиной наедине, который не был ее мужем, Далтон не только не осуждает, а одобряет ее поведение.
— Спасибо, — Элена осторожно взяла чашку.
Чай пах потрясающе вкусно. Привычный аромат смешался с незнакомыми ей добавками. Элена с удовольствием попробовала напиток и заметила, что он не только согрел ее кровь, но принес уверенность в себе и расслабленность.
— Невероятный вкус, — отметила она.
— Рад, что вам понравилось, — поклонился Далтон, затем зажег свечи. — Заваривая его сегодня, я думал именно о вас. Прошу извинить меня за дерзость.
Элена кивнула, еще раз улыбнулась дворецкому, проводила его взглядом и снова попала в сети смятения и желания из-за присутствия Риса.
— Ты очень нравишься Далтону, — сказал мужчина. — Он неизменно отзывается о тебе с невероятной теплотой.
— Мне он тоже близок, — улыбнулась Элена. — Знаешь, Далтон олицетворяет собой то, как должен выглядеть и вести себя настоящий мужчина, неважно, аристократ он или нет. Мне никогда не приходилось видеть столько благородства и достоинства в одном человеке.
— А как же я? — уточнил Рис, снова беря девушку за руку, с нежностью прижимаясь к ней губами.
— Рис, ты другой, — нервно выдохнула Элена. — Под маской джентльмена скрывается совсем другой человек. Опасный, коварный и страстный.
— Ты даже не догадываешься, насколько близка к истине, — пробормотал Рис, переворачивая девичью руку, и с наслаждением целуя запястье.
Элена нервно выдохнула, прикрыла глаза и невольно подалась вперед. Чувствуя, как губы Риса целуют ее руку, она вся дрожала от новых ощущений, что охватывали тело, и могла думать только о том, как жених поцелует ее в губы. Словно угадав ее мысли, Рис осторожно потянул девушку на себя. Просто легкое касание, но сердце девушки забилось так сильно, будто хотело выпрыгнуть из груди. Корсет сдавил грудь, стало нечем дышать, а в голове появился туман.
Раздалось негромкое покашливание. Элена отпрянула от Риса и отвернулась в сторону, когда поняла, что Далтон стал свидетелем этой сцены.
— Прошу меня простить, но я нашел это в экипаже, — поклонился дворецкий, подошел ближе и положил на столик книгу. — Леди Элена, это ведь ваша?
Девушка подалась вперед, а когда увидела, что именно принес Далтон, отчаянно покраснела, вскочила с дивана и бросилась к окну.
— Далтон, оставь нас, — резко приказал Рис и подошел к девушке. — Милая, что произошло?
Элена не решалась повернуться, как не могла заставить себя признаться, что книга принадлежит именно ей. С другой стороны, утаивать что-то от жениха она не хотела. Но как сказать, когда стыд пронизывает все тело от макушки и до кончиков пальцев? Девушка посмотрела в окно, за которым уже разразилась гроза. Дождь бил в окно, громыхал гром и сверкали молнии, несмотря на раннее время, казалось, что наступила ночь.
— Мне надо ехать домой, — прошептала Элена, чувствуя, как руки Риса осторожно легли ей на плечи, спустились и теперь поглаживают руки.
— На улице гроза. Это слишком опасно.
Горячее дыхание щекотало кожу, сердце быстро билось, но неожиданно Элена поняла, что она гораздо сильнее вздрагивает от легких поцелуев в шею, чем от раскатов грома за стеклом.
— Говорят, нельзя во время грозы стоять так близко к окну — может ударить молния, — пробормотала она.
— Тогда вернемся на диван, — предложил Рис, взял Элену за руку, и девушка, словно завороженная, покорно последовала за ним.
Увы, как только взгляд наткнулся на книгу, она резко остановилась.
— Мне пора домой, — снова повторила она.
— Элена, я никуда тебя не отпущу в такую погоду, — бескомпромиссно заявил Рис.
— Но я не могу остаться, — растерянно сказала Элена. — Моя репутация…
— Наша свадьба через неделю, — напомнил Рис. — Боже, Элена, я готов прямо сейчас обвенчаться с тобой, но общество ждет свадьбу. Я стараюсь ускорить события как могу, но не все зависит от меня. Поверь, я смогу удержать себя в руках, а завтра Алиса подтвердит, что они с Колином находились с визитом у меня. Тебе нечего опасаться. Прости, но я не отпущу тебя в такую непогоду.
Элена сомневалась, но признала доводы Риса разумными. Алиса Харгарес — влиятельна и обладает безупречной репутацией. Если она действительно подтвердит слова Риса, то все в порядке.
— Я не уверена, — нерешительно сказала она. — Вся поездка сюда была ошибкой…
— Милая, позволь я буду решать за тебя, — улыбнулся Рис. — И я принял решение. А теперь, чтобы закончить этот разговор, объяснишь, что это за книга, и почему ты так отреагировала?
Элена снова покраснела, а Рис удивленно приподнял бровь и потянул девушку на диван.
— Я могу ее посмотреть? — спросил он, протягивая руку за книгу.
— Нет! — вскрикнула девушка, но было уже поздно.
Рис с интересом разглядывал первую иллюстрацию. Элена смогла его удивить. Не думал он, что у его скромной и нежной невесты окажется подобная книга.
— Откуда она у тебя? — полюбопытствовал он.
— Леди Алиса подарила, — еле слышно призналась девушка, старательно отводя взгляд, но он невольно возвращался на картинку, хотя на жениха она так и не осмелилась смотреть.
— Хороший подарок, — пробормотал Рис. — А ты уже видела, что там?
— Только мельком.
— Тогда посмотрим вместе, — Рис решительно придвинулся к невесте, положил книгу между ними и открыл ее.
Стоило обложке обнажить первую гравюру, как Элена снова покраснела, отвернулась в сторону, да еще и зажмурилась. Она дрожала, как при ознобе, дыхания не хватало, корсет, казалось, сковал тело, а тонкая ткань платья раздражала ставшую чувствительной кожу.
— Смотри, — в голосе жениха было что-то такое доселе незнакомое, что Элена не осмелилась ослушаться.
Чувствуя, как пылают щеки, она посмотрела на раскрытую страницу, начала рассматривать картинку, затем вторую, третью. Девушке казалось, сходит с ума, ведь на фривольных картинках она представляла себя и Риса.
Рис молчал, но его рука уже давно обняла талию девушки, губы все чаще касались то шеи, то виска. Элена дрожала, заставляла себя сидеть спокойно и не шевелиться, но все чаще ловила себя на мысли, как ей хочется того, что изображено в книге. А жених, словно читая ее мысли, невесомо продолжал целовать, проводил рукой по спине, а иногда и вовсе будто случайно задевал грудь. У Элены появились новые ощущения в низу живота, ноги дрожали и, несмотря на отчаянное желание хозяйки прижать их друг другу, вели себя совсем иначе. Во рту пересохло, девушка то облизывала, то прикусывала губы, когда очередной спазм пронзал тело. Она уже не отдавала себе отчета в поведении, и когда Рис незаметно опрокинул ее на спинку дивана, лишь откинула голову и прикрыла глаза, пытаясь ловить совершенно новые ощущения. Они обрушились на Элену с такой силой, что это пугало. Но, учитывая, что их дарил ей именно Рис, девушка доверилась им. Жених продолжал шептать ласковые слова, его голос подчинял и завораживал, а прикосновения… Пружина, что скручивалась внутри все сильнее и сильнее, в один момент просто распрямилась с такой силой, что Элена застонала и на мгновение потеряла сознание. Девушка не понимала, отчего это произошло, просто обнаружила, что в теле появилось странное опустошение, приправленное таким счастьем, что не хотелось открывать глаза, в то же время, Элена страстно желала, чтобы Рис продолжил.
— Открой глаза, — вкрадчиво приказал жених.
Элена подчинилась, взгляд снова упал на раскрытую книгу… Смущение вернулось, но в голове был туман, поэтому девушка лишь несмело улыбнулась и тихо спросила:
— Рис, разве можно читать такие книги? Это не грех? И то, что делают те, кто там изображен — это правильно?
— Это самый древний, правильный и естественный процесс в мире, — улыбнулся Рис.
Смотря на жениха, Элена успокаивалась от его улыбки и готова была на все, о чем он не попросит. Взгляд Риса гипнотизировал, лишал воли, прикосновения лишали остатков разума и будили желание продолжить изучать доселе незнакомое.
— Рис…
— Ты даже представить себе не можешь, как сильно я люблю тебя, — хрипло сказал Рис. — И хочу. Не знаю, как продержусь еще неделю, но сама мысль о том, что совсем скоро я не только назову тебя своей, но и буду обладать — сводит меня с ума. Я так хочу целовать тебя, но не так скромно, как сейчас, а намного… гораздо более страстно…
— Это как в лабиринте? — уточнила Элена.
Мужчина нервно сглотнул и резко выдохнул.
— Я испугал тебя тогда?
— Вовсе нет, — запротестовала девушка и смущенно добавила. — Мне понравилось, и я с тех пор сама мечтаю об этом. Знаю, что мои мысли неприличны, проклинаю себя за это, чувствую себя порочной и испорченной, но хочу вновь ощутить не только это.
— Элена, ты понимаешь, о чем меня просишь?
— Да, — прошептала девушка. — Только мне страшно…
— Тебе нечего бояться, — как-то глухо сказал Рис. — Я всегда буду твоим защитником, никогда не разлюблю. Наоборот, обещаю, с каждым днем моя страсть будет только расти. Элена, ты позволишь мне выполнить твое желание?
Девушка молчала несколько секунд, а потом, неожиданно для самой себя, подняла голову и едва заметно кивнула. Увидев, как Рис изменился в лице, какая радость и ожидание появилась на нем, она снова смутилась и поняла, что ее поведение, наверное, слишком откровенно и неприлично. Но жених мягко обхватил ее лицо и поцеловал так томительно нежно и одновременно страстно, что все сомнения исчезли. Когда поцелуй прервался, Рис отбросил злосчастную книгу в сторону, подхватил невесту на руки и понес по лестнице на второй этаж.
В спальне царил полумрак, нарушаемый лишь огнем от камина. На полу лежал настолько пушистый ковер, что ноги утопали по щиколотку, но Элена все равно задрожала, когда ее взгляд упал на огромную кровать. Девушка растерянно посмотрела на жениха, закрывавшего дверь, и шагнула ближе к камину. Протянула руки, согревая их в тепле, когда жених обнял ее со спины и нежно поцеловал в шею… В душе Элены страсть боролась с сомнениями и правилами, которые она обязана была соблюдать. Девушка знала, даже сейчас, останови она жениха, все закончится. Ей предоставят комнату, на прощание нежно поцелуют руку и пожелают доброй ночи, но как раз этого она и не хотела. Тот ураган страстей и эмоций, что Рис разбудил в ней, сметал на пути все остатки здравомыслия. И все равно она продолжала сомневаться. Не примет ли Рис проявление ее любви к нему за доступность и легкомыслие, не посмеется ли… Нет, она доверяла ему, любила каждой частичкой своей души, но Элена также понимала, если то, что сейчас скорее всего произойдет в Марсден-Холле выйдет наружу, то скандал будет огромен. Однако, непонятно отчего, Элена чувствовала в себе силы и была готова идти до конца.
К тому же, Рис не позволил ей снова начать сомневаться. Еще один поцелуй, и страхи девушки ушли. Она набралась смелости, развернулась в кольце его рук, посмотрела в глаза Риса и улыбнулась. В отсветах огня на его лице проявилось что-то дикое и непокорное. Элена всегда чувствовала это в нем, но мужчина успешно носил маску. Но в эту минуту, когда за окном бушевала гроза, с ней он стал настоящим. Тем, кого она любила до безумия и кому, отбросив все понятия о приличиях, хотела принадлежать. Девушка подняла дрожащие руки, коснулась его лица кончиками пальцев, погладила скулы, обрисовала твердые губы. Рис поймал ее руки, по очереди поцеловал каждый палец, а потом снова обжег губы жадным поцелуем.
— Как же ты красива, — прошептал Рис. — Любимая, желанная…
Не в силах отвести от него взгляда, Элена даже не поняла, когда жених умудрился расстегнуть на ней платье. Просто в один момент почувствовала, как оно упало к ее ногам, и девушке пришлось перешагнуть через него. Еще один поцелуй, сводящий с ума и разжигающий огонь в крови до бушующего пламени, и Рис подхватил ее на руки и отнес на кровать. Элена смущалась, не знала, что делать и стоит ли вообще как-то показывать свою страсть. Она не понимала, чего Рис ждет от нее, боялась не оправдать его надежд, но и оставаться отстраненной не было никаких сил. Страсть, бушевавшая внутри, требовала выхода. Элене хотелось обнимать Риса, целовать его, гладить сильное тело, но проклятая стеснительность и преклонение перед женихом не давали ей поступить так, как того хотело сердце.
— Элена, — голос Риса был хриплым. — Не верю…
Он покрывал тело девушки поцелуями, медленно освобождал от оставшейся одежды, шептал слова любви. И постепенно, Элена расслабилась, осмелилась отвечать, а потом, когда разум окончательно помутился от страсти, окончательно забыла про все условности и правила. Разрешила себе чувствовать, сгорать от желания, требовать от любимого удовлетворения своих самых смелых желаний, отдавать себя без остатка и получать не меньше. Это стало откровением. Никогда раньше Элена не чувствовала себя настолько цельной и счастливой. Ураган нежности и страсти, чувство, что они с Рисом стали единым целым, что счастливее их нет во всем мире. Да что там, Элена твердо была уверена, Рис именно тот, кто предназначен ей не только богами и судьбой, но и всеми теми древними силами, которые властвуют в свете и во тьме.
Рис дал ей все это, а взамен Элена отдала ему себя всю, без остатка. Она не жалела ни о чем, наоборот, радовалась, что решилась. Когда все закончилось, Рис продолжал сжимать ее тело в своих руках, гладил, целовал, шептал о любви.
Элена потянулась, повернулась и легла жениху на грудь. Его сердце немного успокоилось и теперь билось размеренно, на груди блестели камельки пота, а светлые волосы разметались по подушке.
За окном продолжала бушевать гроза, в камине горел огонь, простыни на кровати сбились, а одежда в беспорядке валялась на ковре. Но ни Элене, ни Рису до этого не было никакого дела.
— Я так люблю тебя, — прошептала девушка. — Не знаю, как ты это сделал, но затмил для меня весь мир. Разве бывает подобное на свете?
— Для истинной любви нет пределов. Мы предназначены друг другу, и вместе пройдем через все невзгоды и радости. Хотя, нет! В нашей жизни будет только любовь и радость. Элена, ты сделала меня таким счастливым, что хочется кричать на весь мир о своей любви…
— Нет, — нахмурилась девушка. — Пусть все остается так, как есть, пока мы не повенчаемся. Рис, я боюсь. Боюсь, что кто-то разрушит наше счастье. И если это случится, я умру.
— Тебе нечего бояться, — улыбнулся Рис. — Я никому не позволю встать между нами. Ты всегда будешь моей. В этой жизни и после нее.
— Так и будет, — эхом откликнулась Элена. — Клянусь.

Глава 8

* * *

— Боже, — прошептала я, когда видение закончилось. — Как же это прекрасно.
Марсден все еще обнимал меня, я прижималась к нему, но, видимо, это уже не работало. Картинка происходящего развеялась как дым, оставив реальность.
И в этом настоящем, мы с Марсденом стояли в хозяйской спальне и как завороженные смотрели в сторону кровати, где только что видели проявление самой огромной любви на свете.
— Почему? — почти простонала я. — Ну почему они расстались?
Зная, что пройдет меньше недели и та любовь, свидетелями которой мы стали, внезапно исчезнет, произошедшее в этой спальне воспринималась с особой горечью. Сколько оставалось Рису и Элене? Несколько часов до рассвета? День? Неделя? Нет, меньше недели, потому, что свадьба так и не состоялась. Что могло им помешать? Что произошло в оставшиеся дни? Кто стал виновником расставания? Я уже не сомневалась, что это не просто рок или судьба, а именно чья-то злая воля! Кто?! Алиса? Мэгги, которая потом стала женой Риса? А ведь Рис и Элена только что были так счастливы. Я чувствовала это, потому что их любовь переполняла и меня. У меня заходилось сердце, дыхание рвано срывалось с губ, а тело дрожало, как в ознобе. Ощущение одновременного возбуждения, страсти, любви и невероятной нежности. Да что там! Быстрый взгляд на Марсдена, и я поняла, что и он тоже не смог остаться равнодушным к увиденному чуду.
— Марсден, — тихо позвала я. — А ты любил когда-нибудь вот так?
— Нет, — тихо ответил он, с новой силой прижимая меня к себе. — Но я очень надеюсь, что смогу испытать подобное. Знаешь, ради этого стоит жить. Я знаю их историю, благодаря их разрыву я появился на свет, но, черт побери, я не понимаю прадеда. Как он смог… как посмел отпустить ее?!
— Марсден, — хрипло начала я, пораженная той страстью, что сквозила в его голосе. — Я же тебе нравлюсь?
— Не то слово, — улыбнулся он.
— А ты мог бы… мог бы любить меня так, как он? — выдохнула я. — Я сейчас не про то, чтобы твое сердце сходило с ума при мысли о том, чтобы просто прикоснуться к руке. Понятно, это не наш с тобой вариант, особенно учитывая несколько моментов в самых различных местах. Просто… я хочу хоть раз в жизни ощутить то чувство одновременной нежности и страсти, подобное тому, что было между Рисом и Эленой. Я никогда такого не испытывала. Страсть — да, желание, принуждение, обязательство тоже… Но я хочу прикоснуться к тому чуду, что мы видели. Ощутить… как оно должно быть на самом деле, когда любишь. Но при этом, тобой владеет не похоть, а именно любовь. Чтобы потом, когда встречу того, кто предназначен мне судьбой — не ошибиться, не пропустить и не отпустить.
— Ты просишь переспать с тобой, чтобы потом сравнивать ощущения? — хрипло спросил потрясенный Марсден.
— Ты не согласен? — уточнила я.
— Надо быть дураком, чтобы отказаться от подобного, — пробормотал блондин.
— Это не ответ, — заметила я и вздохнула. — Ладно, забыли. Марсден, я сморозила чушь. Прости. Только сейчас поняла, как это прозвучало. Просто я подумала, что раз ты так усиленно пытался меня затащить в постель, то хочешь. Да и меня от тебя так ощутимо потряхивает… Так, все, лучше я заткнусь, а то сейчас еще что-нибудь ляпну.
Снова бросив взгляд на кровать, я решительно отстранилась от блондина и потянулась к ручке двери.
— Постой, — мою руку перехватили.
— Марсден, я же сказала — забудь, — буркнула я и попробовала освободиться.
— Ты не поняла, — блондин перехватил мою кисть и посоветовал. — Не дергайся. Лена, ты сама понимаешь, о чем меня просишь?
— Просила, — поправила его я, стараясь не думать, что прикосновения блондина действует на меня неизменно возбуждающе. Да что там, он мог даже не трогать — я сходила с ума от одного его присутствия.
— Лена, помолчи, — спокойным голосом заткнул меня Марсден. — Ты понимаешь, что просишь меня о том, о чем я мечтаю с той минуты, как увидел тебя в своем доме?
— Не поняла, — нахмурилась я.
— Лена, — он многозначительно приподнял бровь, я замолчала, и Марсден продолжил. — Как-то я говорил тебе, что ты похожа на Элену, хотя теперь вижу, что между вами нет ничего общего. Ты смелая, страстная и независимая, а она… Я знаю, что мой прадед любил ее, но я не он. Несмотря на ваше некоторое сходство и то, что я почти уверен — ты ее потомок, я не хочу спать с ней. Понимаешь? Но я хочу быть уверен, что ты хочешь того же.
— Спать с Эленой? — хмыкнула я.
— Лена!
— Это ты меня с ней перепутал, — напомнила я.
— Я уже извинился, — поморщился Марсден. — И еще, я не могу обещать, что буду таким же нежным, как он. Ты настолько будоражишь мою кровь, что я теряю контроль и остается только одно желание — обладать. Сделать своей немедленно и не отпускать, пока желание не утихнет. Проблема в том, что с каждым днем оно разгорается сильнее.
— Просто у нас перевозбуждение, — предположила я. — Постоянное стимулирование желания путем всяких разных снов, и невозможность его удовлетворить уже несколько дней. Удивительно, как мы еще друг друга не изнасиловали!
— Если ты сейчас не замолчишь, то именно с этого мы и начнем, — сообщил Марсден.
Я снова замолчала. Марсден уже не просто держал меня за руки, а обнимал за талию. Когда он притянул меня к себе — даже не заметила. Но вот то, как его ладони поглаживали спину, чувствовала и отчетливо. Каждое прикосновение, пока еще совсем невинное, действовало так, будто прелюдия была в самом разгаре, кровь словно горела в венах, а одежда раздражала со страшной силой. И несмотря на все это, я чувствовала себя глупо. Я уже поняла, что не надо было вообще заводить весь этот разговор, но сказанного не воротишь. Гораздо сильнее меня начинало бесить то, что вместо того, чтобы, наконец, перейти к процессу, раз согласие было получено, мы обсуждали предстоящее, словно заключали договор и уточняли его пункты.
— Марсден, — не выдержала я. — Ты хоть представляешь, как выглядит наш разговор со стороны?
Блондин нахмурился, немного помолчал, а потом хмыкнул. Мне тоже было смешно, хотя я старательно пыталась не засмеяться. Не вышло… Я не выдержала, спрятала лицо на груди у Марсдена и хихикнула. Несколько секунд и я окончательно развеселилась. Но вместе со смехом ушло и смущение. Я подняла голову, чтобы посмотреть на блондина, заявить ему, что моя идея — безумная и я иду спать, но увидела, что Марсден уже и не улыбается вовсе. Точнее, он пристально на меня смотрел и… продолжал обнимать. У меня перехватило дыхание, стоило заглянуть ему в глаза, а сердце снова учащенно забилось.
— Что? — спросила я, но смеяться сразу расхотелось.
— Ты невероятная, — заявил блондин. — Даже не можешь представить насколько. Если твоя прабабка и в самом деле была ведьмой, то ты однозначно унаследовала ее дар. Иначе я просто не могу объяснить, почему не получается выбросить тебя из головы, а потребность видеть тебя и касаться становится главной по сравнению со всеми остальными желаниями.
— Марсден, ты чего? — прошептала я.
— И знаешь, я постараюсь быть нежным, но… А-а-а, к черту все!
Руки Марсдена медленно проследовали вверх по спине, перешли на плечи и осторожно обхватили лицо. Я заворожено смотрела, как приближаются его губы, от нетерпения приоткрыла свои, и когда он, наконец, поцеловал меня, в очередной раз поняла, что ноги отказываются держать. Это было так упоительно нежно, как я мечтала. Нет, не так. Никогда еще я не испытывала подобного. Рис целовал Элену осторожно, боясь напугать, но Марсден… он наглядно показывал, как это должно быть.
Он отпустил мое лицо, снова обнял, прижимая к себе так сильно, что я невольно прогнулась в спине, но упасть не боялась, так как сама обнимала мужчину и держалась за него настолько крепко, словно от этого зависела моя жизнь. И сочетание этих нежных поцелуев с поистине жестокими объятиями давали невероятный эффект. Я горела, но не могла пошевелиться, чтобы не разрушить волшебство момента. Я уже сейчас понимала, что бы ни произошло потом, одного этого поцелуя станет достаточно, чтобы сравнивать всех мужчин с ним. Уверена, никто не сможет даже приблизиться к его уровню.
— Марсден, — прошептала я, когда он подхватил меня на руки и понес к кровати. — Это ты невероятен.
— Молчи, — тихо сказал он, осторожно опуская меня. — Просто молчи.
— Но, — запротестовала я, и больше ничего сказать не успела, потому что рот вновь закрыли новым поцелуем. Таким сладким, что меня начало трясти, как в лихорадке.
Когда он прервался, я попыталась обнять блондина, но он покачал головой, перехватил мои руки и отвел их за голову.
— Просто позволь мне любить тебя, — хрипло прошептал он.
Взгляд туманился, но я все равно видела и понимала, как непросто Марсдену дается эта неторопливость и осторожность. Рваное дыхание, напряженные мышцы на руках, потемневший, совершенно безумный взгляд.
Руки блондина осторожно ухватили майку за край и потянули ее вверх, в то время, как губы начали покрывать поцелуями обнажающуюся кожу. От эмоций, что уже захлестывали с головой, я невольно выгнулась, застонала, а когда Марсден достиг груди, резко вздохнула и задержала дыхание. Сердце бешено колотилось, от недостатка воздуха начала кружиться голова, но я готова была умереть от удушья, только бы он не останавливался.
— Лена, — пробормотал Марсден, вновь двигаясь выше, достигая шеи и уделяя ей внимание. — Ты меня с ума сводишь.
А я резко выдохнула. Пульс зашкаливал, перед глазами давно появился туман. Я бесилась и одновременно наслаждалась тем, что делал Марсден.
Еще один поцелуй, на этот раз в пересохшие от желания губы, в то время как тело покинула майка, а Марсден переплел наши пальцы.
— Я сейчас умру, — простонала, когда поцелуй прервался.
— Этого я не допущу, — улыбнулся он, на мгновение, приподнимаясь и срывая с себя футболку.
Я задохнулась от восхищения, протянула ослабевшие ладони, положила на груди, погладила и слегка царапнула кожу, мурлыкнув от предвкушения.
— Ты просила нежно, — срывающимся голосом напомнил Марсден.
— К черту все! — выдохнула я, приподнимаясь на локтях. — Потом повторим в нежном варианте, а сейчас хватит надо мной издеваться!
— Ты уверена?
— Убью, — пообещала я.
В этот момент, за окном громыхнул гром, послышался звук ударяющейся о стекло воды, мигнул и погас свет.
— Ты права, — медленно повторил Марсден. — Потом повторим в нежном варианте, а еще во всех разновидностях, какие только придумаем.
Я довольно мурлыкнула, приподнялась, обняла блондина за шею и поцеловала. В ответ получила такой жадный и страстный поцелуй, что у меня снова перехватило дыхание. А потом… Марсден прорычал что-то неразборчивое, вновь опрокинул меня на спину и избавил от оставшейся одежды. Его губы и руки были везде и сразу, отчего я окончательно потеряла рассудок. Я старалась отвечать тем же, но не успевала. За окном грохотал гром, кажется, от ветра распахнулось окно, если судить по порывам ветра, наполнившим спальню, но и мне, и Марсдену было на это наплевать. Наоборот, холод хоть немного остужал разгоряченные тела, сверкающие молнии позволяли на мгновение увидеть не только желанное лицо, но и совершенное тело.
Разум отказал, оставив только страсть. Она, как и стихия за стенами особняка, все набирала силу, но, в отличие от затянувшейся непогоды, мы знали, как ее утолить. Я напоминала себе воск, который плавился в умелых руках, приобретая новую форму, а потом вспыхивал фитиль, сжигая дотла. Несколько секунд отдыха, и мы вновь сплетались в объятиях и начинали все заново. В эту ночь, как никогда, я напоминала себе одержимую, но факт заключался в том, что этим мужчиной невозможно было насытиться. Мало того, я окончательно для себя поняла, что не соглашусь отпустить его ни за что на свете.
Гроза бушевала всю ночь, и когда под утро она все же затихла, я в изнеможении прижалась к Марсдену, с удивлением осматриваясь по сторонам.
Света все так же не было, но наступающий рассвет уже позволял оценить обстановку. Как мне и показалось ночью, порывом ветра не только открыло окно, но и разбило стекла. Они осыпались осколками, усеяв ими пол от рамы и почти до самой кровати, и только по счастливой случайности они не попали на постель. Впрочем, на кровати тоже царил разгром. Из всех подушек осталась всего одна, все остальные валялись по комнате, как и наша с Марсденом одежда, простыня сбилась, одеяло валялось около камина, да и сам матрас немного сдвинулся.
— Здесь как ураган прошелся, — заметила я, довольно потягиваясь и лениво царапая грудь блондина ноготками.
— Теперь понятно, почему есть традиция называть их женскими именами, — улыбнулся Марсден, приподнимаясь, нависая сверху и целуя меня. — Но ты, несомненно, самая опасная и разрушительная буря.
— Кто бы говорил, — хмыкнула я. — Удивительно, как кровать не сломал.
— Недопустимое расточительство, учитывая, что весь пол покрыт осколками. Но ты права, нам нужна кровать покрепче, — подмигнул блондин.
— Маньяк, — заметила я, припоминая события ночи и невероятную жадность и… выносливость Марсдена, — нахмурилась и подчеркнуто взволнованно уточнила. — А ты всегда такой?
— Что-то имеешь против? — прищурился Марсден.
— Нет, — покраснела я, чувствуя бедром, что недооценила выносливость блондина. — Вот совсем нет. Кстати это хорошая альтернатива спорту.
— В твоей гибкости я уже удостоверился, — снова улыбнулся Марсден. — Признаться, некоторые позы стали для меня открытием.
Здесь я покраснела основательно, что не помещало мне возмущенно заметить:
— Это йога! Я раньше занималась…
— Я так и понял, — Марсден снова поцеловал меня, а потом ухватил за талию, в одно движение перевернулся на спину, и я оказалась сверху.
— Нет, ты, правда, маньяк, — хрипло заметила я, устраиваясь удобнее. — И вообще, все должно было быть нежно.
— Я помню, — выдохнул Марсден. — Как и про все остальные варианты. Лена, не могу передать, какие у меня картинки в голове, но обязательно расскажу и… покажу.
— Только попробуй поступить иначе, — пригрозила я, а через мгновение очередной стон сорвался с губ, а в голове снова появился туман.

* * *

Никогда еще мне не работалось с таким удовольствием. Прохладный душ принес ясность в голову, освежил и настроил на нужный лад. Пальцы летали по клавиатуре, и все равно, я едва поспевала за мыслью. Несколько упущенных дней наверстались за пару часов. Я старалась работать тихо, но быстро, ради чего и ушла незаметно в свою прежнюю комнату, но мысли постоянно возвращались к Марсдену, и отвлекали. То, что я в него окончательно влюбилась, осознала и смирилась. Он пугал напором, сводил с ума и был потрясающим любовником. Я была настолько счастлива, что порой все казалось сном. Но просыпаться мне совершенно не хотелось. Немного омрачало ситуацию то, что произошло с Рисом и Эленой. Я чувствовала, что должна выяснить все до конца, но это потом… а пока, пользуясь тем, что Марсден заснул, как ненормальная, лупила по клавиатуре, стараясь сделать как можно больше, пока блондин не проснулся и не закончился заряд на батарее. Периодически отвлекалась, трогала пальцами припухшие губы, глупо улыбалась и боролась с желанием вернуться обратно в кровать… за продолжением. Нет, это не Марсден маньяк, а я!
Я почувствовала его присутствие прежде, чем услышала. Двигался блондин при необходимости, как выяснилось, бесшумно. Подняла голову и улыбнулась ему. Но улыбка сразу же пропала, когда заметила, что Марсден… немного зол.
— Почему ты ушла? — спросил он.
— Ты спал, меня настигло вдохновение, — я миролюбиво улыбнулась. — Не смогла с ним бороться, хотя покидать тебя не хотелось.
— Лена, — Марсден подошел ко мне, забрал у меня с коленей ноутбук, отставил его в сторону, а сам навис надо мной. — Не делай так больше. Мы ложимся вместе, встаем вместе. Третьего не дано.
— Марсден, — я вздохнула. — Моя работа подразумевает, что я вполне могу вскочить среди ночи и побежать к компьютеру. Это может случиться после обеда или вечером, и я не оторвусь от него до утра.
— Но…
— Нет, — подняла руку и на секунду прижала палец к его губам. — Я очень долго боролась за право заниматься творчеством. Прости, но я никому не позволю вмешиваться в процесс. Это можно или принять, или нет. Третьего не дано, — усмехнулась с грустью.
Марсден молчал, а я затаила дыхание, в ожидании его ответа. Даже не подозревала, что мне так важно знать мнение блондина на этот счет. С каждой секундой тишины, сердце затихало в груди, а сама я начала напоминать себе приговоренную к смерти.
— Надо было сказать об этой твоей особенности, — наконец сказал он. — Тогда бы в голову не лезли мысли, что ночью меня попросту использовали.
— Прости, — я нерешительно обняла его и быстро поцеловала. — Не думала, что ты воспримешь все так. Но готова искупить свою вину, — лукаво улыбнулась.
— Если ты думаешь, что я откажусь, то ошибаешься, — усмехнулся Марсден, опрокидывая меня на кровать.
— И в мыслях не было, но если честно, я бы сначала выпила кофе, — виновато улыбнулась я, с наслаждением вдыхая запах Марсдена и перебирая его волосы. — Увы, но свет как вырубился ночью, так его и нет.
— Предлагаешь мне ремонтировать проводку?
— У меня комп умрет через полчаса, — пояснила я. — Поверь, ты не захочешь меня увидеть в состоянии, когда мне надо что-то написать, но такой возможности нет.
— В доме полно тетрадей.
— Марсден, — я вздохнула. — Просто прими, что в этом плане я — псих. Я могу долгое время не пить, не есть, не спать, но мой компьютер должен быть всегда в рабочем состоянии.
— Ты действительно ненормальная, — согласился блондин. — Но мне нравится это.

* * *

Как выяснилось через час, в электрике Марсден не разбирался от слова «совсем». При попытке починить агрегат, который он обозвал мудреным словом, не поддающимся переводу, его шибануло током. Из чего мы сделали вывод, что с линией все в порядке, и проблемы в доме. Порадовавшись, что блондин все же не настолько идеален, мы приступили к завтраку. Благо, вчера мы захватили из ресторана еду, которая и в холодном состоянии на вкус была совсем неплохой.
Выпив холодный вчерашний кофе и перекусив, блондин принял уже напрочь остывший душ, позвонил в Харфорд и вызвал не только электрика, но и плотника, и уборщицу, которые должны были убрать последствия стихии. Как выяснилось, одним окном дело не ограничилось. Гроза бушевала знатная. Порывами ветра повалило несколько деревьев, одно из которых упало на крышу, и именно его ветвями разбило стекло. В саду тоже был кошмар. Потоками воды размыло землю, а все дорожки были усыпаны листьями и ветками.
— Не помню такого разгула стихии, — заметил Марсден, когда мы обошли дом и сад, оценивая потери, и вернулись обратно в гостиную.
— Всякое бывает, — задумчиво ответила ему, наслаждаясь тем, что он практически не отпускал моей руки, постоянно останавливался, обнимая и целуя. — Когда приедут мастера?
— Через пару часов, — сообщил блондин. — Я объяснил, что ситуация срочная, и если ремонт может потерпеть, то свет надо восстановить как можно скорее. Я запомнил твой пунктик по поводу компьютера, да и убрать стекла необходимо. Прости, но я не пущу тебя этим заниматься. Учитывая непредсказуемость дома, пусть это будут чужие мне люди.
— Спасибо, — я повернулась к Марсдена, обняла его и прижалась к груди.
Он ответил тем же, но почти сразу я почувствовала, как хватка изменилась, а дыхание блондина стало прерывистым. Прекрасно понимая, какие именно мысли у него в голове, хотя он и не озвучивал их, я потянулась к нему, обнимая уже за шею, и быстро коснулась губ. Марсден отреагировал незамедлительно. Его руки спустились ниже, подхватили меня под бедра и приподняли. В такой позе наши лица находились на одном уровне, обнимать мужчину стало гораздо удобнее, как и целовать его.
— Маньяк, — прошептала я. — Знаешь об этом?
— Ты меня им сделала, — пробормотал он. — Если бы ты знала, сколько мне понадобилось сил, чтобы сдержаться и не затащить тебя в постель в первый же день.
— Мазохист? — уточнила я, откидывая голову и подставляя шею под его губы.
— Сам себе удивляюсь, — ответил он, когда все же отвлекся.
— Ты столько дней издевался надо мной, испытывая свою силу волю? — потрясенно спросила я.
— Я? Это ты меня динамила!
— Только в подвале. Но тогда я обиделась, что ты перепутал меня с Эленой, — уточнила я, задумалась на мгновение и добавила. — Позже, у камина, да и на кухне, я была готова к продолжению, но в те разы кинул меня ты. А в доме Элены — вообще другой случай.
Марсден на пару секунд завис, а потом отнес меня к столу и посадил на столешницу. Отпустил, встал напротив и с серьезным видом заявил:
— Вчера в машине ты озвучила то, что я подозревал и сам. Нас отчаянно подталкивали друг к другу. Невозможно постоянно находиться в перевозбужденном состоянии и в результате не сорваться.
— Предлагаешь поставить тебе памятник? — машинально съязвила я, но когда Марсден многозначительно приподнял бровь, поняла, лучше заткнуться и дослушать то, что он хочет мне сказать.
— Я думаю, ты была права и в том, что во время страсти происходит выброс энергии, — продолжил блондин, на мгновение улыбнувшись, и снова быстро поцеловав меня в губы, когда я замолчала. Видимо, в качестве поощрения. — Можно предположить, что дом всячески подталкивал нас друг к другу. Но, это не объясняет пожара и случая в подвале. Когда ты начала уверять меня, что в подвале я назвал тебя Эленой, то на какой-то миг я и сам поверил в это. Лена, дело в том, что я не мог назвать тебя ее именем, потому как к этому моменту ты уже полностью вытолкнула ее из моей головы. Я видел и смотрел только на тебя. Но, учитывая, что конкретно в тот момент я вообще ничего не соображал, все же убеждать тебя в своей правоте не могу. Тебе остается только поверить мне или нет. Так что, после подвала, когда я понял, что не мог назвать тебя Эленой, у меня появились подозрения. В гостиной у камина они укрепились, и вчера ночью я окончательно убедился. Нельзя забывать о том, что природа пожара так толком и не ясна. Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать?
— Почему нас сначала толкают в объятия друг друга, а потом заставляют прерваться? — нахмурилась я.
— Именно, — снова улыбнулся Марсден. — Уверен, если бы вчера на кухне мы продолжили, то что-нибудь обязательно произошло бы снова. Как и сегодня ночью…
— Разгул стихии, разбитое окно, авария со светом, — перебила я его, поняв ход мыслей блондина. — По идее, мы должны были прекратить и разбираться с возникшими проблемами, не говоря уже о том, что заниматься сексом в грозу — безумие.
— Именно. И, наверное, так бы и произошло, но я уже не мог остановиться к тому моменту, даже случись конец света.
— Только попробовал бы, — усмехнулась я. — Тогда бы я точно тебя изнасиловала.
— Буду знать, — меня снова поцеловали, на этот раз с гораздо большей страстью.
— Да и сама гроза. Сейчас я вовсе не уверен, что она естественного происхождения. Говорю же, в наших краях никогда такого не было, — задумчиво добавил блондин.
— В ночь, когда Элена и Рис были вместе, тоже была гроза, — зачем-то напомнила я.
— В архиве должны сохраниться записи наблюдений за погодой, — предположил Марсден. — В то время их многие вели.
— А без него нельзя обойтись? Интернет наше все. Не хочу туда ехать.
— Лена, поверь, проще и быстрее поискать в архиве. Но мне непонятно твое нежелание ехать в город. Я думал, что ты подружилась с Лиз.
— Ну, до тебя мне далеко, — протянула я. — Порой мне кажется, что в бытность своего проживания здесь ты успел подружиться со всеми девушками Харфорда.
— Ревнуешь?
— Вовсе нет! — возмущенно воскликнула я. — Но хотелось бы знать, с кем ты успел переспать, чтобы не выглядеть дурой, когда я подружусь с кем-то, пока живу здесь, а этот факт откроется.
— Я не спал с Лиз, — улыбнулся Марсден.
— А помимо нее? Я в курсе списка твоих побед. Кара просветила, — сдала подругу.
— Хорошая подруга, — заметил блондин. — Лена, я взрослый мужчина. Вполне логично, что у меня есть прошлое, но в Харфорде я не спал ни с кем, по той простой причине, что мне было не до этого.
Не знаю почему, но признание меня обрадовало. Причем настолько, что я притянула Марсдена к себе и поцеловала. Как-то так получилось, что поцелуй затянулся, хотя я понимала, лучше нам все выяснить сейчас. Видимо, это осознавал и Марсден.
— И что тебя смущает? — спросила я, немного отдышавшись и стараясь не обращать внимания, как руки блондина поглаживают мои ноги. Несмотря на то, что я снова надела джинсы, ощущения казались такими же, как если бы ноги были обнаженными.
— Не все так просто с этим домом. Я уже давно принял тот факт, что он — живой, точнее, думаю, здесь живет какой-то дух. Но теперь мне кажется…
— Два духа, — выпалила я. — По непонятным причинам, один толкает нас в объятия друг друга, а второй — хочет этому помешать. Мы психи, — нервно добавила и снова замолчала, осмысливая все сказанное.
— Зато в кино ходить не надо, — многозначительно заметил блондин. — У нас свой личный кинозал. И знаешь, мне нравится твоя теория с выделяющейся при этом энергией. И мне нравится подключаться к твоим видениям.
— Сегодня ночью мы произвели ее достаточно, — хихикнула я. — И теорию подтвердили. Так что дом явно добился своего. Марсден, а теперь самый главный вопрос. Почему мы больше не видим глюки? Ни поодиночке, ни вместе? И есть еще один момент, почему ты не видишь в воспоминаниях прадеда Алису, а от Элены остался только образ?
— Этого я не знаю. Но мы все выясним, обязательно.
Я промолчала, не зная, что сказать. Наши рассуждения были логичны, если принять, как данность, присутствие в жизни непознанного. И противостояние двух таинственных сил, и их последствия. Непонятно было одно — то, кому все это было нужно? Причину наших видений мы так и не могли понять. Конечно, сказывался тот факт, что ночью мы почти не спали, «энергии» потратили много, да и голова у меня не сильно могла соображать, когда Марсден находился так близко. Я старалась абстрагироваться, но мысли невольно возвращались к его рукам и губам на моем теле. Блондин видно решил продолжить… воспроизводить энергию. Когда я не выдержала и начала заводиться сама, послышался стук в дверь.
— Проверка теории? — простонала я, пряча лицо на груди блондина.
— Мастера, — улыбнулся Марсден, быстро поцеловал меня и помог слезть со стола. — Если ты не забыла, у нас до сих пор нет света, а в спальне погром.

* * *

Электрик наладил к вечеру свет. Последствия стихии, как и пожара, убрала миловидная женщина по имени Энн, а плотник сделал замеры и пообещал, что новое окно будет готово через несколько дней. Правда выяснилось, что во время грозы потрепало крышу, и она тоже требовала ремонта. Мужчина составил примерную смету, но материалы требовалось еще заказать и дождаться получения. И тут Марсден меня снова удивил. Спокойно распорядился заняться в первую очередь спальней, сообщил, что сумма не имеет значения, но комната должна быть полностью готова через два-три дня. Плотник кивнул, принимая заказ, и покинул Марсден-Холл, как часом раньше электрик и уборщица.
Мы снова остались вдвоем. Компьютер заряжался, а Марсден утащил меня на кухню приобщаться к готовке. В процессе выяснилось, откуда у блондина столь глубокие познания в приготовлении пищи. Об этом он рассказал между маринованием мяса и приготовлением соуса к нему. История оказалась простой и грустной. Его родители развелись, блондин остался жить с отцом, но пару месяцев в году проводил у матери. Та, будучи первоклассным поваром, просто пыталась привить свою страсть и сыну, несмотря на возражения бывшего мужа. Мальчик, желая сделать матери приятное и отчаянно скучая по ней, занятия не прекращал. Когда Марсден стал подростком, то естественно, у него появились другие увлечения, но до сих пор, стремясь найти спокойствие или снять стресс, он с удовольствием возился на кухне.
— А твоя мать жива? — уточнила я.
Не знаю почему, но я думала, что его родителей уже нет в живых.
— Конечно, — удивился блондин. — Она сейчас живет в небольшой приморской деревушке и полностью довольна своей жизнью. Конечно, если не обращать внимания на ее просьбы о внуках.
— А у тебя точно нет детей? — подозрительно уставилась на него.
— И ты туда же? — рассмеялся Марсден, подошел ко мне, забрал нарезанные овощи и быстро поцеловал. — Нет, Лена, у меня нет детей.
Я сидела за столом, смотрела, как блондин колдует на кухне, и влюблялась в него все сильнее. Свою порцию порученной работы я выполнила, поэтому мне оставалось только потягивать вино и наблюдать за ним.
— Какие еще будут поручения? — подчеркнуто весело спросила я.
— Накрой на стол, — распорядился Марсден, не оборачиваясь.
— Здесь?
— Решай сама. Здесь, в гостиной или у камина.
На этом вопросе я снова зависла. Столовая нагоняла на меня тоску, у камина было не совсем удобно. Хотелось остаться на кухне, да и обстановка располагала — домашняя такая, можно сказать, семейная. Вздохнув, немного шокированная от того, что за мысли лезут в голову, я все же встала, быстро сервировала стол, расставила приборы, снова вернулась на свое место и обняла пальцами бокал.
Я наслаждалась каждой минутой, что мы проводили вместе, мечтала о большем и удивлялась сама себе. Это был первый мужчина в моей жизни, который вызывал не только безудержное желание и страсть. Я млела от его общества, что бы он ни делал. С Марсденом хотелось не только сходить с ума от страсти, но и просто сидеть на диване или вот так, на кухне. Что там, неожиданно для самой себя, мне захотелось быть милой и послушной.
А тем временем, блондин поставил на стол блюдо с мясом и молодым картофелем, соус и долил в наши бокалы вина.
— Это надо есть горячим, — улыбнулся он, пока я удивленно смотрела на него.
Я кивнула, положила себе всего понемногу и молча приступила к еде. Слов не было, только восхищение, начинающее граничить с сумасшествием.
Мясо таяло во рту, картофель был именно такой, как я люблю, хорошо приготовленный, запеченный со специями и зеленью до хрустящей корочки. А соус… Черт. Я готова была не только весь его съесть, но и облизать стенки. Это все странным образом подействовало на меня совершенно необычным образом. В один глоток допив вино, я встала из-за стола, подошла к блондину, взяла его за руку и заставила повернуться ко мне. Что он там говорил в ресторане по поводу припасть к губам и облизать? Именно это я и собиралась сделать.

Глава 9

* * *

Лежа на диване и довольно потягиваясь, я наслаждалась видом полуобнаженного Марсдена. Мужчина уже разжег камин и теперь сидел напротив него, иногда добавляя дрова в топку. Немного пахло дымом, на спине блондина блестели капельки пота, а мышцы перекатывались под кожей, когда он лениво тянулся за очередным поленом. Я не могла отвести взгляда. Было непонятно, сколько прошло времени с того момента, когда я в очередной раз сошла с ума. Наверное, меня должна была волновать с каждой минутой усиливающаяся потребность в блондине, но сейчас на это было наплевать. Хотелось только лежать без движения, наблюдать за мужчиной и думать, что в доме нет ни одних нормальных часов, отчего я постоянно теряю счет времени.
Часы. Я столько времени не вспоминала про них, и вот они снова привлекли мое внимание. Странно. Вроде я убирала их в шкаф. Видимо, Марсден достал их и вернул на место. И все равно, зачем заказывать кучу одинаковых часов и расставлять их в комнатах? На камине они смотрелись к месту, но в спальне были совсем ни к чему.
— Ты как? — Марсден сел на диван, закинул мои ноги себе на колени и начал поглаживать.
— Замечательно, — откровенно призналась я и усмехнулась. — И что удивительно, нам опять никто не помешал. Знаешь, мне даже начинает не хватать глюков.
— Мне иногда кажется, я не совсем понимаю тебя. После всего произошедшего заявлять, что скучаешь? Интересный разговор для постели, — Марсден выглядел несколько озадаченным.
— Мы на диване, — уточнила я. — А все остальное сложности перевода.
— Ты знаешь язык в совершенстве, — заметил Марсден.
Хотелось сказать, кто именно подходит под это определение, но я промолчала.
— Что же касается дивана, — продолжил блондин и улыбнулся. — Здесь мы устроили небольшую передышку. Начали, как ты помнишь, на кухне, а путь сюда был… весьма интересным. Но надо что-то решать с местом для отдыха и не только на ближайшие дни. Спальня до сих пор разгромлена, единственная кровать во второй комнате, но мы в ней поместимся только в два этажа.
— А чем тебе здесь плохо? — я обвела рукой гостиную.
— Очень хорошо!
— Давай сделаем так, — я немного сползла ниже, а затем выпрямилась, оказавшись на коленях блондина, обняла его и прошептала. — Насколько я помню, ты привез из Харфорда кучу подушек и всего такого. Сможешь устроить королевское ложе, чтобы мы могли поспать… не только поспать?
— А сама? — приподнял бровь блондин, и я поняла, он согласен.
— Безумно хочу принять ванну. Можешь присоединиться.
— Ведьма ты. Порой мне кажется, что я одержим тобой, но мне это нравится, — меня поцеловали и долго не отпускали, но я все же умудрилась оторваться от блондина и встать, чтобы, пошатываясь, идти в сторону лестницы.
— Не задерживайся, — провокационно напомнила я.
Зная, что Марсден не заставит себя ждать, я решила устроить романтику. Все же, нежность по программе еще значилась, а в ванной акробатику не устроишь. Я захватила не только полотенца, но и свечи, постаравшись сделать это незаметно, и направилась в ванную комнату. Она была современной, видимо, отремонтированной одновременно с кухней, хотя налет старины все равно присутствовал. Это и зеркало в шикарной золоченой раме, в котором отражалась вся комната, и кресло, стоящее в углу, на котором я оставила чистые полотенца, и сама ванна. Даже раковина и бронзовые краны были сделаны в том же стиле, и все это хорошо сочеталось между собой. Единственное, что немного выбивалось из общего ансамбля — мраморная столешница, которая служила подставкой под раковину. Думаю, Марсден так решил исходя из удобства, но мне нравилось.
Осмотрев ванную комнату, я искренне начала сожалеть, что все эти дни я использовала душевую рядом со своей спальней. Но сегодня она явно не подходит!
В предвкушении от предстоящего, я быстро расставила и зажгла свечи на мраморной столешнице под зеркалом, набрала воды и вспенила немного геля для душа. Погрузилась в воду и прикрыла глаза. Как же хорошо!

* * *

Я дремала и наслаждалась теплой водой, пеной, любимым ароматом геля с небольшой дополнительной ноткой от свечей и, конечно же, постоянно уносилась мыслями к Марсдену и… Марсдену… его рукам, губам, остальным частям тела. О доме и проклятии думать совершенно не хотелось, но, периодически приоткрывая глаза и наблюдая, как отражаются огни от свечей в поверхности зеркала, я невольно возвращалась к этому. Выводы, к которым мы пришли с блондином, многое объясняли. Единственное, что смущало, почему, несмотря на то, что мы изображали из себя… кроликов, глюки исчезли, словно их и не было? Но тело пребывало в такой довольной истоме, что напрягать разум желания не возникало. А если быть совсем откровенной, я ждала, когда ко мне присоединится Марсден. Он задерживался. Я хмыкнула, представив, как он организовал нам постель у камина, а сейчас, скорее всего, поднимается по лестнице… Еще раз быстро взглянув в зеркало и убедившись, что выгляжу довольно мило в пене, приняла позу пособлазнительнее. Согнула одну ногу в колене, вторую поставила на край ванны и сползла в воду, чтобы пена закрывала меня до шеи.
Увидев, что открывается дверь, прикрыла глаза и изобразила спящую.
Я чувствовала — блондин приближается, слышала звук его дыхания, а потом и вовсе ощутила, как он присел на край ванны. Непривычно прохладная рука легла на колено, сжала его и провела по ноге вверх. Я замерла, а когда пальцы начали исследовать бедро, погладили живот, приласкали грудь и обвели ключицу, приоткрыла глаза, не в силах и дальше оставаться спокойной.
— Как ты могла так поступить со мной? — с непонятной злостью спросил он.
Я нахмурилась, совершенно не узнавая блондина. Обычно растрепанные волосы были прилизаны и собраны в хвост, скулы заострились, а глаза изменили цвет и стали черными. И я хотела бы списать все на игру воображения и то, что обстановка из-за свечей изменилась неузнаваемо, вот только рука, гладящая шею была… чужой.
Понимание происходящего, как и неверие во все это, захлестнуло с головой. Я приоткрыла рот, но не смогла произнести ни звука. Все тело оцепенело, словно его заморозили. Попыталась пошевелиться, но от пальцев на шее шел настолько могильный холод, что сопротивление только усиливало это ощущение.
— Я так любил тебя, — шептал лже-Марсден, обводя пальцем моментально замерзающие губы. — Я все был готов для тебя сделать, а ты предала… Как ты могла так поступить со мной?
Широко открыв глаза, я продолжала смотреть на того, кто выглядел как Марсден, но вовсе не был им. Весь его вид от прически до старинного костюма кричал о том, что это не блондин, а его прадед. Но Рис-старший умер кучу лет тому назад. Какого черта он сейчас сидит на краю ванной и непонятно, что хочет от меня? Излить душу, обвинить непонятно в чем, поцеловать или придушить?
Паника поднималась из сердца, слезы выступили на глазах, и я шмыгнула носом. Наверное, именно этот звук заставил его убрать руку. Почти сразу я почувствовала, как грудь наполняется теплом, вернулась способность говорить, а сердце забилось так, словно хотело вырваться из груди. Глубоко вдохнув, я набрала воздуха в грудь и завопила так громко, как только могла:
— Марсден, на пом…
В этот миг в горло хлынула вода, а сама я отказалась под ней. И снова могильный холод и неспособность сопротивляться. Я задержала дыхание, перед глазами появились черные мушки. Сквозь воду я отчетливо видела, как исказилось красивое лицо Риса. Боги, сейчас в нем не осталось ничего от того нежного, полного любви, достойного и уверенного в себе мужчины. Только маска злобы, отчаяния и… боли.
Легкие жгло огнем, я больше не могла задерживать дыхание, тело само вытолкнуло воздух, впустив на его место воду. В голове все помутилось, тело же дернулось в конвульсиях, а перед глазами наступила тьма.

* * *

Меня бил отчаянный кашель, но избавиться до конца от воды в легких, я так и не могла. Сознание медленно возвращалось, но сердце продолжало отчаянно биться, грудь болела, а голову сжимало тисками огня и ужаса.
— Тише-тише, — услышала я голос Марсдена и в панике попыталась отстраниться.
Вместо этого, меня приподняли и обняли. Я снова задрожала от страха, но учащенное биение сердца блондина, такое знакомое тепло его тела, и нежность рук, убедили меня, что это он, а не кто-либо другой.
— Марсден, — всхлипнула я, а потом не выдержала и разревелась.
— Тише, — он гладил меня по голове, прижимал к себе, покрывал быстрыми поцелуями лицо.
Постепенно я успокаивалась. Шмыгнув носом еще несколько раз, посмотрела на блондина.
— Что произошло? — мягко спросил он, продолжая обнимать. — Я услышал твой крик, но едва успел вытащить тебя из ванны. Не думал, что у тебя есть склонность к суициду.
— Может потому, что у меня ее нет? — сипло заметила я, схватила блондина за руку, и снова закашлялась.
Осознание, что меня хотел утопить вовсе не Марсден, принесло неимоверное облегчение. А вспомнив, во что был одет тот Рис, и, жадно разглядывая привычную одежду моего блондина, я окончательно убедилась, что столкнулась с призраком, который каким-то непостижимым образом обрел физическое воплощение.
— Вижу, тебе лучше, — улыбнулся Марсден. — А теперь объяснишь, что произошло?
— Я принимала ванну, ждала тебя, а потом появился твой дедуля и попытался меня утопить, объясняя это тем, что я предала его, — сообщила Марсдену, продолжая судорожно сжимать его руку.
— Здесь никого не было, — медленно сказал блондин. — Только ты, не подающая признаков жизни, лежащая на дне ванны в настолько холодной воде, что едва ли не лед плавал на поверхности.
Я медленно обвела взглядом комнату. Мы с Марсденом сидели на полу, вокруг была разлита вода, а к свету свечей прибавился нормальный.
— Пояснишь?
— Думаю, что ты заснула, сползла в воду и захлебнулась, — предположил блондин. — Пришлось даже откачивать тебя.
— А кричала я очевидно во сне? — съязвила я. — Черт, Марсден, какой смысл мне тебе врать? Не знаю, как все произошло, но я действительно видела твоего прадеда, и он пытался меня утопить… А может это был ты? Сначала решил меня убить, потом спас. Марсден, у тебя точно нет раздвоения личности? Если есть, то, как и после подвала, будешь уверять меня, что ничего не помнишь? Хотя, тот Рис был в странном костюме, — задумчиво добавила я, выпутываясь из объятий Марсдена и пытаясь встать.
Получалось плохо, ноги не слушались и заплетались, но я добрела до кресла, взяла большое полотенце и завернулась в него. Почти сразу бессильно опустилась на пол и обняла колени руками.
— Лена, — позвал меня блондин, подходя ближе.
— Я правда его видела, — прошептала. — Поверь, я могу отличить сны от реальности. Знаю, что с «тараканами» в голове, но не псих!
Марсден попытался меня обнять, но я оттолкнула его руки, поднялась, подошла к зеркалу и уперлась руками о мраморную столешницу. Чтобы успокоиться, надела свой кулон, привычно сжав его на несколько мгновений, затем открыла кран с водой, умылась и затушила мокрыми пальцами свечи. От них поплыл противный запах, от которого разболелась голова. Посмотрев на свое отражение в зеркале, я разозлилась еще сильнее. Видок у меня был тот еще. Бледная, глаза покраснели, нос и губы немного припухли, видно от слез. Но привлекло мое внимание совершенно другое. На шее отчетливо проступал отпечаток руки.
— Марсден, — севшим голосом позвала я. Когда блондин подошел и остановился позади, я выпрямилась и чуть откинула голову назад, обнажая шею. — Скажи, я и душила себя сама?
— Какого черта! — Марсден медленно обошел меня и нагнулся, рассматривая следы.
Я продолжала стоять, смотря на себя в зеркало. В этот момент я окончательно убедилась, что не сошла с ума, и это не сон. Не знаю, что происходит в этом доме, но становится отчетливо ясно, находиться в нем опасно для жизни. Видимо, особняк или дух, проживающий здесь, решил добить меня окончательно. В глубине зеркальной поверхности я отчетливо увидела тень. Черное пятно… Оно приближалось, постепенно приобретая очертания. Лицо… это было лицо Марсдена. Вот только настоящий, реальный Марсден сейчас осматривал мне шею, осторожно трогая пальцами шею. Порой его голова закрывала мне обзор, но я все равно видела призрак в отражении. Вот только этот призрак был вовсе не бесплотен.
— Посмотри в зеркало, — прошептала я.
Марсден резко обернулся, но в ту же секунды видение пропало. У меня подкосились ноги, но блондин успел подхватить меня на руки.
— Так, хватит на сегодня, — решительно заявил он. — Разбираться со всем будем утром.
Я прижалась к его груди, готовая на что угодно, лишь бы он никуда больше не уходил и был рядом. Только сейчас осознание произошедшего начало накрывать меня с головой. Много лет назад умерший мужик пытался меня утопить или придушить… Не важно. И если бы не Марсден… ходила бы я сейчас тут привидением сама. Мне стало страшно. Очень. Я вцепилась в блондина, словно от этого зависела моя жизнь, и снова шмыгнула носом. Он куда-то меня нес, но было все равно. Только чтобы не отпускал, не уходил, оставался рядом!

* * *

Марсден положил на импровизированное ложе в гостиной и поднялся, намереваясь уйти, я ему этого не позволила. И плевать на все! С ним хорошо и спокойно, а все призраки казались чем-то далеким и несущественным…
— Ты куда? — спросила, не отпуская его руку, а второй сжимая кулон.
— Хотел налить выпить.
— Пьянству бой — нервно заметила я и добавила жалобно. — Не уходи, останься.
Марсден пожал плечами, сел рядом и уставился на огонь.
Только сейчас я смогла посмотреть вокруг. Блондин притащил к камину кучу одеял и подушек, превратив диван и пространство перед ним в подобие восточного ложа. С грустью вздохнув, стоило воображению нарисовать картинки, чем мы могли бы заниматься, я обняла блондина со спины и прижалась к нему.
— Спасибо, — шепнула ему.
Он ничего не ответил, лишь протянул руку назад, приобнял и погладил по спине, а затем и вовсе потянул на себя, чтобы я оказалась впереди. Дважды намекать не требовалось, устроившись у него на груди и ощущая, как сильные руки обнимают меня, я даже немного расслабилась. Было тихо, спокойно, а ощущение защиты охватило не только тело, но и разум.
Мы молчали и смотрели на огонь. От камина дышало жаром, но руки Марсдена согревали лучше, а главное — быстрее. Дрожь и озноб постепенно уходили, могильный холод отступал все дальше, а в сердце возвращалось тепло. Не знаю, сколько прошло времени, но постепенно я все чаще прикрывала глаза, пока открывать их уже не захотелось.

* * *

Мне было тепло и спокойно, я чувствовала себя под защитой, но все равно постоянно просыпалась ночью. Просыпалась, встречалась с взглядом Марсдена, чувствовала, как его руки не выпускают меня из объятий, снова закрывала глаза, прижималась к его груди и засыпала. Дом молчал, блондин не отпускал меня, и я почти успокоилась.
Утром я проснулась рано. Видимо, Марсдена все же сморил сон, но он так и не разомкнул рук. Я слушала мерное биение его сердца, чувствовала, как он дышит и боялась пошевелиться, чтобы не разбудить. И, то ли он почувствовал, то ли я неловко и случайно задела его, но спустя несколько мгновений, на меня смотрели голубые глаза.
— Привет, — хрипло сказал он, протягивая руку и убирая волосы с моего лица.
Не знаю почему, но этот жест окончательно меня добил. Чувствуя, как Марсден обнял и прижал к себе, я думала лишь о том, как испугалась, но впервые в жизни подсознательно знала, что Марсден поможет. Это была та зависимость, от которой я бежала, потому что она несла с собой пренебрежение, а затем и подчинение. Но я верила, что блондин не поступит так со мной. Он просто всегда будет рядом, и именно на него я могу положиться, не опасаясь превратиться в тень самой себя.
На глазах выступили слезы, я нервно прикусила губу, а потом протянула руку и сама коснулась его лица. Щетина, твердые губы, густые ресницы. Голубые глаза, смотревшие немного обеспокоенно и недоверчиво. Сердце, забившееся учащенно, рука, сжавшая мое тело, напрягшееся его… Я видела и чувствовала только это, а все остальное ушло на второй план. Мне нужен был Марсден. До сумасшествия, до боли, больше всего на свете. Я потянулась к нему и коснулась его губ.
— Ты так мне нужен, — прошептала, когда поцелуй прервался.
Марсден ничего мне ответил. На мгновение в его взгляде промелькнуло удивление, но почти сразу его место заняло желание. Он вернул поцелуй, но сделал это настолько нежно и бережно, что слезы снова выступили на глазах. Я смежила веки, чтобы немного успокоиться, но почувствовав, как блондин сцеловывает влагу со щек, едва не разревелась в полный голос.
Он был так нежен, заботлив и нетороплив, что это сводило с ума. Я уже успела привыкнуть, что между нами пылает огонь, сжигающий все на своем пути. Даже в ту ночь, когда он сдерживался, это пламя бушевало в нашей крови, но не сейчас. На полу, среди кучи одеял и подушек, перед давно погасшим камином, от которого тянуло запахом дыма, в рассветных лучах, я отчетливо поняла, Марсден целиком и полностью занял мое сердце. И что бы ни случилось в жизни, он никогда не покинет его.
Я не стремилась перехватывать инициативу, чтобы показать свою силу и независимость. Просто лежала, эгоистично наслаждаясь тем теплом и лаской, которые дарил Марсден. Отвечала, вкладывая в неожиданно неловкие движения все то, что испытывала к блондину, не боясь показывать робость, двигаясь и дыша с ним в одном ритме. Марсден двигался все так же размеренно, а я пылала, словно в огне. Каждое прикосновение, поцелуй, ласка… Не знаю, что чувствовал он, но для меня происходящее стало настоящим откровением. Единением тел, душ, чувств и эмоций. Я не просто влюбилась в Марсдена, я полюбила его. А еще осознала, что никогда в жизни не испытывала подобного. Боже, с этим мужчиной у меня все было в первый раз, словно и не существовало прошлого. Но кошмарность ситуации заключалась в том, что вместе с этим чувством пришел страх — что со мной будет, когда или если мы расстанемся?
И так хотелось, чтобы все продолжалось бесконечно, но тело считало иначе. Невозможно долго находиться на острой грани наивысшего блаженства в мире и не сорваться. Разум оберегает себя от безумия, и, как я не пыталась оттянуть момент, все же не смогла остановить время. Тело выгнулось, с губ сорвался хриплый крик, дыхание на несколько мгновений остановилось, как и сердце, а в глазах потемнело. Мне показалось, что я умерла и родилась заново. Обновленная, расслабленная, окончательно успокоившаяся.
Марсден продолжал покрывать лицо быстрыми поцелуями, а я снова обнаружила, что плачу. Шмыгнув носом, обняла блондина и открыла глаза. И было что-то такое в его взгляде, отчего я вновь потянулась к нему за поцелуем. Долгим, глубоким, томительно нежным.
— Спасибо, — прошептала я, когда он прервался.
— Я боялся, что ты не захочешь и приблизиться ко мне, — он неожиданно серьезно посмотрел на меня, отвел влажные волосы с лица, погладил по скуле.
— Почему? — тихо спросила я.
— Мы с прадедом похожи, как две капли воды, — медленно сказал Марсден. — По какой-то причине, он хотел тебя убить. Думаю, его лицо было последним, что ты видела перед тем, как отключиться.
— Ты веришь мне?
— Конечно, — с горечью усмехнулся блондин. — Я не слепой. Пусть на мгновение, но я сам видел его в зеркале, да и синяки на шее весьма характерные.
Я тронула пальцами шею, вспомнила события в ванной и поежилась.
— Это я виноват, — Марсден отстранился и сел рядом. — Если бы я не заставил тебя поселиться здесь, ничего подобного бы не произошло. Жила бы в гостинице, писала книгу… оставалась в безопасности. Ты не дышала, когда я поднялся, — глухо добавил он. — А я не врач, и хотя раньше я делал искусственное дыхание, знаю, что можно не рассчитать силу или просто сделать только хуже.
— Марсден, — я села, прикрыла грудь простыней и прижалась к нему. — Ты мне жизнь спас. И вины твоей здесь нет. Глюки настигают нас не только в этом доме. Значит, с тем же успехом меня могли попытаться утопить и в гостинице. Но там не было бы тебя, поэтому спасать меня было бы некому.
Блондин промолчал, а потом с каким-то облегчением выдохнул, сграбастал меня в объятия и стиснул до боли в ребрах.
— Эй, — хмыкнула я. — Потише.
Марсден ничего не ответил, но хватку не ослабил, особенно когда понял, что я вовсе не против таких медвежьих объятий. Минут десять мы просто сидели молча, блондин то и дело целовал меня то в макушку, то в висок, то в губы, когда я поднимала голову. И можно было бы сидеть так вечно, но новые проблемы требовали поиска ответов на вопросы. Я с сожалением развернулась в его руках, сев так, чтобы оставаться на коленях блондина, а мы могли разговаривать.
— Он сказал, что я предала его, — немного помедлив, сказала я. — Есть предположения, что могло случиться?
Я видела, меньше всего на свете блондину хотелось возвращаться к этой теме, но он должен был понимать, замалчивание ничего не даст. Тем более, опасность сохраняется. И для меня, и, возможно, для него.
— То, о чем мы говорили вчера, — через силу ответил Марсден. — Один из духов этого дома — явно мой прадед. Думаю, что и тогда, в подвале, он как-то повлиял на меня. Нет, не вселился, но на какой-то момент я чувствовал и холод, и словно я был не я. И хотя я уже спокойно относился к тому, что дом живой по непонятной причине, все же поверить и в это — новая ступень сумасшествия. С этим сложно смириться, гораздо проще отрицать.
— А ведь ты прав, — я продолжала прижиматься к Марсдену. — Когда они с Эленой были вместе, он говорил то же самое, что и ты: «Элена. Не верю». Прости, что я тогда решила сделать тебе гадость.
— Все в порядке, — улыбнулся блондин.
— Нам надо обязательно понять, что произошло, — напомнила я. — Почему любовь превратилась в ненависть? Что же совершила Элена, раз Рис счел это предательством? И не только отказался жениться, но и спустя почти сто пятьдесят лет, его призрак хочет убить ее. Точнее, думаю, он решил, что она это я. Сам говорил — мы похожи. А если ты прав, и я правнучка Элены…, — я нервно усмехнулась. — Может я ее реинкарнация или что-нибудь в этом роде?
— Этого я не знаю, зато становится понятным, кто виновник пожара, — задумчиво заметил блондин.
— А кто тогда может быть вторым духом? — нахмурилась я.
— Понятия не имею, — покачал головой блондин, затем посмотрел на меня, быстро поцеловал и преувеличенно весело спросил. — Какие планы на сегодня?
— Нам надо поехать в дом Элены, — тихо сказала я. — Не знаю почему, но он важное звено в цепочке событий. А еще, надо умудриться вернуть глюки. Без них мы, как слепые котята. Вот только, судя по всему, моя теория не очень работает, — с грустью добавила. — Наверное, мы их видели только до того, как переспали.
— Книга Элены, — напомнил Марсден. — Там что-то такое было.
— Это книга твоей прабабки, — вновь напомнила я, продолжая защищать девушку. — Уверена, Элена ни в чем не виновата, и все дело в Алисе или Мегги. Две женщины, одна из которых обиженная ведьма, а второй хотелось любыми средствами получить богатого мужа — опасное сочетание.
— Почему у меня такое ощущение, что я схожу с ума? — пробормотал Марсден.
— Вот выясним все и вернемся к прежней нормальной жизни, — улыбнулась я.
— А если я не хочу? — резко спросил блондин.
— Марсден, все в твоих руках, — хмыкнула я. — Можно, конечно, оставаться психом, но я предпочитаю принимать ванну с уверенностью, что всплыву живой, а не стану трупом.
Блондин улыбнулся, обнял меня и поднялся.
— Перед тем, как в очередной раз будем расширять горизонты собственной шизофрении, мне необходимо освежиться и взбодриться, Так что идем в душ, — пояснил он на мой вопросительный взгляд. — И да, вместе. Я не собираюсь больше оставлять тебя одну.

* * *

Кофе был вкуснейшим, как и все, что готовил Марсден, завтрак великолепным, а от компании любимого мужчины веяло защитой, силой и уверенностью в себе. Я изучала книгу Мегги, а блондин рылся в планшете, не забывая отпивать кофе. Не в первый раз, поймав себя на мысли, что мы ведем себя как семейная парочка после нескольких лет совместной жизни, как это показывают в фильмах, хотя на самом деле встретились всего ничего, я хмыкнула и снова углубилась в книгу.
— Что смешного? — уточнил Марсден, не поднимая головы.
— Я все еще не верю в происходящее, — выкрутилась я.
И я не лукавила. Поверить в то, что я найду дом, который снился мне столько лет, встречу мужчину своей мечты, влюблюсь в него и буду вынуждена изучать книги по магии, чтобы снять древнее проклятие… Да, поверить в это все было крайне сложно. И мне очень повезло, что Марсден оказался не меньшим психом, чем я.
— Нашла что-нибудь?
— Здесь есть заклинание, которое направлено на выяснение правды. Точнее, оно называется «откровение». Не уверена, что оно подойдет, в прошлое им заглядывать нужды не было, так что… Еще можно использовать спиритическую доску и вызвать духа, — вспомнила я. — Но мне кажется, что это уже перебор. У нас их двое в наличии, а вдруг третий есть?
— Что надо делать? — перешел к главному Марсден.
— Сделать зелье, прочитать заклинание и ждать, — отрапортовала я.
— Зелье?
— Ну да, в книге есть рецепт, — пожала я плечами. — А травы были в той коробке, что я нашла в подвале. И если мне не изменяет память, то надписи на них соответствовали.
— Сам не верю в то, что говорю, но… давай варить зелье, — Марсден покачал головой и усмехнулся.
Ну да, хорошо, что не я одна здесь псих. Впрочем, я свои странности давно приняла.

* * *

Поиск необходимых ингредиентов не занял много времени. На наше счастье те, которые точно не встретишь в продуктовых магазинах, в коробке нашлись, а остальные… Благодаря тому, что стресс Марсден предпочитал снимать готовкой, на кухне обнаружился огромный выбор специй, в том числе и нужные. Несмотря на то, что блондин хотел спихнуть приготовление зелья на меня, я решительно отказалась. В любом случае он справится гораздо лучше. Это я ему заявила, а через полчаса убедилась в собственной правоте. Перелив довольно приятно пахнущий напиток в термос, захватив его, книгу и мой ноут, мы вышли из дома, сели в машину и отправились в Харфорд.
Когда ворота особняка скрылись из поля зрения, я окончательно успокоилась, устроилась поудобнее и открыла книгу. Она все сильнее интриговала меня. Если верить записям, то открывались грандиозные возможности. Конечно, чудес никто не обещал, но вот, например, повлиять на человека, заставить его подчиняться чужой воле, поставить защиту или проклясть… И таких записей было множество.
— Марсден, слушай, — окликнула я блондина и начала зачитывать очередной рецепт. — Если взять щепотку сушеного бадана, добавить корицы, лепестков фиалки, немного острого перца и еще какой-то травы…, не могу разобрать название, а затем прочитать заклинание, то можно заставить человека забыть о неприязни и расположить к себе. Забавная штука. Поругался с начальством или надо отстоять свои условия по договору… Эй, — возмущенно воскликнула я, когда машина резко затормозила и если бы не ремень безопасности, я бы ощутимо приложилась головой. — Ты чего?
— Повтори, что ты сказала, — процедил он.
Сначала мне хотелось огрызнуться, но потом я посмотрела на блондина, его каменное лицо и послушно сказала то, что он просил.
— Как мило, — пробормотал Марсден. — А ведь чаем именно с этими специями нас потчевала твоя подружка Лиз. А я-то думал, почему она меня больше не раздражает…
— А она тебя бесила? — уточнила я, старательно скрывая радость и успокаивая вспыхнувшую ревность.
— Когда я в предыдущий раз планировал осесть здесь, она весьма меня утомила своим вниманием и расспросами о семье, — спокойно пояснил он. — Все это преподносилось под соусом взятия интервью и помощи в упорядочивание архива того времени. Вот только, я никогда не любил назойливых женщин. Точнее, тех, кто неприкрыто показывают свои намерения в плане «жили долго и счастливо». Лиз привлекательна, но она не мой типаж, к тому же я принял решение не заводить отношения в Харфорде. А про брак даже не думал. Меня вполне устраивала та жизнь, которую я вел.
Я молчала, надеясь, что на моем лице только спокойствие. Или легкая вежливая улыбка, но никак не тот ураган, что бушевал в сердце. Вот оно как! Лиз пыталась окрутить блондина, но он с легкостью раскусил все попытки и решил просто избегать ее общества. И хотя одна часть моей натуры радовалась, что Лиз оказалась в пролете, я не могла не услышать и остальное. Марсден не любит назойливых женщин, и окрутить его нереально. В этот момент мои мечты о собственном «жили долго и счастливо» если не разбились, то получили трещины. Решение возникшей проблемы пришло моментально. На блондина нельзя давить, и стоит дать событиям развиваться своим чередом, пусть и окреп страх неизвестности, куда все это заведет. Пусть. Буду жить сегодняшним днем и не думать о завтрашнем.
— Ты уверен насчет специй? — вернула я разговор в безопасное русло.
— Лена, я могу разложить любое блюдо на составляющие, в том числе и специи, — усмехнулся Марсден. — Еще когда мы были в архиве, я обратил внимание на необычный вкус чая, так что это не могло пройти мимо меня.
— И что теперь? — тихо спросила я, припоминая, что в первый раз Лиз тоже угощала меня чаем с необычным вкусом. И в нем точно была корица…
— Навестим твою новую подругу и угостим ее нашим чаем, — многозначительно заметил блондин. — Заодно и проверим, как он работает. Не знаю как тебе, а мне очень интересно, зачем она так старательно пыталась расположить нас к себе. Жаль только, что подействует не сразу. Написано — от часа до трех.
Машина снова тронулась, мысли у меня в голове путались, но постепенно выстраивались в логичную цепочку. Необычайное участие ко мне Лиз, ее готовность помочь… А еще, она столько знала о том времени. Она сказала, что интересуется той эпохой, но почему именно ею? Я понимала Марсдена, который знал все о жизни своего предка. Во-первых, история семьи, и конечно — надо быть идиотом, чтобы не попытаться понять, что значат твои сны, когда живешь с ними на протяжении стольких лет. Но Лиз?… Какое отношение она имеет к этой истории? Если только…
— Ты тоже думаешь, что она потомок Алисы? — тихо спросила я, проведя параллель между нею и нами.
— Почти уверен, — спокойно ответил блондин. — Хотя мне еще не все понятно. Но она работает в ее прежнем доме, знает те мелочи, которые тайна для многих. И даже имя немного похоже, как и у нас. Вывод напрашивается сам. Скорее всего, она, как и я, знает о жизни Алисы по снам. Единственное, что пока остается для меня загадкой, — Марсден быстро взглянул на меня. — Почему ты видишь всех участников тех событий, да и все, что происходило, в то время как я, к примеру, только урезанную версию?
Мне нечего было ответить. Я угрюмо открыла книгу, нашла руку блондина, тихонько пожала ее и принялась искать заклинание, которое поможет стереть Лиз память. Если мы ошиблись, то хотя бы не опозоримся.

* * *

— Лиэн, Рис, я так рада вас видеть, — Лиз выглядела удивленной, но практически сразу развила кипучую деятельность.
Нас пригласили пройти в тот же зал, где я уже бывала дважды, девушка извинилась, а минут через пятнадцать вернулась с большим подносом, на котором стоял чайник, чашки и несколько вазочек с печеньем и сладостями.
Пока ее не было, нам с Марсденом даже не нужно было разговаривать. Весь план мы продумали и обсудили еще в машине. По нему полагалось вести себя, как и в последний визит. Блондин предположил, что нас опять попытаются напоить чаем, поэтому, когда Лиз принесет угощение, я должна была немного отвлечь ее, а он подольет ей зелья в напиток. Заклинание тоже должна была произнести я. Не знаю почему, но в этом Марсден был непробиваем. По его словам, я, скорее всего, унаследовала от Элены часть силы. Мне все еще не верилось, что я ее потомок, так как доказательств никто не представил. Но Марсден… В общем, колдовать предстояло мне.
Чтобы немного успокоиться и настроиться на нужный лад, пока Лиз отсутствовала, мы с Марсденом попробовали вернуть глюки и не нашли ничего лучше, как повторить опыт с поцелуями.
Именно за этим занятием нас и застала Лиз. По той досаде, что промелькнула на ее лице, становилось понятно, что подозрения не беспочвенны. Алиса дико ревновала своего любовника, хотя сама была замужем. Я помнила выражение ее лица, когда Рис объявил ей об окончании их отношений. Ради девушки, которая ничего из себя не представляла, постоянно краснела и не могла вымолвить ни слова от смущения и той любви, что завладела ее сердцем. Алиса не считала ее соперницей, но неожиданно, Рис предпочел невесту ей. Такое может сломать даже самую сильную женщину, но Алиса была ведьмой. Пусть и дано обещание, что она не причинит девушке вреда, все равно, можно найти возможность отомстить за обиду и попранную гордость.
— Вы вместе? — удивленно воскликнула Лиз.
— Ну да, — Марсден притянул меня к себе и поцеловал в шею. — Все произошло так быстро, что даже не верится.
— Действительно неожиданно, — пробормотала девушка.
— Кстати, мы что приехали, — продолжил блондин, а я не выдержала и уставилась на него. — Лиэн никого здесь не знает, поэтому мы и хотели просить тебя помочь с организацией свадьбы. Хотелось бы управиться за месяц максимум…
— Свадьба?! — чашка выпала из рук Лиз на пол, не разбилась, но покатилась по полу, разливая чай.
Пока девушка неловко нагибалась, поднимая ее, я продолжала ошарашено смотреть на Марсдена. Что еще за импровизация? Ни о чем таком в машине и речи не шло! Он взглянул на меня, быстро поцеловал, и погладил спину.
— Вот так новость, — пробормотала Лиз. — Невероятно…
— Ну да, — весело ответил блондин, изображая из себя идиота. — Сам себе удивляюсь. Но Лиэн буквально свела меня с ума. Не думал, что способен влюбиться с первого взгляда, но это произошло. А раз так, что время даром терять?
— Но вы же знакомы всего несколько дней, — Лиз и не пыталась скрыть своего шока.
Я внимательно посмотрела на нее, и, подыгрывая Марсдену, начала глупо улыбаться, чтобы соответствовать ситуации. Лиз находилась в полной прострации. А мне в голову пришла мысль, что если мы с Марсденом ошибаемся, и Лиз ни в чем не виновата, то такими вот проверками можно добиться только нервного срыва. Зачем блондин все это затеял, для меня оставалось загадкой. Но пора было переходить к цели нашего приезда…
— За это надо выпить, — пробормотала Лиз.
— Хорошая идея, — одобрил Марсден.
Лиз развернулась и направилась к выходу, и, как только она скрылась, улыбка у меня пропала, а я шикнула на блондина.
— Это что сейчас такое было?
— Хочу вызвать ее ревность, — прошептал Марсден, обнимая меня. — Ты говорила, все началось с того, что Рис отверг ее. Уверен, эта новость разозлит и сегодняшнюю Алису, заставив ее совершить ошибку.
— Мог бы и предупредить, — буркнула я, наслаждаясь тем, как руки блондина обнимают меня, а от шепота по телу пошла дрожь.
— Мне это только что в голову пришло. Если у вина окажется тот же вкус, то она действительно подливает зелье, а не потчует нас редким сортом чая.
— Логично, но все же предупреждай в следующий раз.
Вместо ответа меня опять поцеловали. И я была снова готова забыть обо всем, как Марсден отстранился.
— Нет, я до сих пор не могу поверить, — сказала Лиз, ставя бутылку и бокалы на стол. — Вы вместе? А почему нет кольца?
— В Харфорде не очень большой выбор драгоценностей, — улыбнулся блондин. — Но ты права, это большая промашка с моей стороны. Прямо отсюда и поедем в магазин.
— А вот это правильно, — Лиз разлила вино.
Почти сразу Марсден взял бокал, с улыбкой поднес его к носу, а затем сделал вид, что пробует. Я знала — это не так, но Лиз ничего не заподозрила, даже когда он поставил фужер на стол.
— Лиз, не напомнишь, где здесь дамская комната? — с улыбкой спросила я, обменявшись взглядами с блондином.
— Я провожу.

* * *

Искомое обнаружилось по соседству. Я зашла, открыла кран, быстро умылась, пытаясь немного взбодриться, достала записку с заклинанием и прочитала его. Выключила воду и вышла. Лиз ждала меня в коридоре. Я ожидала, что она устроит мне допрос и не ошиблась.
— Лиэн, но как? Когда? Так быстро?
— Знаешь, — доверительно сообщила, не особо и привирая. — Я в него влюбилась с первого взгляда. Получается, что и он в меня. Я безумно счастлива, но не так давно у меня было такое же выражение лица, когда он предложил выйти замуж.
— Никогда в жизни не слышала, чтобы предложение сделали через несколько дней после знакомства.
— Наверное, в жизни все же есть место сказке, — улыбнулась я.
— Ты уверена? — нахмурилась Лиз. — Конечно, он богат и хорош собой. Предполагаю, что и как любовник он весьма и весьма, судя по твоему довольному виду, но столь скоропалительный брак. Мне кажется, ничего хорошего из этого не выйдет.
— А мне все равно, — заявила ей. — Я люблю его, и только это имеет значение!
— Невероятно, — в который раз повторила она. — Вас словно приворожили друг к другу. Ладно, вернемся и уже отметим вашу помолвку. Но кольцо все же нужно! Традиция, — добавила она.
Марсден улыбался, когда мы вошли. Его бокал был наполовину пуст, а когда я села рядом с ним, он протянул мне второй.
— Прекрасный букет, — заметил он Лиз. — Домашнее?
— Да, семейный рецепт, — медленно сказала она. — Нравится?
— Неплохо, — кивнул блондин. — Хотя, я предпочитаю более сухие.
— А девочки любят послаще, — улыбнулась я, делая вид, что отпиваю.
Я поставила бокал на стол, прижалась к Марсдену, раз уж он затеял подобную игру. Лиз медленно выпила свое, а потом… Столик качнулся, бокалы повалились на пол…
— Прости, — покаянно сказал блондин, чья нога и устроила всю диверсию. — Случайно вышло.
— Ничего-ничего, я все уберу, — улыбнулась девушка.
— Лиз, я помогу.
— Не надо, — остановила она меня и посмотрела на Марсдена. — Могу я в качестве извинений напроситься в гости? Я столько знаю о твоей семье, а в доме никогда не была.
— Конечно, — широко улыбнулся он. — Приезжай. Ты согласна, дорогая?
Я кивнула, продолжая улыбаться.
— Так, мы поехали за кольцом, а насчет визита… давай созвонимся несколько позже? — предложил Марсден, а когда Лиз кивнула, подхватил меня в охапку и повел к выходу.
— Если хочешь, — повернулась к девушке. — Мы заглянем к тебе на обратном пути, покажу кольцо.
— Конечно, хочу, — напряженно улыбнулась Лиз.
— Тогда, договорились.

Глава 10

* * *

— Не понимаю, зачем это нужно? — в очередной раз сказала я, разглядывая кольцо на пальце.
— Для достоверности, — сообщил блондин.
— Ага, а Лиз — работница ювелирного дома, на расстоянии определяющая подлинность бриллиантов, — хмыкнула я. — Марсден, это колечко стоит… кстати, а сколько оно стоит? Зачем было тратиться? А если потеряю?
— Постарайся не терять, — игнорируя остальные вопросы, ответил блондин, остановился, развернул меня к себе и взял за ладонь, рассматривая украшение. — Кстати, тебе идет.
После, он вновь подхватил меня под руку и повел за собой. Пользуясь тем, что до начала действия зелья оставалось время, мы намеревались снова посетить дом Элены.
Вот только визит в ювелирный магазин напрочь выбил меня из колеи. Я думала, что Марсден шутит, но он и правда потащил меня туда. Магазин оказался небольшим, довольно уютным и, несмотря на скромный выбор, в витринах лежали настоящие произведения искусства.
Энтони — владелец и по совместительству продавец, с блондином был знаком, в общении оказался очень интересным собеседником, бесконечно влюбленным в свое дело. Рассказы о различиях камней и их особенностях были настолько захватывающими, что я слушала его затаив дыхание. А учитывая, что все истории сопровождались еще и демонстрацией тех или иных ювелирных изделий… Вскоре я поняла, отчего такое большое количество людей повернуто на блеске драгоценностей, захотела узнать об этом больше.
Для владельца магазина Марсден разыграл тот же спектакль, что и для Лиз — представил меня своей невестой, которой предложение успел сделать, а вот обзавестись кольцом — нет, поскольку упустил из внимания, настолько внезапно все это произошло. Энтони понимающе улыбнулся, пристально взглянул на меня, и достал из витрины то, от чего у меня остановилось, а затем гулко забилось сердце.
Когда Марсден взял и надел мне на палец кольцо, я и вовсе зависла, стараясь не разреветься. А после поцелуя… Все, меня можно было собирать по частям. Будто ожила одна из сказок, которых я написала так много. Как блондин расплачивался, а затем и выводил меня из магазина, я не помнила, напрочь завороженная блеском камня и теплом от тела Марсдена.
Довольно крупный бриллиант в центре, окаймленный по ободку более мелкими камнями. Кольцо сверкало и переливалось и, казалось, даже солнце стало светить ярче. А эта фраза о том, что оно мне идет?
Еще бы не шло. Оно любой пойдет. Вот только, если бы кольцо было преподнесено по настоящему поводу, а не просто для отвода глаз Лиз в подтверждение слов Марсдена. Сама того не желая, я глубоко вздохнула. Но откровения блондина я помнила прекрасно, и на мое счастье, мы уже подошли к машине, так что получилось спрятать глупое и восторженное выражение лица.

* * *

Охранник в школе был удивлен нашим визитом, но ничего не сказал. Марсден снова что-то сказал ему, и через пару минут у блондина в руках появилась связка ключей.
В этот раз я внимательно разглядывала окружающую остановку. В предыдущий визит мне показалось, что дом полностью переделали, оставив только старинный фасад, но сейчас я видела: то тут, то там проглядывает история, как с тем же камином, где был тайник.
Меня снова тянуло в ту комнату. Быстро переглянувшись с блондином, я сама потащила его в нужном направлении. Оказавшись внутри, я попыталась хоть как-то вызвать видения: трогала предметы, открывала-закрывала тайник, но ничего не происходило. Марсден, закрыв дверь на ключ и устроившись на диване, наблюдал за моим мельтешением, задумчиво сложив руки на груди и размышляя о своем.
— Я чувствую себя глупо, — выпалила я, резко останавливаясь посередине комнаты.
— А что если вновь положить книгу в тайник? — неожиданно спросил блондин.
— Что это даст? — нахмурилась я.
— Сама подумай, — блондин поманил меня к себе и положил на колени мою сумку, которую захватил из машины. — Ты забрала книгу, а значит, могла прервать цепочку видений конкретно в этом месте.
— Но и в доме мы их не видим, — возразила я.
— Есть определенная последовательность, — попытался объяснить свою точку зрения Марсден. — У меня было время подумать. Пока, все видения шли в строгом соответствии с тем, как на самом деле разворачивались события. Началось все с приема в особняке, потом помолвка…
— Сначала был лабиринт, — перебила его я.
— Нет, я сейчас говорю про твои видения, — улыбнулся блондин. — Так вот единственное, что выбилось из хронологии — дом Элены, когда мы видели ее встречу с Мегги. А значит, это как дополнительная ветка случившегося. В бывшем доме Алисы та же история, которая, возможно, существует и в других местах, где могли развиваться события. Что хочу сказать, раз мы ничего не видим, значит, дом или его дух не может показать, что случилось дальше, пока мы не окажемся в том месте, которое должно идти по хронологии дальше.
— Предлагаешь носиться по городу в поисках глюков? — усмехнулась я.
— Я постарался сократить зону поисков, — не повелся на мой сарказм Марсден. — Ты сама сказала утром, что тебя тянет в этот дом. Учитывая, что именно ты катализатор видений, уверен — мы и должны находиться здесь. Сейчас мы сидим в доме Элены, но ничего не происходит. Значит, мы что-то не учли. Поэтому и появилась мысль насчет книги. Правда, я предпочел бы начать с привычного способа…
— А давай объединим? — предложила я, подошла к блондину, забрала из сумки книгу и вернула ее в тайник. Затем, решительно села к Марсдену на колени и обняла за шею, быстро шепнув напоследок. — Только без экстрима.
Целоваться с ним было так сладко, волнующе и сногсшибательно, что не прошло и минуты, как у меня привычно отказали тормоза. Марсден сдерживался, моя одежда оставалась на месте, но про себя такого я сказать не могла. Если поначалу я оставалась в рамках, то потом, просто посмотрела на любимого мужчину уже затуманенным взглядом и обнаружила, что мои руки давно забрались под его футболку.
Чувствуя, что и Марсден не остался равнодушным к моим телодвижениям, я довольно улыбнулась, заставила его развернуться и повалила блондина на диван.
— Ты же сказала без экстрима? — хрипло заметил он.
— А, плевать…, — пробормотала я. — У меня все мысли из головы вылетают, когда ты рядом.
— Учту, — усмехнулся он, накрывая ладонями грудь, забравшись под топ.
Черт. Кажется, моя кожа становится чувствительнее с каждым днем. Или дело в том, что к обычному желанию примешалась любовь? Ладно, потом разберусь, а пока буду просто наслаждаться процессом. Тем более, что дверь Марсден запер…
— И все же твоя теория работает, — выдохнул он мне в губы, приподнимаясь.
— Что?
Сначала я ничего не соображала, но затем поняла, окружающее пространство подернулось дымкой и смазалось…

* * *

… Рис стоял рядом с камином и с любопытством разглядывал фотографии на его полке. Сегодня он не выдержал и решил нанести визит невесте, несмотря на все ее просьбы. После той ночи, каждая минута без нее казалась вечностью. Рис смог отпустить Элену только утром, но на это понадобилась вся его воля. Девушка оказалась весьма страстной, несмотря на все смущение и робость, и Рис знал, это только начало. Лорду Марсдену до сих пор не верилось, что, в отличие от многих представителей аристократии, ему выпало счастье жениться по любви. А он не только любил Элену до сумасшествия, но и ревновал. Хотя его любимая не давала ни малейшего повода, он все равно сходил с ума, стоило любому мужчине даже приблизиться к ней.
Странно, что дворецкий проводил его в личную гостиную Элены. Обычно, они встречались на первом этаже. Но сегодня слуги были взбудоражены, большая гостиная закрыта для подготовки к приему, и, пользуясь статусом жениха девушки, Рис получил возможность лучше узнать любимую женщину.
Увы, осмотр комнаты ничего не принес. Гостиная была обставлена со вкусом, но Рис не увидел ничего из личных вещей: ни вышивания, ни книг. Это показалось ему странным, ведь обычно дамы высшего света не стеснялись демонстрировать те или иные увлечения. А здесь? Подойдя к двери и прислушавшись, Рис решительно шагнул ко входу в спальню девушки. И снова быстрый осмотр с тем же результатом.
Рис нахмурился, вернулся обратно в гостиную и подошел к камину. Две фотографии: на одной изображена мать Элены, а на второй — она сама. И больше ничего. Лорд Марсден не понимал в чем дело, но интуиция, которая всегда помогала ему в жизни, настойчиво требовала найти ответы на вопросы. Рис снова окинул взглядом комнату в поисках пусть небольшой, но зацепки. А затем начал целенаправленные поиски. Мужчина корил себя за недоверие, но отчаянно желал как можно больше знать о невесте. Окна и подоконники были пустыми, как и стены за картинами. Рис снова посмотрел на фотографии. Почему они стояли именно там, когда обычно их место на столике? Камин? Пальцы сами начали прощупывать облицовку на предмет тайника, и, когда тот нашелся, Рис затаил дыхание. Доска отошла, открывая небольшую щель, которую мужчина сразу же исследовал.
Книга. Странно. Хотя, когда Рис открыл ее, то понял, отчего она была спрятана. Алиса тоже держала подобные книги вдали от чужих глаз. Рис усмехнулся. Оказывается, его скромница невеста все же имеет скелеты в шкафу. Неприятное открытие, учитывая отношения Риса к магии. Если бы кто-нибудь спросил его еще месяц назад, женился бы он на ведьме, то ответ был отрицательным. А сейчас… Разум мучили сомнения, ибо он осознавал опасность подобного дара, но сердце… Ему было наплевать на доводы разума. Он готов был простить Элене ее тайну. Досаду вызывало лишь то, что она скрыла секрет от него. Если его любимая желает интересоваться этим вопросом, пусть. Хорошо, что он попросил Алису позаботиться об Элене. Леди Харгарес умная женщина, а теперь, у нее и его невесты есть и общие темы для разговора.
— Рис, — в комнату почти вбежала раскрасневшаяся Элена — Мне сказали, ты здесь. Я гуляла в саду, но как только узнала, вернулась так быстро, как только…
Лорд Марден повернулся к невесте, и девушка замолчала. Уставившись на книгу в руках мужчины, она побледнела и даже отшатнулась.
— Элена, ты не говорила, что увлекаешься магией, — улыбнулся он.
— Это не мое! — выпалила девушка, делая шаг вперед и снова останавливаясь.
— Элена, все в порядке, — попытался успокоить ее Рис. — В этом нет ничего ужасного. Главное, будь осмотрительна и осторожна…
— Ты не понимаешь. Это и правда не мое!
— Успокойся.
— Я не лгу. Это не моя книга.
Рис не понимал, почему его невеста так усиленно пытается убедить его в обратном. Он же сказал, что ничего страшного… Стесняется? Или… обманывает?
— Думаю, ты немного устала после прогулки, — медленно сказал Рис. — Увидимся вечером на приеме у градоначальника, и не забудь, все танцы принадлежат только мне.
Он подошел к невесте, отдал ей книгу и быстро коснулся губ. Выходя из комнаты, он пребывал в полнейшем недоумении. Элена впервые осталась холодна и не попыталась даже ответить, как и… попрощаться.

* * *

— Зачем она пыталась скрыть, что занимается магией? — спросила я, некоторое время спустя, когда видение развеялось, а я приходила в себя, осмысливая увиденное.
— Не знаю, — отозвался Марсден. — Думала, что он не поймет ее и осудит?
— Скорее всего, — я вздохнула и прижалась к блондину. — А ведь он принял это… Он вообще принимал ее любой. Что же случилось?
— Ясно одно, — Марсден взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него. — Сегодня в особняк мы не вернемся. Утром я немного покопался в истории города и выяснил несколько моментов. Застройки того времени осталось не очень много, но дом бывшего градоначальника сохранился, сейчас там гостиница. Как ты смотришь на то, чтобы переночевать в городе?
— Нормально, — машинально ответила и тут же нахмурилась. — А почему ты уверен, что следующее видение будет именно там?
— Предполагаю, учитывая услышанное, — пожал плечами Марсден. — Но к Лиз мы все равно сейчас наведаемся. Во-первых, наше зелье уже должно начать действовать, во-вторых, есть вероятность, что словим новый глюк.
— Согласна по всем пунктам, — улыбнулась я, подметив, что Марсден потихоньку перенимает мой лексикон.
— Так что сегодня переночуем в гостинице. Попробуем узнать, что случилось дальше и продолжим то, на чем остановились. Но сначала, вернемся в архив, — резюмировал Марсден.
Недолгий поцелуй, я с сожалением слезла с дивана и оправила одежду. Блондин сделал то же самое.
— Оставим книгу здесь? — спросила я, с сомнением смотря на тайник.
— Нет, — решительно заявил Марсден. — Пригодится.
Книга снова перекочевала в сумку, а вскоре мы уже сидели в машине и направлялись к зданию архива.

* * *

Лиз выглядела странно. Бледное лицо, учащенное дыхание, лихорадочно блестящие глаза. Я поправила сумку, растерянно посмотрела на Марсдена, испугавшись, что мы невольно отравили ее, но он поймал мой взгляд и еле заметно покачал головой. Припомнив ингредиенты зелья, я и сама немного успокоилась. В нем не было ничего ужасного, и раз блондин так уверен в себе, то мне следует лишь последовать его примеру.
— Лиз, — вкрадчиво начал Марсден, но она перебила его грубым:
— Зачем вы вернулись?
— Ты же просила показать тебе кольцо, — я демонстративно широко улыбнулась и протянула руку, сунув украшение на пальце чуть ли под нос моей «новой подруге».
— А я-то надеялась, что это шутка, — пробормотала она, посмотрев на нас со злостью.
— Почему? — блондин собственническим жестом притянул меня за талию, впрочем, я вовсе не возражала.
— Вам не судьба быть вместе, — нервно заявила Лиз.
— А вот с этого момента подробнее, — процедил Марсден, сильнее прижимая меня к себе.
На какой-то момент мне стало даже больно от такой хватки, но я не решилась даже пискнуть. Впрочем, блондин, видно почувствовав мое напряжение, чуть-чуть ослабил «объятия».
— Что непонятного? — в голосе Лиз появились истерические нотки. — Прошлое не может измениться, хоть ты из кожи выпрыгни. Рис Марсден не женился на Элене Веспар тогда, ты никогда не будешь вместе с ней сейчас, — она кивнула на меня. — История всегда развивается по спирали, поэтому, максимум, что вас ждет — бурный, но очень короткий роман. Никто из твоих предков не смог снять проклятие, не под силу это и тебе. Так что, все останется так же, как и прежде, а нам судьбой предначертано быть вместе…
Лиз замолчала, но прежде чем я успела задать ей хоть один вопрос, закатила глаза и рухнула бы на пол, но блондин успел подхватить ее.
— Мог бы и не делать этого, — зло заметила я, когда он отнес и положил ее на диван. — Валялась бы на коврике. Самое место…
Ухмылка стала мне ответом, а я продолжала сгорать от проснувшейся ревности. Даже понимая, что такое поведение в данном случае совершенно беспочвенно, в который раз удивляясь проснувшейся собственнице во мне, я старательно оттеснила Марсдена от дивана, а затем и вовсе попросила его найти и принести воды.
Блондин хмыкнул, но из комнаты вышел, а я уставилась на Лиз. Вот ведь стерва, а казалась такой милой… Отчаянно борясь с желанием сделать ей пакость, я рассматривала женщину и пыталась понять одно. Если, как она утверждает, история не может повториться, то какого черта она тянула к блондину руки? Да еще с такой уверенностью, словно Марсден ее собственность, и это вопрос решенный. Согласилась довольствоваться ролью любовницы, как Алиса, или претендует на большее? Но Марсден уверял, что не спал с ней, а его предок встретил Элену, когда уже состоял в отношениях с леди Харгарес. Так что никакой спирали не получалось. Лиз не оказывала блондину магических услуг, а до того, как напоила специальным чаем, Марсден от нее шарахался и явно не стремился к чему-то более близкому. Да и я вовсе не та Элена, в которую влюбился его прадед. И дело даже не в том, что я давно перестала быть невинной девой с розовыми очками на глазах, обеспечивала себя сама и никому не подчинялась. К магии я тоже никакого отношения не имела… Хотя в блондина влюбилась довольно быстро, но было ли это моими чувствами или следствием давно навеянных грез — окончательно неясно до сих пор.
А вот Марсден… Я задумалась. Он в какой-то степени повторял жизненный пусть своего прадеда. Если верить Каре, то в юности он был настоящим бунтарем и даже на какое-то время рвал отношения с семьей. А это его пристрастие к экстриму? Пока он его никак не проявлял, если не учитывать, с какой радостью блондин включился в расследование, немного вяло текущее по основному направлению, зато весьма насыщенное сексуально.
— Вода, — оповестил Марсден, вернувшись в комнату и протягивая мне бутылку.
Я взяла воду, на несколько секунд задумалась, затем решительно открутила крышку и полила Лиз сверху. Наблюдая, как расплывается косметика, стекая по щекам некрасивыми черными каплями, я злорадно ухмыльнулась, но тут же осеклась, вспомнив, в какой виде несколько раз щеголяла перед блондином сама.
Тем временем Лиз застонала и очнулась. Села на диване, уставившись на нас вопросительным взглядом.
— Рассказывай, — грубо посоветовал блондин.
Лиз насупилась, из чего я сделала вывод, что она прекрасно понимает, что за признания мы от нее ждем. Вопрос был в том, действует еще зелье или нет. Хотя, если она сейчас начнет увиливать, станет понятно — она пришла в себя. И уже будет неважно, посредством душа или обморока, второй раз она так не подставится.
— Я жду, — поторопил Лиз Марсден.
Она шмыгнула носом, растерянно провела руками по лицу, вытирая некрасивые потеки, а затем удивленно уставилась на свои руки, одежду, диван.
— Что это? — уточнила она.
— Вода, — я помахала полупустой бутылкой перед ее лицом.
— Ты потеряла сознание, когда мы пришли, — довольно мягко заметил блондин, садясь на диван рядом и улыбаясь. — Пришлось отнести тебя сюда и попытаться привести в чувство.
— Поливая меня водой?
— Был вариант с пощечинами, — задумчиво заметила я.
— Придется сушить обивку, — заметила Лиз, снова осматривая себя и диван.
— Феном, — услужливо подсказала я.
— Лиз, — встрял Марсден, взяв ее за руку и наградив меня многозначительным взглядом. — Что ты имела в виду, когда сказала: «Прошлое не может измениться»?
— А то ты не знаешь? — скривилась она, но руку не забрала, что вызвало у меня очередной приступ ревности. — Вспомни, мы говорили об этом несколько лет назад, и ты сам рассказал мне о проклятии, как и о найденной в подвале записке.
— Этого не было, — заметил блондин, но нахмурился.
— Было. Мы тогда сидели в баре, выпили несколько больше, чем надо, и ты стал откровенным. Как раз в тот день от тебя сбежали очередные рабочие, и ты начал подумывать вообще продать дом. Мы встретились в магазине, — напомнила она. — Пошли перекусить, потом завалились в бар.
Я кипела внутри от ревности и злости. Такие подробности Лиз знать никак не могла. И я была уверена, Марсден, хоть в некоторой степени и псих, но не стал бы распространяться о подобном направо и налево. Таким можно поделиться только с кем-то близким… Но со мной же он поделился. Хотя я не совсем подходящий пример потому, что сама в некоторой степени такая же сумасшедшая. Лиз особенно интересовалась историей семьи блондина, — вспомнила я. Это сейчас мы с ним решили, что она видела сны Алисы, а тогда и столь малой части интереса вполне могло хватить для откровений.
Я прикрыла глаза, чтобы не смотреть на идиллию на диване, внутренне застонала, неожиданно поняв, что Рис вполне мог переспать с Лиз, а потом соврал мне, чтобы выглядеть положительным-преположительным в моих глазах. И это укладывалось в ту схему: сначала Рис крутил с Алисой, потом встретил Элену. Черт. Ревность — крайне неприятная штука. Никогда в жизни я не чувствовала, чтобы душа чуть ли не чернела на глазах.
— Ли-и-из, — протянула я, засовывая бутылку в сумку. — А давай ты нам все же расскажешь, каким образом ты оказалась в курсе таких подробностей о Марсден-Холле и его владельцах?
— А ты не догадалась еще? — усмехнулась женщина.
— Знаешь, — доверительно заметила я. — Мне тоже нравится отвечать вопросом на вопрос, но сейчас не тот случай. Мне…, — я осеклась, взглянув на блондина. — Нам нужен ответ.
— Понятия не имею, о чем ты, — невинно заметила она, а на лице появилась такая довольная улыбка, что все стало понятно.
— Лиз, — вкрадчиво начал Марсден. — Тебе понравился чай? Повторим?
Женщина побледнела, наконец-то забрала свою руку, да еще и отсела подальше от блондина. Мне такой настрой понравился. Даже стало чуть-чуть легче, хотя для полного счастья не помешало, чтобы и Марсден отодвинулся, а не смотрел на нее с такой улыбкой.
И пусть Лиз косилась на него опасливо, она молчала, а значит, подход блондина был неверен. Да, он смог заставить ее нервничать и выбил из привычной колеи, но вот признаться — нет. Припомнив рецепт зелья, что мы сварили с блондином, мне в голову пришла одна идея. Она казалась безумной, но кто не рискует…
Быстро взглянув на Марсдена, я открыла сумку, достала склянку с зельем и бутылку с водой. Глаза Лиз расширились, она дернулась, но блондин удержал ее на месте. А я подошла к столу, взяла стакан и вылила туда оставшуюся воду из бутылки и задумалась… Не доверяя собственной памяти, достала еще и книгу и нашла нужный рецепт.
— Лиз, — спросила, быстро взглянув на нее. — Как ты понимаешь, ждать еще три часа мы никак не можем. Что будет, если увеличь рекомендованную дозу?
— О чем ты?
— Не знаешь, понятно, — вздохнула я. — Ладно, придется рискнуть. Я демонстративно ливанула зелья в стакан, поболтала и подошла к Лиз.
Чувствовала я себя ужасно, особенно, когда Марсден понял меня правильно, зафиксировал Лиз руки.
— Нет, — она стиснула зубы, замотала головой и попыталась вырваться.
Но мне ли не знать, насколько жесткая хватка у блондина, а спокойное выражение лица при этом однозначно пугало. Он вел себя так, словно допрашивать людей для него в порядке вещей. Я нервно выдохнула, подошла ближе и поднесла бокал ко рту Лиз.
— Думаю, хуже не будет, — заметила я.
— Нет, — выпалила Лиз, вновь мотнула головой, отчего я расплескала с треть бокала. — Нельзя превышать дозу, иначе эффект может стать необратимым.
— А говорила, что ничего не знаешь, — заметила я, ставя стакан на столик. — Говорить будешь или испытать на тебе помимо настойки еще и парочку заклинаний?
Я кивнула в сторону книги, и Лиз снова побледнела. Я старалась не показывать вида, что меня удивляет подобное отношение. На мой взгляд, ничего особо страшного от рифмованной страшилки случиться не должно, но самовнушение — великая вещь, а Лиз, судя по всему, накрепко увязла в мистике. Хотя, и я верила во все это, но не до такой степени.
Видя, что Лиз молчит, я вновь прогулялась до столика, взяла книгу, открыла ее и начала делать вид, что изучаю.
— Откуда она у тебя? — нервно спросила она, прищурившись и хорошенько рассмотрев книгу.
— Привет из прошлого, — любезно призналась я. — Ну что?
— Да что б вас обоих, — выругалась она, вздохнула и начала говорить. — Все началось со снов, — мы с блондином невольно переглянулись. — Я видела в них женщину, которая рассказывала мне много всего интересного, потом и вовсе начала учить магии. Заинтересовавшись вопросом, я принялась искать сведения и в реальности, но на проверку они оказались популистской ерундой. Но то, что я узнавала во сне — действительно работало. Деньги, любовь, уважение.
— Не заметно, учитывая твое место работы, — усмехнулся блондин.
— Здесь источник силы, — Лиз наградила Марсдена победным взглядом. — Это дом одной из сильнейших ведьм того времени. Даже стены здесь пропитаны магией.
В этот момент мне хотелось хмыкнуть самой, но улыбка пропала, стоило взглянуть на серьезное лицо Лиз. Поэтому я сочла за умное просто поверить ей на слово и со временем разобраться, что к чему. Хотя удержаться от комментария я все же не смогла:
— Это тебе ведьма из снов посоветовала здесь жить? — поинтересовалась я.
— Да, — с вызовом заявила Лиз. — Она же и рассказала про Марсден-Холл и ту историю, что произошла в его стенах. А так как, отныне я являюсь ее наследницей, то должна была сделать все для повторения витка спирали.
— И что произошло в стенах моего дома?
— То, что нельзя исправить! — чуть ли не вскрикнула Лиз, а потом вдруг захрипела и повалилась на диван.
— Опять?
Я поморщилась и оглянулась в поисках средства для очередного, приводящего в сознание, легкого душа, но ничего не нашла. Вздохнув, я решила прибегнуть ко второму озвученному средству. Подошла к Лиз, хорошенько ее потрясла за плечо, а когда это не подействовало, несильно похлопала по щекам. Она снова застонала и открыла глаза.
Переглянувшись с Марсденом, который никак не отреагировал на мои силовые методы ни в тот раз, ни в этот, я снова передала ему инициативу в плане допроса. Но если до обморока Лиз довольно охотно говорила, то сейчас она усиленно молчала, а потом и вовсе согнулась и спрятала лицо в ладонях.
Я растерянно смотрела на блондина и все сильнее чувствовала себя извергом, который издевается над бедной девушкой, впрочем, Марсден тоже стал казаться монстром. Чувство вины пришло неожиданно, осталось и никуда не исчезало.
— Лиз, — как можно мягче позвала я ее. — Мы не причиним тебе вреда, но нам нужна правда.
— Неужели непонятно, — она подняла на меня испуганные заплаканные глаза и прошептала. — Я не могу ничего сказать. Она не даст.
— Кто она? — смотря на Лиз, я начала осознавать, что проблемы с головой вовсе не у нас с Марсденом.
— Она тебе не ответит, — блондин поднялся с дивана и подошел ко мне. — Все слишком далеко зашло, так, Лиз? Ты уже не можешь ничего сделать, лишь живешь так, как тебе говорят, а собственные желания давно ушли на второй план.
Лиз кивнула, а я уставилась на Марсдена. Его слова… он говорил так, словно испытал подобное на собственной шкуре.
— Знаешь, что помогает в таких случаях? — Лиз потрясенно и с надеждой посмотрела на блондина. — Попробуй экстремальные виды спорта. Здорово проветривает голову. Пошли, — бросил он мне.
— Подожди, — я снова открыла книгу и нашла то заклинание, что приметила, еще когда мы ехали в Харфорд.
Лиз смотрела настороженно, я чувствовала себя глупо и неловко, но… Просто напомнила себе, что магия существует, необходимое заклинание обязательно сработает, а один взгляд на блондина придал уверенности в себе. Губы сами произнесли слова, а когда я закончила, Лиз снова отключилась.
Марсден никак не прокомментировал мои действия, несмотря на то, что я еще в машине сказала ему, что хочу сделать. Тогда он согласился, а сейчас просто взял за руку и практически потащил вон из архива. Я молчала, пока мы не отказались в машине, но стоило ему меня в нее усадить, как возмутилась:
— Это что такое было?
— Не знаю, как далеко она зашла в своих экспериментах, но отныне она не живет своим умом, — тихо сказал блондин. — Это как зависимость, наркотическая, алкогольная или типа того.
— Говоришь со знанием дела?
— Именно. Я уже рассказывал, что долгое время жил снами своего предка. В чем-то его опыт здорово помог, например в бизнесе. То, как поступал Рис, не потеряло своей актуальности и на сегодняшний день. А теперь представь, что однажды ты ловишь себя на мысли, что от тебя прежнего ничего не остается. Ты копируешь не только особо удачные находки, но и слабости, и вредные привычки. Рис курил, я начал тоже, он менял женщин, и я не мог остановиться. Да что там! Я даже сексом начал заниматься так же, как и он. Поэтому, твоя просьба тогда… Но это уже не важно. Совершенно неожиданно я нашел способ избавиться от тумана в голове. Экстрим, он действительно прочищает мозги, вот только, и на эту адреналиновую иглу подсаживаешься только так. Сейчас я справился и с этим, но все равно скучаю по острым ощущениям.
— К чему ты клонишь?
— Лиз… Алиса вполне могла завладеть ее разумом настолько, что отныне она полностью в ее власти.
— Не поняла. Ты сейчас про одержимость? Алиса вселилась в Лиз?
— Кто его знает. Но после произошедшего в ванной, я готов поверить и в это. Ясно одно, все, что касается тех событий, твоя подружка озвучить не может. Как только она готова признаться, то ее сознание выключается.
Я подумала, припомнила случившееся в архиве и согласилась со словами блондина.
— И что теперь делать? — тихо спросила я. — Мы ничего не узнали, глюк не словили и совершенно непонятно, как быть. Мне страшно, — призналась я. — Очень страшно. Я не хочу возвращаться в особняк, а еще боюсь, что призрак твоего прадеда найдет меня даже вне его и элементарно придушит.
Не решаясь взглянуть на Марсдена, я усиленно рассматривала собственные руки, лежащие на коленях. Понимала, что дрожу и ничего не могу с этим сделать. От прикосновения руки блондина к собственному плечу — вздрогнула, а когда он притянул меня к себе, и не подумала сопротивляться. Наоборот, с радостью изогнулась и прижалась к его груди.
— Лена, все будет хорошо, — уверенно заявил он, а я лишь вздохнула.
Находиться со мной двадцать четыре часа в сутки он не сможет. Если Лиз права, и нам судьбой предназначен всего лишь бурный, но короткий роман, то значит, мы расстанемся. И что тогда? Я останусь наедине со своими страхами? Понятно одно, та стена, которую я выстраивала несколько лет, рухнула до основания, и даже камни развалин начали исчезать. Смогу ли я жить без Марсдена? Смогу, — мрачно призналась себе, но жизнью это назвать можно будет с большой натяжкой.
— Ты спал с ней? — бесцветным голосом спросила я. — Я вполне могу допустить, что она опоила тебя, и ты не помнишь о случившемся…
— Нет, — коротко ответил блондин и я почему-то поверила. Я хотела верить!
Внимание привлекло сияние камня на кольце. Машинально я поднесла его ближе к глазам и полюбовалась блеском. Когда Марсден перехватил запястье и поцеловал пальцы, вздрогнула, смутилась, но ответить в привычной дерзкой манере не смогла. Что-то сломалось внутри при встрече с блондином, а после ночи у камина — окончательно. И тем не менее, я нашла в себе силы отстраниться и улыбнуться ему.
— Раз мы решили ночевать в городе, то предлагаю забронировать номер. Возвращаться за одеждой в особняк лень, поэтому купим все необходимое. А пока просто погуляем в городе, найдем уютный ресторанчик, поедим, ну и все такое. Как тебе такой распорядок дня?
Я кивнула, снова улыбнулась и решила довериться блондину. Вот только…
— Марсден, и все-таки что нам делать?
— Ничего, — весело сообщил он, заводя машину. — Просто жить.

* * *

Просто жить в понятии блондина означало — бросить машину и потащить меня гулять. Через пару часов хождений по улицам, он заприметил небольшой ресторанчик и повел меня туда. И почему я совсем не удивилась, что владельца он хорошо знал, и не прошло и получаса, как наш стол ломился от закусок и напитков. Наблюдая за Марсденом, я усмехнулась, осознав еще один факт. Чтобы ни происходило в жизни, на аппетите блондина это никак не отражалось. Впрочем, иное представить было сложно, если принять во внимание его телосложение. Но он обладал еще и тем, о чем я пока только мечтала. Марсден умел получать удовольствие от всего, словно жил последний день. Неважно, была ли это еда, любовь или бизнес. В первом и втором я убедилась воочию, о третьем — доложила Кара. А сколько еще всего, о чем я пока не знаю?
Покончив с обедом, Марсден усмехнулся, окинул меня взглядом и улыбнулся с предвкушением. От этого выражения лица я напряглась. То, что предчувствия появились не на пустом месте, я смогла убедиться через час в магазине, когда блондин вознамерился купить мне одежду для «сна и вечернего выхода в свет». И да, я знаю, что поступила неправильно, но изображать «невесту» не стала. Категорично заявив, что в состоянии сама оплачивать собственные покупки и посоветовала ему заняться собственным внешним видом. Когда блондин многозначительно приподнял бровь, показывая, что на самом деле думает о моем манифесте независимости, как можно более очаровательно улыбнулась и заявила, что хочу сделать ему сюрприз, но брать кредитку все равно решительно отказавшись. Возражения прервала утверждением, что для чистоты эксперимента, платье до вечера он не увидит. А потом еще и изобразила умоляющий взгляд снизу вверх, и погладила блондина ладонью по груди. По мере того, как лицо Марсдена смягчалось, я праздновала победу, а когда его губы тронула улыбка, и вовсе, быстро приподнялась на носочки и поцеловала. Еще через минуту, он вышел из бутика, а я рассматривала вешалки и думала, чем же именно буду удивлять блондина.
Магазин я покинула только через час, нагруженная пакетами и воздающая хвалы опытному персоналу. Только благодаря их помощи, я нашла то, что точно поразит блондина и во время ужина, и после него. Именно так утверждали продавщицы, а если учесть сумму, на которую обеднел мой счет, в их же интересах, чтобы все так и произошло.
Марсден обнаружился на лавочке, рядом с магазином, как мы и договаривались. Рядом также стояли пакеты, а в руках он снова держал планшет и, судя по сосредоточенному выражению лица, занимался чем-то важным. Я остановилась в нерешительности, размышляя, подходить или нет, но блондин словно почувствовал мое появление, отложил гаджет и поманил к себе.
— И когда я увижу обещанный сюрприз? — уточнил он, обнимая меня за бедра и притягивая к себе.
— Вечером, — улыбнулась я. — Уверена, ты оценишь.
— Весь в ожидании, — пробормотал блондин, усаживая меня к себе на колени.
— Марсден, что дальше? — спросила я, когда поцелуй закончился.
— Можем погулять, а можем заселиться в гостиницу.
Тот голодный взгляд, которым он меня наградил, невольно заставил улыбнуться. Понятно, какие мысли бродят у него в голове. Впрочем, я думала приблизительно о том же, но знала, что в таком случае мы вообще не выйдем из номера до утра, поэтому…
— Я еще не все купила, — оповестила я.
— И что дальше по списку? — обреченно вздохнул Марсден.
— Нижнее белье, — прошептала ему на ухо и почувствовала, как изменились объятия.
— Снова сюрприз? — прищурился он.
— Именно.
Еще один голодный взгляд был мне ответом, очередной поцелуй лишил возможности соображать, но в итоге блондин послушно поднялся, взял мои пакеты и потянул меня в сторону очередного магазина.

Глава 11

* * *

Из ванной доносился шум воды, а я, не в силах справиться с творческим порывом, сидела на кровати с ноутом на коленях и быстро печатала. Когда Марсден появился и подошел ко мне, чтобы поцеловать в шею, я лишь нетерпеливо дернула плечом.
— Подожди, — пробормотала я, стремясь не упустить мысль.
Тут же почувствовала, как с моей головы стащили полотенце и попытались развязать пояс халата, но, несмотря на тут же проснувшееся желание, я все равно зашипела на блондина, чтобы он не мешал.
— У меня огромное желание отобрать у тебя компьютер и выкинуть его в окно, — пробормотал он, но отошел.
— Я думала, мы обо всем договорились, — мрачно уставившись на Марсдена и все-таки отвлекшись, заметила я.
— Помню, но ничего не могу с собой поделать, — пожал он плечами. — Никогда не думал, что буду ревновать к технике.
Я пыталась не думать о том, что раз он ревнует, пусть и к компьютеру, то автоматически любит, ведь эти два чувства испокон веков идут рука об руку.
— Мне осталось совсем немного, — примирительно улыбнулась я. — Давай встретимся внизу.
— Через час?
— Хорошо, — согласилась я, взглянула на часы и опять погрузилась в работу.
Марсден еще какое-то время бродил по номеру, отвлекая меня своим видом, ароматом и самим фактом существования, но работа взяла верх, и я снова уткнулась в компьютер. Звук хлопнувшей двери услышала краем уха, мельком посмотрела на часы и дала себе мысленную установку закончить минут через пятнадцать, если хочу успеть к назначенному времени. Увы, очнулась я лишь через полчаса, поэтому сборы проходили в экстренном режиме. Впрочем, мне было не привыкать одной рукой краситься, а второй пытаться соорудить на голове прическу.
В результате, макияж удался, а вот волосы отчаянно пересохли и торчали в разные стороны спутанными локонами. Понимая, чтобы исправить ситуацию — придется вновь принимать душ, выбрала один из двух привычных вариантов. Гладкая прическа не подходила, а вот кудри на удивление получились. Оставшись довольной своим внешним видом, я влезла в платье и туфли, полюбовалась еще раз на кольцо, которое больше и не думала снимать, сняла кулон, не подходящий к платью, добавила на кожу несколько капель духов и вышла из номера.
С блондином мы договорились встретиться в холле ресторана, но я никак не могла заставить себя пройти последние десять метров. Старинное здание, антикварная мебель, внушительная звездность, потому и обслуживание, и публика были соответствующими. Харфорд был небольшим городом, но удачно располагался на пересечении нескольких туристических маршрутов. В нем было несколько гостиниц, но взыскательному вкусу и требованиям обеспеченных постояльцев отвечала только эта.
Ко мне вернулась нерешительность, про которую, как думала, я успела позабыть. До сих пор не любила публичности и большого скопления народа. Все это ассоциировалось с необходимостью притворяться, улыбаться, делать вид, что у меня все в порядке, и неважно, что происходило в душе. А ведь я была уверена, что давно искоренила робость. Но одно дело ужинать в маленьких семейных ресторанчиках, совсем другое — здесь. Я умела себя вести так, как было принято в обществе, но все равно чувствовала не в своей тарелке. Когда мы с Марсденом заселялись, я как-то не обратила на все это внимания, думая совершенно о другом, а сейчас… Понимала, что шикарно выгляжу, причин для пробуждения старых привычек нет, но все равно ощущала себя скованно. Появилось отчаянное желание развернуться и уйти. Не знаю, сколько я боролась сама с собой, прежде чем услышала вкрадчивое:
— Мне нравится. Очень.
Поддержка Марсдена, одно его присутствие рядом было необходимо, как воздух. Напряжение отпустило. Горячее дыхание обожгло шею, отчего у меня привычно подкосились ноги, а руки Марсдена обняли меня за талию. Отклонившись назад, уперлась головой в его грудь и вдохнула сводящий меня с ума аромат.
— Что именно? — уточнила я, чуть повернув голову. Блондин рядом, значит, можно расслабиться и позабыть про страхи.
— Все, — уверенно заявил блондин, быстро целуя меня в губы. — Но еще сильнее меня интересует, что под платьем.
— Я, — честно призналась.
— И все?
Я почувствовала, как руки заскользили по ткани наряда, пытаясь нащупать белье, но лишь усмехнулась. То, что я прикупила в магазине, выглядело и ощущалось настолько невесомым, что Марсден вряд ли сможет определить, что к чему. По тому, какое на его лице появилось озадаченное выражение, осознала, что не ошиблась с выбором.
— Ничего, я подожду, — усмехнулся он, снова поцеловал меня, а потом отстранился и осмотрел со всех сторон.
— И как оно? — хмыкнула я.
— Чувствуется некоторая незавершенность образа, — вдруг заявил он, а я нахмурилась.
Что это еще за заявки? То говорит, что я хорошо выгляжу, и тут же противоречит сам себе. Разозлившись, я выдернула руку и направилась ко входу в ресторан. Мы планировали есть, не зря же я наряжалась. Даже блондин со своими комментариями не помешает мне получить удовольствие от еды, а готовили здесь по его словам, прекрасно.
Марсден снова обнял меня сзади, прижал к себе, а когда я протестующе фыркнула, быстро поцеловал в шею. Когда я немного расслабилась и разомлела, почувствовала холод металла на ключицах.
— Это еще что? — невольно вырвалось у меня.
— Месть за то, что не позволила купить тебе платье. Мне пришлось поломать голову, чтобы найти то, что подходило бы к любому наряду, — шепнул мне на ухо Марсден, чуть подтолкнул вперед, чтобы мы оказались напротив большого зеркала, и заставил посмотреть на себя.
— Так нечестно.
— Кто-то говорил, что я буду играть по правилам?
Я ничего не ответила, просто стояла и рассматривала себя в зеркале. Не знаю почему, но сейчас мне казалось, я нереально красива и вообще шикарно выгляжу. Бирюзовое шелковое платье ниспадало почти до пола, открывая лишь золотистые босоножки. Вместо лямок верх платья удерживал золотистый шнур, который переходил на лиф, обхватывал грудь на греческий манер и подчеркивал талию. Волосы крупными кольцами прикрывали шею. Кроме кольца на пальце, других украшений не было. Но и оно казалось слишком вызывающим для изящного наряда.
Я молчала и трогала пальцами кулон, теперь украшавший мою грудь. Тонкий витой золотой шнурок, на котором расположился цветок. Крупный, с лепестками, усыпанные разноцветными камнями и большим — в центре. Я не знала их названий, могла только предположить? что фиолетовый, например, аметист, а синий — сапфир. И поняла, что не удивлюсь, если окажется, что Марсден купил украшение там же, где кольцо. Я не видела этот кулон, мы «выбирали» кольцо, но по тонкости исполнения, тому, что цветок казался живым, предположила, оба украшения делал один мастер.
Я резко выдохнула, продолжая гладить пальцами лепестки, которые походили на радугу с каплями росы, и не могла понять, как мне реагировать. Кольцо было необходимо для «дела», и я приняла его более-менее спокойно, но это… было уже чересчур. Словно мы и правда были парой, а блондин имел планы на длительные отношения, раз делал подобные подарки.
— Не стоило…, — начала я срывающимся голосом.
— Лена, — перебил меня Марсден. — Если тебе не нравится, то можешь поменять, хотя мне кажется, украшение идеально подходит. Если ты против по какой-то другой причине, то скажи сразу. Просто я видел твой кулон, на нем похожий растительный орнамент, но мне показалось, что ему не хватает завершенности и красок. Хотел подарить нечто похожее, и в то же время совершенно иное. Я надеялся, ты обрадуешься…
— Не уверена, что могу принять такой подарок, — прошептала я, пряча взгляд.
— Но кольцо ты взяла? — заметил блондин.
— Так это было для дела, — повторила свои мысли и вскинула голову.
— Вот как? — Марсден усмехнулся, развернул меня к себе и быстро поцеловал. — Так и это для дела и необходимо для ужина в подобном обществе. Посмотри, даже я надел костюм.
Против такого аргумента было сложно устоять, а, может, я просто искала причину, чтобы оправдать свое желание носить не только кольцо, но и кулон, в который успела влюбиться. Да и Марсден в костюме выглядел сногсшибательно. Впрочем, я была готова согласиться на все, даже будь он в привычных для меня джинсах и футболке.
— Раз для дела, то это все меняет, — пробормотала я, надеясь, что моя капитуляция не выглядит слишком быстрой. — Кстати, ты тоже выглядишь неплохо.
— А я рассчитывал на совсем другой эффект, — демонстративно вздохнул блондин. — Что настолько произведу на тебя впечатление, что ты станешь покладистой и на сегодня забудешь про компьютер.
— Подкуп?
— Только на эту ночь, — прижав руку к груди, заявил Марсден.
— Одну ночь я выдержу, — улыбнулась я.
Ответом мне стал еще один умопомрачительный поцелуй, а затем Марсден потянул меня в сторону ресторана.

* * *

Это был самый романтичный ужин в моей жизни. В хрустальных бокалах играли отблески свечей, отражаясь в рубиновом вине, звучала негромкая музыка, а тонкие ароматы цветов и искусно приготовленных блюд витали по залу. Но я не обращала на все это внимание. Я видела только Марсдена, тонула в его глазах, и сходила с ума с ума, когда он время от времени касался моей руки и гладил пальцы. Все происходящее: проблемы с домом, проклятие, неуверенность в завтрашнем в дне, ушло куда-то далеко-далеко. Как и тогда, у камина, существовали только двое. И все. Больше никаких посетителей, официантов, музыкантов. Я и Марсден. Одни во всем мире.
— Потанцуем? — вдруг предложил он, и я молча поднялась, приняла предложенную руку и, как завороженная, пошла с Марсденом.
Взгляд туманился, сердце сходило с ума, от прикосновений блондина ощутимо потряхивало, и я едва могла следовать музыке и подчиняться партнеру. Несмотря на происходящее волшебство, в голову лезли самые разные мысли, и, чтобы избавиться от них, я прислонилась к груди Марсдена, прикрыла глаза и просто в очередной раз вдохнула любимый запах. Словно почувствовав мое настроение, блондин отвел меня в сторону, чтобы я могла придти в себя, не мешая остальным посетителям ресторана.
— Лена, — тихо позвал он меня. — Посмотри по сторонам.
Мне не хотелось открывать глаза, но я сделала это, чтобы в следующую секунду споткнуться от неожиданности.
Мы оба приехали в гостиницу вовсе не для романтического ужина, а чтобы умудриться поймать очередной глюк. Как мы того и хотели, прошлое настигло нас, но я готова была проклинать все на свете, словно и не сетовала не так давно, что нельзя заказывать видения по желанию.

* * *

… Рис нервничал, хотя и не подавал виду. Сегодняшнее происшествие не шло из головы, как и неожиданная скрытность невесты. Зачем? Рису всегда было интересно, чем мотивирован тот или иной поступок, а разобраться в причинах, когда ставшее привычным поведение так резко меняется — тем более. Элена… дороже нее никого не было. И тем более странным все казалось в свете предстоящей свадьбы и проведенной вместе ночи. Разве у невесты могли остаться от него секреты? Магия. Она уже не пугала Риса. А если все дело в другом мужчине? Маловероятно, но возможно. Увы, пока они не обвенчались, он не мог заявить на Элену никаких прав, оградить ее от всего мира, досконально выяснить все происходящее в ее жизни. А что если и правда был или есть некий мужчина? Ревность… впервые в жизни она сбивала с ног. Обычно Рис смотрел на это проще, даже использовал подобные факты со стороны своих любовниц, как повод для расставания. Но представив на мгновение, что его Элены касается другой… Рис сжал пальцы, отчего бокал треснул, хотя и не разлетелся осколками, что уже хорошо. Кивнув официанту, Рис поставил бокал на поднос и взял новый, залпом выпив очередную порцию вина.
До сегодняшнего дня у него даже мыслей таких не появлялось, а теперь он искал подтверждения, окидывая взглядом каждого мужчину, кто находился в зале. Проблема была в том, что сама Элена еще отсутствовала. Они успели поздороваться, позволив себе легкое прикосновение, но потом девушка ушла. Рис припомнил, что она выглядела немного рассеянной, казалась далекой, явно взволнованной, а взгляд прятала. Вместо того чтобы как обычно пытаться задержаться рядом с ним как можно дольше, невеста покинула его, не прошло и минуты. И это так не походило на нее!
— Все в порядке?
Алиса, как и всегда, безупречно выглядящая, шикарно одетая и с неизменной легкой полуулыбкой подошла к нему, но в голосе звучало беспокойство. Рис бросил взгляд на леди Харгарес и, едва удерживаясь от желания сказать грубость, процедил:
— Где Элена? Ты обещала присматривать за ней!
— Прости, — обиженно заявила Алиса, — но я ей не нянька. Встретила со всем радушием, но она отказалась даже говорить со мной. Пробормотала что-то неразборчивое и присоединилась к отцу.
Алиса была прекрасна, пылала справедливым возмущением и даже не пыталась его скрыть. Рис извиняюще улыбнулся, вновь поменял бокалы у официанта и церемонно поцеловал Алисе руку.
— Я скучаю по тебе, — тихо призналась Алиса. — Знаю о твоем решении и принимаю его, но надеюсь, ты передумаешь.
— Нет, — покачал головой Рис. — У меня будет та семья, о которой большинство представителей аристократии не могут и мечтать, и чем не могли похвастаться и мои родители. Брак, основанный на любви и доверии, дети, с рождения обласканные вниманием и заботой…
— Ты уверен в избраннице? — так же тихо спросила Алиса.
— Я верю ей больше, чем самому себе, — заявил Рис, забирая у леди Харгарес бокал, к содержимому которого, она, судя по всему, даже не прикоснулась, и выпивая единым махом.
— Дай-то бог, чтобы так все и было, — пробормотала леди Харгарес, нахмурившись.
— Ты знаешь что-то, чего не знаю я? — резко спросил Рис, сразу же понизил голос, потому что на его возглас осуждающе обернулись некоторые из приглашенных. — Пойдем в сад, — быстро сказал он. — Здесь слишком много людей.
Сад, как и сам особняк, в честь праздника был довольно интересно оформлен. Бросалось в глаза, что мэр не поскупился на обстановку. Все дорожки подсвечивались специально изготовленными по такому случаю на заказ лампами, в которых горели свечи, в разных уголках сада располагались небольшие шатры, в которых стояли столики с расставленными на них закусками и напитками и играли музыканты. Поэтому не удивляло, что половина приглашенных с удовольствием прогуливались по тропинкам, наслаждаясь вечерней прохладой, ароматом цветов и приятной компанией. Рис усмехнулся, когда его взгляд отметил несколько парочек, что решительно сошли с тропинки и удалились в глухую часть сада. А когда и они с Алисой отошли на достаточное расстояние от дома, то чуткий слух мужчины уловил и страстные вздохи.
— Наверное, надо было оставаться и разговаривать в доме, — хмыкнул он, кивнув в сторону кустов.
— Зато здесь свежий воздух, не накурено, а до нас никому нет дела, — пожала плечами Алиса и обняла обнаженные плечи руками.
— Замерзла? — не дожидаясь ответа, Рис помог Алисе накинуть на плечи шаль.
— Приятно видеть, что ты не растерял галантность, после того, как встретил Элену. Мне казалось, что отныне твоя забота распространяется только на нее, — заметила Алиса.
— Насколько я помню, оснований для подобных выводов я не давал.
— Согласна, просто я никак не могу… Рис, — Алиса повернулась и встала лицом к нему. — Прости, я безумно завидую твоей невесте и даже немного ревную. Ведь ты не только покинул мою постель, но и наказываешь невниманием. От скольких приглашений ты отказался, если узнавал, что Элены не будет на том или ином приеме? Она заслонила для тебя все развлечения и интересы. Не могу не признаться, но меня крайне беспокоит такое положение дел.
— Алиса, что ты скрываешь? — прищурился Рис, когда отметил, что при упоминании Элены бывшая любовница не осмеливается смотреть ему в глаза. И дело было не в ревности. Алиса смирилась с его решением и после той ночи, когда они простились, ни разу не попыталась его соблазнить, хотя, Рис видел, он все еще небезразличен ей. Так что, дело было в чем-то другом. — Алиса?!
— Рис, — леди Харгарес вздохнула и стянула шаль на груди. — Не хотела тебе говорить, но мне кажется, Элена не так проста и наивна, как кажется на первый взгляд. Ты знаешь, что она увлекается магией?
— Сегодня узнал, — процедил Рис, — но меня это не пугает. И в чем же заключается ее корысть? Только не лги мне Алиса!
— Я не уверена, что она любит тебя так же сильно, как ты ее, — немного помолчав, тихо сказала леди Харгарес. — Ты просил, и я сблизилась с ней, чтобы помочь влиться в общество, обучить необходимым вещам, про которые она пока не имеет представления, помочь с подготовкой к свадьбе, ну и немного раскрепостить. Вынуждена признаться, что даже подарила ей несколько книг… Ты знаешь, о чем я говорю, — улыбнулась Алиса, да и Рис не выдержал и сам вспомнил их с Эленой ночь. — Но, я женщина, Рис. Влюбленная в тебя до сих пор, и вижу, когда человек неискренен. А еще мне не понравилось, с какой настойчивостью она узнавала о твоем состоянии, хотя и пыталась это маскировать.
— И что ты ей сказала?
— Только общеизвестные факты. Но Рис, она с тем же интересом расспрашивала о состоянии других холостяков. Мне очень не хочется тебе это говорить, но ты уверен, что ей нужен именно ты, а не твои деньги? К тому же, ее отец очень любит играть в карты.
— Элена спит и видит, как избавиться от опеки отца, — заявил Рис.
— Ты уверен? — уточнила леди Харгарес. — Тогда, как объяснить, что лорд Даер бывает в их доме ежедневно?
— Откуда сведения?
— Я знаю все, что происходит в этом городе, — с горечью усмехнулась Алиса. — Рис, я готова ради тебя на все, и ты это знаешь. Но Элена… Мне кажется, она что-то скрывает.
Рис молчал, не знал, что ответить. Он до безумия любил свою невесту, но ее поведение сегодня днем, когда она явно не ожидала его визита, безликость комнаты, а теперь еще и слова леди Харгарес… Верность Алисы проверена и доказана годами, он доверял ей целиком и полностью, да и клятва была ею принесена серьезная, а Элену знает несколько недель… Все это в совокупности невольно пробудило подозрения и сомнения. Не ошибся ли он, когда пренебрег всеми правилами, согласился на все условия отца Элены и подписал уже несколько ссуд на его имя. Ссуд, которые тот мог не возвращать. И все ради того, чтобы Веспар согласился на скорую свадьбу. Похоже, Рис совсем обезумел, раз позволил чувствам взять вверх над разумом.
— Я влюбился в нее с первого взгляда, — тихо сказал он. — И с того дня могу думать только о ней. Ее образ стоит перед глазами, я мечтаю о встрече. Веду себя, как несдержанный юнец, который никогда не знал женщины. Алиса, мы были вместе, но это нисколько не утолило страсть, лишь распалило ее.
— Ты спал с ней? — резко спросила Алиса.
Рис не стал отвечать и отвел взгляд. Почему-то сейчас, после разговора с Алисой, он чувствовал себя дураком, которого обвели вокруг пальца. Машинально рассматривая пары, прогуливающиеся по саду, Рис испытывал желание разыскать невесту и выяснить все от и до.
— Рис, — позвала его Алиса.
Марсден повернулся, попытался растянуть губы в улыбке, но ничего не вышло. Тогда он снова уставился поверх головы Алисы, старательно успокаиваясь, когда заметил знакомую фигурку в не менее знакомом платье. Да и волосы, прическа… Сомнений не было, чуть дальше на одной из дорожек находилась Элена. И только Рис сделал первый шаг, желая приблизиться, как остановился, словно вкопанный. К его невесте подошел лорд Даер, протянул девушке бокал вина, который она сразу же пригубила, затем предложил руку, и они направились вглубь сада.
— Рис?
— Позже, — резко оборвал он Алису, отодвинул ее в сторону и решительно направился следом за невестой.
Рис не понимал, что сейчас сделает. Ревность совсем затуманила разум. Наверное, для начала убьет Даера, и неважно, какие именно виды он имеет на Элену. Просто за то, что он посмел коснуться ее…
— Рис!
Марсден недовольно остановился, потому, как путь ему преградила Алиса, причем настроенная весьма решительно. Не обращая внимания, что ее поведение может привлечь к ним внимание, леди Харгарес едва не зашипела:
— Успокойся! Не глупи! Не верь глазам, сначала проверь подозрения. Если ты ошибся, то не сделаешь глупость сгоряча, а если прав — избежишь огромной ошибки. Позволь я буду рядом и помогу тебе, как и всегда.
Рис посмотрел на Алису, признавая ее правоту и старательно успокаивая отчаянно бьющееся сердце. Черт подери! Она говорит дело! Ревность убивает, но если она беспочвенна, он только перепугает невесту и непонятно, простит ли его Элена, не говоря уже о том, что за убийство лорда он может оказаться в тюрьме, и тогда все усилия и мечты о счастливой семейной жизни пропадут втуне.
— Хорошо, — процедил он и снова направился в ту сторону, где скрылась Элена и Даер.
Рис потерял счет времени, пока отчаянно пытался найти невесту. Как ни странно, но та безумная злость ушла, оставив вместо себя холодный расчет. Марсден планомерно обшаривал весь сад, не обращая внимания на то, что успел потревожить несколько парочек, которые удобно расположились в беседках и не всегда в глухой части сада. Алиса не отставала, хотя и держалась позади, но за все время они оба не проронили больше ни слова. Как и Марсден, при желании, леди Харгарес могла двигаться почти бесшумно, а ее платье винного цвета не сильно выделялось среди листвы. И когда Рису показалось, что он нашел Элену, услышав ее голос, то решительно направился в ту сторону, а Алиса поспешила следом.
Ажурная беседка затерялась среди сада, ее увивали клематисы и жимолость, практически скрывая от любопытных глаз все, что происходило внутри. И если бы не возглас Элены, Рис никогда бы не понял, что невеста находится там. Проблема заключалось в том, что Марсден видел, его невеста наедине с посторонним мужчиной, ушла по своей воле и вовсе не пытается избавиться от нежелательной компании.
Рис шагнул вперед, остановился в нескольких метрах и весь обратился вслух. И ему очень не нравилось, что он слышал. Звуки поцелуев, шелест одежды, неразборчивые ласковые слова. Сердце Риса пропустило еще один удар, он пересек оставшееся расстояние и оказался на пороге беседки. Не хотелось верить собственным глазам, но в беседке действительно находилась его невеста и Даер. Мало того, лорд довольно смело ласкал грудь Элены, а она, прикрыв глаза, сидела у него на коленях и, казалось, наслаждалась ласками. А когда мужчина потянулся к ней, чтобы поцеловать и вовсе откинула голову и приоткрыла губы, чтобы ему было удобнее.
Любовники были настолько увлечены друг другом, что появление Риса осталось незамеченным. Марсден на мгновение прикрыл глаза, а потом… почувствовал, как Алиса взяла его за руку и потянула прочь. Рису было все равно. Первоначальное желание убить любого, кто даже посмотрит на невесту, сменилось дикой апатией и осознанием, что Алиса была права. Элена не любит его и хорошо, что истинность ее намерений выяснилась сейчас, а не когда стало бы поздно. Все пустое. Желание жениться по любви оказалось романтичным бредом, свет невесты померк в один миг, а жизнь потеряла смысл. Та, кого он боготворил, оказалась обычной шлюхой. Видно поэтому она и расспрашивала Алису о состоянии некоторых холостяков. Искала себе партию повыгоднее… Меркантильная гадина.
Рис шел обратно в особняк, ничего и никого не видя. Желание разгромить все вокруг боролось с пренебрежением к той, ради которой он готов был пойти на преступление…
— Рис, — голос Алисы пробился через туман в голове, заставил остановиться и посмотреть на бывшую любовницу. — Умоляю, не делай глупостей.
— Успокойся, Алиса, — усмехнулся Рис. — Она того не стоит. Знаешь, я, пожалуй, поеду домой, что-то мне совершенно не хочется веселиться.
— Даже не попытаешься с ней поговорить? — тихо уточнила Алиса.
— А смысл? — подал плечами Рис. — Услышать очередную ложь? Не хочу. Все кончено. Свадьбы не будет.
Лорд Марсден развернулся и довольно скоро скрылся, оставив Алису стоять на дорожке сада.

* * *

Сначала я не поняла, что происходит, а потом обнаружила, что щеки мокрые, и я почти ничего не вижу из-за слез. Мы с Марсденом находились на дорожке в саду, хотя я не могла точно вспомнить, как мы покинули здание гостиницы. Скорее всего, следом за Рисом, но как все было на самом деле… Зато я помнила все остальное. Помнила, прочувствовала все эмоции Риса, как свои и не могла поверить, что Элена могла оказаться такой, как предстала взгляду.
Не в силах справиться с волнением, ища поддержки, я уткнулась в грудь Марсдену и тихо плакала. Чувствовала, как его руки успокаивающе гладят мне спину, волосы и лишь еще сильнее расклеивалась. А потом слезы закончились, и я затихла. Мне было плохо, надо было бы обсудить глюк, но сил на это не осталось. Вечер, что так хорошо начался, превратился в кошмар. И хотя очередное видение вновь не давало толковых ответов на вопросы, и лишь сильнее запутало ситуацию, я понимала, мы совсем приблизились к разгадке. Но видеть, как корчится в муках любовь, о которой многие могут лишь мечтать, вгоняло в депрессию. Я цеплялась за блондина, как за спасательный круг, и радовалась, что он не гонит меня прочь.
— Марсден, — прошептала я. — Давай уйдем. Не могу здесь оставаться.
— Конечно, — придерживая меня за талию, Марсден повел меня обратно, и мы поднялись в свой номер.
Скинув босоножки, я сразу скрылась в ванной, смыла с себя косметику и побрызгала в лицо ледяной водой. Увы, особо это не помогло. Выглядела я все равно жалко, что особенно подчеркивал шикарный наряд и драгоценности. Вздохнув и попытавшись расчесать волосы, я вернулась в спальню и остановилась в нерешительности. Марсден успел снять пиджак, расстегнул рубашку и сидел на кровати. Когда я появилась, он встал, подошел ко мне и снова обнял. От знака подобного участия вновь хотелось заплакать, но я осознавала, слезы не помогут. Поэтому уткнулась мужчине в грудь, положила ладонь на кожу, чтобы ощутить, как бьется сердце, и затихла.
— Лена, — позвал он меня через пару минут, когда я окончательно успокоилась.
Я подняла голову, посмотрела на него, снова утонув в голубых глазах. Привстала на носочки, чтобы дотянуться до губ и поцеловала. И опять потерялась в реальности. После увиденного, мне так нужны были тепло и прикосновения блондина. Только они были способны отогнать туман из разочарования, апатии, недоверия и страхов. История Риса и Элены начала слишком сильно влиять на меня, я чувствовала, что скоро начну жить их эмоциями, а учитывая последнее видение, это не могло привести ни к чему хорошему. Я с отчаянной решимостью была настроена не допустить их сценарий.
— Марсден, — пытаясь восстановить дыхание, когда поцелуй прервался, простонала я. — Заставь меня забыть о том, что мы видели. Любыми путями. Я сойду с ума, если начну сейчас думать о том, что Элена могла его предать.
— А ты не думай, — посоветовал Марсден. — И знаешь, меня уже начинает немного напрягать, что в моих объятиях ты говоришь о другом мужике.
— Так заставь меня не думать, — жестко заметила я, на этот раз целуя его почти грубо, да еще слегка прикусив губу.
— Даже так? — усмехнулся блондин, но я уверенно встретила его взгляд.
Он отпустил меня, отошел на пару шагов и окинул внимательным взглядом. Я молчала, но сердце забилось так часто, что в груди стало больно. Время шло, но Марсден ничего не предпринимал, лишь рассматривал меня, но и этого хватало, чтобы дыхание сбилось, а тонкий шелк платья показался недостаточной преградой, чтобы спрятаться. Подаренный кулон обжигал кожу, а тонкий золотой шнур показался тяжелой цепью. Я и сама уже была не рада, что спровоцировала блондина. Подозревала, он планирует предпринять нечто необычное, но еще бы знать что!
А Марсден, он вдруг улыбнулся, словно приняв решение, снова приблизился и ленивым движением потянул за лямку платья, спуская ее с плеча. Я замерла, не совсем понимая, как реагировать на такой подчеркнуто равнодушный тон, уверенные движения, отсутствие тепла… И все равно, даже такой Марсден воспламенял мою кровь, и я не стала любить его меньше.
Прошло какое-то время, и блондин окончательно распутал шнурок, что служил одновременно лямками и поясом, и вновь отошел, окидывая меня взглядом. Я еле стояла на ногах, а платье держалось на теле непостижимом образом. Достаточно было лишь немного потянуть вниз, чтобы оно упало, и именно это и сделал Марсден.
Скользя по коже, шелк прошелестел на пол бирюзовым ворохом, оставив меня в одном белье.
— Сюрприз? — приподнял бровь блондин, и я кивнула. — Мне нравится.
Глаза Марсдена потемнели, но именно такого эффекта я и добивалась, когда выбирала комплект. Тончайшее голубое кружево с золотистой отделкой было настолько невесомым, что казалось на теле просто рисунком и могло порваться от неосторожного прикосновения. Я помнила, как надевала его. И сейчас не могла понять, хочу его сохранить или нет.
Быстрый взгляд на крепкие ладони блондина, что сейчас ласкали тело через ткань, решительное выражение лица Марсдена, и я поняла, белье не выживет… Жаль конечно…
Но ошиблась. Кружево с меня сняли очень осторожно, и на этом нежность закончилась. Марсден провел руками по телу. Его ладони спустились, подхватили под бедра, одним рывком подняли и прижали к телу. Я ахнула от неожиданности, но обняла блондина за шею и скрестила ноги на поясе. Мы продолжали молчать, отчего хриплое дыхание с обеих сторон казалось громом в тишине. Что уж говорить про биение сердец… На какой-то миг мне почудилось — они с легкостью могут исполнить роль набата.
Руки, сжимающие ягодицы, горячее дыхание, потемневшие глаза… Мы с Марсденом словно оказались в замедленной съемке, но все вновь изменилось в одну секунду. Блондин моргнул, нервно выдохнул, а затем отнес меня к стене и чуть ли не впечатал в нее… Я коротко вскрикнула, на мгновение испытав боль, будучи не совсем готовой, но именно это было мне сейчас необходимо. Чем жестче, тем лучше! Так, чтобы в голове не осталось ни единой разумной мысли! Очередной поцелуй оказался грубым до боли. Больше не осталось ни грамма нежности.
Удерживая меня на весу, Марсден двигался в каком-то диком ритме. Ни слов, ни ласк, ни нежных поцелуев. Одни инстинкты, жесткость, граничащая с грубостью, резкость движений. Но мне это нравилось! Я и сама напоминала себе сумасшедшую. Царапалась, кусала, требовала быть еще жестче, грубее… Я не поняла, когда в первый раз достигла пика. Тело превратилось в желе, мелко дрожало, а губы пересохли.
Я думала, что все закончилось, но свою ошибку осознала сразу, когда блондин опустил меня, заставил повернуться и опереться ладонями о стену. Его рука по-хозяйски накрыла грудь, стиснув ее до боли, а вторая легла на живот, делая контакт более полным. Я продолжала дрожать, но машинально выгнулась в спине. Очередное грубое вторжение восприняла как облегчение. Мне было это нужно! Дикий напор, полное и неоспоримое доминирование, игнорирование моих стонов. Хотя какие стоны… Хриплые вскрики, перемешивающиеся с тяжелым дыханием.
Когда пальцы Марсдена намотали мои волосы в кулак, снова вскрикнула, и оказалась на пике. Мужчина продолжал двигаться в том же ритме, волны удовольствия накатывали одна за другой, угрожая похоронить меня под их толщей, так что в какой-то момент я не выдержала. Если бы не руки блондина, наверняка рухнула бы на пол, но он удержал, продолжая казнить меня удовольствием.
Не знаю, как я не потеряла сознания и смогла не проронить ни звука, несмотря на безумие происходящего. Мало того, я смогла повернуть голову, посмотрела на него, но даже не подумала закрыть глаза, окончательно завороженная взглядом блондина, силой и яростью его движений, жгучими поцелуями и жесткими объятиями. И да, я не думала ни о ком, кроме Марсдена. Мир, в который раз сузился до него одного.
Когда он перенес меня на кровать, я лишь прижалась к нему и только тогда закрыла глаза, стараясь не думать, что он даже и не разделся толком.
— Не принесешь воды? — тихо попросила я через несколько минут.
Марсден поднялся, а я вытянулась на кровати, обняла подушку и натянула одеяло. Телом владела истома, мышцы приятно болели, губы припухли и пересохли, и, что самое главное, в голове не осталось разумных мыслей, кроме желания прижаться к блондину, заснуть в его объятиях, а проснуться от поцелуев.
— Держи, — Марсден протянул мне бокал, я привстала, благодарно улыбнулась, залпом выпила воду и отдала ему.
— Я в душ, — блондин поцеловал меня и скрылся в ванной, откуда послышался шум включенной воды.
Еще немного полежав, я покосилась на компьютер, но заставила себя не вставать к нему. Стоило блондину уйти, как мои мысли снова вернулись к Элене и Рису. Мне не верилось, что она предала его. Все это походило на грандиозную подставу, но Рис поверил! Как он мог? Ведь понятно с первого взгляда, что такая девушка, как Элена, и помыслить не могла о другом мужчине. Ревность? Неужели она способна застить все вокруг, закрывая глаза пеленой бешенства и недоверия? Может, — мрачно поняла я, припомнив, как чуть не сошла с ума, когда Марсден просто сидел рядом с Лиз. А если бы увидела, как он ее целует… Я бы убила обоих. Как Рис смог сдержаться и уйти — не известно, но я понимала, это еще выльется в срыв. Что же там произошло? Почему видение оборвалось в такой момент?
Что сыграло ключевую роль — неясно, но неожиданно мне в голову пришла одна идея. Быстро спрыгнув с кровати, я бросилась в гостиную и, внимательно прислушиваясь к шуму воды, достала из сумки фляжку с зельем и отлила его в бутылку с водой, которую Марсден видно перед этим достал из холодильника. Я уже заметила, что он постоянно пьет воду, особенно после душа и секса. Поэтому все должно сработать, и если не сейчас, то позднее… Услышав, что в ванной стало тихо, быстро засунула зелье в сумку и успела вернуться в кровать в тот момент, когда Марсден открыл дверь. Лежа на кровати, я осторожно следила за блондином, а когда он подошел к столу, налил себе воды из бутылки и выпил, обрадовалась. Теперь я точно выясню, какие чувства у блондина ко мне, чтобы не попасть впросак, как Рис и Элена. Да, я отчаянно хотела хоть какой-то конкретики!
Но, судя по тому, каким предвкушением блестели его глаза, на уме у Марсдена было продолжение начатого.

* * *

Я задумчиво вырисовывала узоры на его груди, любуясь блеском бриллиантов на кольце, когда поняла, что прошло уже достаточно времени, чтобы зелье начало работать. А значит, пора было вызвать блондина на откровенность. И да, было немного стыдно, но мне нужна была правда. Да и самой хотелось быть честной. Просто расставить все точки в нужных местах, пока ситуация не зашла слишком далеко. Марсден снова сжал меня, и я недовольно поморщилась, все же секс получился жестковатый, и завтра я, скорее всего, найду несколько синяков на теле. Хотя это была новая грань того, что я уже испытала, и она мне понравилась. Боже мой, меня все сильнее кружил водоворот под названием Тайриз Марсден, а бороться с его яростью и притяжением совершенно не хотелось…
— Прости, — вдруг сказал блондин, я подняла голову и вопросительно посмотрела на него. — Я был немного груб.
— А мне понравилось, — призналась я. — И даже не против повторить. Немного позже…
— Просто твои слова…, — продолжил, словно не услышав меня, блондин. — Чуть с ума не сошел, когда мне показалось, что ты снова хочешь использовать меня в качестве средства для достижения своих целей.
— Не поняла, — нахмурилась я.
— Хотелось выбить из твоей головы все мысли про других мужиков, — буркнул Марсден, сел на кровати и снова притянул меня к себе. — И мне надоело, что ты используешь меня, чтобы вызвать видения. Ощущаю себя подопытным животным, потому как соглашаюсь на все, чтобы получить возможность снова быть с тобой.
— Знаешь, — хмыкнула, устраиваясь удобнее. — Я подумала… То, что мы оба психи, я уже не спорю, но если посмотреть на все происходящее со стороны… Мы с тобой занимаемся сексом, ловим глюк, перемещаемся в следующее место, и все прочее в том же духе. И дело не в том, что вся ситуация странная до жути, хотя и нужна для дела, но… Все равно от всего этого пошлостью веет…
— Лена, — Марсден взял меня за подбородок, заставил посмотреть на него и с непонятной серьезностью в голосе уточнил. — Я согласен, ситуация не рядовая, и мы вроде на нее согласились, но что может быть пошлого в любви?
— А это любовь? Между нами? — никогда не думала, что перестану дышать в ожидании ответа.
— А у тебя есть сомнения? — ответил вопросом на вопрос Марсден.
Я смутилась и попыталась отвернуться, но блондин мне этого не позволил. Продолжая пристально вглядываться в мое лицо, он поглаживал рукой спину, и это сильнее вносило смуту в голову. Я уже и сама была не рада, что подлила ему зелья, поделилась своими мыслями, но Марсден ждал, и я понимала, без ответа он меня не отпустит.
— Я могу говорить только за себя, — наконец, тихо сказала. — Но в последнее время мне кажется, я слишком много болтаю.
— Так сложно признаться, что влюблена? — усмехнулся он.
— Вовсе нет, — заметила я. — Только, всегда считала, что инициатива должна исходить от мужчины.
— Получается, что, если я сейчас признаюсь в том, что люблю тебя, схожу с ума и хочу, чтобы ты всегда была рядом, ты, так уж и быть, ответишь мне: «Я тоже»?
— Примерно, — нервно выдохнула я.
— Что ж, пусть будет инициатива. Только давай сразу продвинемся еще дальше, — хмыкнул он и неожиданно добавил. — Выходи за меня замуж?
— Я серьезно, — обиделась я, а внутри все затрепетало.
— По мне похоже, что я шучу?
— Я уже ничего не знаю, — растерянно призналась я. — Но думаю…
— Раз уж ты укорила меня в безынициативности, то думать буду я, — решительно заявил блондин, опрокидывая меня на кровать и нависая сверху. — И кстати, я знаю беспроигрышный способ получить ответ.
— Какой? — прошептала я, все еще не веря в происходящее.
— Сейчас покажу, — с угрозой и предвкушением пообещал Марсден.

Глава 12

* * *

Гостиницу я покидала невероятно счастливой. Состояние полного отрыва от реальности. Марсден был рядом, постоянно обнимал, целовал меня, а я только глупо улыбалась, то и дело поглаживая оба кулона, и посматривая на кольцо, украшавшее палец. Неожиданно, фальшивый символ помолвки стал настоящим, но я все еще не могла в это поверить. По крайней мере, я была уверена в одном, блондин действительно не равнодушен ко мне. Даже не так! Любит, если верить его словам. Но в этом была и проблема. После того, как выпил зелья, Марсден не мог лгать, а я, наконец, откровенно призналась в своих чувствах к нему. Можно сказать, он заставил меня кричать эти слова. Снова и снова, как и согласие выйти за него замуж.
Когда я в первый раз призналась, плотину из неуверенности и страхов прорвало окончательно. С наслаждением повторяла эти слова вновь и вновь и слышала их же в ответ. Меня все еще продолжало терзать чувство вины потому, что я пошла на такой шаг, поэтому, когда мы сели в машину, чтобы вернуться в особняк, я решилась во всем сознаться. Просто очень не хотела, чтобы между нами стояла эта ложь. И без нее у нас в жизни было достаточно проблем из-за прошлого.
— Марсден, хотела тебя кое о чем спросить, — тихо начала я, и, когда получила в ответ улыбку, немного оробела, но решительно выпалила. — Точнее, признаться.
— Это уже интересно.
— Дело в том… Та вода, что ты вчера пил… Я подлила в нее зелья, чтобы выяснить, как ты ко мне относишься, — понурилась, боясь услышать отповедь и претензии или, что еще хуже, отповеди и рыка убираться из машины и жизни блондина.
— Ну, значит, эта идея пришла в голову не только мне, — заметил Марсден, заводя двигатель, а я потрясенно взглянула на него.
— Что?
— Мне надоело, что ты постоянно скрытничаешь и ведешь себя так, словно я для тебя не больше, чем случайный любовник, вот и решил узнать, что к чему. На Лиз мы настойку опробовали, так что…
— Как ты мог?!
— А ты? — хмыкнул блондин, и я невольно улыбнулась, потянулась к нему за поцелуем, пользуясь тем, что он остановился у стоп-линии, как неожиданно зазвонил телефон.
Я вернулась на место, Марсден ответил на звонок, долго слушал, что ему говорили, при этом посматривая на меня, а затем попрощался. Ничего не говоря, он проехал полквартала, припарковался у обочины и повернулся ко мне.
— Звонил мой человек, который занимался твоим происхождением.
— И что? — нервно перебила я блондина.
— Думаю, тебе надо услышать это самой. Он уже в Харфорде, и мы встретимся через полчаса в ресторане неподалеку.
— Марсден!
— Нет, Лена. Я ничего не буду тебе говорить. У него все документы, доказательства и остальные бумаги. Подожди полчаса.

* * *

Это были самые долгие тридцать пять минут ожидания в моей жизни. Радовало только то, что Марсден был рядом, не отпускал мою руку, а в ресторане, в который мы приехали, отсутствовали посетители. Точнее, было несколько пар, но они довольно быстро ушли, оставив нас втроем.
Я сидела напротив симпатичного русоволосого молодого человека и не верила в то, что он говорил. Парня звали Райан и, несмотря на довольно юный возраст, он обладал потрясающим умением разыскивать любую информацию. И то, что она нашел, меня, мягко сказать, не радовало…
— Понимаю, вам неприятно это слышать, но я все перепроверил. Вас действительно удочерили в детстве, — мягко сказал он.
А я… рассматривала бумаги, что он привез, и понимала, никогда не поверила бы в подобное, если бы не доказательства.
— Но как? Это невозможно!
— У вашего отца было две жены. Точнее, с первой он не оформил отношения, но они жили вместе. Вы дочь его первой супруги, — в который раз повторил данные из документов Райан.
— Послушайте, — нервно рассмеялась я. — Это какой-то бред.
Вы можете спросить у них сами, — улыбнулся Райан, обменявшись с Марсденом взглядами. — Я лично разговаривал с вашими родителями и занимался архивами. Впрочем, имея отправные точки с обеих сторон, мне надо было только найти подтверждение, что они соединились, как и где это произошло.
— Не понимаю, — я снова покачала головой, глядя на документы и не видя их.
— Элена Веспар покинула Харфорд вместе с отцом. Не прошло и пары недель, как она вышла замуж за лорда Даера, и они отправилась во Францию, — терпеливо начал «разжевывать» мне Райан. — Проследить их передвижения удалось с трудом, но… скажем так, у меня есть нужные связи и, конечно, неограниченный бюджет, предоставленный господином Марсденом. Опустим их перемещения во Франции, но не вызывает сомнений тот факт, что в девяностых годах их прапра…
— Просто правнучка, — перебила я. — Извините, но у меня нет сил высчитывать сколько поколений было с тех пор.
— Хорошо, — улыбнулся Райан. — Их правнучка оказалась в России. Там у нее случился короткий, но бурный роман, в результате которого вы появились на свет. Простите, но имя настоящего отца мне узнать не удалось, но это и не было основной целью. Моя работа заключалась в отслеживании линии Элены Веспар и вашей.
— А как?…
— Ваш отчим официально не женился на вашей матери, но они жили вместе. Увы, семьи не получилось. Ваша настоящая мать была немного… странной и однажды просто ушла из дома, оставив вас, свидетельство о рождении и кулон. Так сказал ваш отец.
— Но почему? — я снова сжала медальон на груди, припоминая, как нашла его в вещах матери… мачехи, но она толком не могла ответить, откуда он появился. Тогда я попросила подарить мне его, она пожала плечами, и больше к этой теме разговора мы не возвращались. Я постоянно носила «побрякушку», по непонятной причине ставшей моим любимым украшением. А оказывается вот оно что. Это была единственная вещь, что осталась от родной матери.
— Этого я не знаю, — вздохнул Райан. — Когда родная мать отказалась от вас и ушла, ваш отчим был шокирован, но удочерил ее ребенка. А потом женился еще раз. Вам ничего не говорили.
— Санта-Барбара какая-то, — пробормотала я.
— Вот анализы крови ваши и ваших родителей. Я взял их из медицинских карт. Как видите, они не совпадают. Можно сделать тест ДНК, но это лишь подтвердит то, что я узнал.
Я смотрела, вновь и вновь перебирала бумаги и все еще не верила. Происходящее казалось сюжетом дешевого сериала, который, может, и смотрелся бы неплохо на экране, но только не в реальной жизни. Впрочем, все равно было непонятно, как потомок Элены оказалась так далеко от Харфорда. Родители оказались не родными. Это шокировало, но, учитывая наши отношения, многое становилось понятно. Почему я принимаю новость так спокойно? Хотя, нет. Мне было больно и досадно. С другой стороны, я давно осознала, что у них своя жизнь, а у меня своя. Прошло еще минут пять, и до меня окончательно дошло…
— Мне надо на воздух, — пробормотала я, поднялась из-за стола и вышла на улицу.
Неожиданно стало нечем дышать. То невероятное счастье, что я испытывала утром, испарилось, будто ничего и не было, только сияние кольца на пальце напоминало о произошедшем. Узнанное полностью отодвинуло историю Марсдена и его особняка на второй план. И все же, как мне реагировать на новость? Сил и желания для истерики не было. Но… Во мне, одновременно, боролись два человека: взрослая независимая женщина и маленькая девочка, которая припоминала все наказания в детстве и пыталась понять, происходило это от того, что я действительно была виновата, или родители просто не любили меня?
Нет, в глубине души я почти смирилась с тем, что являюсь потомком Элены, но подобного не ожидала. Думала, что ее дети непонятным образом оказались у меня на родине, а выяснилось… Хотя, да, ее правнучка действительно как-то попала в Россию, но это сейчас не важно. В подобную мыльную оперу поверить было невозможно, но бумаги не врали. Я вздохнула, осознавая, что разговор с «родителями» предстоит довольно конкретный, но… не сейчас. И не завтра. И даже не через неделю. Мне надо было успокоиться и переварить новость.
Чувствуя, что ноги не держат, я села на бордюр, обхватила себя руками и шмыгнула носом. Когда Марсден опустился рядом, восприняла отстраненно, лишь склонила голову, прижимаясь к мужскому плечу.
— Ты как?
— В шоке, — откровенно призналась я. — И пока не знаю, как на все это реагировать. Я не понимаю одного, почему они скрыли от меня все?
— Думаю, тебе надо успокоиться, придти в себя, и поговорить с родителями.
— Ты прав, но пока я не готова к этому, — озвучила собственные мысли и умоляюще посмотрела на блондина. — Увези меня куда-нибудь.
— Эм… вообще-то нам пора возвращаться, — сообщил Марсден. — Сегодня приедут менять окно в спальне. А надо еще добраться.
— Точно, — вздохнула я.
— Ты все еще не хочешь возвращаться в дом? — нахмурился блондин и предложил. — Давай, я сниму номер, решу вопрос с рабочими и вернусь, а ты оставайся здесь.
— Нет, — решительно отказалась я. — Бегать от призраков я не собираюсь. В крайнем случае, если меня переклинит, мы можем вернуться в город…
Марсден улыбнулся, поднялся и протянул мне руку.

* * *

Я в растерянности остановилась перед входом в лабиринт. Собраться с мыслями так и не получалось, но я с надеждой смотрела на мраморный барельеф, изображающий девушку, которая помогла Тесею в давние века найти выход из запутанной ситуации, всего лишь подарив ему клубок. Такая нить и мне бы пригодилась, чтобы распутать нити прошлого.
Когда мы вернулись в особняк и обнаружили у ворот мастеров, то Марсден отправился в дом, а вот я туда входить отказалась. Улыбнулась блондину и заявила, что хочу погулять. И у меня даже получилось вести себя естественно и расслабленно. Как бы то ни было, но Марсден ничего не сказал, отправился заниматься ремонтом, а я захватила сумку и отправилась в сад. Не знаю почему, но меня влекло именно в лабиринт, хотя отныне я воспринимала все иначе и понимала, нельзя относиться к происходящему с прежней беспечностью.
Еще раз взглянув на барельеф и подавив паническое желание, прежде чем войти в лабиринт, обзавестись подобно Тесею, страховкой в виде путеводной нити Ариадны, я решительно шагнула вперед.
Найти правильную дорогу не составило труда, но я все равно боялась увидеть то, что подсказывало непонятное ощущение внутри. И вот я снова оказалась в центре лабиринта, где нас с Марсденом настиг первый совместный глюк. Тогда мне было не до этого, но сейчас я с любопытством осматривалась по сторонам.
Небольшой бассейн круглой формы с неработающим фонтаном в центре. Камень порос мхом, а в чаше виднелась дождевая вода. В моем сне я отчетливо видела работающий фонтан из нескольких неторопливых струй, нежно-розовые цветы при свете луны казались фиолетовыми, а мрамор был очищен так, что мягко мерцал даже ночью. С другой стороны от фонтана располагался красивый грот с еще одним барельефом, изображающий то ли нимфу, то ли еще кого. Я не могла разобрать, потому, что изображение было испорчено, а во сне я не рассматривала его, хотя точно знала о его наличии. Но даже по оставшимся фрагментам была видна тонкая работа скульптора.
Я медленно оглянулась. Запустение виднелось везде. Три мраморные скамьи в тени высоких тисов, которые явно нуждались в стрижке и корректировке, а некоторые ветви и вовсе высохли, демонстрируя безобразные остовы. На гравийных дорожках валялись сухие ветки и листья, а одна из скамей оказалась разбита. Я вновь прикрыла глаза, вспоминая то, что видела во сне. Лабиринт во всем его великолепии возник перед глазами. Высокие тисовые изгороди, без единой лишней веточки, опять же бассейн, а на той скамье, у которой я сейчас стояла, Элена ждала своего жениха, нервно всматриваясь во тьму ночи…
Апатия накатила с новой силой, когда я вспомнила, чем все закончится. Лиз права, прошлое нельзя изменить, а история Риса и Элены была самой настоящей трагедией. Я до сих пор не могла принять то, что он с такой легкостью поверил в мнимую измену. То, что дело обстояло именно так, я не сомневалась. Конечно, можно было списать все на ревность, но чтобы такой мужчина как Рис Марсден не попытался выяснить, что произошло на самом деле? Или ему помешали? Ясно одно, пока дом не расщедрится на новые глюки, мы ничего не узнаем.
Я нахмурилась и откинулась на спинку скамьи, пытаясь решить, что делать дальше. Понятно, что надо докопаться до сути и получить ответы на вопросы. Но как? Эх… если бы была возможность не просто видеть картины прошлого, а поговорить с одним из участников событий…
Доска — осенило меня. Я же нашла в подвале спиритическую доску! Что мешает попробовать вызвать духа дома и выяснить напрямую, что же случилось? Вот только, где гарантия, что получится вызвать нормального духа, а не самого Риса, который чуть не утопил меня в ванне? Надо будет посоветоваться с блондином и решить. Хотя страшно! Мы ведь полные дилетанты во всем этом, а подобные ритуалы относятся, как я читала, к опасным. С другой стороны, зелье мы сварили вполне удачно, с заклинанием тоже вроде все вышло, поэтому при правильном следовании инструкциям…
— Лена!
От внезапного крика Марсдена я едва не подскочила на месте, а когда он сам появился из-за изгороди, да еще и странно злой, недовольно скривилась.
— Ты почему не отзываешься? — накинулся на меня он.
— Не слышала, — пожала плечами и протянула руку.
Марсден не отказался от приглашения, сел рядом и сграбастал меня в объятия.
Несколько минут мы просто сидели молча, пока я не услышала ворчливое:
— Не пугай меня больше.
Забота была приятна, блондин получил поцелуй, а затем я изложила свои соображения по поводу спиритического сеанса.
— Нет.
— Тогда, может, скажешь, как мне жить в доме? — уточнила я.
— Я всегда буду рядом.
— В туалет со мной вместе будешь ходить? — поинтересовалась я. — И потом хочется уже немного спокойствия и конкретики.
— И все равно, я против.
— Марсден, — устало вздохнула я. — Надо уже разобраться с твоим домом и проклятьем. Я очень хочу быть с тобой, жить с тобой, любить тебя, но оглядываться и бояться… Это не мой вариант. Кстати, рабочие закончили?
— Со спальней да. Хочешь вернуться в дом?
— Нет, — я выпуталась из кольца его рук, поднялась и миролюбиво предложила. — Пойдем, погуляем немного. Погода чудесная, а сад такой красивый.

* * *

— Давно я здесь не был, — усмехнулся Марсден, через полчаса после прогулки. — Забыл, насколько сад огромен.
— А мне нравится, — заявила я. — Даже в этом запустении есть своя прелесть. Но я видела, насколько здесь было красиво раньше.
— Хочешь, чтобы я все здесь расчистил?
— Не знаю…
Я и правда не знала. Раньше сад был шикарным и изысканным, сейчас — диким с примесью легкой грусти. Моему состоянию больше подходил настоящий, но хотелось вернуть ему прежний облик. И все равно, главным было, с кем я гуляю по его дорожкам, а все остальное — вторично. Словно почувствовав мое настроение, Марсден остановился, привлек меня к себе и поцеловал. С радостью ответив и поспешив обнять блондина, я в очередной раз поразилась, насколько все в жизни может быстро измениться, и как важно найти того, кто созвучен и душе, и телу, и сердцу.
— Кстати, а что это за дерево? — спросила я, когда мы пошли по тропинке дальше и уперлись в странное дерево, который так поразил меня в прошлый раз.
— Хотел бы я знать, — скривился Марсден. — Но именно с него все началось. Иди сюда, — он протянул мне руку, а потом помог обойти дерево с другой стороны, раздвинув кусты и не давая споткнуться.
Когда я поняла, на что блондин указывает, то сначала насторожилась и нахмурилась. Небольшой холм, на котором росли алые цветы, похожие на маки, но только гораздо ниже, мельче и ярче. Но напрягло меня не это, а серый гранитный камень на вершине. С того места, где я стояла в прошлый раз, его не было видно из-за густого кустарника, но если знать, куда смотреть…
— Что это? — прошептала я и отшатнулась.
— Полагаю, могила. Не бойся, — улыбнулся он, когда я прикрыла рот ладонью, сдерживая испуганный крик.
— Что значит, с него все началось?!
— Я как раз гостил у мамы, когда умер отец. В срочном порядке я вернулся, а когда прошли похороны, нотариус огласил завещание. Тогда-то я и узнал, что в собственности нашей семьи находится это поместье. Приехал посмотреть, что к чему, пошел гулять в сад, наткнулся на это место, — спокойно рассказывал блондин. — Имел глупость прочитать надпись. В ту же ночь мне приснился первый сон…
— Надпись?

И только дом — свидетель тех событий,
Он видел их, и кто принес беду.
Но прошлое не может измениться…

— Подойди ближе и сама прочитаешь, — посоветовал Марсден, после того как продекламировал, а я непонимающе уставилась на него.
Так я и сделала. На сером камне буквы казались неразборчивыми, выбиты немного странным шрифтом. Уже зная, что там написано, я с легкостью прочитала три строчки.
— Что это значит? — уточнила я, припоминая, что не только слышала этот стишок от блондина, но и Лиз говорила что-то подобное.
— Хотел бы я знать, — вздохнул Марсден.
А я стояла и пыталась понять. Стих казался незаконченным. Вряд ли здесь могли быть любители хокку, да и необычное расположение могилы — в парке, а значит, неосвященном месте… Все это казалось слишком странным и диким. Должна быть еще как минимум одна строчка! Я подошла ближе и пристально всмотрелась в камень. Присела, примяла траву, стараясь не думать, что со стороны это выглядит, как надругательство над местом захоронения. И все равно, было жутко, я не выдержала и отпрянула в сторону.
— Ты не мог бы продолжить? — жалобно попросила я, посмотрев на блондина. — Я… не могу. Немного очисти камень от земли.
Марсден пожал плечами, занял мое место, а минут через десять, я была готова крикнуть «Так и знала». Камень действительно врос в землю, и сейчас блондин обнажил следующую строчку. Ненадолго отошел в сторону, задумчиво посмотрел на, судя по всему, надгробие, а потом обхватил плиту руками, напрягся и вытащил ее из земли.
Я ахнула, на мгновение, представив, не только сколько сил на это понадобилось, но и осознав, что перед мертвыми у Марсдена явно пиетета не было. Блондин тем временем счищал землю с плиты, чтобы добраться до надписи.
— Прочитай, — попросила. — Я вся на нервах, боюсь ошибиться в переводе.

И только дом — свидетель тех событий,
Он видел их, и кто принес беду.
Но прошлое не может измениться,
Прервать проклятье не под силу одному.
Пройдут года, родятся в мире двое,
Призыв услышат, заведут часы.
От них не надо многого, лишь только…

— Прости, но последнее нельзя разобрать, — повинился Марсден, отряхнул землю с рук и посмотрел на меня. — Что думаешь?
А я… машинально улыбнулась ему, но продолжала гипнотизировать плиту. Снова новая загадка, но у нас до сих пор не было ответа на предыдущую. Почувствовав, что начинаю злиться, прищурилась и приняла решение.
— Рабочие ведь ушли? — уточнила я, а когда блондин кивнул, заявила. — Мне надоели тайны. С тобой или без тебя, но я обращусь к магии. В книге Мэгги был описан ритуал вызова духа, и я собираюсь его провести. Да, — взмахнула рукой, когда Марсден нахмурился и собрался что-то сказать, судя по всему, запрещающее. — Я знаю — это опасно, сама боюсь до чертиков, но неизвестность хуже всего. Я очень хочу, чтобы ты поддержал меня и был рядом, но если ты откажешься, пойму.
— Почему ты решила, что у тебя выйдет? — поинтересовался блондин.
— Элена, как выяснилось, моя прапра… прабабка, — с горечью напомнила я. — А значит, что-то такое должно быть в крови, дающее силы, мы имели возможность убедиться в этом. Оказывается, я не просто так вижу все события. Видно именно для этого судьба или тот, кто решил сыграть ее роль, привели меня сюда. Здесь говорится, что призыв услышат… Мы его услышали, да и часы я завела. Видимо, кто-то из нас должен выяснить в чем же дело и избавиться от проклятия. Вспомни, именно об этом говорил твой предок… А еще я верю, что справлюсь. Не знаю почему, но мне кажется, все получится. Марсден, — я умоляюще посмотрела на него. — Прошу, поддержи меня, будь рядом. Давай уже покончим со страхами и проклятьями. Ну, или сделаем все для этого. Признаюсь честно, вся эта история меня забавляла, приносила определенную остроту и вдохновляла в творчестве, но позавчера была пройдена точка невозврата. Я боюсь. Не хочу испытывать это чувство. К тому же не знаю, повторится то происшествие или нет, а жить в ожидании… Нет, не согласна. Я через все это проходила, но тогда моим противником был живой человек, а чего ждать от призрака? Мы можем сколько угодно строить предположения, что же здесь произошло, но давай уже выясним все у того, кто знает.
— Не надо меня уговаривать, — устало сказал Марсден. — Ты права, но… Черт! Я все еще не могу поверить, что все происходит в реальности. Но вновь пережить тот ужас потери, когда откачивал тебя не смогу.

* * *

Несколько оставшихся до вечера часов мы с Марсденом потратили на изучение «литературы» и поиск всего необходимого. Планируемое не казалось сложным, но мы решили перестраховаться. Мало того, мы еще и сверяли информацию из разных книг, но выяснилось, что она не различалась, и это немного успокаивало. Я не лгала, когда говорила Марсдену о своей уверенности в удачной реализации задумки. Единственное, что страшило — наши предположения о том, что духов тут минимум двое. И если на призыв придет не тот, кто будет настроен дружелюбно… Я вздрогнула и машинально придвинулась поближе к блондину. Он сразу же привлек меня к себе, быстро поцеловал и вопросительно посмотрел. Я натянуто улыбнулась, взяла следующую книгу из деревянного ящика, легла на пол и устроила голову на коленях у Марсдена.
Так прошли следующие полчаса, книги закончились, новой информации мы не нашли, поэтому, забрав сделанные записи, спиритическую доску, мы отправились в гостиную и сели на пол вокруг столика.
Сначала ничего не происходило, хотя мы соблюли всю процедуру со свечами, открыли окно и погасили свет. Да что там — даже камин разожгли для полного эффекта. Да, среди нас не было медиума, и никто не обладал опытом в данном вопросе, но в книге Мэгги было написано, что достаточно двоих, главное не пить алкоголь за сутки до вызова, и соблюсти временной промежуток с полуночи до четырех утра. Мы с Марсденом, как два дурака, иначе и не скажешь, сидели друг против друга, держали кончиками пальцами специальный указатель, который по всем признакам должен был двигаться, повторяли вызов и ждали хоть какого-нибудь знака. Я чувствовала, что у меня вот-вот начнется истерика. Судя по выражению лица блондина, он думал о том же. Я уже хотела подвигать планшетку сама, чтобы хоть что-то начало происходить, но, неожиданно, пальцы словно приросли к ней. И вот тут я испугалась. В полной панике посмотрев на Марсдена, я заметила удивление в его глазах, которое он и не думал скрывать.
А мне снова вспомнились фильмы ужасов и всяческие страшилки, связанные со спиритизмом. И все равно я была полна решимости довести задуманное до конца.
— Здесь кто-то есть? — не выдержала и прошептала я, а когда планшетка сдвинулась на «да», едва не подпрыгнула от испуга.
Пламя свечей взметнулось, по комнате пронесся порыв ветра, но не холодного, как я ожидала, а теплого. Как и тогда, когда я только попала в особняк…
— Продолжаем? — спросил Марсден, и я кивнула.
— Кто ты? — тихо задала следующий вопрос из тех, что мы составили с блондином перед началом сеанса.
Планшетка замерла, и долгое время ничего не происходило. Тогда я решилась задать следующий вопрос, решив, что на этот нам ответить не могут. Спросила, не причинят ли нам вреда. На этот раз планшетка уверенно остановилась на слове «нет». Немного приободренная, я спросила насчет того, что произошло с домом, отчего род Марсдена проклят и почему расстались Рис и Элена.
— Нельзя спрашивать столько за один раз, — напомнил блондин, и я едва не застонала от отчаяния. Почему-то это совершенно вылетело у меня из головы. Но окончательно вспомнить, к чему это может привести, не успела, потому, как дальше в комнате начало твориться невообразимое.
Свечи потухли, а в следующий момент снова вспыхнули, огонь в камине бешено заревел, а в гостиной одно окно распахнулось с такой силой, что стекла жалобно застонали, но вроде не разбились. Затем над доской появился туман, который с каждой секундой становился все гуще и разрастался в разные стороны. Опасаясь, что он коснется рук, я отпрянула в сторону, Марсден сделал тоже самое, подойдя ко мне ближе, и прижал к себе.
— Что происходит? — срывающимся голосом спросила я, уже успев раз сто пожалеть о том, что настояла на этом чертовом вызове. Происходящее было намного страшнее, чем случай в ванной. В общем, я оказалась совершенно не готова к общению с потусторонним, но понимала, придется довести все до конца. Вот только…
Очертание человеческой фигуры, соткавшейся в тумане, окончательно меня доконало. Я испуганно шмыгнула носом, зажмурилась и прижалась к блондину.
— Рад, что вы решились на вызов, — прозвучал мужской голос, смутно знакомый и приносящий спокойствие и умиротворение.
Я открыла глаза, несколько секунд еще не могла повернуться, но когда сделала это, приоткрыла рот от удивления.
— Далтон, — выдохнула я. — Глазам своим не верю!
— Миледи, — поклонился дворецкий Риса Марсдена, точнее… его призрак.
Он выглядел так же, каким был в моих глюках. То же невероятное затаенное достоинство, серьезный, но согревающий взгляд. И все же, он отличался от виденного мною во сне. Кожа была бледнее, а костюм казался странным. Ну а тот факт, что фигура просвечивала, нельзя было не заметить.
Полный шок. Нет, в принципе, я уже почти поверила во все сверхъестественное окончательно, но получить подтверждение всему, о чем мы говорили, и это не очередной глюк… Ущипнула себя за руку. Нет, не сплю. Но поверить все равно было сложно. Слова закончились, я разглядывала призрака и не знала, что делать дальше.
— Далтон…, — начал Марсден, но дворецкий его перебил. — Милорд, я все объясню. Простите, что перебиваю, но сначала главное, а все вопросы потом.
— Что здесь произошло? Почему род проклят? Что случилось…
— Миледи, я слышал вопросы, — улыбнулся дворецкий. — Именно для того, чтобы показать вам все сразу, я и нахожусь здесь. Возьмитесь за руки и тогда вы своими глазами увидите трагедию, что случилась в этом доме. Затем я все объясню.

* * *

… Рис с трудом открыл глаза, выругался, когда увидел, как свет полуденного солнца бьет в не зашторенные окна, сел на кровати и обхватил руками голову. Давно у него не было такого ужасного похмелья. Появилось ощущение, что ему снова четырнадцать лет, и он на спор выпил бутылку отцовского виски, чуть не умерев при этом, а потом еще неделю провалялся в постели.
И тут Рис вспомнил, из-за чего он вчера напился. Точнее, вспомнил, что произошло в саду, как он вернулся обратно в особняк мэра, несколько бокалов, опустошенных залпом, а вот потом… все было, как в бреду. Он даже толком не помнил, как добрался до дома, а ведь подобные провалы в памяти были ему совершенно не свойственны. Хотя, учитывая то, что он вчера увидел и узнал… Рис застонал и сжал виски. Голова раскалывалась, а когда в памяти возникла картинка из парка, в сердце появился такой холод, что захотелось умереть. Он отказывался верить. Он никогда бы и не поверил, если бы не видел все собственными глазами.
— Далтон, — крикнул он и поморщился от звука собственного голоса.
Надо было срочно взбодриться и привести себя в норму. Чувствовать себя слабым Рис не хотел. К тому же надо было решать вопрос с невестой и свадьбой, до которой оставалось всего несколько дней.
— Далтон, — снова позвал Рис дворецкого и прикрыл глаза.
Надо было приказать подготовить себе ванну, лучше с ледяной водой, но Рис не мог даже заставить себя встать с кровати.
Когда дверь открылась, и на пороге появился дворецкий, держащий поднос, на котором стоял высокий бокал с напитком странного цвета.
— Доброе утро, милорд, — чинно поздоровался он, но в его взгляде Рис отчетливо прочитал осуждение.
— Какое утро, — ворчливо заметил Рис. — Судя по солнцу, уже день.
— Так и есть, милорд, — поклонился Далтон, подавая бокал.
Рис поморщился от запаха пойла, которым его решил попотчевать дворецкий и, зажав по-детски нос, дабы избежать рвотного позыва, одним залпом выпил содержимое. Почти сразу стало легче, Рис вновь потер виски, чувствуя, как уходит похмелье, возвращается острота восприятия, и посмотрел на старика.
— Осуждаешь?
— Не имею на это права, милорд.
— Осуждаешь, — вздохнул Рис. — Но если бы ты знал, что послужило причиной, ты бы понял меня.
— Милорд, вы знаете мое мнение. Чтобы ни произошло, это не повод искать ответы на вопросы на дне бутылки.
— Она предала меня, — тихо сказал Рис.
— Милорд?
— Элена, — Рис не узнавал собственный голос, настолько безжизненно он звучал, на душе стало погано, а с ясностью сознания вернулась боль. — Свадьбы не будет, Далтон.
— Милорд, я не знаю, что произошло, но кто бы вам ни сказал что-либо плохого о леди Элене, знайте, он лжет, — жестко заметил дворецкий.
Рис посмотрел на старика, в чьей исключительной верности, уме и правильности суждений не раз мог убедиться, и на место попранной гордости, сжигающей ревности и боли от предательства, пришло сомнение… Но как могут лгать собственные глаза? Если бы она сопротивлялась! Но нет. Элена послушно принимала не просто знаки внимания постороннего мужчины, она поощряла их.
— Милорд, чтобы ни произошло между вами и невестой, следует поговорить и выяснить что к чему, — осторожно сказал Далтон. — Мне кажется, это будет самым лучшим выходом из сложившейся ситуации.
— Чтобы удостовериться в измене? — с горечью усмехнулся Рис.
— Милорд, вы сами себя слышите? Леди Элена не способна на измену и предательство. Я не знаю чище и достойнее девушки, чем она. И только с ней вы будете счастливым, ведь она — ваша судьба. Свет, что озаряет душу, не дает поддаться тьме, приносит в жизнь смысл. Потеряете ее и горько пожалеете.
— Она занимается магией.
— Леди Алиса тоже, — напомнил Далтон. — Я бы не сказал, что это недостаток. Наоборот, достоинство. Позволю себе напомнить, что и я владеющий даром.
Рис молчал. Несмотря ни на что, он любил Элену. Но как простить? Его невеста в объятиях другого… Эта картина будет преследовать его до конца жизни. Сможет ли он смириться, забыть? Нет, Далтон прав, надо поговорить с невестой, а только потом принимать решение.
В дверь снова постучали, и на пороге появилась растерянная горничная.
— Милорд. Там внизу, леди Харгарес и она… Требует вас, — запинаясь, доложила она. — Говорит, немедленно.
— Требует? — Рис приподнял бровь от неожиданности и повторил. — Немедленно?
Это было что-то новенькое. Алиса всегда держалась с достоинством, даже с высокомерием, но никогда еще она не позволяла себе указывать, что ему делать. И Рис надеялся, что у нее есть причины так на подобное поведение, иначе…
— Скажи, скоро буду, — процедил он и распорядился подготовить ему ванну.
Что бы ни привело Алису в такой час, да еще и без предварительной договоренности, ему необходима ясность в мыслях. Необходимо освежиться и выпить еще один стакан лекарства Далтона, потому как память все равно отказывалась возвращаться.
Рис спустился вниз в полном облачении, переступив через правило одеваться дома просто и удобно, хотя и с еще влажными волосами. Он достаточно времени собирался, дав понять бывшей любовнице, что не потерпит указаний от нее, но в то же время любопытство оказалось сильнее желания наказать ожиданием.
— Леди Харгарес, — отвесил он издевательский поклон, когда увидел Алису в гостиной, сидящей на диване и пьющей чай, видно предложенный услужливым дворецким.
— Лорд Марсден, — качнула головой Алиса, но с дивана не встала.
Рис многозначительно посмотрел на нее, благодарно улыбнулся Далтону, который принес еще один бокал с настоем, и отпил первый глоток. В голове постепенно прояснялось, что, несомненно, радовало.
— Какого черта ты творишь? — вдруг прошипела Алиса, как только Далтон прикрыл двери в гостиную, и Рис от неожиданности поперхнулся.
— Дорогая, ты меня с мужем не перепутала? — с угрозой уточнил Рис, когда откашлялся.
— Рис, прости, — повинилась Алиса и снова выругалась. — Черт, Рис! Ты знаешь, я всегда на твоей стороне, но порой твои поступки переходят все границы.
— Объяснись! — потребовал он, удивленный поведением бывшей любовницы.
— Что ты устроил на приеме? — прошипела женщина. — Ты ведь прекрасно знаешь, что как бы мы не хотели вести себя иначе, не можем наплевать на общество, в котором живем. Потому что, неважно, насколько ты богат. Если от тебя отвернуться, ты станешь изгоем.
— Твою мать, Алиса, — разозлился Рис. — Или говори все, как есть, или проваливай. У меня голова гудит, я ни черта не помню после того, как вернулся в дом, а ты мне читаешь лекции о морали, нравственности и правильном поведении. Приходи вечером, когда я протрезвею.
Нет, Рис, — перебила его Алиса. — Возникла проблема. И если ты ее не решишь, мы не сможем с тобой видеться. Я не стану рисковать своей репутацией.
— Говори напрямую! — рявкнул Марсден. — Хватит ходить кругами!
— Зачем ты поступил так с Мегги? — неожиданно тихо спросила Алиса. — Она ведь бесприданница, считай, ты испортил ей единственный шанс хоть как-то устроить свою жизнь. Девчонке теперь только в монастырь идти, чтобы избежать позора.
— Алиса, у тебя с головой все нормально? — уточнил Рис — Кто такая Мегги, и что я ей сделал?
— Маргарет Вудворт, — пояснила бывшая любовница. — Что сделал? Ну, кроме того, что ты изнасиловал бедняжку в экипаже, а потом вышвырнул ее на улицу — ничего. На счастье, я была рядом и отвезла ее к себе, постаравшись сделать это незаметно. Могу представить, какой был бы скандал, если бы ее кто увидел в порванном и окровавленном платье.
— Я никого не насиловал, — растерянно сказал Рис. — Алиса, я не мог такого сделать! Ты же знаешь, я никогда не принуждал ни одну женщину. Тем более, вообще впервые слышу про твою Мэгги.
— Зато она тебя явно не забудет, — съязвила Алиса и вновь стала серьезной. — Рис, я бы не поверила, но сама стала свидетельницей. Ты напился еще на приеме, затем заявил, что отправишься домой, потому что тебе мало… Я была рада, что у тебя включились мозги, ведь ты был на грани срыва. Но когда спустя полчаса я вышла следом, то увидела, как ты выкинул бедняжку из экипажа. Или хочешь сказать, что я могу спутать его с другим? Конечно, если ты одалживал его кому-то еще…, — Алиса посмотрела на Риса с надеждой, и он снова поморщился.
Нет, свой экипаж он никому не давал. Это Рис знал отчетливо. Но поверить в происходящее все равно не мог.
— Далтон, — гаркнул он, а когда дворецкий загляну в гостиную, приказал. — Позови кучера, который возил меня вчера!
— Да, милорд, — поклонился тот.
Те минуты, которые понадобились дворецкому, чтобы выполнить распоряжение, а кучеру, соответственно, появиться, Алиса и Рис просидели в тишине.
— Что вчера было после того, как я сел в экипаж? — потребовал Рис ответа.
— Милорд, — парень поклонился, быстро взглянул на Алису, но Марсден нетерпеливо махнул рукой, и он робко продолжил. — Вы сели в экипаж, и мы почти тронулись, как вы приказали остановиться. Вышли на улицу, подошли к какой-то девушке, что-то ей сказали, и она села в экипаж вместе с вами. А вы распорядились стоять на месте, пока вы не прикажете иного. Я так и сделал…
— Ты слышал что-нибудь? — глухо спросил Рис.
— Да, — кучер смутился, уставился в пол, но все же продолжил. — Я слышал звуки борьбы, мольбы девушки отпустить ее… а потом все затихло. А еще минут через пять, она покинула экипаж, и вы приказали ехать. Что я и сделал.
— Уйди, — тихо приказал Рис, и, как только они с Алисой снова остались наедине, добавил. — Я не помню…
— Пить надо меньше, — зло заметила Алиса, тяжело вздохнула и уточнила. — Рис, что делать?
— Я заплачу, а ты сотрешь ей память. Твоя Мегги станет обеспеченной девушкой и…
— Вот только девушкой она как раз и не станет!
— И что ты предлагаешь? — разозлился Марсден. — Может мне еще жениться на ней?!
— Я не об этом. Просто… где гарантии, что девчонка не забеременела от тебя? — выпалила Алиса. — Как я поняла, ты не сдерживал себя.
Марсден молчал. Да что было говорить? Когда они расстались с Эленой, Рис только радовался, что их близость может иметь такие последствия. Ребенок от любимой… Что может быть более желанным? К тому же, свадьба совсем близко… Так что никаких слухов быть не могло. Алиса прикрыла их ночь, рассказав вместе с Рисом Веспару, как они все отправились на прогулку, но в пути их застала гроза, так что были вынуждены ночевать в Марсден-холле…
— А что думает обо всем Мегги? — малодушно спросил он, не желая принимать решение.
— Сам у нее спроси, — буркнула Алиса. — Она ждет меня в экипаже.
— Сдурела?! — снова рявкнул Рис. — Какого черта ты ее сюда притащила?!
— А что мне оставалось делать? Я полночи успокаивала девчонку. Хотела отвести ее к отцу, но она напрочь отказывалась.
— И ты не нашла ничего лучшего, как привезти ее ко мне!..
— Рис, проблему надо решать, — вздохнула Алиса. — Надо закрыть ей рот, пока она не пришла в себя и не устроила скандал. Девчонка плохо поддается моей магии, поэтому память я ей стереть не могу. Как и оставить дома, по понятной причине. Стоит только узнать слугам, и через полчаса об этом будет гудеть весь Харфорд. Вчера я была осторожна, сама ею занималась. Пришлось не только напоить успокоительным, но и привнести немного дурмана в мысли. Она пока в прострации, но скоро начнет приходить в себя. Вообще, разбирайся с ее истерикой сам.
— Ладно, веди ее сюда.
Минут через пятнадцать, Рис разглядывал стоящую перед ним девушку, которую обнимала за плечи Алиса, и все еще не верил, что мог сотворить то, в чем его обвиняли. С другой стороны, кучер лгать не осмелился бы. Парень был сыном одной из служанок, и Рис знал его, чуть ли не с младенчества. Алиса тоже не станет врать, потому как знает, что ей в таком случае грозит. Да и… искусанные губы Мегги, несколько засосов на ее шее, как и бледное лицо с синяками под глазами, отсутствующий взгляд… Все говорило о том, что обвинение вовсе не беспочвенно. Марсден снова окинул взглядом девушку, продолжая молчать. Хорошенькая, стройная, но и в подметки не годится его невесте. Припомнил и имя. Его уже называла Элена, когда говорила, что к ней приехала подруга из пансиона, и спрашивала разрешения пригласить ее на свадьбу. Рис не отказал и тут же забыл об этом, в очередной раз утонув в глазах невесты. И вот… хотя Марсден так и не помнил половину прошедшей ночи, перед ним стояла та, над кем он… надругался. Девушка мрачно рассматривала пол, не смея поднять взгляда, а Рис все еще не знал, что ему сказать.
Девушку было жаль, Марсден готов был себя убить за свое поведение, но сделанного не воротишь. Опять же, если он и правда виновен.
Рис никогда не бежал от обязательств, привык отвечать за свои поступки, но впервые в жизни не знал, как ему поступить. Предложить девушке денег казалось верхом лицемерия и хамства, жениться на ней он не мог потому, как у него есть Элена. Или была…, мрачно поправил себя мужчина. Элена… Самая большая и единственная любовь в его жизни. Предательница. Но он все равно был готов простить ее, неожиданно понял Рис. Простить, несмотря на измену и ложь. Он никого никогда не прощал, а ее был готов. А она? Она простит его? После того, как он изнасиловал ее подругу? Обошелся с той, как с последней шлюхой… Рис протяжно вздохнул и прикрыл глаза. Никогда еще в жизни он не чувствовал себя таким подлецом.
— Я знаю, что должен принести свои извинения, но дело в том…, я ничего не помню о событиях вчерашней ночи, — начал Рис и тут же осознал, насколько жалко это все выглядит. — Тем более, о том, что… мы были близки… Я не хотел насилия… Не знаю, что на меня нашло.
— Что?!
Рису показалось, что небо обрушилось на землю. Он повернул голову, встретился взглядом с невестой, которая непонятно как оказалась в его доме, и понял, она услышала часть разговора. Элена выглядела настолько измученной, бледной, что Рису захотелось подойти, сжать ее в объятиях, но он одернул себя. И снова перевел растерянный взгляд на Мегги, стоявшую в невероятном смущении и Алису, мрачно наблюдавшую за всеми.
Судя по всему, Элена очень торопилась попасть в дом, раз прошла в гостиную в накидке. Видимо, именно поэтому ее появление было таким внезапным. К тому же, Рис с самого начала дал ей понять, что в Марсден-холле она может вести себя как дома, не стесняться и делать все, что только захочется. Вот и стало тайное явным.
— Что ты сделал? — повторила Элена, делая шаг и останавливаясь, словно наткнувшись на невидимую стену.
— Элена, — начала было Алиса, но к изумлению Риса, его невеста резко вскинула руку, жестом приказывая замолчать леди Харгарес, а сама продолжала пристально смотреть на него.
— Что происходит? Рис, я требую ответа! Сейчас! Немедленно!
— А у тебя есть на это право? — машинально и зло парировал Рис, немного выбитый из колеи внезапной властностью невесты.
— Я думала, что наша свадьба через несколько дней, — на миг растерялась Элена, но снова решительно посмотрела на него. — И да, на основании этого я требую ответа! Как твоя будущая жена, леди Марсден и хозяйка этого дома. Что происходит? Почему здесь Мегги, и что значат твои слова о вашей близости?
— Ты еще не леди Марсден, — заявил Рис, вновь пораженный поведением Элены, и укрепляясь в подозрениях, что невеста вовсе не так проста и наивна, как казалась ему, а значит, действительно могла лгать и в другом. — А в свете твоей вчерашней выходки, которая открыла мне глаза на твое лицемерие, есть огромная вероятность, что ты ею и не станешь. И да, я имею право делать все, что мне хочется, — окончательно завелся Рис, чувствуя, как к горлу подступает дурнота, как всегда бывало после коктейлей Далтона.
— Что же я такого сделала? — спросила Элена.
И с такой горечью она это произнесла, что на миг Рис подумал, стоит немного угомониться, но злость уже снова почти поглотила его разум, стоило памяти воскресить вчерашнюю картину из сада.
— Ты меня об этом спрашиваешь? — рявкнул он. — Я думала, ты прекрасно знаешь, кто тебя имеет. Или любовников так много, что лица стираются из памяти? Даже интересно, какое место занимаю я?
Нет, Рис прекрасно помнил, что Элена была невинна до встречи с ним, но ревность и гнев — плохие советники. Разум замолчал, оставив только уязвленное самолюбие, злость и потребность сделать девушке больно.
— Рис! — выдохнула Элена. — Да как ты смеешь?!
— Он хочет сказать, что мы видели тебя и лорда Даера в весьма недвусмысленной ситуации, — влезла молчавшая все это время Алиса. — И было непохоже, что тебе его ласки оказались в тягость, скорее наоборот.
— Лорд Даер? — повторила Элена и нахмурилась. — Этого не могло быть! Мы виделись в начале приема. Это все! Я люблю и верна тебе!
— Оправдания, — скривился Рис. — Снова оправдания. Я думал, что ты чиста и невинна, а оказалось… Мои глаза могли меня подвести, ревность застить разум, но на твое несчастье, я был не один в этот момент. И знаешь, милая, я могу отличить тебя от других. И дело не только в платье, сколько в той родинке на твоей груди, что ты вчера демонстрировала всем желающим.
Рис подошел к Элене, провел пальцами по лифу платья, как раз в том месте, где находилось небольшое темное пятнышко на коже.
— Это была не я! — вновь повторила Элена и нахмурилась. — Да, в какой-то момент я действительно разговаривала с лордом Даером по просьбе отца, но я не помню, чтобы ходила с ним в сад.
— Я не говорил ничего про сад, — заметил Рис. — Вот и открылось твое истинное лицо, дорогая невеста. Точнее, бывшая невеста. Мне стоило насторожиться еще днем, когда я нашел книгу по магии, но ты утверждала, что она не твоя. Сейчас ты уверяешь меня, что верна мне… Я видел обратное! И где гарантия, что мои чувства к тебе — это не приворот или что-то в таком духе? Как ты могла предать меня?!
— Ты обвиняешь меня в несуществующих грехах, и это после того, как изнасиловал мою подругу? — вскрикнула Элена, не понимая, почему она упомянула про сад. — А может, просто нужна причина отказаться от свадьбы, и ты не нашел ничего лучше этого? Как ты можешь?! Ты просил довериться, обещал, что наша любовь вечна, и ты защитишь меня от всего мира. Я отдала тебе и сердце, и душу, и тело… Так ты платишь за мои дары?
— Хватит слов, — усмехнулся Рис. — Они немного утомили, да и голова болит после вчерашнего. А подруга… милая, я взрослый и здоровый мужчина, вполне понятно, что мне нужно нечто большее, чем прикосновения под луной и одна совместная ночь. Ты была хороша, не буду спорить, но почему я должен отказываться от своих привычек. Это не вопрос, так что можешь не отвечать.
Рис не понимал, куда его несет. Но факт оставался фактом, внутреннюю плотину из сдержанности и хороших манер прорвало и все эмоции, что он так старательно прятал, вышли наружу. Марсден одновременно проклинал себя за обидные слова и чувствовал некоторое удовлетворение, говоря все, что хочет. Он видел, как все сильнее терялась Элена под напором хамства и грубости. Он жалел ее, и в то же время хотел ударить еще сильнее, ибо через сказанное успокаивалось его самолюбие.
— Рис, остановись, — неожиданно тихо, но твердо попросила Элена. — Твои слова ранят душу и вымораживают сердце. Остановись, пока не поздно.
— Для чего? — усмехнулся Марсден. — Думаешь, что снова опутаешь мое сердце своим кротким взглядом и притворным смущением? И я прощу и забуду то, что видел? А может, и не было между нами любви? Ты просто околдовала мой разум, чтобы выйти замуж!
— Я чиста перед тобой и мои чувства истинные, — Элена прищурилась. — Если бы я прибегла к магии…
— Элена, не надо! — вдруг сказала Мегги, поднимая на подругу умоляющий взгляд. — Прости, это я виновата. Не надо было соглашаться на просьбу лорда Марсдена о разговоре, надо было сильнее сопротивляться… Я виновата во всем. Только я!
— Замолчи! — выкрикнула Элена, а ее лицо в одно мгновение стало белее мела.
Синие глаза потемнели до почти непроницаемой черноты, губы покраснели, а на щеках появились лихорадочные пятна. Рис не мог отвести взгляда от невесты. Сейчас, она была прекрасна почти так же, как после ночи проведенной с ним. Вот только, любовь больше не освещала ее лицо, наоборот, на нем появилось то, что до сих пор Марсден никогда не наблюдал. Элена словно стала выше ростом, расправила плечи и гордо вскинула голову. От той нежной девочки, что смущенно улыбалась и опасалась смотреть ему прямо в глаза, ничего не осталось. Перед ним стояла снежная королева. Такой иногда была Алиса: уверенная в себе и своем могуществе леди из высшего общества, способная окатить презрительным взглядом, от которого стыла в жилах кровь, и хотелось склонить голову. Только сейчас Рис поверил окончательно, что Элена, как и леди Харгарес, владеющая силой. Он уже видел вот такое и понимал, что может за этим последовать…
— Не надо указывать, что делать мне и моим гостям, — резко вскинул он руку, как поступал всегда, когда Алису слишком заносило на поворотах.
Обычно, его любовница успокаивалась, благодарила, что он остановил порыв и не дал силе вырваться наружу, произнеся слова, что могут стать роковыми. По тому, как прищурилась Элена, Рис сразу понял свою ошибку. Но признать ее он был не способен, слишком кипела внутри обида, а желание сделать больно никуда не делось.
— Не указывать тебе? — со странным видом уточнила Элена. — Рис, тебе не кажется, что не стоит разговаривать со мной в таком тоне?
— А то что? — с вызовом спросил Марсден.
— Хочешь проверить? — снова странно посмотрела на него девушка.
— Элена, не надо, — ахнула Мегги. — Ты же сказала, что больше не занимаешься магией.
— Магия…, — усмехнулась Алиса и с превосходством посмотрела на леди Веспар. — Нет, все же Рис правильно сделал, что предпочел подругу тебе. Если ты решила совершить такую глупость, то советую даже не пытаться начинать. Тебе не справиться с той защитой, что я наложила на Риса и его дом. Ты просто глупая девчонка, поддавшаяся модным веяниям. Тебе никогда не сравниться со мной!
— Ты уверена? — приподняла бровь Элена.
— Она способна, — пробормотала Мегги, но на ее слова никто не обратил внимания.
— Вот значит как? — вмешался Рис. — А говорила, что книга по магии не твоя.
— Не моя, — подтвердила Элена. — Это книга Мегги. Моя подруга так хотела владеть силой, но оказалась совершенно бесталанной, поэтому мне всегда приходилось все делать за нее. Я пыталась видоизменить некоторые ритуалы в более простую форму, но как она ни запоминала их, все же необходимо иметь еще и способности.
— Элена, нет! Ты не посмеешь применить к нам свой дар! — заявила Мегги.
— Почему все уверены, что я не сделаю то, к чему вы меня подталкиваете? — отстраненно удивилась Элена. — Хамите, унижаете и считаете, мое терпение бесконечно?
— Ты не посмеешь…
— Ты не способна…
Возражения Риса и Алисы прозвучали одновременно, но Элена продолжала смотреть на Мэгги.
— Вспомни пансион, «дорогая подружка», — скривилась Элена, но тут же успокоилась, а на лице появилась непроницаемая маска. — Что ты хотела от жизни? Богатого жениха, обеспеченную жизнь и блистать в высшем свете? — Мегги невольно кивнула, и тогда Элена посмотрела на Риса. — Интересно, о чем на самом деле мечтал ты? Зачем лгал, когда говорил о любви? Впрочем, это не вопрос, можешь не отвечать. И мне совершенно не важно, о чем мечтала леди Харгарес. Сейчас, только одно имеет значение. Вы все, так или иначе, не только меня предали, но даже не захотели выслушать, понять и поверить. Знаешь, Рис, — Элена вздохнула и посмотрела на жениха. — Я ведь и правда любила тебя до сумасшествия, но сейчас понимаю, ты не достоин тех чувств, что испытывала я. Не желаешь жениться на мне? Это твое право и твоя жизнь. Вы не хотите верить мне и продолжаете оскорблять? Я не стану мешать. Да, Алиса, — Элена посмотрела на леди Харгарес. — Я ведьма и горжусь этим. А еще рада, что отныне мне не надо скрывать способности. Я добровольно отказалась от силы, хотя она сжигала меня, я стала такой, какой меня хотели видеть… Мне хотелось жить обычной жизнью, быть любимой, любить самой и воспитывать детей, но выясняется, это все же утопия и для меня недоступно. Бывает… Ты так уверена, что мне не под силу твой дар? Продолжай себя этим утешать. Ты и сейчас мне не веришь, — девушка снова посмотрела на уже бывшего жениха. — А ведь я не солгала тебе ни словом. Скажу больше, в моей власти сделать так, чтобы твои желания осуществились. И я бы это сделала. Но ты все равно не оценишь и не отличишь истинное золото от обманки, — покачала она головой. — Никогда не поймешь истинную ценность вещей, пока их не потеряешь. Так что, вы все получите то, о чем мечтаете. Но на год. Этого времени хватит, чтобы осознать, чего вы лишитесь, когда потеряете то, к чему привыкнете за это время. Вы будете ждать окончания срока и думать, что я пошутила. Жить в ожидании — очень тяжело, уж я это знаю. Наверное, вы будете пытаться отменить сказанное, но у вас ничего не выйдет. Это мой прощальный дар и урок все вам. Год счастья и исполнения желаний, а затем десятилетия забытья и раскаяний. Можешь, не провожать меня, дорогой, — Элена вскинула руку, когда Рис бросился к ней, и мужчина замер, словно натолкнувшись на прозрачную стену. — Больше мы никогда не увидимся, как ты того и хотел. Я никогда тебя не забуду, но и ты меня тоже.
Окинув всех присутствующих еще одним долгим взглядом, девушка медленно сняла фамильное кольцо Риса с пальца, положила его на столик, развернулась и вышла из гостиной… Не обернувшись ни разу.

Глава 13

* * *

— А что дальше? — прошептала я, когда поняла, что видение закончилось, и посмотрела на Марсдена. — Ты это видел?
Он кивнул, прижав меня к себе. Я на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь теплом, что шло от тела блондина, но быстро вернулась в реальность, нахмурилась и посмотрела на Далтона.
— Так что случилось дальше? — повторила я.
— Как она и сказала, — на призрачном лице появилась горькая улыбка. — Год полного счастья, невероятных успехов в делах, умножения состояния и блистания в высшем свете. А потом крах всего…
— Постойте! — я потерла заболевшие виски. — Ничего не понимаю. Что на самом деле произошло в ту ночь, когда Рис изнасиловал Мегги? Зачем Элена приехала в особняк? Она что, действительно прокляла Риса? И почему он не попытался поговорить с ней? Женился на Мегги, отпустил… Далтон, я знаю, что он испытывал по отношению к ней. Такая любовь не исчезает бесследно!
— Вы правы, леди, — поклонился дворецкий и посмотрел в сторону камина.
Проследив за ним, я опять нахмурилась, увидев часы, которые успела возненавидеть.
— Далтон, расскажите все с самого начала. Точнее, с того злополучного вечера, который послужил причиной разрыва. И что там с проклятием? — вмешался Марсден, на мгновение задумался и конкретизировал. — Мы уже знаем, что Рис и Элена любили друг друга, хотели пожениться, и разрыв произошел буквально за несколько дней до свадьбы. Скорее всего, к этому приложила руку Алиса Харгарес. Подозреваем, что и Мегги не осталась в стороне, но подробностей у нас нет. И кстати, хотелось бы знать, для чего мы видели все это, и почему видения Лены отличались от моих… Боже, у меня так много вопросов, но думаю, лучше задавать их по мере рассказа.
— Милорд прав, — Далтон снова склонил голову. — Мой господин и леди Элена полюбили друг друга с первого взгляда. Испытать подобное — невероятная редкость, но им посчастливилось. Проблема в том, что сохранить это чувство они не смогли.
— Далтон, — простонала я. — Что произошло в тот день? Элена прокляла их всех? Я уже ничего не понимаю!
— Лена, — мягко укорил меня Марсден. — Дай ему сказать.
— Приготовления к свадьбе шли так быстро, как ни у кого, — продолжил призрак, грустно улыбнувшись. — Я старался обезопасить девушку от леди Алисы, понимая, что она не смирится с соперницей и может попробовать отомстить, но совершенно не принял во внимание подругу леди Элены, которая, как оказалась, сама имела виды на лорда Риса. И уж тем более, я не мог предположить, что она и леди Харгарес договорятся действовать сообща. Они ведь не были знакомы до этого. Увы, это все моя вина. И если милорд смог окоротить леди Алису, то леди Маргарет…
— Я же говорила, что они в сговоре, — заметила я, посмотрев на блондина. — А ты мне не верил!
— Лена, — вновь одернул меня Марсден, и я замолчала, понимая, что стоит все же дослушать, а потом комментировать, а блондин вновь посмотрел на дворецкого. — Далтон, простите. Продолжайте.
— За несколько дней до свадьбы, милорд вернулся домой мрачный и задумчивый, — голос призрака стал совсем печальным. — Между нами всегда были доверительные отношения, поэтому милорд не скрывал причину своего поведения. Он рассказал, как обнаружил книгу по магии у невесты и высказал удивление, что она имеет от него секреты. Я посоветовал ему не брать во внимание данное происшествие, но он уже и сам пришел к такому же выводу. Хотя я видел, ему неприятно, что леди Элена скрыла это от него. То, что случилось вечером, я не мог даже предположить. Увы, я не был свидетелем лично. Дворецких не приглашают на великосветские приемы, — Далтон снова улыбнулся. — Милорд вернулся ночью, темнее тучи, и в крайне плохом состоянии. Он явно был не в себе и с трудом отдавал отчет в происходящем вокруг. Сначала я решил, милорд действительно позволил лишнего, хотя до этого никогда не видел такой реакции. Но у меня и мысли не возникло, что причина в ином. Он сразу поднялся к себе в комнату и лег отдыхать. Я решил подождать до утра, чтобы узнать причину его настроения. Но в полдень, когда он проснулся, я успел лишь отнести ему специальный настой, который приводит в порядок мысли, снимает все симптомы похмелья и привносит бодрость, когда приехала леди Харгарес. Она потребовала, чтобы милорд принял ее немедленно. Другому бы такое поведение не сошло с рук, но лорда Риса и ее связывали довольно близкие отношения, и по давно устоявшейся привычке она могла позволить себе подобное поведение. Но я все равно не мог представить, что произойдет дальше.
— Угу, — снова буркнула я, и картинка последнего видения отчетливо всплыла в памяти.
— Леди Алиса обвинила милорда, что он изнасиловал леди Маргарет. Когда я услышал это, то лишился дара речи. Увы, кучер, который работал в тот вечер, все подтвердил, да и сам милорд все вспомнил, когда подействовал напиток. Но было поздно. Слова были произнесены, а леди Элена покинула дом.
— Так он и правда изнасиловал Мегги? — ахнула я, судорожно стиснув ладонь Марсдена, чувствуя, что в глазах появились слезы.
— Увы, — в который раз произнес Далтон. — Милорд говорил, что у него видимо разум помутился, и сначала он просто хотел помочь девушке добраться до дома, но, когда она оказалась в экипаже, в него словно дьявол вселился. В любом случае, исправить совершенное не было никакой возможности.
— А его могли опоить чем-нибудь на приеме? — предположила я.
— Скорее всего, так и произошло, но в какой момент, неизвестно. Ничем иным подобное поведение милорда объяснить нельзя. Да и провал в памяти возник не на ровном месте.
Я припомнила видение скандала, растерянность Риса, явное непонимание происходящего. И даже пожалела его. Развели мужика, конечно, по полной программе, не дали возможности хорошо подумать, вывалив факты и припечатав ими. А потом появление Элены…
— Леди Веспар приехала неожиданно. Она прошла в гостиную, не раздеваясь. Бледная, растерянная, но полная мрачной решимости. Я не сумел удержать ее, и леди Элена стала свидетелем разговора милорда и леди. А когда услышала о произошедшем ночью… Она задала прямой вопрос, но… Впрочем, вы сами все видели и слышали. Нет смысла повторяться.
— А что было потом, Далтон? — тихо уточнила я.
— Когда леди Элена уехала, то милорд некоторое время находился в растерянности, а затем… Как раз вернулись воспоминания о той ночи. Он окончательно убедился, что обвинения не были голословными. Это оказалось для милорда шоком. Он настойчиво попросил обеих леди покинуть дом. Я уговаривал господина отправиться следом за невестой, но он вдруг заупрямился, сказал, пусть она успокоится, они поговорят позже и все решат. К сожалению, на следующий день ему пришлось срочно уехать в другой город, а когда он вернулся, выяснилось, что Веспары покинули Харфорд, и никто не знал, куда они уехали. Милорд пытался разыскать леди Элену, но у него ничего не вышло, несмотря на деньги и связи. Она просто исчезла. Лишь через две недели господин Рис смог найти Ларгана Веспара, который сообщил, что леди Элена обвенчалась с лордом Даером, и попросил оставить его дочь в покое. Мой господин в бешенстве вернулся домой, решив забыть про Элену Веспар.
— А что случилось с вами? — спросила я, невольно покачав головой. — Это ведь вы подталкивали нас с Марсденом друг к другу, насылали сны? Зачем? И что произошло дальше с вашим господином?
— Далтон, — Марсден прищурился и пристально посмотрел на призрачного дворецкого. — Ваши ответы весьма уклончивы. Я в некоторой степени жил вместе с моим прадедом, но в моих воспоминаниях нет Алисы, а Элена, не более чем видение.
— Так попросил сделать милорд, когда понял, что леди Веспар для него потеряна, — пояснил Далтон. — Когда он нашел леди Элену, то вернулся, словно почерневший от горя. Вопрос с новой невестой и женитьбой решился быстро. Он больше не искал ту, кто затронет его сердце. Просто решил, что раз надругался над девушкой, значит, его долг спасти ее от позора. Свадьба с леди Эленой готовилась в срочном порядке, но леди Маргарет… Все произошло за пару дней. Я не знаю, кого он наказывал всем этим: себя или бывшую невесту… После возвращения, милорд напился, а с утра поехал, договорился с отцом девушки, а на следующий день уже отвел ее в храм. Леди Алиса помогла сгладить эту ситуацию. Ей понадобилось много сил, чтобы подобный поступок не вызвал удивления и пересудов в обществе. Через три месяца, не в силах забыть истинную любимую, мой господин решил развестись с женой тем более, стало окончательно понятно, их единственная ночь не оставила последствий, вновь разыскал леди Элену, но узнал, что она ждет ребенка…
— От кого она ждала ребенка? — запинаясь, уточнила я и быстро взглянула на Марсдена. Оказаться с ним пусть и дальними родственниками совершенно не хотелось. — От мужа или Риса?
— Это может сказать только леди Элена, — заметил Далтон.
— Предлагаешь и ее призрак вызвать? — съязвила я.
— Я надеялся, что вы не откажетесь, — вновь поклонился Далтон. — По вполне понятным причинам, я этого сделать не могу.
— Далтон, что дальше? — вновь напомнил Марсден.
— Милорд понял, что теперь леди Элена окончательно для него потеряна и попросил леди Алису об еще одной услуге… Чтобы она стерла воспоминания о существовании леди Веспар, и милорд мог начать новую жизнь с законной женой, восприняв все происходящее как знак свыше. Перед этим, он постарался убрать все свидетельства, что Веспары вообще проживали в Харфорде. Учитывая недолгое время их пребывания в городе, это не составило труда. Деньги господина Риса уничтожили вещественные доказательства, магия леди Алисы закончила дело, стерев воспоминания из памяти людей. Затем пришел черед милорда. Это была страшная ночь. Бушевала страшная гроза, примерно, как пару дней назад. Леди Алиса провела ритуал, но он вошел в противоречие с проклятием. Милорд действительно забыл о леди Элене, но она, неизменно, каждую ночь приходила к нему во снах. До конца своих дней он больше не был счастлив. Впрочем, совсем скоро им всем стало не до этого. Как и обещала леди Веспар, первый год прошел относительно спокойно, а леди Маргарет родила наследника, но потом… все стало рушиться на глазах. Жена милорда не выдержала родов и помутилась в рассудке, у милорда начались проблемы в делах, а леди Харгарес… Она тяжело заболела еще раньше. Как и пообещала леди Элена, так все и случилось. Почему вы не видели леди Алису, я не знаю, возможно, это тоже стало побочным эффектом ритуала.
— Не удивлюсь, если ребенок родился в последний день проклятия, — пробормотала я. — По срокам как раз подходит…
— Все так, — подтвердил Далтон. — Но позже он тяжело заболел. Леди Алиса со всеми ее силами оказалась бессильна перед проклятием. Тогда я понял, что готов продать душу, лишь бы спасти его.
— Что вы сделали Далтон?! — потребовал ответа Марсден. — Я ведь правильно понимаю, что именно вы виновник моих снов, видений Лены и всего того, что происходит с нами в этом доме?
— Я попытался спасти своего молодого господина, в таких случаях не имеет значения цена. И неважно, что это: деньги, связи или… жизнь.
— Не понимаю, — прошептала я. — Но вы могли пожертвовать только…
— Жизнью, — кивнул Далтон. — Видите ли, леди, Рис вырос у меня на глазах. Я видел несправедливое отношение отца к нему и от всей души жалел ребенка. Как-то незаметно он стал для меня всем, дороже всех в мире. Когда он вернулся после длительного отсутствия, я с радостью начал служить ему. Но моя служба заключалась не только в работе по дому, прежде всего, я защищал его душу. Увы, из странствий милорд вернулся под другой защитой. Темной, не снимаемой защитой. Пока она была направлена ему во благо, я не вмешивался, лишь наблюдал. Когда милорд познакомился с леди Эленой, я воспрянул духом, понимая, что тот свет, который несла девушка, окончательно изгонит тьму. Но даже столь яркий свет можно сделать ночной мглой. Для леди Элены таким толчком стало предательство со стороны милорда. И все равно она не прокляла на смерть, просто сделала так, чтобы все те, кто помешал ее счастью, пожалели об этом. Но когда заболел его сын, я понял, помочь смогу только я. Проблема заключалась в том, что вернуть его с грани можно было только при помощи ритуала с жертвой. И я стал ею, заодно попытавшись помочь и милорду. Остальные меня не интересовали, только хозяин и его наследник.
Я промолчала, понимая, о чем умолчал Далтон. Ему не было дела до Мегги и Алисы.
— Кто вы, Далтон? — отрывисто спросил блондин.
— Хранитель дома, этой семьи, потомок древнего рода, обладающего знанием. Я все равно не смог справиться с проклятием, хотя жизнь мальчика спас. Еще я оставил завещание для милорда, в котором просил его все сделать так, чтобы я и дальше мог присматривать за семьей Марсденов. И я очень благодарен, что милорд Рис все выполнил досконально. Долгие годы я наблюдал и видел, что проклятье вовсе не закончилось на милорде, а перешло на его потомков.
— Так что это за проклятье? — спросила я.
— Думаю, если милорд припомнит историю своей семьи, то отметит некоторую закономерность. Ее представители не только несчастливы в браке, но и умирают довольно рано. А точнее, никто еще не перешагнул сорокапятилетний рубеж, и последние годы каждым владело безумие. А после смерти главы семейства, единственный сын начинает видеть странные картины в голове.
Я быстро посмотрела на блондина, по задумчивому выражению его лица, поняла, что все это правда, а затем начала судорожно вспоминать, сколько лет Марсдену. К своему стыду, припомнить точно не смогла, но явно за тридцать.
— Я был вынужден наблюдать, как один за другим погибают представители рода Марсденов, но ничего не мог сделать. Сил оказалось недостаточно, а та, кто могла помочь, рождалась или слишком рано, или слишком поздно. Ни одна из потомков Элены Веспар раньше не откликалась на мой зов, а подобное проклятие могла снять только та, в ком течет ее кровь и сила. Но я ждал. Ждал и собирал крохи энергии. Долгие годы я впитывал те чувства, которые все же были, пока безумие не полностью овладевало мужчинами из рода. Я копил силы, ожидая вас. Вы услышали, — Далтон посмотрел на меня. — И тогда я воспрянул духом.
— Почему только сейчас? — тихо спросила я. — Не год назад, или два, или десять?
— Сил все еще было мало, но я рискнул. Сейчас милорд — последний представитель рода, наследником не обзавелся, а учитывая проклятье, даже если у него и родится сын, он с самого детства будет обречен на видения. Не думаю, что эта ноша под силу ребенку. И если он вообще не появится, род прервется, а все жертвы и страдания станут напрасны. Как и леди Элена, я иногда могу заглянуть в будущее. Я знал, что должны родиться двое, которые могут исправить ситуацию. Есть заклинание, которое направлено на поиск… Его-то я и использовал. Долгие годы я ждал и копил силы, но когда понял, что вы готовы принять на себя эту ношу, то вновь позвал вас сюда.
— Я уже лет десять вижу эти сны, — пробормотала я.
— А я шестнадцать, — заметил Марсден.
— Далтон, вы не ответили на вопрос! — напомнила я. — Почему?
— А вы смогли бы десять лет назад принять происходящее здесь, или убежали бы в ужасе? — с грустью уточнил он. — А милорд был вынужден ждать, когда вы будете готовы.
Я промолчала. Дворецкий прав. Десть лет назад я походила на тень себя, боролась с собственными желаниями и безуспешно пыталась разорвать тяготящие отношения.
— Почему сейчас? — снова повторила я.
— Вы цельная личность, готовы бороться и принять свой дар. Магия не терпит неуверенности в себе и слабости.
— Всегда знал, что ты ведьма, — усмехнулся Марсден.
— Точно. Бойся меня, — нервно пошутила я, желая немного разрядить обстановку и тут же попросила дворецкого продолжить свой рассказ.
— Когда я убедился, что все можно исправить, сделал невозможное, но вернул вас обоих в дом. Да, посылал сны, видения, чтобы вас тянуло сюда с неимоверной силой, мешал продаже и изгонял нежелательных посетителей. Это потребовало много сил. Мне нужна была энергия, которую я изрядно подрастерял за последнее время, пока призывал вас обоих все эти годы. Простите, но я не знал другого способа, кроме как… Вы все поняли и сделали правильно, а я получил достаточно сил и даже смог материализоваться. И вот вы здесь, вы вместе, и я верю, все получится, несмотря на то, что милорд пытается вам помешать.
— Но каким образом нам все это исправлять? — простонала я. — А вдруг он снова решит меня придушить. Я совсем запуталась… Причем тут видения, смерти, безумие?
— Я начал видеть прошлое после смерти отца, — тихо ответил блондин. — По его рассказам, с ним случилась та же история. Видения сводят с ума, и приходится пить успокоительное, но мало кто выдерживает это все. Мой отец погиб в аварии, а дед застрелился. Да и сам Рис погиб при странных обстоятельствах.
— Твою мать, — выругалась я. — Но почему?
— Не видения, а дух милорда, — еле слышно ответил Далтон, опустив голову. — Он вселяется в своих потомков и после смерти главы семейства переходит к наследнику. Думаю, это я виноват. Когда проводил ритуал, мне казалось, он прошел гладко, как и было задумано. Я сумел остановить разорение семьи Марсденов и спасти мальчика, но всего предусмотреть не мог. В тот день, когда наследник написал предсмертную записку и пустил себе пулю в висок, я окончательно понял, что ошибся, но исправить сделанное невозможно. Потом все повторилось и не раз…
— Боже, — прошептала я, сжала пальцы Марсдена, который сидел с бесстрастным выражением лица. — Он в тебе? Но как же тогда? В ванной комнате я видела его тень в зеркале, как и ты!
— Он могущественнее в доме, поэтому может покидать тело в моменты сильных потрясений. Поймите, милорд думает, что вы Элена, — объяснил Далтон. — Вы носите ее медальон и похожи внешне. Он видит, что вы с другим мужчиной, и это выводит его из себя. Но вы, как истинная наследница леди Элены, обладаете силой, именно поэтому вы не только услышали меня через расстояние, но и нашли особняк. Вы — свет… Спросите у вашего жениха, он подтвердит мои слова. То же самое чувствовал и милорд Рис, когда был с Эленой. Рядом с ней хотелось стать лучше, подарить весь мир, защитить от бед и любить даже после смерти. Вместе вы сможете снять проклятие, я верю в это. Господин Рис живет прошлым и сам не понимает порой, что творит. Необходимо упокоить его дух.
— Кто предупредил меня о проклятье? — резко спросил Марсден. — Мой прадед псих или вы?!
— Простите милорд, — поклонился Далтон. — Я знал, что вы не сможете отмахнуться от видения с господином Рисом, поэтому принял его облик.
— Твою мать, — ругнулся блондин.
— Марсден?
Он вздохнул, кивнул и еще сильнее прижал меня к себе.
— Но как? — пробормотала я. — Как его упокоить? Это ведь предсказание на камне? Там написано, что от двоих не надо много. А что надо?!
— Любить друг друга, доверять, уметь поставить интересы любимого человека выше своих, — пояснил Далтон, а я затаила дыхание, когда рука Марсдена на моей талии дрогнула, и тогда я просто накрыла его ладонь своей, подтверждая жестом слова дворецкого. Да, я любила блондина и не собиралась отрицать этот факт. Но вот от компании в его голове надо избавляться любыми способами! — Поймите, миледи, Элена Веспар просто любила, как любите и вы. Но им не хватило самой малости. Доверия. У вас же все иначе.
— Понятно, что ничего не понятно, — вздохнула я. — Это опасно? Я про упокоение. Что нам нужно делать?
— Иногда мне удается сдерживать дух, как сейчас, к примеру, но я не могу предсказать, когда он снова проявится. А еще с тех пор, как вы завели часы, вы ускорили события, и окончательно пробудили дух милорда ото сна. С каждым днем он будет все сильнее. Учитывая произошедшее, это может стать опасным для вас, — продолжил Далтон, посмотрев на меня, и снова повторил. — Он пока не понимает, что происходит, каждый раз проживая прошлое, а именно период с юности до помолвки с леди Эленой, словно повторяя сценарий собственной жизни в своих потомках.
— Далтон, а что такое с часами? Зачем надо было расставлять их по всем комнатам?
— Часы одни, — улыбнулся дворецкий. — Те, что на камине. Я перемещал их следом за вами, чтобы вы завели их и запустили события. Когда я проводил ритуал, то завязал его на часы. Они остановились на последней секунде моей жизни в этом мире.
Я слушала и чувствовала, что нахожусь на грани истерики, хотя блондин оставался спокойным, лишь задумчиво посматривая то на меня, то на призрака. Я понимала, у него есть идеи, которые он, к сожалению, пока не спешил озвучивать.
— Марсден?
— Далтон, вы ведь знаете, как вызвать Элену? — спросил блондин.
— Медальон на шее у леди. Он ведь перешел ей по наследству? — улыбнулся Далтон. — Это амулет леди Элены. А в книге есть ритуал, как вызвать призрака по его личной вещи.
Я машинально погладила кулон, затем решительно расстегнула цепочку и сняла его с шеи.
— Что надо делать?

* * *

Я почувствовала, как напрягся блондин, когда посередине комнаты появился туман, в котором медленно проступала женская фигура. Когда мы с Марсденом, под пристальным руководством Далтона, провели ритуал, я с замиранием сердца ждала появления нового призрака.
Снова помогла спиритическая доска, на которую и поместили медальон, сбор из трав, что положили в странные чаши и подожгли, а также свечи и что-то вроде пентаграммы, вычерченной на полу. В этот раз я отнеслась к происходящему совершенно иначе. От шуток не осталось и следа, а горло неожиданно начало саднить, вспомнив хватку Риса. Не хватало вновь столкнуться с обезумевшим прадедом Марсдена! Но волновало не только это. Я то и дело посматривала на блондина. Снова проснулась безумная ревность, вспомнились его слова о влюбленности в девушку, которую он видел в своих снах. Понимала, веду себя крайне глупо, но ничего поделать с собой не могла, все еще ревную его к «тетке, что умерла больше ста лет назад» и как выяснилось — моей прабабке.
— Лена, — тихо позвал меня Марсден.
Смотря на пентаграмму, в которой уже проявилась фигура девушки, я в очередной раз поразилась ее красоте. Элена совсем не изменилась, словно застыв в возрасте, в котором я ее и видела. Невысокая, хрупкая, изящная. Если не обращать внимания, что через тело девушки можно было увидеть различные предметы в комнате, я рассмотрела и темно-синее платье, украшенное белоснежным воротником, и цветной кулон на высокой груди. Распущенные волосы вьющейся волной спускались до талии, а синие глаза притягивали к себе так, что я не могла отвести взгляда. Становилось ясным, как действовала красота Элены на мужчин, если даже я не смогла остаться равнодушной.
Элена обвела нас всех немного растерянным взглядом, но, когда увидела дворецкого, улыбнулась такой чарующей улыбкой, что я невольно сделала то же самое.
— Далтон, — произнесла она. — Рада тебя видеть.
— Леди Элена, — поклонился он.
— Но, что происходит? — нахмурилась она. — Кто эти люди? И почему я снова здесь?
— Леди Элена, что вы помните последним? — напряженно спросил Далтон.
— Если ты думаешь, я не понимаю, что мертва, то ошибаешься, — улыбнулась девушка. — Ведьмы не могут обрести покой, и тебе это известно. Как и то, что при желании можно найти место, точнее воссоздать, где был счастлив до смерти. Зачем вы вызвали меня? Далтон, я понимаю, что прошли годы, но я по-прежнему не хочу находиться в этом доме.
Я застыла и жадно рассматривала прабабку. Наверное, столь неподдельный интерес не остался незамеченным, потому что Элена повернулась, посмотрела на меня и снова еле заметно улыбнулась.
— А я тебя знаю. Ты моей крови, и в тебе тоже есть силы. И тебя я знаю, — голос девушки немного заледенел, когда она посмотрела на Марсдена. — Ты из его рода. Как же вы похожи, — прошептала она. — Невероятно!
— Леди Элена, — позвал девушку дворецкий, она резко обернулась и повысила голос:
— Далтон, что происходит? Почему они здесь? Да еще в такой странной одежде!
— Это ваши с милордом потомки. И да, я свел их. Леди Элена, вы ушли, — тихо сказал Далтон, — но оставили после себя горе и несчастья. Если ничего не предпринимать, то род Марсденов угаснет…
— Туда им и дорога! — резко сказала девушка. — Уже сейчас я вижу на нем темное пятно, что обволакивает его разум и рано или поздно приведет на край гибели еще одну чистую душу. А ее — сияет, как когда-то сияла я, защищая душу любимого и оберегая ее от бед. Он предаст, и она будет вынуждена пойти против своей природы. Станет мстить, чернить сердце, продавать душу.
— Я не предам…, — начал было Марсден, но Элена перебила его:
— Он тоже так говорил, а за несколько дней до свадьбы изнасиловал ту, кого я считала лучшей подругой. Мальчик, не говори мне столь пафосных слов. Мужчины из вашего рода не способны на верность.
— Эм… Элена, — осторожно вклинилась я в отповедь. — Могу я вас так называть?
— Конечно, девочка моя, — у Элены изменился тон, и мне она ответила уже мягче, а глаза не прожигали ненавистью.
— Мы сами разберемся в наших отношениях, — тихо, но твердо заявила я, старательно не обращая внимания, как Элена нахмурилась. — Уж дайте мне такую возможность. Но есть проблема серьезнее. Могу я кое о чем спросить вас?
— Что угодно, — разрешила девушка. — Но прежде, мне бы хотелось остаться с тобой наедине.
— Нет, — резко заявил блондин, а Элена скривилась с такой силой, что я поспешила немного притушить возможный скандал.
— Марсден, — миролюбиво заметила я. — Пожалуйста. Мне ничего не грозит. Так ведь, Далтон?
Дворецкий кивнул, но это блондина не успокоило. Тогда я подошла к Марсдену, прижалась к груди, с наслаждением прикрыв глаза от моментально окутавшей меня теплой волны любви и заботы, а затем приподнялась на носочки, быстро поцеловала его и снова прошептала:
— Пожалуйста.
Нехотя, но он отпустил меня, развернулся и направился в сторону дверей, с угрозой бросив:
— Я рядом.
— Смешной такой, — усмехнулась Элена, когда сначала блондин, а следом и Далтон покинули комнату. — Как будто он сможет мне что-то сделать, если я захочу навредить. Нет, нет, — воскликнула она, когда я испуганно попятилась. — Тебе ничего не грозит. Просто я хотела поговорить без свидетелей. Расскажи мне о себе, — почти с мольбой в голосе попросила она. — Я вижу только, что ты красивая, отважная и еще не потеряла способности любить. Я хочу знать все! От рождения и до сегодняшнего дня. Как ты росла, чем занималась и, конечно же, мне нужно знать все, что связано с этим домом и его владельцем.
Некоторое время я смотрела на свою прабабку с сомнением, все еще не веря в происходящее. У меня было столько вопросов, что я не понимала, с какого начать, но все же подчинилась просьбе Элены. Поначалу рассказ давался тяжело. А потом, внутреннюю плотину прорвало и, в какой-то момент, я поймала себя на мысли, что жалуюсь призрачной девушке, как чувствовала себя нелюбимым ребенком, сколько мне пришлось бороться за то, чтобы вести выбранный для себя образ жизни. Говорила о непонимании, отчужденности со стороны родных, и о недавно выяснившейся истинной причине этого. Элена слушала внимательно, не перебивала и только хмурилась, когда разговор вновь сворачивал на мою обиду на родителей. Собственный рассказ становился откровением и для меня, потому что, по идее, было глупо чувствовать себя обиженной маленькой девочкой, но, оказалось, детские комплексы вовсе никуда не делить, хотя я и запрятала их глубоко.
Рассказала и о том, как мне снился особняк, а потом приехала сюда, познакомилась с блондином и у нас все закрутилось.
— Это он подарил тебе? — уточнила Элена, показав рукой на кольцо, что подарил мне Марсден. — Знак помолвки?
— Получается что да, — неожиданно смутилась я. — Поначалу мне казалось, что это просто такая шутка, а сейчас получается, что и нет.
— Он предаст, — вновь повторила Элена. — Мужчины не способны быть верными и благодарными. Что бы ты ни испытывала, лучше задавить это все в зародыше и уйти. Быть одной, вне суеты мира — так спокойно и хорошо.
— Именно так ты поступила? — разозлилась я. — А ты знаешь, что он искал тебя и отступился только тогда, когда узнал, ты ждешь ребенка. Кстати, а чей это был ребенок?
— Не Риса, — с горечью усмехнулась Элена и как-то жалобно переспросила. — Искал? Меня?
— Он с ума сходил, — подтвердила я, вспоминая рассказ Далтона, уверенная в том, что дворецкий не солгал. — Чувствуя вину, сначала не решился броситься за тобой вдогонку, потом было поздно. Он пробовал стереть себе память, но так и не смог разлюбить тебя. Мало того, все потомки Марсдена продолжают любить тебя, отчего не могут построить свое личное счастье, а к концу жизни и вовсе сходят с ума… А я люблю его правнука и хочу быть с ним, понимаешь? Никого и никогда не любила так сильно! Я чувствую, наша любовь взаимна. Да, ты несчастна, но почему отказываешь в счастье мне? Это жестоко! Почему ты не поговорила со своим Рисом, почему вы уехали в столь короткие сроки и исчезли. Почему? Зачем ты вообще приехала сюда в тот день? — потребовала ответа я.
— Я столько раз кляла себя за это, — помолчав, сказала Элена. — Но и поступить иначе не могла. Как ты уже знаешь, я — владеющая силой. Магия, пророческие сны, способность заглянуть в прошлое и будущее… Кстати, в тебе тоже есть эта сила. Но именно одно из видений стало началом конца. Я увидела, что мой жених совершил страшное — изнасиловал мою лучшую подругу. Мне надо было убедиться, что это ложь, но я лишь получила подтверждение. Теперь понимаю, надо было сдержаться. Увы, сделанного не воротишь.
— А Мегги? — уточнила я. — Неужели ты не видела, что она такая стерва?
— Она была моей подругой, — усмехнулась Элена. — Я даже поделилась с ней силой, но у нее все равно не хватало способностей, чтобы заниматься магией, так что почти все ритуалы проводились именно мною. Но когда я познакомилась с Рисом, то решила стать просто женой и матерью, забыв про все остальное. Хотела стать идеальной для него, а, по слухам, он особенно ценил добропорядочность, религиозность и невинность во всем. Мегги вернулась неожиданно, а я была так растерянна и обескуражена той бурей чувств, что ворвалась в мою жизнь… Сейчас понимаю, Мегги всегда была завистливой и расчетливой, но тогда я не ждала от нее удара в спину. Да что там, я и предположить не могла, что она вовсе не невинная жертва, а… Нельзя никому доверять! Ни мужчинам, ни женщинам! — бескомпромиссно заявила Элена и продолжила тише. — После того, что случилось в особняке, я вернулась домой полностью раздавленная. Мне было плохо, сердце заходилось от боли, а душа казалась черной и грязной. Я ненавидела себя за сделанное, но изменить ничего не могла. А затем…, — девушка отвернулась в сторону. — Не знаю, что именно послужило причиной, но у меня начались лихорадка, жар и кровотечение. В тот день я впервые видела отца испуганным и проявившим ко мне участие. Он даже вызвал врача, который поставил диагноз о чрезмерном перенапряжении. Увы, он сказал отцу, что если я хочу в будущем иметь детей, мне следует поберечься и не допускать повторения подобного. Я убедилась, наша ночь с Рисом не оставила последствий, но и отец узнал, что я больше не невинна. Он хотел ехать к Марсдену, но не для удовлетворения чести, а чтобы потребовать с него больше денег. Этого я допустить не могла. В тот момент больше всего на свете я хотела оказаться от Харфорда за тысячу километров и больше никогда не видеть Риса Марсдена. Применила силу, заставила отца увести меня из города. Увы, но тот день стал последним, когда я смогла прибегнуть к магии. И это понятно. Моя сила была светлой, а я употребила ее во зло. Проклиная Риса, Алису и Мегги, я сама получила обратный удар. Хотя, в тебе сила есть. Небольшая, но при должном обучении, ты сможешь развить ее.
— И что потом? — прошептала я, возвращая Элену к теме разговора, когда она снова замолчала.
— Отец пришел в себя, и ему не понравилось, что я заставила его сделать. Тогда он привел в дом того, кто раньше предлагал за меня не меньше, чем Рис. Через неделю я стала женой лорда Даера. Жених не интересовался моими чувствами и желаниями, но очень хотел владеть моим телом. Думаю, нет смысла говорить, что счастливой он меня не сделал. Я забеременела практически сразу, как ни пыталась этого избежать. Увы, ни травами, ни другими действиями, я не смогла вытравить ребенка из своего живота. Я смирилась со своей судьбой, пропажей дара, живя надеждой, что обрету новый смысл в ребенке. Увы, этого не произошло. С первого крика дочери, у меня появлялось только одно желание: не видеть, не слышать, не брать на руки. Я ненавидела мужа, терзавшего мои тело и душу, а ребенок вызывал лишь раздражение. Несколько раз я пыталась сбежать, но он возвращал меня и наказывал. А взять в руки нож или применить яд я не смогла. Как и покончить с собой, зная, что ждет меня в таком случае после смерти. Не в силах терпеть, противостоять и бороться, я постаралась сделать так, чтобы…
— Что?!
— Мой муж убил меня, — спокойно ответила Элена. — К тому же, это было не сложно. К тому времени он уже был замешан в чем-то незаконным, почти всегда появлялся дома пьяным и раздраженным. Я выждала момент, когда он в очередной раз вернется не в духе… И у меня все получилось.
Я ахнула и прикрыла рот рукой. История моей прабабки была настолько трагичной и ужасной, что хотелось плакать. Впрочем, именно это я и делала, неожиданно обнаружив, что щеки мокрые. А потом я вспомнила то, что раскопал Марсден о моем прошлом.
— Моя мать тоже не любила меня и отказалась, когда я была маленькой, — буднично заметила я. — Оставила только кулон. Скажи, возможно такое, что твои потомки в какой-то степени повторяют твою судьбу, как и в семье Марсдена?
— Вполне. И если так — это моя вина, — вздохнула Элена. — И мне исправлять. Точнее, нам обеим.
Мне не нравилось, как Элена смотрит на меня, но я понимала, что соглашусь на все, чтобы мои дети не чувствовали себя обделенными и одинокими, а Марсден избавился от своего сумасшедшего предка. Еще я хотела быть с блондином, родить от него детей, вместе воспитывать их. Боже, я хотела быть счастливой с конкретным мужчиной!
— Скажи, чем я могу помочь? — тихо спросила я.

* * *

Было жутко холодно, а еще странно и непривычно. На первый взгляд внешне я никак не изменилась, но при пристальном рассмотрении было заметно, что глаза приобрели более насыщенный оттенок, кожа посветлела, а волосы завились крупными кольцами. Словно на мою внешность наложилась другая, но они так идеально совместились, что различия заметить было сложно. Поражало меня совсем другое. Сердце будто замедлило ход, кожа на руках стала ледяной, и я поймала себя на отчаянном желании надеть что-то более закрытое и скромное.
— Переодеваться не буду, — буркнула я, когда чувство стыда стало слишком сильным.
— Прости, — раздался в голове виноватый голос. — В мое время одежда была скромнее.
— Знаю, — улыбнулась я, рассматривая, как прохладные ладони сами гладят обнаженные плечи, а затем ощупывают джинсы. — И еще, — уточнила. — Будет лучше, если ты оставишь в покое мое тело и дашь возможность двигаться самой. В нашем тандеме я ведущая, твоя очередь придет тогда, когда станет необходимо.
— Прости, — снова повинилась Элена, и я почувствовала, что моим телом никто не управляет. — Иногда так хочется почувствовать себя живой. Ладно, зови остальных, пора рассказать, что мы собираемся делать.
Я так и поступила. Когда в комнате появились Марсден и Далтон, оглядывающиеся по сторонам, я молчала некоторое время. Но когда блондин подошел ближе и привычно обнял меня, чтобы тут же недоуменно отстраниться, а потом снова потрогал мою кожу, не выдержала и улыбнулась.
— Что ты сделала? — потребовал ответа Марсден. — Почему ты холодна, как лед?!
— Думаю, леди Элена находится в ее теле, — предположил Далтон.
— Именно, — кивнула я. — И прежде, чем ты начнешь читать мне нотации, скажу сразу, я делаю это не только для тебя, но и для себя. Успокойся. Элена не причинит мне вреда, — изнутри появилось тепло, словно подтверждение моим словам. — Уже рассвет, — заметила я, посмотрев в окно. — Знаю, ночь была бессонная, но давайте не будем откладывать. Пора покончить со всем этим и жить дальше.
Марсден снова прижал меня к себе, и я прильнула к его груди, наслаждаясь теплом. Оно было мне жизненно необходимо. А еще его поцелуи и руки, которые гладили спину. Я чувствовала, что Элена внутри меня недовольна, но никаких комментариев не последовало, за что я была благодарна прабабке. Мне показалось, несмотря на старые обиды, она давно поняла, что совершила ошибку и хотела ее исправить. Я жалела ее, сочувствовала, желала помочь обрести покой. Когда Элена оказалась в моем теле, на какой-то миг я увидела всю историю ее жизни, прочувствовала все эмоции и поняла, несмотря на все отрицание, она так и не смогла разлюбить Риса. И теперь, к желанию обеспечить нам с Марсденом счастливое будущее, неважно, долгое оно или нет, мне хотелось счастья и покоя для Риса и Элены. Я любила блондина неимоверно, но, если быть совсем честной, их чувства казались гораздо сильнее. Просто… нравы того времени, недомолвки, ревность, обиды, а еще нежелание наступить на горло своей гордости и откровенно поговорить, прежде чем совершить непоправимое… Все смешалось в ужасающий коктейль, что и привел к трагедии. Прошлое не может измениться. Это так. Но все равно должен быть шанс и для них.

Глава 14

* * *

Мечты исполняются вовсе не так, как мы думаем. Я наконец-то заполучила футболку Марсдена, его свитер, и даже куртку. Конечно, я продолжала мерзнуть, но нежный и заботливый взгляд блондина, пусть и задумчивый, тепло его руки, которой он пожимал мои пальцы, дарили так необходимое мне сейчас ощущение защищенности и заставляли чувствовать себя намного увереннее. Элена во мне пыталась протестовать против столь тесного контакта, но тут уже я не стала церемониться и жестко напомнила ей, что ее чувства — одно, а мои — совсем другое, и не надо их проецировать на себя. Когда прабабка замолчала, на мгновение я испугалась, что она на меня обиделась, но право на собственное счастье я готова была отстаивать даже перед призраками.
Я внимательно наблюдала за Марсденом, ища признаки пробуждения духа его прадеда, но голубые глаза вовсе не темнели, а руки были теплыми. Когда блондин переплетал наши пальцы, отчего ободок кольца впивался в кожу, я лишь улыбалась и не обращала внимания на боль. Все, что я хотела, поскорее закончить эту историю с проклятием, и с головой окунуться в омут отношений с Марсденом. Знать, что нам никто не будет мешать, наслаждаться каждыми прикосновением и поцелуем. А еще попробовать превзойти блондина в искусстве готовки, научиться разжигать камин, дописать книгу… Я много о чем мечтала. Выбрать шторы для спальни, посадить цветы и поставить рамку с нашим фото на полку камина. Вот только ни единой фотографии пока не было, а в то, что у нас все надолго и всерьез, до сих пор не верилось: кольцо и предложение, сделанное в гостиничном номере — казались сном. Но тут уж с собой ничего нельзя было поделать. Наверное, как и все женщины, я готова была поверить в самое немыслимое и сомневаться в очевидном. Но с этим я разберусь позже, а пока…
— О чем задумалась? — поинтересовался блондин.
— Мне страшно, — призналась откровенно. — Элена согласилась, что дух Мегги задержался в нашем мире, но относительно Алисы она не уверена.
— А что она тебе говорила, пока вы были вдвоем? — поинтересовался Марсден. — Как я ни пытался, не смог расслышать ни слова.
— Это не моя история, — тихо сказала я. — Если Элена разрешит, я расскажу. Нет — не обижайся.
Блондин улыбнулся и снова перевел взгляд на дорогу, а я чуть подвинулась и положила голову ему на плечо.
Конечно, вся ситуация была кошмарной, если так подумать. В голове моего любимого мужчины поселился его прадед-псих с замашками убийцы. Мало того, призрак отравлял его разум, медленно сводя с ума. Становилось понятным пристрастие Марсдена к экстриму, его довольно простое отношение к жизни. По большому счету, он жил настоящим, не задумываясь о будущем, хотя это вовсе не мешало ему довольно успешно вести бизнес и получать удовольствие от каждого дня, не бросаясь в крайности. И тот факт, что он захотел чего-то постоянного, если брать в расчет нашу помолвку, не мог не радовать. И это, кстати, объясняло, почему он сделал мне предложение настолько быстро, хотя, когда пару часов назад я обиженно спросила, почему он не рассказал мне подробностей, блондин лишь пожал плечами и спокойно заметил, что планировал разобраться во всей этой проблеме, тем более, что отныне у него был для этого хороший повод.
Утром мы успели о многом поговорить. И в доме, когда допросу подвергся Далтон, подробно объяснивший что к чему, и наедине в машине.
Именно дворецкий окончательно расставил все точки в нужных местах.
Как выяснилось, истинным виновником того, что дух Риса не нашел покоя и вселился в собственного сына, а после его смерти нашел себе нового носителя, повторив это еще ни раз, был именно Далтон. Он рассказал нам, что за ритуал провел в ту ночь, и почему мои видения изменились, когда я завела часы. Смерть дворецкого не только остановила часы, но и обмануло проклятье, заморозив его что ли…Чтобы не оставить мне выбора и заставить участвовать в событиях, Далтон и направил мне тот самый первый сон. После него, по большому счету, других вариантов, как найти ключ и завести часы, у меня не осталось. После этого я начала видеть и другие эпизоды, приведшие к трагедии. Прабабка вместе с дворецким уверяли, что это одна из сторон дара — видеть прошлое и будущее. Поэтому и Марсден мог наблюдать их, только с моей помощью. Мне до сих пор не верилось, что и я владеющая даром, но с этой проблемой решила разобраться позже.
Итак, я начала видеть события, а дух Риса пробудился от того полусна, в котором он находился все эти годы. До этого, он просто переходил из разума в разум, постепенно видениями сводя носителя с ума. Стало ясно, почему никто из Марсденов не был счастлив в браке. Впрочем, а как иначе, если каждый из мужчин этой семьи подсознательно мечтал о другой, стремился забыться в объятиях самых различных женщин. Почему это начиналось после обряда венчания? Думаю, дух Риса начинал метаться, осознавая, что это совсем не та женщина, которую он желал. Не Элена. И лишь усугублял проклятие. Моему любимому в этом плане повезло — он до сих пор не был женат… Но хотел все изменить.
Блондин признался пару часов назад, что, когда увидел меня, его накрыло уверенностью — больше не надо искать. Я именно та, кто ему нужен. Слушать подобное было приятно, в груди разливалось тепло, а взгляд туманился от ощущения счастья. Одновременно, я вновь сомневалась, не потому ли это, что я правнучка Элены. Но поцелуй Марсдена прогнал неуверенность в себе. А может, я просто от всей души хотела верить. Но сейчас все это неважно. Главное, упокоить духа и дать нам возможность с блондином выяснить наши отношения самим.
Я и представить не могла, каково это жить столько лет с разумом другого человека в голове. И пусть он не влиял активно на жизнь Марсдена, мне хватило пары часов, что Элена находилась у меня в теле, чтобы понять, блондин обладает невероятной выдержкой, раз подобное соседство не сильно повлияло на него, и он до сих пор оставался вполне вменяемым.
А пока наш путь лежал в Харфорд, где первым делом мы должны были навестить Лиз. Почему Элена приняла такое решение, выслушав рассказ о наших с блондином приключениях и открытиях, я не понимала. Еще необходимо было выяснить, что стало с Алисой. Элена уверяла, что не видит ее среди мертвых, и это было еще одной загадкой, которую стоило решить в самые кратчайшие сроки. Проблема была в том, что я совершенно не знала, каким образом смогу помочь. Прабабка уверяла, во мне есть сила, а в нужный момент она просто использует мое тело и все сделает сама. Мне не оставалось ничего, как довериться ей.

* * *

В город мы приехали довольно быстро, и, не мешкая, отправились в архив. Конечно, существовал риск, что Лиз там не окажется, но я понадеялась на удачу. Хотелось спать, несмотря на крепкий кофе, так что хорошо бы закончить с этим всем поскорее. И да, я была благодарна Элене, что она сидела тихо и не «отсвечивала», позволяя мне думать о своем.
Марсден припарковал машину поодаль, и мы еще около получаса были вынуждены сидеть в ней, дожидаясь начала открытия учреждения. Но вместо того, чтобы обсуждать или планировать предстоящее, мы сидели рядом, переплетя пальцы, касаясь друг друга, даря поцелуи. И неожиданно для себя я осознала — не могу понять, что мне больше нравится: предаваться страсти, которая в прямом и переносном смысле сбивала с ног и туманила разум или вот так просто молчать и смотреть друг на друга, вздрагивая и теряя голову от каждого прикосновения.
— Пришла, — вдруг сказал блондин, меняя положения тела, но так и не выпустив мою руку из своей.
Проследив за его взглядом, я увидела Лиз, которая уже подошла к двери здания, нервно оглянулась и быстро вошла внутрь.
— Готова?
Я промолчала, лишь улыбнулась и пожала его пальцы.
Не прошло и десяти минут, как мы вошли в здание архива, и нашли Лиз. Но прежде, чем я успела понять, что происходит, почувствовала, как мое сознание медленно захватывает чужая воля. Меня словно решительно оттеснили в угол, беря контроль над телом и разумом. Машинально я воспротивилась, но голос Элены напомнил, что это необходимо, и я заставила себя подчиниться, став просто вместилищем чужой души и вынужденная наблюдать за всем происходящим со стороны…
— Здравствуй Лиз, — сказала Элена.
— Зачем пришла? — буркнула побледневшая девушка. — Мне кажется, что вы еще в прошлый раз убедились, что я ничего не могу сказать.
— Ну, отчего же, — я почувствовала, как растянулись в саркастической улыбке губы. — Нежелание и невозможность — разные вещи. Хотя я могу тебя понять. Оказавшись в живом теле, ой как не хочется с ним расставаться, а надо вести себя осторожно, чтобы ненароком не выдать истины. Мегги, как давно ты заняла тело этой бедной девушки?
— Не понимаю…
Не понимала и я, зато осознала, в отличие от настоя, мое заклинание не сработало…
«Сработало, — услышала я голос прабабки. — Но я сняла его. Мне необходимо поговорить с бывшей подругой».
Мне ничего не оставалось, как извиниться и не отвлекать ее своими мыслями.
— Все ты понимаешь, — Элена лениво посмотрела по сторонам, а затем прошла к столику, стоявший посередине комнаты и провела по поверхности. — Кто тебе это тело?
— Что тут происходит? — взвизгнула Лиз.
— Не узнаешь? — усмехнулась Элена. — А зря! Или ты думала, что сможешь делать все, что угодно и никаких последствий не будет?
Я не понимала ничего! О чем говорит прабабка?! Какое отношение Мегги имеет к Лиз, ведь мы с Марсденом выяснили, что женщина одержима духом Алисы! Неужели ошиблись? Элена уверяла, что дух Мегги задержался на земле, как и Риса. Почему? Неизвестно. Но она с такой уверенностью говорила с девушкой, да и по лицу Лиз становилось заметно, прабабка не ошиблась. Может месть, или ритуал Далтона все же как-то коснулся ее, как и Риса, и дух Маргарет менял носителя из числа кровных родственников? Увы, генеалогическое древо Лиз мы не знали, но вполне могло оказаться, что она дальняя родственница Вудвортов.
— Элена? — прошептала Лиз, а точнее Мегги.
— Правильное решение и мы сохранили много времени. Я не буду повторять дважды. Отвечай!
— Ты не была такой раньше, — пробормотала Мегги, бочком продвигаясь к выходу.
Но, короткий взмах рукой, и Марсден понял все с полуслова, преградив дорогу.
— Сама уйдешь или тебе помочь? — уточнила Элена. — Впрочем, я всегда работала за нас двоих. Мне только одно непонятно, зачем ты все это делаешь?
— Ты никогда и не поймешь? У тебя с рождения было все, — зло выпалила Мегги. — Обеспеченная семья, сила, внешность, да еще и лучшего жениха отхватила. А когда я спросила о привороте, которым ты его заполучила, начала меня уверять, что у вас большая и чистая любовь. Лгунья! Если бы ты согласилась мне тогда помочь, то я бы не стала влезать в твои отношения. А так… каждый выживает и добивается цели, как умеет.
— Я не привораживала его, — спокойно сказала Элена, но я чувствовала, какая буря бушует внутри. — Наша любовь была истинной, а отношения — чистыми и взаимными. Да, такое редко кому выпадает, но мне повезло. Это ты напоила его в тот вечер? — без перехода резко спросила она.
— А он напился сам, я лишь помогла выпустить наружу его ярость, — Лиз с вызовом вскинула голову. — И знаешь, если бы он всегда был таким в постели, то счастливей меня не было бы… Как ты считаешь, я себя чувствовала, когда он почти три месяца после свадьбы не прикасался ко мне?…
— Замолчи! — повысила голос Элена, и я похолодела вместе с воздухом в комнате.
Не знаю, что это было, но Мегги заткнулась и попятилась. А я снова поразилась контрасту. Какой нежной и невинной моя прабабка была с Рисом, как смущалась и робела. Она казалась диковинной птичкой, обидеть которую мог только самый последний негодяй. Первое сомнение появилось, когда она показала другую себя в тот ужасный день. В жестах и словах появилась властность, сила и достоинство сквозили в каждом повороте головы. Не думаю, что она притворялась с Рисом. Скорее всего, скромность была одной из граней ее сути, а с женихом она позволила себе быть слабой. Но сильный стресс заставил забыть про робость и выпустил ту часть ее характера, которая позволила ей защищаться… Наверное, живи она в мое время, Элена могла работать на одной из руководящих должностей, стала бы независимой и обеспеченной женщиной, но сто пятьдесят лет назад, ее предназначение заключалось в удачном браке и рождении детей. И она с радостью приняла установленные правила, когда познакомилась и влюбилась в Риса. Но и он был представителем своей эпохи. Еще они слишком сильно любили друг друга, а этому неизменно сопутствует не менее сильная ревность. Неспособность в какой-то момент прислушаться друг к другу привела к ужасающему результату. Если бы их оставили в покое!
— Дай-ка догадаюсь, — совершенно спокойно продолжила Элена, в то время как Мегги могла лишь безмолвно открывать рот. — Ярость, говоришь? Я помню это заклинание, но тебе не хватило бы сил самостоятельно его применить. Алиса не могла. Рис проговорился, что она принесла ему клятву верности. Как тогда? Говори, — разрешила она.
— Рис сказал Алисе, что никогда больше не будет ее любовником, когда ты появилась в его жизни, — прошипела Мегги. — А я намекнула ей, что не буду возражать против их отношений. Тогда Алиса просто поделилась со мной силой, как и ты когда-то.
— Поступок, о котором я потом сожалела тысячу раз, — тихо сказала Элена и приказала. — Как все произошло?
— Я встретилась с ней в тот же день, после того, как ты рассказала мне все, — через силу начала говорить Мегги. — Предложила план, и она согласилась со мной. Алиса страстно сама желала выйти за Риса замуж, но понимала, этому никогда не бывать. Пока ты была рядом с ним, ей было отказано даже от места любовницы. Обиженная женщина способна на многое, в том числе и обойти клятву верности. Опоить Риса не составило труда. Напиток, которым его потчевала Алиса на приеме, был вполне невинным и направлен на ослабление контроля над разумом и телом. Это клятве не противоречило, Алиса порой сама делала этот настой, чтобы успокоить любовника.
— А кто опоил меня? — глухо уточнила Элена. — И подсунул в лапы Даера.
— Ты сама, — ухмыльнулась Мегги. — Знаешь же, что при взаимодействии вина и паров «Дурмана», выпивший напрочь утрачивает способность соображать. А у меня было достаточно сил, чтобы сделать «духи» и отдать их Даеру с нужной инструкцией.
Внутри я почувствовала такую боль, что невольно схватилась за грудь, успокаивая сердце. Дикое опустошение, понимание, что в тот вечер защитный амулет остался дома, потому как не подходил к платью. Сама Элена была расстроена тем, что Рис нашел книгу по магии и очередным приказом отца, который распорядился уделить лорду Даеру внимание и подарить несколько танцев. Вынужденное подчинение и горькое сожаление, что попалась в эту грубую, но так искусно расставленную ловушку.
— А тот спектакль, что вы с Алисой устроили у Риса?
— Мы специально приехали с утра, — усмехнулась Лиз. — Все просчитали до мелочей, но и здесь ты влезла. Конечно, как же упустить из рук такую добычу! А ведь за тобой ухаживал и Даер. Могла бы выйти за него, и оставить Риса мне!
— Ты себя слышишь? — перебила ее Элена. — Я любила Риса и только его. Он любил меня. Зачем?! Зачем вы решили все разрушить? Разве я мало для тебя сделала? Мы же дружили!
— А-то ты не понимаешь, — пожала плечами Мегги. — Я хотела получить твою жизнь и все для этого сделала.
— Что ж, это были последние детали, которых мне не хватало, — вздохнула Элена. — Осталось выяснить, зачем тебе Лиз?
— Ты же знаешь, что можно вселиться только в того, в ком есть частичка твоей крови, — скучающе произнесла Мегги. — Эта девка одна из потомков тех, кого в свое время наплодил мой папаша. Так что мы в некоторой степени родственники. А еще она с такой легкостью поддается влиянию, и склонна к мистике, что овладеть ее телом не составило труда. Кстати, она влюблена в него, — Маргарет кивнула в сторону Марсдена. — Заполучив правнука Риса, я даже сделаю счастливой нас обеих.
— А тебе он зачем сдался?
— По той же причине, что и Рис. Он богат, хорош собой и станет для меня ключом от дверей высшего общества, где я смогу блистать и ловить завистливые вздохи.
— А проклятия не боишься? — усмехнулась Элена.
— Нет. К тому же, быть богатой вдовой совсем не плохо.
— Стерва!
Да, я обещала, что не буду влезать, но тут проснулась моя собственная ревность. Лиз, или Мегги, неважно, захотелось придушить. Услышав укоризненный голос Элена, просящей дать довести ей все до конца, я послушно отошла в сторону.
— Ладно, пора заканчивать этот балаган, — решительно заявила Элена, подошла к Мегги и взяла ту за руку.
Мне все время казалось, что магия должна сопровождаться какими-то спецэффектами, громкими словами или чем-то в этом духе. А на деле… Я почувствовала, как по венам заструилась кровь, такая горячая, что мне стало жарко, как в парной. Мегги не сопротивлялась, не могла, в то время как Элена что-то забирала у нее. По крайней мере, я чувствовала, как некая мощь перетекает в мое тело. А еще я частично видела их воспоминания. И Лиз, и Мегги. Боясь пошевелиться, я со страхом думала, чем это все грозит мне, ведь тело-то Элена использовала мое!
В какой момент эта передача остановилась, я не поняла, лишь увидела, как Лиз осела на пол, а над ее головой появилось темное облачко. Почувствовав, как сразу напряглась Элена, я затаила дыхание. Пассы руками, поток силы неимоверной мощи, что сорвался с пальцев. Черная дымка начала уменьшаться, пока не превратилась в маленькую точку и исчезла. Судя по всему, это потребовало так много сил, потому что Элена просто отключилась, а следом за ней и я, почувствовав неимоверное опустошение.
Но практически сразу пришла в себя уже на руках у блондина. Мне было очень холодно. Так сильно, что не помогали ни куртка, ни свитер. Хотелось уточнить у Элены, что происходит, но прабабка не слышала меня. Я попыталась растереть ладони, чтобы согреться, у меня не сразу получилось. Пальцы плохо слушались, ног я практически не чувствовала, а сердце бешено колотилось. Стянув куртку на груди, я прижалась к Марсдену и осознала, что в его объятиях могу согреться. Блондин что-то говорил, но я не слушала, продолжая прижиматься к его груди, при этом жадно касалась пальцами лица и трогала губы любимого мужчины. А когда он поцеловал меня, все стало неважным и отошло на второй план.
— Зачем я только согласился на эту авантюру? — с досадой спросил он.
— Я тебя люблю, — сообщила ему в ответ, после того, как очередной поцелуй прервался, вздохнула и старательно изобразила умоляющий взгляд. — Надо довести все до конца. Едем дальше.
— Куда? — нахмурился Марсден.
— Навестить Алису, — вымученно улыбнулась я и обняла блондина.
Именно Алису. Память Лиз и Мегги окончательно все расставили по своим местам, но сил что-либо объяснять у меня не было.
Марсден кивнул, устроив меня на диване, подошел к Лиз и привел ее в сознание. А когда она очнулась, то с удивлением на него уставилась. Блондин уверенно сообщил ей, что она потеряла сознание и будет лучше, если она обратиться к врачу. Лиз пролепетала что-то неразборчивое, при этом покраснев и наградив моего мужчину влюбленным взглядом. Не выдержав, я демонстративно кашлянула, при этом умудрившись еще и улыбнуться. Но, судя по всему, эта самая улыбка вышла весьма кровожадной, потому как Лиз отпрянула от Марсдена, уверяя, с ней все в порядке, и извиняясь, что никак не может уделить нам время из-за большой занятости. Спорить никто не стал, и мы с Марсденом ушли. Правда я не удержалась и буркнула, что думаю о подобном проявлении внимания. А когда блондин рассмеялся и сообщил, что ему нравится моя ревность, притворно надулась, но от очередного поцелуя естественно не отказалась, особенно радуясь, что в этот момент я совсем не чувствовала Элену.

* * *

Почти все время, пока мы ехали на окраину Харфорда, в тот самый дом для престарелых, где доживала свои последние дни последняя представительница рода Харгаресов, я спала. Не знаю, в чем конкретно была причина: бессонная ночь или потеря сил, но стоило мне сесть в машину, как глаза окончательно закрылись. Вот только сны были пугающими: круговерть картинок из жизни Элены, Риса, Мегги… Но, как ни странно, для меня они были логичными и понятными. Я бы хотела никогда их не видеть. Насколько были наполнены счастьем отношения Риса и Элены, настолько их будущее друг без друга ужасало своей беспросветностью, горечью, одиночеством и болью. А так хотелось, чтобы они все же нашли свое счастье…
— Мы приехали, — ворвался в сон голос Марсдена.
Открыв глаза, я потянулась и, словно одержимая, прильнула к блондину. Я мерзла еще сильнее, чем раньше. Когда Элена только вошла в мое тело, это казалось легким ознобом, а после визита к Лиз, меня словно в грязную морозилку засунули. Я поднесла руки к губам, подула на них, но стало только хуже. Панический взгляд на Марсдена, чтобы осознать, мне как воздух нужны его тепло и любовь. Я прижалась к блондину, с наслаждением обняла его, чувствуя себя гораздо лучше. Он так щедро дарил необходимое мне, что не хотелось отпускать…
— Лена, если не хочешь, мы не пойдем туда, — заметил он.
Предложение было заманчивым, да и чувствовала я себя разбитой. Но… Вздохнула, но отрицательно покачала головой. Да, страшно, но чем скорее мы разберемся со всем этим, тем быстрее будем жить своей жизнью. Поэтому, отстранившись от Марсдена, я открыла дверь машины и вылезла наружу.
Место, куда блондин привез меня, было тихим и красивым. Мы стояли перед двухэтажным административным корпусом, вокруг в изобилии росли цветы, газон был ровно подстрижен, а вместо плитки или асфальта шли гравийные дорожки. Решив не задерживаться, мы почти сразу прошли внутрь и попытались найти ту, ради которой и приехали сюда. После получасовых расспросов и мягкого отказа служащей проводить нас в нужное место, настойчивость Марсдена взяла вверх. Прошло еще минут пять, как мы сидели в кабинете директора «пансиона» и вежливо улыбались друг к другу.
— Поймите, когда леди Харгарес приехала к нам, она отдельно оговорила этот момент. Она никого не желает видеть, а мы очень щепетильно относимся к таким просьбам.
Мелина Луар выглядела на сорок лет, была брюнеткой, одетой в темно-синий деловой костюм. Гладкая прическа, безупречный макияж, ухоженные руки и одежда отчетливо говорили, что эта женщина умеет правильно себя подать. А умный взгляд и то, с какой уверенностью она себя вела, подсказывали, что и занимаемую должность женщина получила за профессиональные качества. Это подтверждали дипломы, благодарности и сертификаты, в большом количестве украшавшие одну из стен кабинета. Да и само помещение, выдержанное в классическом стиле, производило самое благоприятное впечатление. Хотя чувствовалось, что ничто человеческое Мелине не чуждо, если судить по фоторамкам на столе, запечатлевшим ее счастливую семью: ее саму, мужа и двоих их детей.
— А сколько лет она находится здесь? — задумчиво уточнил Марсден.
— Около пятнадцати лет, — улыбнулась в ответ Мелина, но взгляд оставался внимательным.
— И что, за все это время никто ее не навестил? — с сомнением уточнила я.
— Отныне мы ее семья. Если это все, господин Марсден, то не смею тратить ваше время, — улыбнулась женщина.
Итак, пока у нас был пролет по всем направлениям. О чем можно говорить, если нас даже не пропустили дальше поста. Что ж, в этом доме для престарелых тщательно оберегали покой своих обитателей.
… Я могу помочь, — вновь услышала я голос Элена в голове. — Но для этого мне снова нужно стать лидирующей…
— Давай, — вздохнула я. — Тем более, я уже на все это подписалась.
— Лиэн? — удивленно переспросила Мелина, и я поняла, что последнюю фразу сказала вслух.
Но прежде, чем я успела что-либо сказать в свое оправдание, почувствовала, как мое сознание мягко отодвигают в сторону. Протестовать я не пыталась, полностью доверяя прабабке. Пусть она и была изолирована от мира на долгие годы, но, как я довольно много узнала о той эпохе, стоило Элене оказаться в моей голове, так и она, думаю, получила представление о современности. Своеобразный обмен данными… Зато теперь я лучше понимала причины поведения той же Элены, или Риса и даже Мегги с Алисой. Понимала, но все равно не могла принять, потому что результатом стала трагедия…
— Нам необходимо видеть леди Харгарес, — сказала Элена, а мне оставалось лишь терпеливо наблюдать за тем, как моя рука легла поверх ладони Мелины, а взгляд женщины моментально стал отсутствующим. Я чувствовала, как кровь в теле стала намного горячее, чем минуту назад, а в месте соприкосновения пальцев кожа и вовсе походила на раскаленные угли. Магия… Я уже не в первый раз наблюдала и ощущала действие магии прабабки, но все равно не могла ее понять. Складывалось ощущение, что у нее настолько сильная энергетика, что любое слово или пожелание может стать как благословением, так и карой. Хотя это все равно не объясняло, как она провела ритуал экзорцизма над Лиз. Ладно, если получится, я обязательно выясню все немного позже.
— Конечно, — пробормотала Мелина.
— Так ее навещал кто-нибудь за эти годы, и почему она отказывается общаться с гостями? — повторил вопросы Марсден.
— Единственной посетительницей была Элизабет Грин, — послушно доложила Мелина. — А что касается всего остального… Вам лучше самим все увидеть.
Блондин приподнял бровь, но ничего не стал говорить, в то время, как Мелина уже подписывала какую-то бумагу, одновременно сверяясь с компьютером.
— Леди Харгарес живет в самом дальнем коттедже нашего заведения. Она предпочитает уединение. Покажите этот документ охраннику, он проводит вас.
— Спасибо, — вновь ответила Элена за меня, вставая из кресла.
Я на мгновение зависла, думая о том, надолго ли она забрала себе мое тело, но прабабка сразу извинилась и отошла в сторону, уступив место мне. Во рту внезапно пересохло, я нервно закашлялась и тут же постаралась оказаться как можно ближе к блондину, в очередной раз замечая, насколько холодные у меня руки, и греясь от его тепла. Забрав необходимый документ у Мелины, мы так и вышли в коридор.
— Сейчас я готова надеть даже шубу, — заметила я, кутаясь в куртку и стараясь не задумываться, насколько странно выглядит девушка в подобной одежде в ясный и жаркий летний день.
— Снова Элена? — нахмурился Марсден.
— Прабабка исключительной доброты человек, — запротестовала я и поправила саму себя. — Точнее, дух.
— Оно и видно, — скривился Марсден. — Особенно если вспомнить, как она обошлась со своей подругой. Просто уничтожила…
— Ты про Мегги? — уточнила я. — Ты не прав! Знаешь, она ведь просто отправила его в посмертие. Эм… это что-то вроде судилища, — пояснила я в ответ на вопросительный взгляд. — Место, где поступки Мегги будут оценивать высшие силы и уже после этого принимать решение, заслуживает ли душа перерождения или наказания.
— Откуда ты знаешь?
— Просто верь мне, — попросила я. — Если кто и может нам всем помочь, то это Элена.
— Тебе, — выделил Марсден, — верю. Ей — нет.
— Пусть так, — согласилась я. — Спасибо и за это. А сейчас, идем скорее. Не знаю, сколько еще смогу выносить этот леденящий холод в крови.

* * *

Я мерзла, безумно мерзла, с каждой минутой все сильнее и сильнее. Не спасали ни куртка, ни близкий контакт с Марсденом. Мне казалось, что у меня с губ срывается холодный воздух, а сами губы посинели и с трудом шевелились. Хотя ноги я еще как-то передвигала.
Охранник проводил нас через всю территорию и оставил у небольшого коттеджа. Одноэтажный, почти полностью увитый плющом, и с наглухо закрытыми ставнями. Если сравнивать с другими, где проживали довольно бодрые старички и старушки, этот казался вышедшим из сумеречного елового леса. Мало того, на мгновение мне показалось, что только над одним этим коттеджем зависло облако, в то время как все остальное небо оставалось чистое.
Я поежилась и плотнее прижалась к Марсдену. Быстрый поцелуй в губы на несколько секунд убрал холод, а когда я открыла глаза, то увидела хмурого блондина.
— Ваше соседство точно безопасно?
— Не знаю, — прошептала я. — Хотя с каждой минутой все хуже и хуже. Так что давай скорее закончим с этим.
Я отпустила руку Марсдена, решительно шагнула вперед и толкнула дверь. Вошла внутрь и застыла в недоумении. В комнатах было темно, но я все прекрасно видела. И добротную, явно антикварную мебель, так непохожую на типовую, дорогой ковер на полу, картины на стенах, а еще различные статуэтки в шкафах. Вся обстановка дышала стариной и роскошью, вот только та, что обитала здесь, скорее по привычке окружила себя всем этим, чем на самом деле любовалась.
— Можно? — уточнила Элена, и я кивнула, с растерянностью продолжая рассматривать обстановку.
И настолько меня заворожило все это, что я даже не заметила, как мое сознание вновь отодвинули в сторону, а у закрытого окна вдруг шевельнулся силуэт. Перед тем, как окончательно уступить Элене тело, я крепче вцепилась в Марсдена и словно завороженная посмотрела в сторону окна. Но тут резко зажегся свет, а кровь привычно потеплела, отчего я сделала вывод, что Элена вновь воспользовалось магией. Я заморгала, привыкая к освещению комнаты, а когда увидела, кто сидит в кресте, то ахнула от ужаса, а внутри шевельнулась жалость.
Сморщенная старуха с лицом, обезображенным рытвинами, пигментными пятнами и какими-то язвами. Она была практически лысая, ведь те несколько седых прядей, что торчали поверх морщинистой кожи на черепе, нельзя было назвать волосами. Болезненно худое тело закрывало мешковатое платье, но из рукавов были видно искореженные артритом и язвами руки. Судя по тому, как она сидела в кресле, ходил женщина тоже с трудом…
— Здравствуй, Алиса, — тихо сказала Элена. — Мы давно не виделись.
— Ты?! — воскликнула женщина. — Но как такое возможно?!
— Но ты же сидишь передо мной. Так что вероятно и не такое.
— Ты, — прошипела Алиса. — Ты мне всю жизнь сломала!
— Жаль, что ты не спросишь, как жила я все эти годы, — вздохнула Элена, прошла через комнату и села на один из стульев. — Но, прошлое не может измениться, и ты это знаешь. Я пришла с миром, хотя ты можешь мне и не верить.
Я видела, что и Марсден шокирован тем, что наблюдает и слышит, раз остался стоять в дверях, привалившись к косяку, и переводил растерянный взгляд с Алисы на меня. Если Элена сейчас не управляла бы моим телом, а также не дала бы доступ к своей памяти, я, наверное, и вовсе грохнулась бы в обморок.
— Но как? — растерянно спросила Алиса.
— Далтон, — коротко ответила Элена.
— Старый интриган, — скривилась Алиса. — Всегда знала, что под маской угодливого старика скрывается владеющий даром, а он и после смерти продолжал в том же духе. И что он? Я думала, он принес жертву и ушел навсегда.
— Он всегда оставался верен клятве оберегать своего господина. Алиса, почему?
— Рис никогда не вернулся бы ко мне, пока ты была рядом с ним, — правильно поняла вопрос леди Харгарес. — Когда твоя подруга пришла ко мне и предложила сделку, я согласилась. Я любила его, Элена. Любила до безумия, даже выйдя замуж и заполучив все возможные материальные блага. И была уверена, что он всегда будет возвращаться. Я поклялась ему, что вечно останусь молодой и красивой, и Рис всегда будет мной гордиться. Я всегда об этом мечтала, быть вечно красивой и молодой, обеспеченной и ни в чем себе не отказывать, — усмехнулась Алиса. — И получила все это. Кроме Риса. Но я была готова просто быть его любовницей, только бы рядом… И вот, он в считанные дни влюбился в тебя и дал мне отставку. Я знала, это не приворот, но от этого становилось только страшнее. А еще я чувствовала в тебе силу, но даже представить не могла, что она настолько огромна. Почему ты решила отказаться от нее? Ведь я до самого последнего момента, пока магия не взяла вверх над сутью, не осознавала, насколько силен твой дар. Хотела и после свадьбы скрывать?
— Чтобы быть рядом с ним. Ты знаешь, женщина всегда становится такой, какой ее хочет видеть любимый. Рис желал жениться на чистой и добропорядочной девушке… Я готова была на все ради него, даже отказаться от сути. Быть вместе, родить ему ребенка… Мое сокровенное желание, которое не исполнилось, — с горечью добавила Элена. — Не представляешь, сколько раз я проклинала себя за то, что сделала. Но…
— Прошлое не может измениться, — закончила Алиса.
Я наблюдала за разговором и ничего не понимала. Алиса и Элена общались как старые подруги, которые давно не виделись, а сейчас просто обменивались новостями. По идее, они должны были наброситься друг на друга с кулаками, или бить язвительными комментариями, но все оказалось иначе…
— … Сто пятьдесят лет — большой срок, чтобы обдумать все и понять. Надо признавать свои ошибки, как и осознать, что большая сила — огромная ответственность. А от того, что мы применили ее, никто не выиграл, — услышала я.
— Разговариваешь с ней? — с любопытством спросила Алиса. — Как договорилась? Обычно они ничего не помнят, когда дух занимает чужое тело.
— Доверие, — коротко пояснила Элена.
— А у меня почти не осталось силы, — пожаловалась Алиса. — Я начала замечать, что она уменьшается, почти сразу, как ты прокляла нас. Пыталась справиться с проклятьем, но ничего не получилось. Позже я осознала, ты и до этого была могущественнее, а после того, как я согласилась поделиться силами с Мегги, шансов не осталось. Эта мерзавка еще и вытянула сверх того, о чем мы договорились. Но, ослепленная ревностью я ничего не поняла. Кстати, а с ней что?
— Сделала носителем одну из дальних родственниц.
— Это я знаю. Она приходила ко мне пару раз, но я не сразу поняла, что к чему. А когда разобралась, выгнала к дьяволу. Хватит мне прошлого, а терпеть злорадные смешки я не собиралась. Что с ней сейчас?
— Больше ее нет.
— В чистилище? — уточнила Алиса, а когда Элена кивнула, покачала головой. — Я бы уничтожила без права на перерождение. Итак, мы все, так или иначе, пострадали. Думаю, что и тебя настиг откат. Что будем делать? Скажу честно, я многое обдумала за эти годы. Признаю, была неправа и хочу попросить прощения. Элена, отпусти меня, — жалобно попросила Алиса. — Ты видишь, та жизнь, что я веду — существование. Я заживо гнию здесь, и мечтаю о смерти. Сижу в темноте, никого не вижу. Если у Риса и Мегги был обещанный год, то у меня отсчет начался с момента, как ты произнесла проклятье. Как ты и обещала, мы все потеряли то, о чем больше всего мечтали. Я красоту и богатство. Колин собирался отослать меня подальше, но умер раньше, чем успел это сделать. Я узнала, что он ничего мне не оставил, кроме дома, но его надо было на что-то содержать, а с деньгами как раз я испытывала большие трудности. Я в одночасье стала почти нищей. Если бы Рис не отписал мне часть своего состояния — не знаю, как бы я жила все эти годы. Несколько раз я была вынуждена устраивать спектакль со своими похоронами и появлением дальней родственницы, вступающей в наследство. Увы, и эти деньги закончились. Я продала последнее, что у меня оставалось из имущества, городу и перебралась сюда. Зато окончательно поняла, что надо быть осторожнее с желаниями. Я так часто говорила про вечность… Мегги и вовсе сошла с ума. Рис был вынужден запереть ее дома, потому что она стала опасна для людей. Да и Рис… он потерял почти все, пока Далтон не вмешался. Но полностью спасти он его не смог… А его уже упокоила? — неожиданно спросила Алиса.
— Кого именно?
— Риса, конечно.
— Он будет последним, — тихо сказала Элена.
— Ну да… именно на него же была направлена основная ярость. Элена, ты понимаешь, о чем я тебя попрошу?
— Догадываюсь.
— Отпусти меня, — жалобно попросила Алиса. — Отправь на перерождение. Я все осознала, честно.
— Ты знаешь, я не могу. Только в чистилище, а дальше… все зависит от тебя.
— Я согласна!
— Но я могу сделать, чтобы ты вспомнила, какой была и чего всегда хотела. Молодой и красивой, пусть и ненадолго. Здоровье не могу вернуть, прости.
— Морок, — усмехнулась Алиса. — А можешь наложить его прямо сейчас? Пожалуйста! Хочу вспомнить себя.
Элена ничего не ответила, лишь встала со стула и подошла к леди Харгарес. Положила ладони ей на лицо, и я снова почувствовала тепло, струящееся по венам. А когда прабабка отняла руки, на меня смотрела та Алиса, какую я наблюдала в своих видениях.
Леди Харгарес неверяще тронула лицо, провела по коже, затем встала из кресла, и, прихрамывая, подошла к одной из стен. Сдернула черное покрывало, что закрывало зеркало, и долго смотрела на себя, касаясь пальцами.
Отмер и Марсден, чуть посторонившись и пристально разглядывая Алису. Он явно не совсем верил в происходящее, но и игнорировать то, что представало взгляду, не мог. А Алиса, еще раз оглядев себя, посмотрела на блондина и подмигнула:
— Хороша я была, да?
Потом снова стала серьезной, вернулась к окну и села в кресло.
— Я готова.
Элена снова подошла к Алисе и взяла ее за руку. И если до этого я чувствовала тепло, то сейчас ощутила нечто иное. Как и от Мегги, от Алисы внутрь меня вновь потянуло холодом. Причем он был настолько вымораживающий, что мне захотелось бежать. Проблема была в том, что именно сейчас Элена властвовала над моим телом. А потом… Словно небо, напрочь закрытое облаками, в миг освободилось, и показалась слепящая синь небес. Вот только сияла Алиса, в то время как я барахталась в грязи…
— Я не могу забирать жизнь, но твой срок давно вышел, — устало произнесла Элена. — Теперь, когда на тебе нет проклятия, время быстро возьмет свое. Но, как я и обещала, ты будешь прекрасной до самой смерти.
— Спасибо!
— Прошлое не может измениться, но, если есть возможность исправить свои ошибки, надо непременно использовать этот шанс. Прощай, Алиса. Кто знает, может мы еще и встретимся в следующих жизнях. Или в чистилище. Ты же знаешь, все мы там будем, а такие, как мы с тобой — наверняка.
— Спасибо!..
Алиса еще что-то говорила, но я уже ее не слышала, отключившись.

Глава 15

* * *

Холод. Он пронизывал тело и, как я ни старалась, согреться больше не получалось. Не помогали ни прикосновения блондина, ни одежда, ни подогрев сидений, ни то, что Марсден включил печку до упора. А судя по тому, что на висках и шее блондина виднелись капельки пота, в машине царила самая настоящая африканская жара. Но я ее не чувствовала. Мне казалось, что тело покрылось коркой льда, а пальцы на руках онемели настолько, что отказывались сгибаться.
Марсден гнал машину в особняк, отчетливо понимая, что происходящее из области компетенции призраков, а никак не врачей. Увы, та, кто находилась внутри моего тела, сейчас вновь замолчала и спряталась, не отвечая на призывы о помощи. Мне оставалось только заставлять себя не спать, хотя очень хотелось, и думать о том, что могло произойти. Ответа не было, хотя я уже отметила тот момент, что проблемы с температурой начались, когда Элена вошла в мое тело. После того, как прабабка разобралась с Мегги, я впервые ощутила то сосущее чувство пустоты и невыносимого холода. Затем подобное произошло во время встречи с Алисой. Как мы покинули дом престарелых, я не запомнила, придя в себя лишь в машине. А еще меня пугала та грязь, что я почувствовала, когда Элена снимала проклятье. Дошло до того, что, как только я очнулась, словно ненормальная начала тереть руки влажными салфетками, стремясь избавить от этого ощущения, а потом пришел он… холод, вымораживающий тело и душу.
— Лена, говори со мной! — в очередной раз потребовал Марсден.
Я попробовала улыбнуться, но, даже не видя собственное лицо, понимала, получилось криво и вымученно.
— О чем?
— Расскажи о своем детстве, в какой школе училась, кто был твоей первой любовью…
— А разве тебе еще не доложили? — разозлилась я. — Предполагаю, что Райан предоставил полное досье.
— Не язви, — попросил Марсден, найдя мою руку и довольно крепко сжав пальцы. — Хорошо, зайдем с другой стороны. Какие цветы тебе нравятся, предпочитаешь рыбу или мясо? Черт! Я хочу знать о тебе все!
— Ирисы…, — немного помолчав, сообщила я, замечая, что от вопросов блондина в груди разливается тепло. Ведь это в какой-то степени подтверждало в очередной раз, что блондин любит меня.
— Почему ты любишь именно их? — продолжал допрос блондин, а я снова поморщилась. Ну что он лезет с расспросами? Неужели не видит, как тяжело мне дается каждое слово?
— Цветок ириса держится открытым всего один день, — с трудом пояснила я, борясь с желание закрыть глаза. — Они почти не пахнут, но такие красивые… Не знаю, почему я люблю именно их. Марсден, мне они нравятся и все.
— А как ты в школе училась?
— Марсден, отстань а? — жалобно попросила я. Не в силах больше бороться со сном, закрыла глаза.
— Лена!
Но я уже не слушала его. Мне хотелось спать, и только это имеет значение. Не знаю, чем все могло бы закончиться, но в этот момент мы подъехали к особняку. Я продолжала сидеть в кресле, не в силах пошевелиться. Когда Марсден вышел из машины, обошел ее, открыл дверь с моей стороны и взял меня на руки, на мгновение недовольно зашипела, но почувствовав тепло мужского тела, прильнула к нему.
— Далтон! — крикнул с порога Марсден, внося меня в дом.
Я приоткрыла один глаз, увидев, что в комнате возник дворецкий, и тут же снова смежила веки. В этот момент меня ощутимо встряхнули.
— Не спи! — рявкнул блондин, я недовольно застонала от такого обращения, но промолчала, снова уплывая на волнах сна.
— Далтон, что с ней?! Она ледяная, а я не могу ее согреть! Ничего не помогает, — с каким-то диким отчаянием в голосе, сказал Марсден. Эта эмоция настолько удивила меня, что я снова заставила себя открыть глаза.
Я все еще находилась на руках блондина, крепко прижатая к телу, а напротив стоял дворецкий и хмурился.
— Я не могу ей помочь, — немного помолчав, ответил он.
— Что с ней? — вновь рявкнул Марсден, и я поморщилась от громкого голоса.
— А что говорит Элена?
— Ничего она не говорит, — прошептала я. — Я перестала слышать ее после того, как мы покинули Алису.
— Алису?
Марсден в двух словах рассказал, что произошло в доме престарелых. Дворецкий внимательно его выслушал, а потом вздохнул.
— Видимо, тело госпожи сейчас перестраивается. Она привыкает к просыпающейся магии и борется с остаточными последствиями проклятий. Несмотря на то, что леди Элена проводила ритуалы, действовала она через чужое тело. Сила ее магии огромна, а это тело не привыкло к подобному. Остается только ждать и надеяться, что ваша невеста справится, не давать ей спать и согревать дальше. Увы, как я уже сказал, помочь не смогу. И… я не думал, что леди Элена решится снимать проклятие так сразу…
— Лена, не спи! — опять рявкнул над самым ухом Марсден, и это вынудило меня открыть глаза.
— Не ори, — жалобно прошептала я и с трудом посмотрела на дворецкого. — Далтон, все плохо?
— Все будет хорошо, — вместо него ответил Марсден.
— Мне холодно, — пожаловалась я. — Настолько, что не чувствую тело.
Судя по тому, как нахмурился призрак, это было не совсем радостной новостью. А потом, во всей его позе и взгляде появилась такая обреченность, что мне стало страшно…
— Я умру?
— Даже не думай об этом, — начал было блондин, но я нашла в себе силы закрыть его рот ладонью. Хотелось еще сказать что-нибудь в духе — «немедленно отпусти меня», но Марсден был таким теплым… единственным для меня источником тепла в этом мире. И я не могла и не хотела отказываться от этого!
Далтон внимательно рассматривал меня, подойдя ближе. Но, хоть не касался, и то хорошо, потому как не уверена, что смогла бы вынести еще больше холода. Да что там, я еще как-то храбрилась и держалась, потому что блондин был рядом.
— Как вызвать Элену? — резко спросил Марсден. — Если ты не знаешь, она обязана знать, как все исправить.
— Если она снимала проклятье, то, скорее всего, еще не пришла в себя, — предположил Далтон.
— И все-то ты знаешь, — прошептала я. — Кстати, откуда вообще такой взялся? И ритуалы проводит, и в курсе всех особенностей… И откуда нам знать, что ты не собираешься нас здесь всех угробить для непонятных целей…
— Я не желаю вам зла, — возмутился дворецкий. — Все мои действия направлены только на благополучие рода Марсденов и этого дома.
— А что касается способностей? — напомнила я и поежилась. Кажется, озноб подобрался уже к груди, потому как сердце начало стучать медленнее…
— Старый род, древняя магия, клятва верности… Как и вы, я просто представитель своей семьи, которая много веков назад поклялась служить роду Марсденов. Это долгая история…
Он еще что-то говорил, но я уже не услышала, видно отключившись. В себя пришла от того, что Марсден снова тормошил меня и уговаривал посмотреть на него.
Я открыла глаза и обнаружила себя лежащей на диване. Блондин сидел рядом, растирал мои ладони своими, отчего к ним все же вернулось подобие чувствительности. Но во всем остальном, никогда в жизни мне не было так паршиво.
— Мне так плохо, — прошептала я, протянула руку и коснулась любимого лица, а затем на какой-то момент снова вырубилась.
— …Черт! Спаси ее…
Сознание накатывало волнами, но отрывки разговора все же пробивались сквозь туман забытья.
— … Я на все согласен. Слышишь? Плевать на последствия!
— А он любит тебя. Я ощущаю это. Причем его чувства настолько сильные, что он всерьез готов пожертвовать собой ради тебя.
Слова прозвучали в голове настолько неожиданно, что я сначала даже не поняла, кто их произнес. А потом вспомнила про свою прабабку, которой так безрассудно согласилась предоставить свое тело. Упоминание про чувства Марсдена снова немного согрело душу, а вот окончание реплики заставило напрячься.
— Только ты сделала все, чтобы мы не были вместе, — пробормотала я. — Если хотела меня прикончить, зачем мучить? Или планировала уничтожить его?
Разговаривать с ней мысленно оказалось просто и легко, и я решила выяснить, какие у меня вообще шансы.
— Это вышло случайно, — повинилась Элена. — Я была уверена, что твое тело выдержит. Видимо, снятие проклятия ударило по тебе сильнее, чем я думала. А он… я правда изменила к нему свое отношение. Он любит тебя.
— Мне тоже так кажется.
— Наверное, я ошиблась…, — вдруг сказала Элена.
— Наверное, — эхом повторила я, даже толком не разобравшись, что она имеет в виду, но предполагая, это не особо приятное для меня. — А можно что-то сделать? Знаешь, теперь, когда я нашла своего мужчину и цель в жизни, хочется пожить подольше. Далтон сказал, ты знаешь, как все остановить. И кстати, почему ты молчала?
— Восстанавливала силы, — подтвердила слова дворецкого Элена. — Сделать? Не уверена… Попробовать можно. Но для этого, тебе придется снова уступить мне место.
— Вновь довериться? — усмехнулась я. — Хочешь прикончить окончательно?
— Нет. Я не причиню зла, поверь. Ни тебе, ни ему, — добавила прабабка.
— В таком случае занимай, — разрешила я.
Сознание на какой-то миг окутало дымкой, а я поняла, что уже совсем не хочу спать, хотя происходящее все еще воспринималось туманно.
И то, что я увидела… С одной стороны, мне польстило, как Марсден переживал за меня, но с другой стороны я отметила, насколько сильно это проявилось и испугалась за него. Он сидел рядом со мной, держал меня в объятиях, прижимая к себе и целуя лицо. Захотелось обнять его в ответ, сказать, что со мной все в порядке. И стало плевать, что уступила Элене свое тело. Я заворочалась в руках Марсдена, а затем обвила руками его шею.
— Лена!
— Все хорошо, честно…, — прошептала я, осознавая, что голос все еще не слушается, да и онемение тела никуда не делось.
— Ты такая холодная. Не могу никак тебя согреть…
— Все хорошо, — повторила я, но, почувствовав, как Элена решительно занимает мое сознание, быстро добавила. — Элена здесь…
Меня снова отодвинули в сторону, не успела я и закончить фразу.
— Любишь ее? — тихо спросила Элена.
— А есть сомнения? — с вызовом спросил Марсден, отстраняясь таким образом, что Элена была вынуждена встать с его колен на пол.
— Это хорошо, — кивнула прабабка. — Потому что тебе понадобятся все силы, чтобы суметь сохранить разум. То, что я сейчас сделаю, необходимо. Но все равно заранее прошу меня простить.
— Зачем так поступила? Она же твоей крови.
— А это мое проклятье, — с горечью усмехнулась Элена. — Я совершенно равнодушна к своим потомкам.
— Вылечи ее, — так же тихо потребовал блондин.
— Совершу все возможное, но и тебе придется постараться.
— Что надо делать?
— Не тебе. Нам, — вздохнула Элена. — Запустить часы в последний раз, не так ли, Далтон?
Дворецкий кивнул и потупился.
— Да что такое с этими часами?! — выкрикнул Марсден.
— Когда леди завела их в первый раз, она запустила колесо остановленного проклятья, — тихо пояснил Далтон. — Когда это произошло во второй раз, она получила возможность вызывать видения событий по своему желанию, хотя и в рамках установленных правил. Третий же завод часов окончательно пробудит дух моего господина и вернет ему память.
— Я стану одержимым окончательно? — резко спросил блондин.
— Этого я не могу знать.
— А ты? — Марсден посмотрел на Элену.
— Сейчас твое время. Только от тебя зависит, возьмет Рис вверх или нет.
— Что будет с Леной?
— Если действительно любишь, то ничего. У вас уже образовалась связь, ты сможешь удержать нить.
— Я удержу! Не сомневайся! А не смогу, забудь про меня, спасай ее.
Элена улыбнулась, подошла к часам и, на мгновение, остановилась.
— Ты готова? — спросила она меня.
— Пора заканчивать со всем этим, — решительно согласилась я.
Больше прабабка ничего не сказала, лишь достала ключ, вставила его в нужный паз и сделала несколько оборотов. Привычно овеяло теплым воздухом, а потом я вновь ощутила холод. Элена развернулась, приблизилась к Марсдену и коснулась его головы:
— Просто люби ее и не отпускай, — напомнила она.
Сначала ничего не происходило, но затем я увидела, как потемнели его глаза и посветлела кожа. Марсден поднял руку, пригладил волосы, взглянул на мою прабабку и прошептал:
— Элена… Не верю… Любимая. Желанная.
— Здравствуй Рис, — тихо ответила она, быстро повернула голову, бросив. — Далтон, оставь нас.
Дворецкий исчез, а Элена посмотрела на Риса.
— Как же долго я тебя ждал… — Рис протянул руки, словно желая обнять Элену, но тут же отдернул их и опустил голову. — Я так виноват перед тобой. Если можно было бы повернуть время назад…
— Это ты меня прости.
— Нет, я виноват. Приревновал, не поверил… А вот Далтон ни на мгновение не сомневался, убеждал поговорить с тобой, но проклятая гордость, ревность… Сейчас я понимаю, что был не прав.
— Рис, все в прошлом, — Элена улыбнулась, протянула руку и погладила его по щеке. — И наше время давно закончилось. Мы должны уйти, чтобы дать жить им. Они любят друг друга почти так же сильно, как мы.
— Но мы же не жили, — простонал он. — Совсем не жили. Короткий сон, а потом годы мук и сожалений. Мы можем остаться в этих телах, чтобы возместить потерянные годы.
— Нет. Это их годы. Мы потеряли свои по глупости, из-за гордости, недоверия. Это наши ошибки и нам за них расплачиваться.
— Нет, — неожиданно Рис поднялся с дивана, чтобы тут же опуститься на колени, протянуть руки и обнять Элену за талию.
Неожиданно горячее дыхание, которого не должно было быть. Но оно отогревало через одежду, в которой стало душно. Не знаю, кто из нас с Эленой, сначала снял куртку, а потом и свитер Марсдена. А Рис и вовсе приподнял футболку, обнажая живот и целуя его.
— Мы должны были быть вместе до конца дней, — пробормотал он. — Здесь должны были расти наши дети, чтобы появиться на свет в родовом гнезде. А теперь ты хочешь, чтобы я отказался от того шанса, что бог так щедро предоставил нам? Я не могу.
— Нет, — Элена покачала головой, но не оттолкнула Риса. Наоборот, положила ладони ему на макушку, запустив пальцы в волосы. — Наше время прошло. Возможно, в другой жизни, после того, как мы ответим за наши грехи и ошибки, мы получим шанс начать все сначала. Узнаем друг друга с первого взгляда, но будем больше доверять, станем откровеннее, не допустим новой потери.
— У нас была всего одна ночь и несколько поцелуев. Я не готов довольствоваться этим.
— Ты всегда был жадным, — улыбнулась Элена. — Но пойми, моя правнучка умрет, если я не оставлю ее тело, а ты сведешь с ума своего потомка. История запутается еще сильнее, и мы никогда не разорвем этот круг. Ты уже пытался убить Лену…
— Я сожалею… Я не осознавал, что делал! В ту ночь мне показалось, что я снова вижу тебя с Даером в беседке. А когда понял ошибку, сам ужаснулся. Прости, — Рис поднял голову и посмотрел на Элену, но я понимала, это извинение для меня.
— Бывает. Проехали, — пробормотала я, не в силах промолчать, но осознала, Рис услышал меня. И извинялся вовсе не для галочки, а искренне сожалел о произошедшем. Просто, все его внимание принадлежало моей прабабке и только ей.
— Я не хочу уходить, — он снова умоляюще взглянул на Элену. — Мне надо хотя бы еще раз почувствовать тебя, любить, ласкать, убедить себя в том, что это все не было сном и тогда.
— Рис, я не могу.
Мне хотелось плакать. Я смотрела на Риса и Элену и готова была скатиться в самую натуральную истерику. Гордый сильный мужчина, по большому счету допустивший всего несколько ошибок, стоял на коленях перед любимой, которую так и не смог забыть, несмотря на всю магию и проклятие, и хотел только одного — быть с ней.
— Элена, — тихо сказала я. — Если ему так надо это, то… я готова. Но только если Марсден согласиться на подобное.
— Ты уверена? — спросила меня прабабка. — Мы разделимся, но все равно будем соединены незримой нитью. Но это твое тело, поэтому ты будешь все чувствовать. Мы вас видеть и ощущать не сможем, если только вы не вернетесь в тела. Хотя, лучше, если вы не станете торопиться и дадите нам побыть еще раз живыми.
— Если после этого он согласится уйти, и все закончится, а мы с Марсденом получим шанс прожить нашу собственную жизнь так, как сами того хотим, то да, я согласна. Насколько я понимаю, это ты спросила разрешения, а Рис подобным не утруждался. Я не могу принимать решение за Марсдена.
— Рис, — позвала Элена, и мужчина поднял голову. — Если твой правнук и носитель добровольно согласится предоставить тебе тело, то у нас появится возможность в последний раз ощутить себя живыми…
— Мне не нужно его разрешение…
— Оно нужно мне, — мягко заметила Элена. — Больше никакого принуждения и подавления воли. Только любовь. Это спасет нас всех. А после этого, мы уйдем.
Пару минут Рис молчал, прикрыв глаза, а потом вернул мне Марсдена, как и Элена, на мгновение, отошла в сторону, предоставив мне возможность поговорить с блондином.
— Ты все слышал? Согласен? — прошептала я.
— Я на все готов ради тебя.
— Люблю тебя, — вымученно улыбнулась я, наблюдая, как глаза Марсдена опять темнеют.
Рис подошел ближе, осторожно провел ладонями по моим рукам, и я поторопилась уступить место Элене, продолжая чувствовать каждое прикосновение. Не знаю, что испытывала при этом. Ощущать прикосновения любимого мужчины и понимать, что это не он, казалось слишком странным. Рис тем временем снова опустился на колени и поцеловал Элену в живот.
— Я согласен, — пробормотал Рис, поднимаясь с колен, обнимая Элену и прижимая ее к себе. — Он тоже. Больше нет препятствий!
— Что ты ему сказал?
— Что это спасет ее.
— Спасет. Нас всех, — прошептала Элена, прижимаясь к Рису, и повторила. — Одна ночь, и мы уйдем.
— Я на все согласен, только бы еще раз любить тебя, быть с тобой, как живой человек. А потом и ад не страшен.
Элена улыбнулась, потянулась и поцеловала Риса.

* * *

Я не совсем понимала, что происходит. Однажды, мы с Марсденом уже были свидетелями их единственной ночи, но в этот раз все было иначе. Я больше не была сторонним наблюдателем, а чувствовала все то, что и Элена, одновременно была в своем теле и как бы вне его. Осмотревшись по сторонам, я неожиданно увидела, что и Марсден находится за спиной Риса и выглядит донельзя удивленным.
— Марсден, — прошептала я, и он меня услышал!
— Лена?
— Ты тоже это чувствуешь?
— Я не понимаю, что происходит, — помедлив, признался он.
Мне тоже было странно происходящее. Мое тело обнимало тело блондина, который вовсе и не был им в этот момент. И, тем не менее, я чувствовала все эмоции Элены, ее радость, пробуждающуюся страсть, а еще тепло, что окутывало их мягким облаком.
— Чувствую себя глупо, — сообщил он, разглядывая, как Рис подхватил Элену на руки и понес вверх по лестнице.
Нас потянуло следом, словно привязанных на невидимой цепочке. Я схватила Марсдена за руку и, к моему удивлению, она была осязаемой и теплой. Оказавшись в спальне, я попробовала отойти в сторону, но смогла сделать не более семи шагов, а потом меня дернуло обратно. Прошлое снова наслоилось на настоящее. Спальня стала выглядеть так же, как и во времена Риса. Единственное отличие заключалось в том, что вместо невесомых занавесей балдахина, вокруг кровати постепенно ткался призрачный туман. Но я по-прежнему все видела и ощущала!
Наблюдая, как Рис раздевает мое тело и покрывает поцелуями постепенно обнажавшуюся кожу, снова почувствовала себя глупо. Нет, я сама согласилась на это, но… Бросив растерянный взгляд на Марсдена, неловко потупилась, размышляя, как поступить. Конечно, стоило отвернуться, но вот хорошая это идея или нет, я не понимала. Было чувство, что я одновременно подглядываю, изменяю блондину и при этом отчаянно ревную его к нему самому.
Хотелось остановить Риса и Элену, сказать, что я передумала, но не смогла. В конце концов, на кону стояла не только моя жизнь, но и Марсдена. Он тоже ведь согласился. Но как перестать испытывать это невыносимое чувство стыда и просто осмелиться посмотреть в сторону кровати?
— Лена, — услышала я, а затем и почувствовала, как дух Марсдена оказался рядом. — Посмотри на меня.
— Не могу, — прошептала я. — Это все слишком. И пошло…
— Я уже говорил, в любви не бывает ничего пошлого.
— Знаю, что ханжа, — пробормотала я. — Но ничего не могу с собой поделать.
Эх… Если бы поводок был хоть немного длиннее, чтобы мы могли находиться за дверью, я бы воспринимала все намного легче. Наверное… И я осознавала, что, видимо, это та плата, которую мы с блондином должны заплатить, чтобы освободиться от влияния прошлого на нашу жизнь. Но… Всегда было «но». Если Рис и Элена, укрытые магической туманной завесой, любили друг друга, использовав представившийся шанс, и не обращали на нас никакого внимания, словно мы не существовали, то я чувствовала себя дико неловко, ощущая весь накал их эмоций. Но впервые с того момента, как я вляпалась во всю эту историю, я не хотела подсматривать. Это казалось кощунственным и неправильным. И мне было дико стыдно, что я вынуждена находиться рядом.
— Марсден, я не могу, — умоляюще посмотрела на блондина. — Мы словно присутствуем на таинстве, которое не должны видеть. Мы и не видим, но черт, я же все чувствую!
— Лена, я понимаю тебя, хотя и сам ничего не могу поделать. Смотри на меня. Не отводи взгляда. Просто будь рядом, тогда и я смогу выдержать эту пытку, — тихо попросил Марсден. — Но мы не можем вмешаться и помешать тому, о чем они так долго мечтали. Это будет… неправильно.
— Только это меня и останавливает.
— Лена, — позвал блондин, подошел вплотную и осторожно обхватил ладонями мое лицо, вынуждая смотреть только на него. — Я здесь, рядом. Всегда буду! Ты не пожалеешь ни о чем, просто будь со мной. Если не хочешь жить здесь, я все пойму, но не уходи. Я так сильно люблю тебя, что это сводит с ума. И дело вовсе не в проклятье или том, что Далтон подталкивал нас друг к другу. Я уверен, наша встреча из тех, что предопределены судьбой и, имея перед глазами пример наших предков, которые не смогли полностью доверять друг другу, мы не должны повторить их ошибок. Только от нас зависит, каким станет наше будущее, а мне хочется, чтобы оно было совместным, долгим и счастливым. Лена, я хочу тебя всю без остатка, любить тебя, видеть каждый день, а ночью держать в своих объятиях. Хочу от тебя детей, вместе их растить. Я готов принять все твои странные привычки, готовить для тебя мясо и дарить ирисы. Я понимаю, ты можешь мне не верить, я бы и сам себе не поверил, но это правда. Ты мне нужна. Вся и навсегда. Я не могу потерять тебя! Это почти случилось дважды. Можешь считать меня слабым, но я не вынесу этого еще раз.
— Марсден, — всхлипнула я, не просто пораженная, а оглушенная его признанием. — Я тоже тебя люблю и до сих пор не могу поверить, что такой мужчина, как ты, и со мной…
И все, слова закончилась. Я позорно разрыдалась, пряча лицо у него на груди и вцепившись в его одежду, машинально отметив, что чувствую его, словно мы и не духи вовсе. Марсден гладил меня по голове, шептал нежные слова, целовал то волосы, то висок. Не знаю, сколько все это заняло времени, но, когда я успокоилась, и посмотрела на блондина, он словно только этого и ждал, вновь взяв в плен мое лицо, начиная покрывать его поцелуями, заставляя забыть, что в комнате есть кто-то еще. И мне стало легче. Я действительно полностью растворилась в ощущениях невероятной нежности, заботы и любви. Словно вернулась та ночь у камина, когда я чуть не погибла.
Только поцелуи, легчайшие прикосновения, целомудренные ласки. И хотя я все равно я ощущала, Элена сейчас испытывает невероятное счастье. Это примиряло меня с происходящим и помогало отстраняться, словно мне не было до этого совершенно никакого дела. Я видела только Марсдена, любила его, растворялась в нем. Мы потеряли счет времени и очнулись только, когда за окном забрезжил рассвет. Я посмотрела в сторону кровати, но не увидела никаких горячих сцен или их следов. На кровати просто спали двое, так похожие на нас с Марсденом. Рис нежно обнимал Элену, а она доверчиво прижималась к нему. Они действительно были единым целым и, видя их в наших телах, я подумала, что хочу каждое утро просыпаться и наблюдать, как первые лучи нового дня пробиваются через плотные золотистые шторы, освещают кожу моего любимого мужчины, добавляют теней на лицо. А потом я вдруг увидела, как открывается дверь, и в комнату, держа в руках плюшевого мишку, заходит девочка лет пяти и решительно залезает на кровать. Мужчина просыпается, осторожно отодвигается, давая дочке места, и при этом прижимает палец к губам, призывая не будить женщину. А я смотрю на белокурого ангелочка. Она такая же светленькая, как и Марсден, а когда она почему-то смотрит в мою сторону, я вижу глаза. Такие синие, словно два кусочка ясного летнего неба. И не могу понять, цвет как у меня или у Элены… Неужели, я все же унаследовала от прабабки дар и вижу кусочек будущего, а пара, спящая на кровати вовсе и не Рис с Эленой, а мы с Марсденом?!
В этот момент я почувствовала, как меня изо всех сил тянет обратно в собственное тело. От испуга я зажмурилась, а когда решилась открыть глаза, то поняла, что сижу на кровати, меня обнимает Марсден, а спальня наполнена рассветным розоватым светом, проникающим через незанавешенное окно.
— Лена, — прошептал он и с силой сжал меня руками. — Его больше нет, я свободен.
Я ничего не ответила, полностью завороженная совсем другим зрелищем. В единственном месте спальни, где еще немного сохранилась тень, стояли Элена и Рис. Они были такими же молодыми и счастливыми, как в вечер помолвки. Рис нежно обнимал прабабку, поглаживал ее плечи, то и дело целовал. И они улыбались. От них исходило такое ощущение счастья, что я кожей ощутила, что прошлое больше не довлеет над всеми нами, проклятия нет, а души готовы уйти…
— Спасибо, — тихо сказала мне Элена и взглянула на Риса. А он воспользовался моментом, поцеловал ее и только потом посмотрел на нас.
— Прости еще раз, — я невольно кивнула. — Береги ее, — это уже он коротко бросил Марсдену, кивнув на меня.
— Не сомневайся, — в том же тоне ответил блондин.
И они ушли. Просто прошли через дверь, а через мгновение показалось, что это были просто последние ночные тени, которых изгнало всходящее солнце. Но я не собиралась забывать про все, чтобы не повторить этих ошибок самой.
Что-то впилось в бок, а когда я повернулась, увидела фамильное кольцо Марсденов. То самое, что когда-то Рис надел Элене на палец. Бросив растерянный взгляд на блондина, я заметила, что и он смотрит на него с потрясением. Чтобы не думать о новой странности, ведь я точно помню, что кольца здесь раньше не было, и не в силах оставаться на месте, я вскочила с кровати, распахнула дверь и бросилась в коридор следом за призраками.
— Ты куда? — крикнул Марсден, а потом помчался следом.
Я не понимала, что заставило меня сорваться с места, и куда именно бежала. Просто знала, надо поторопиться, чтобы увидеть еще одно чудо. И я его увидела, когда оказалась в одной из комнат на той стороне, что выходила в сад.
Из окна прекрасно был виден вход в лабиринт. Я видела каменный барельеф, тисовые арки, но внимание привлекло совершенно другое. В тени деревьев, словно прячась от рассветных лучей, находились трое: Рис, Элена и Далтон. Лорд Марсден нежно обнимал свою любимую и о чем-то говорил дворецкому. Последний улыбался, кивал и, вдруг, повернул голову в мою сторону. Следом за ним повернулись и Рис с Эленой. Прабабка помахала мне рукой, Рис склонил голову, а затем, пожал руку Далтону, еще сильнее прижал к себе Элену, и они скрылись в лабиринте. А Далтон… он остался и направился в сторону дома.
— Ты что-то понимаешь? — задумавшись на мгновение, спросила я Марсдена.
— Они ушли, — тихо сказал он, крутя в пальцах кольцо. — А Далтон, видимо, решил остаться.
— И что мы будем с ним делать?
— Лена, я хотел тебя спросить…
— Леди, ничего, — раздался голос дворецкого позади, причем так неожиданно, что я подпрыгнула, а Марсден замолчал. — Я — хранитель дома. Сам выбрал такую судьбу и буду счастлив, если вы разрешите мне остаться и дальше заботиться о вас. Я не причиню вам беспокойства, просто буду хранить дом и ваше счастье.
— Я не против, — пробормотала я. — Хотя этот вопрос решать не мне.
— Но нам, — поправил меня Марсден. — Оставайся, Далтон. Мы будем рады.
— Спасибо, — дворецкий низко поклонился и растаял в воздухе, оставив нас с Марсденом в состоянии полного изумления.
— Пойдем, — потянул меня блондин обратно в спальню, и я послушно последовала за ним.
Я все еще находилась в подобии шока, когда дверь в комнату закрылась, но почувствовала, как блондин обнимает меня со спины и целует в шею. Вот так поворот. Проклятие снято, мы с Марсденом не просто вместе, но и, кажется, начинаем совместную жизнь, а еще у нас дворецкий-призрак. Садясь несколько дней назад в самолет, я подобного и представить не могла! Но следовало кое-что проверить! А именно, насколько Марсден готов впустить меня в свою жизнь.
— Марсден, — позвала я, ощущая новый поцелуй. — А как ты смотришь на то, чтобы повесить здесь шторы? Золотистые.
— Ты можешь поменять здесь все, как захочешь, — заметил блондин. — Правильно я понимаю, что ты согласна остаться?
— Есть два варианта ответа. Какой ты хочешь услышать?
— Положительный.
— Сегодня твой день. Я согласна, — отшутилась я, размышляя, что мне до безумия хочется выпить кофе и прогуляться по лабиринту. И да, если я хочу здесь жить, то надо доделать до конца ремонт и добавить в дом немного жизни.
— Не хочешь прогуляться? — вдруг предложил Марсден. — Сегодня такая чудесная погода.
Я с удивлением посмотрела на него, но ничего не сказала. Только стало интересно, когда это он научился читать мои мысли? Или я и правда унаследовала силы прабабки? Но я не хочу влиять на любимого и никогда не буду это делать! Прогоняя странный туман из разума, который подсказывал, как это все делается, и старательно успокаивая огонь в крови, я какое-то время молчала. И вдруг, мне в голову пришло еще кое-что, диаметрально противоположное прогулке.
— Отпустишь меня на часик к ноуту? — жалобно попросила я, довольная, что не чувствуя знакомого проявления магии, и я та же Лена, что и раньше, только безумно счастливая. — А ты пока можешь принять душ, сварить кофе… Я говорила, что никто в мире не варит кофе лучше тебя? Впрочем, это относится ко всему, что ты делаешь.
— Что скажешь, — притворно вздохнул Марсден. — Меня никто за язык не тянул. Беги.
И получив разрешение, я радостно вскочила, обняла блондина, поцеловала его и побежала вниз… к компьютеру.

Эпилог

Полгода спустя 
Я сидела на подоконнике и задумчиво смотрела на сад. Снежное покрывало укрыло землю, развесило искристую паутину на ветвях деревьев, а неожиданно трескучий мороз разрисовал окна неповторимыми кружевными узорами. Я легко подула на стекло, нарушая созданную природой красоту, но мне так хотелось видеть, как появившаяся из-за облаков луна привнесла еще больше волшебства.
Конечно, можно было одеться и выйти погулять, тем более меня не раз звали, но в тот момент меня заворожило совсем другое. Я обещала, что просижу за компьютером не более часа, но очнулась только к вечеру. Как мы договорились с самого начала, Марсден с пониманием относился к этой моей особенности и даже почти смирился. Но проблема была в том, что совесть мучила непосредственно меня. Было рождество, внизу нарядили ель, а мы с блондином ждали гостей. Как говорится, не прошло и полугода, как Кара смогла найти время, чтобы встретиться со мной. Впрочем, я ее не осуждала. Она тоже нашла своего блондина и умудрилась через месяц выйти за него замуж, и уже ждала малыша. Все произошло так быстро, что теперь минимум трижды в неделю она звонила мне, делилась впечатлениями от своего положения и состояния, пыталась убедить, что надо как можно скорее выйти замуж и забеременеть, чтобы самой испытать все вышеперечисленное. Я не спорила. А сейчас, рассматривая заснеженный сад, все сильнее склонялась к мысли, что, наверное, именно этого и хочу. Тем более, отношение с Марсденом прошли проверку на прочность не только событиями полугодовой давности, но и совместным проживанием, чего я очень боялась, если быть совсем откровенной. Мы притерлись друг к другу довольно быстро, решив не тратить наше время на скандалы и недомолвки, научились слушать и просто любили друг друга. И эта любовь соединяла нас все сильнее с каждым днем. Я думала, что рано или поздно появится что-нибудь такое, что испугает и заставит меня сбежать. И да, у Марсдена действительно были недостатки, но я любила и их.
Вообще, я любила в нем все. Даже то, что изначально меня нервировало, а таких моментов было достаточно.
Нет, он не разбрасывал носки и не сидел на диване, ожидая, когда я подам ему ужин. Наоборот, с удовольствием готовил сам, а на диван тащил меня. Я и не думала отказываться, тем более что полюбила до безумия вид и запах горящего камина, а диван перед ним был таким удобным. Проблема возникла с ванными комнатами. Но когда мы разделили их, то раздражающий фактор с грязным зеркалом и брошенным на пол полотенцем, пропал сам собой, а уборка дома с самого начала меня не касалась, благодаря Энн, которая оказалась настоящей находкой.
Сам ремонт мы окончательно закончили через пару месяцев, причем половину срока потратили на согласование дизайна и обстановки.
После этого проявились другие моменты.
Марсден бескомпромиссно требовал, чтобы я уходила спать вместе с ним, а не сидела за компьютером, отчего мне иногда приходилось тихонько, чтобы не разбудить блондина, красться по ночам к ноуту, а потом умудряться вернуться к любимому до того, как он проснется. Увы, срабатывало не всегда, и невольно я переключилась на почти нормальный режим дня. Но за это Марсден с пониманием оставлял меня в одиночестве поработать днем.
Еще он с каким-то маниакальным упрямством хотел заполнить собой все вокруг меня. Сопровождал даже в поездках по магазинам, не говоря уже про более дальние расстояния. Это пугало, и я машинально отстранялась. Наверное, поэтому, на все его предложения пожениться, я так и не ответила согласием. Их было немало, но я элементарно боялась, что он начнет меня контролировать и указывать, как жить. И если контроль за перемещениями присутствовал и немалый, то в остальном все было наоборот. Марсдена интересовало мое мнение по всем вопросам: от выбора отделки для дома до путешествий. Правда в обсуждении планируемых поездок я все время ощущала подвох, ведь знакомство с возможной свекровью, как и визит к своим родителям я малодушно откладывала, несмотря на все намеки Марсдена. Да, снова страх, с которым я боролась, но пока так и не справилась. Просто, несмотря на все годы, в памяти были живы воспоминания о другом, неудачном опыте совместной жизни. Но сегодня, я поняла, что готова. Осталось только дождаться нового предложения… А поступит ли оно? Или блондин привык к тому, что мы вместе и больше не желает чего-то большего? Черт! Как-то я не подумала об этом, когда раз за разом находила отговорки, чтобы не говорить «да». При этом, я продолжала носить кольцо, не снимая…
Рис и Элена ушли, но прабабка все же оставила мне подарок. Сила. Я чувствовала, она есть во мне, хотя развивать ее пока не желала, несмотря на уговоры Далтона. Потом он признался, что тот ящик, что я нашла в подвале, дворецкий специально оставил, собрав в него все необходимое, что может понадобиться той, кто услышит его зов, то есть, мне. Но я боялась использовать магию, не в силах забыть момент, как мои мысли повлияли на Марсдена. Нет. Никакого принуждения или подавления воли! Я понимала Элену, которая так радовалась истинности чувств, и жалела Мегги, согласную на искусственно вызванные эмоции, только бы получить материальные блага. А вот перед Лиз я испытывала чувство вины. Она долго не могла оправиться после изгнания Мегги, но постепенно пришла в себя, хотя продолжала страдать частичной амнезией. Дружбы у нас с Элизабет так и не вышло, хотя во время случайных встреч мы довольно радушно общались.
Об Алисе я скорбела искренне. После ритуала Элены, она прожила всего пару дней, но умерла со счастливой улыбкой на лице, обретя долгожданный покой. И я очень надеялась, что она доказала высшим силам, что осознала свою вину, и получила шанс на перерождение… Наверное, когда-нибудь я напишу про то, что случилось на самом деле…
Дверь тихо открылась, и на пороге появился Марсден.
— Ты сидишь в темноте, — заметил он.
— Да?
Сейчас я заметила, что лампу в комнате так и не включила, довольствуясь светом от окна и ноутбука, и в почти кромешной темноте, мерцал только его экран.
Марсден включил свет, отчего я с непривычки заморгала, машинально нажала на сохранение и отставила компьютер на подоконник.
— Как писалось? — с улыбкой спросил блондин, подходя ближе, садясь рядом и перетягивая меня к себе на колени.
— Хорошо, — с радостью поделилась новостями, в который раз порадовавшись, что во время ремонта библиотеки решила сделать такой широкий и крепкий подоконник, который к тому же подогревался. — Еще две-три главы и закончу черновик.
— Через час приедет Кара, — напомнил Марсден. — Ты просила выгнать тебя из-за ноута.
— Через час? — задумчиво уточнила я, провокационно улыбнулась и обняла моего любимого мужчину. — Это же такая прорва времени…
К тому моменту, как прозвенел звонок, мы действительно спустились вниз. И даже успели принять душ и переодеться.
— Ты самый настоящий волшебник и самый лучший мужчина на свете. У меня совершенно вылетело из головы, что я обещала помочь с готовкой и накрыть стол, — повинилась я, разглядывая накрытый стол и поражаясь изобилию. — Кстати, я говорила, что просто обожаю твое хобби?
— Продолжай, — улыбнулся он.
— Люблю тебя, — выдохнула я и поцеловала любимого. — А где Далтон? — шепотом спросила я.
— Все в порядке, — заговорщицки сказал Марсден. — Он знает, что нельзя показываться гостям, и уж тем более пугать беременную женщину.
Далтон стал еще одним нашим секретом. По понятной причине, мы скрывали все, что произошло с нами полгода назад, в том числе и появление дворецкого. Я помнила тот день, когда ушли Рис и Элена, а Далтон, в привычной уважительной и полной достоинства манере, сообщил, что остается служить нам. Мы согласились и ни разу не пожалели о принятом решении. Далтон называл себя хранителем и больше не чинил никаких препятствий, наоборот, умудрился ускорить процесс ремонта дома и расчистки сада. Последнее, правда, только после того, как Марсден с извинениями вернул на место надгробие и пообещал не трогать его дерево.
А за то, что дворецкий обладал чувством такта и уважал наше право на уединение, я ценила его еще сильнее.
Впрочем, не прошло и недели, как я в полной мере оценила подобную удачу с присутствием духа. Далтон стал настоящим кладезем информации, что очень пригодилось мне в работе над книгой. Благодаря ему, я закончила ее в кратчайшие сроки, а сам роман должен был выйти после рождественских каникул.
Звонок в дверь раздался снова, а затем по ней еще и ударили. Марсден поторопился открыть, и в дом шумно ввалилась Кара.
Моя своенравная подруга порядком раздалась в талии, но была все так же энергична и красива.
— Едва не заморозили, — пожаловалась она. — Разве можно так поступать с беременной женщиной? Кстати, это Люк, — представила она своего мужа, который в этот момент помогал ей раздеться.
— Марсден, — сказала я и едва не прикусила язык, когда увидела удивленный взгляд Люка.
— Марсден? — переспросил он. — Но это же…
— Фамилия, — согласился любимый. — Но мне нравится, тем более, что с этим связаны незабываемые воспоминания.
— Точно, — пробормотала я.
— Кстати, у меня для тебя подарок, — объявила Кара, протягивая мне сверток.
Я с любопытством развернула оберточную бумагу, отметив, что упаковка повреждена, и ахнула…
— Заехала в твое издательство и попросила один экземпляр, — пояснила подруга. — «Дом наших снов». Почему такое название? Знаешь, каюсь, я не удержалась и прочитала, пока мы ехали. Я так рада, что, несмотря на все препятствия, они все же справились и остались вместе…
Я промолчала, не найдясь сразу, что ответить. Да, я сделала историю Риса и Элены счастливой. В романе они сумели справиться со всем, поженились и жили долго и счастливо, а о настоящей трагедии даже не упоминала. Зачем? Реальная жизнь гораздо более жестокая, а мне хотелось сделать для них сказку хотя бы на страницах книги. Да, все вместе мы смогли упокоить их души, но они мучились столько лет… Несправедливо!
— Ты же знаешь, я люблю историю с хорошим концом, — улыбнулась я.
— А что пишешь сейчас? — полюбопытствовала подруга.
— Потом скажу, — я снова улыбнулась, на этот раз загадочно.
— Вредина, — притворно надулась подруга. — Тогда, корми меня. Мне надо за двоих есть.
Марсден переглянулся с Люком, и мы прошли к столу. Как и всегда, еда была великолепной, а вино отличным. А про компанию и говорить не надо было. Я соскучиалсь по Каре, она по мне, а мужчины быстро наши общие темы для разговора.
Незаметно для себя, мы договорились на ответный визит, а на следующий день Марсден пообещал провести экскурсию по Харфорду. Вспомнили и обстоятельства того, как я вообще появилась в этом городе, но лавры нашего знакомства с блондином, Кара присвоила себе. Я снова промолчала, лишь в очередной раз залюбовалась, с какой нежностью и заботой Люк относится к своей жене, и окончательно поняла, что хочу того же. Быстро взглянула на Марсдена, но он лишь улыбнулся мне в ответ и подлил вина.
Вечер пролетел незаметно, но когда часы показали два часа ночи, мы все же разошлись по комнатам. А позже, утомленные не только прошедшим днем, но и страстью, мы лежали в постели и любовались в окно на красивейшую зимнюю ночь. Я думала, что большего счастья быть не может, но любимый в очередной раз смог удивить.
— О чем задумалась? — спросил Марсден, поглаживая мои плечи.
— Никогда не думала, что Кара так стремительно выйдет замуж и забеременеет, — откровенно призналась я.
— Когда любят — не сомневаются, — глухо сказал блондин. — Лена, а когда решишься ты?
— Это предложение? — я затаила дыхание.
— Именно! Хотя я сбился со счета, сколько раз просил тебя выйти за меня. Кольцо ты носишь, но дату обсуждать не желаешь. В чем причина? Сомневаешься?
— Вовсе нет! Просто…, — повернулась, привстала и посмотрела на Марсдена. — Я так люблю тебя…
— Это все, что я хотел услышать, — блондин протянул руку, достал из кармана брюк бархатную коробочку и открыл ее. — У меня было время подумать. Когда я хотел надеть тебе его полгода назад, ты сбежала. Хорошо, — решил я. Наверное, с новым кольцом связано больше приятных воспоминаний и не настаивал, — заметил он. — Лена, мне бы хотелось, чтобы ты носила именно фамильное. Ты сделаешь меня счастливым, если примешь его и мы, наконец, назначим дату.
Я смотрела на кольцо и эмоции захлестывали меня с головой. Я действительно испугалась тогда и отчаянно не хотела носить именно этот символ любви и верности. Марсден прав, слишком много неприятных воспоминаний. Но если подумать, когда Рис надел его Элене на палец, это была одна из немногих счастливых минут в их жизни!
— Весной, — решительно сказала я. — Как только будет тепло.
— Не хочу ждать так долго! — возразил блондин. — Проводим Кару и Люка, купим билеты и отправимся туда, где тепло, раз ты скучаешь по солнцу. Как ты смотришь на то, что мы проведем церемонию на пляже?
— Но…, — растерялась я.
— Больше никаких отговорок! — решительно заявил мой любимый мужчина.
Вместо ответа я потянулась к его губам. Поцелуй был сладким, дурманящим и сводящим с ума. Как и всегда, все вокруг перестало существовать, а когда я очнулась, то обнаружила, что фамильное кольцо Марсденов украшает мой палец. Все сомнения окончательно исчезли, словно их и не было. Что здесь сказать? Прошедший год выдался непростым, но на его место пришел новый, и я смотрела в будущее уверенно. Далтон говорил о любви, доверии, готовности уступать… У нас с Марсденом все это было. А если впереди ждут новые испытания? Вдвоем мы справимся со всем, что нам уготовано судьбой, и обязательно победим